Апелляционное определение № 33-1604/2026 от 3 мая 2026 г.

ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста

ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Бессонова С.Г. Дело № 2-2014/2025

Докладчик Юрченко В.А. Дело № 33-1604/2026

УИД: 48RS0001-01-2025-000335-22


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


4 мая 2026 года судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:

председательствующего Москаленко Т.П.,

судей Юрченко В.А., Мясниковой Н.В.,

при ведении протокола помощником судьи Шевляковой Ю.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Липецке гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Липецкой области, третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора Управления министерства внутренних дел Российской Федерации по Липецкой области, Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Данковский» на решение Советского районного суда г. Липецка от 19 мая 2025 года, которым постановлено:

«Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина РФ: серия №), компенсацию морального вреда в размере 170 000 рублей.».

Заслушав доклад судьи Юрченко В.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Липецкой области о компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении него возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. ДД.ММ.ГГГГ ему предъявлено обвинение. ДД.ММ.ГГГГ Данковским городским судом Липецкой области вынесено постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО1 в связи с малозначительностью совершенного им деяния. Суд признал за ФИО1 право на реабилитацию. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Липецкого областного суда от 21.11.2024 постановление суда первой инстанции оставлено без изменения. Истец обратился с исковым заявлением в суд, просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены МВД России, УМВД России по Липецкой области, Межмуниципальный отдел МВД России «Данковский», старший следователь следственного отдела Межмуниципального отдела МВД России «Данковский» капитан юстиции ФИО2

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал заявленные требования в полном объеме, объяснил, что в результате возбуждения в отношении него уголовного дела, нахождении длительного времени в статусе подозреваемого и обвиняемого он испытывал морально-нравственные страдания. Его друзьям, родственникам, соседям, знакомым стало известно о том, что в отношении него возбуждено уголовное дело, в связи со сложившейся ситуацией за него переживали родители, просил учесть, что у его отца Х.А.И. <данные изъяты>, сам ФИО1 обучается в <данные изъяты> привлечение его к уголовной ответственности стало известно руководству, преподавателям и студентам колледжа, что повлекло для него негативные последствия, многие из его друзей перестали с ним общаться. Истец указал, что в связи с ограничениями, связанными с подпиской о невыезде не мог летом вместе с родителями поехать в Абхазию, где <данные изъяты>, был лишен возможности поехать в г. Москву, где также живут <данные изъяты>, в связи с чем, был лишен возможности общения с близкими родственниками. Истец приобщил к материалам дела рекомендации ГУЗ «ОДБ» от 20.01.2023 с диагнозом: <данные изъяты>.

В судебном заседании представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Липецкой области по доверенности ФИО3 исковые требования не признала, полагала, что требования истца о взыскании морального вреда в сумме 500000 руб. являются крайне завышенными. Обратила внимание суда на то, что уголовное дело было прекращено в связи с его малозначительностью, истцу в ходе уголовного преследования избиралась только мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

В судебном заседании представитель третьего лица МВД России, УМВД России по Липецкой области по доверенности ФИО4 полагала, что требования истца удовлетворению не подлежат, также, полагала, что истцом не предоставлено в достаточной мере доказательств относительно глубины, стойкости, длительности нравственных страданий в период уголовного преследования, просила учесть, что уголовное дело было прекращено в связи с его малозначительностью, истцу в ходе уголовного преследования избиралась только мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о дне слушания дела извещены своевременно и надлежащим образом. В суд от третьего лица Межмуниципальный отдел МВД России «Данковский» и Данковской межрайонной прокуратуры Липецкой области поступили заявления о рассмотрения дела в отсутствие представителей.

Суд постановил решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе ответчик Министерство финансов Российской Федерации в лице УФК по Липецкой области просит решение Советского районного суда г. Липецка от 19 мая 2025 г. отменить и принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать. В обоснование доводов жалобы указав, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих невозможность ведения привычного образа жизни, обращения за оказанием медицинской помощи, в связи с нахождением в стрессовом состоянии, как и не подтвержден подрыв авторитета и деловой репутации родителей в результате распространения информации о возбуждении уголовного дела. Судом первой инстанции не в должной мере оценены обстоятельства, послужившие основанием возбуждения уголовного дела, а размер компенсации морального вреда определен к взысканию без принципа разумности и справедливости.

В апелляционной жалобе третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора Управление министерства внутренних дел Российской Федерации по Липецкой области просит отменить решение Советского районного суда г. Липецка от 19.05.2025 и принять новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать. В обоснование жалобы указав, что истцом не представлено доказательств относительно глубины, стойкости, длительности нравственных страданий в период уголовного преследования. Кроме того, явка с повинной послужила основанием для проведения процессуальных и следственных действий. Истцом не представлено доказательств, обращения в органы следствия за разрешением на выезд в г. Москву, Республику Абхазию. Размер компенсации морального вреда судом первой инстанции определен без учета принципа разумности и справедливости.

В апелляционной жалобе третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора Межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации «Данковский» просит решение Советского районного суда г. Липецка от 19.05.2025 отменить и принять новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объёме. В обоснование жалобы указав, что истцом не представлено доказательств того, что он испытывал нравственные страдания, находился в стрессовой ситуации, а также не представлено доказательств обращения за медицинской помощью. Размер компенсации морального вреда судом первой инстанции определен без учета принципа разумности и справедливости.

Выслушав представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО5, поддержавшую апелляционную жалобу ответчика и жалобы третьих лиц, представителя третьего лица УМВД России по Липецкой области ФИО4 поддержавшую апелляционные жалобы, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно части 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Как следует из статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу пункта 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также осужденный – в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 указанного Кодекса.

Пункт 2 части первой статьи 27 УПК РФ в качестве основания прекращения уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого предусматривает прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1-6 части первой статьи 24 УПК РФ.

Таким образом, действующее законодательство исходит из обязанности государства возместить лицу причиненный моральный вред в случае незаконного уголовного преследования, причем самим фактом незаконного уголовного преследования презюмируется причинение морального вреда.

Из смысла приведенных правовых норм, регламентирующих компенсацию морального вреда в результате незаконного уголовного преследования, следует, что определение суммы, подлежащей взысканию в качестве компенсации морального вреда, принадлежит суду, который, учитывая конкретные обстоятельства дела, личность потерпевшего и причинителя вреда, характер причиненных физических и нравственных страданий и другие заслуживающие внимания обстоятельства, принимает решение о возможности взыскания конкретной денежной суммы с учетом принципа разумности и справедливости. Размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, которая включает в себя оценку совокупности всех обстоятельств.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, по обстоятельствам дела ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, в период времени с 19 час. 30 мин. по 20 час. 35 мин. совершил тайное хищение с банковской карты денежных средств в сумме 494 руб. 96 коп., принадлежащих А.М.Г., причинив последнему материальный ущерб на вышеуказанную сумму.

В рамках уголовного расследования проводились следственные действия: осмотр места происшествия с участием ФИО1 (два протокола осмотра от ДД.ММ.ГГГГ), ДД.ММ.ГГГГ взято объяснение у ФИО1

В материалах уголовного дела содержится протокол явки с повинной ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 допрашивался в качестве подозреваемого по уголовному делу, о чем был составлен соответствующий протокол допроса подозреваемого.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ подозреваемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении.

ДД.ММ.ГГГГ с участием ФИО1 проводилась проверка показаний на месте, о чем составлен протокол проверки показаний на месте.

Также, с участием ФИО1 проводились осмотры предметов (документов), в ходе которого составлены протоколы осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого, о чем составлен протокол допроса обвиняемого.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ обвиняемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Постановлением Данковского городского суда Липецкой области от 11 сентября 2024 г. уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления ввиду его малозначительности. За ФИО1 признано право на реабилитацию.

Апелляционным определением Липецкого областного суда от 21 ноября 2024 г. постановление Данковского городского суда Липецкой области от 11 сентября 2024 г. о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления ввиду его малозначительности оставлено без изменения.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что в отношении истца, подозреваемого и обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, имело место незаконное уголовное преследование, суд первой инстанции пришел к правомерному и обоснованному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения иска и необходимости возложения на казну Российской Федерации обязанности компенсации морального вреда.

В период предварительного следствия ФИО1 допрашивался в качестве обвиняемого и подозреваемого, с его участием проводились следственные действия, в отношении него применялась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

С учетом данных обстоятельств, истец, осознавая, что фактически имеет процессуальный статус подозреваемого и обвиняемого в совершении преступления несомненно, испытывал нравственные страдания, обусловленные психотравмирующей ситуацией, связанной с уголовным преследованием: волнение, беспокойство, пребывание в неопределенности.

При определении размера компенсации морального вреда в размере 170 000 руб. суд первой инстанции учел длительность уголовного преследования (более 6 месяцев), характер и степень причиненных истцу в связи с этим нравственных страданий, личность истца (не женат, иждивенцев нет), его возраст (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), состояние здоровья (отсутствуют хронические заболевания, вызванные уголовным преследованием), категорию преступления, в совершении которого подозревался истец (тяжкое преступление).

Соглашаясь с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда при установленном факте незаконного уголовного преследования ФИО1, судебная коллегия, в тоже время, не может согласиться с выводом суда о размере компенсации морального вреда.

Доводы истца об ухудшении отношений с родственниками, соседями и друзьями, в связи с возбужденным в отношении него уголовным делом, не подтверждены какими-либо доказательствами по делу.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 38 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, разъяснено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Из пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальные особенности его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

В судебном акте должны быть приведены достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой гражданину в связи с незаконным уголовным преследованием, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных им физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела. Оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

Между тем выводы суда первой инстанции об определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда в размере 170 000 руб. не отвечают нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения ее размера, а также разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, размер компенсации явно завышен, не соответствует требованиям разумности и справедливости и не обеспечивает баланс частных и публичных интересов.

Суд первой инстанции не оценил в совокупности обстоятельства, послужившие основанием для возбуждения уголовного дела, по которому ФИО1 имел статус подозреваемого и обвиняемого, причины его уголовного преследования, конкретные незаконные действия причинителя вреда, не соотнес их с тяжестью причиненных истцу в результате таких действий физических и нравственных страданий, кроме того, судом первой инстанции не дана надлежащая оценка причин прекращения уголовного преследования и уголовного дела – в связи с его малозначительностью, то есть размер присужденной компенсации морального вреда судом первой инстанции не был индивидуализирован применительно к личности истца и обстоятельствам его уголовного преследования.

Материалами дела установлено, что истцу ФИО1 не избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, доказательств влияния незаконного уголовного преследования на авторитет истца, его отношения с родственниками, соседями и друзьями, наступивших в связи с этим негативных последствий в материалы дела не представлено.

Также не представлено доказательств обращения истца в органы следствия за разрешением на выезд.

В тоже время, не соглашаясь с доводами апелляционных жалоб ответчика и третьих лиц об отсутствии оснований для компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции учитывает вину органов предварительного расследования, допустивших в ходе предварительного расследования по уголовному делу нарушения федерального законодательства, что выразились в крайне неэффективном дознании и следствии, поверхностном и эпизодическом характере проведенных процессуальных действий, что повлекло необоснованное затягивание процесса расследования, а также сам факт возбуждения уголовного дела при малозначительности совершенного деяния.

В результате общий срок уголовного преследования в отношении истца ФИО1 составил 6 месяцев 3 дня, в течение которого он пребывал в статусе подозреваемого и обвиняемого, вынужден был соблюдать ограничения, предусмотренные мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, безусловно, свидетельствует о причинении истцу нравственных страданий.

При таких обстоятельствах судебная коллегия находит разумным и соразмерным нравственным страданиям истца размер компенсации морального вреда в сумме 5 000 руб. за преступление, в совершении которого он подозревался, что позволяет, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Следовательно, решение суда первой инстанции подлежит изменению в части размера компенсации морального вреда.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда г. Липецка от 19 мая 2025 года изменить, взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 5000 (пять тысяч) рублей.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Апелляционное определение принято в окончательной форме 19 мая 2026 года.



Суд:

Липецкий областной суд (Липецкая область) (подробнее)

Ответчики:

Министерство финансов РФ в лице УФК по Липецкой области (подробнее)

Судьи дела:

Юрченко В.А. (судья) (подробнее)


Судебная практика по:

Моральный вред и его компенсация, возмещение морального вреда
Судебная практика по применению норм ст. 151, 1100 ГК РФ

По кражам
Судебная практика по применению нормы ст. 158 УК РФ