Решение № 2-2398/2018 2-2398/2018~М-1861/2018 М-1861/2018 от 2 июля 2018 г. по делу № 2-2398/2018

Дело№2-2398/18


Решение

Именем Российской Федерации

03 июля 2018 года г. Саратов

Заводской районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Галицкой Е.Ю.,

при секретаре Гордиенко В.В.,

с участием старшего помощника прокурора Световой М.В.,

истца ФИО1 его представителя по доверенности ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

представителя третьего лица ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к закрытому акционерному обществу «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к закрытому акционерному обществу «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин» о компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указал, что 31 марта 2013 года при исполнении служебных обязанностей в результате несчастного случая ему причинено трудовое увечье. Вина ответчика в происшедшем несчастном случае подтверждается заключением о причинах несчастного случая и Актом о несчастном случае на производстве составленным 17 октября 2013 года.

На больничном листе истец находился с 01 апреля 2013 года по 30 сентября 2013 год.

По результатам экспертизы, проведенной МСЭ, было установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастного случая на производстве.

По своей прежней специальности (помощник бурильщика) истец работать больше не может. В связи с этим и был переведен работодателем на другую должность. То есть в результате полученной травмы, истец также лишился того заработка на который мог рассчитывать до ее получения.

В связи с чем, после произошедшего с ним несчастного случая, истец работал слесарем ремонтником участка по автотранспорту и верхнему оборудованию Базы производственного обслуживания,затем стропальщиком участка по автотранспорту и верхнему оборудованию базы производственного обслуживания, приказом <№>-к от 27 декабря 2016 года истец был уволен 20 декабря 2016 года в связи с отсутствием работы, перевод на которую необходим в соответствии с медицинским заключением.

Основанием перевода с одной должности на другую, а также увольнение с работы, послужило ухудшение здоровья, которое подорвалось после получения производственной травмы, что подтверждается результатами проводимой ежегодной диспансеризацией.

В результате полученной травмы у истца развились осложнения, существенно ограничилась подвижность сломанной ноги.

В связи с причинением вреда его здоровью ему причинен моральный вред - физические и нравственные страдания, которые он испытывал после произошедшего несчастного случая и испытывает до настоящего времени, а именно у него стало подниматься давление в результате чего ему был поставлен диагноз - артериальная гипертония 2 ст., риск 3. Кроме этого после травмы истец испытывает острую физическую боль, как от воздействия травмирующих элементов, так и в результате хирургических операций.

В связи с чем, вынужден обратиться в суд и заявил требование о компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой в размере 2 000 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требовании поддержала в полном объеме, в обоснование привела доводы, аналогичные, изложенным в иске, указала, что состояние здоровья ФИО1 в настоящее время исключает ведение активного образа жизни, не позволяет приступить к работе, ограничивает возможности полноценной заботы о несовершеннолетнем ребенке, находящегося на его иждивении, которого нечем кормить. До недавнего времени здоровый мужчина, ограничивает себя в выборе вида деятельности и не может позволить многие виды досуга, а самое главное работы, чувствует себя неполноценным, незащищенным. Сложившаяся ситуация является для него психологически очень тяжелой, причиняет нравственные страдания, снижает самооценку. Выплаченные денежные средства работодателем по месту работы в соответствии с условиями коллективного договора не указывают на перечисление денежных средств именно на компенсацию морального вреда и конкретную сумму. В связи с чем, просила взыскать в счет компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой в пользу ФИО1 денежные средства в размере 2 000 000 руб.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований, указав, что компенсации морального вреда работодателем выплачена в соответствии с условиями коллективного договора и оснований для повторного взыскания компенсации морального вреда не представлено, как отсутствуют и доказательства в подтверждение ухудшения состояния здоровья ФИО1

Представитель третьего лица ФИО4 в судебном заседании просила вынести решение в соответствии с требованиями действующего законодательства. Указав также о наличии коллективного договора между ЗАО «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин» и работниками и выполнении работодателем условий указанного договора в части компенсации морального вреда.

Выслушав истца, его представителя, представителей ответчика и третьего лица, исследовав материалы дела, заслушав мнение прокурора, указавшего на обоснованность требований истца и взыскании компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности. Согласно ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на охрану здоровья. Из содержания ст. 219 ТК РФ следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложена на работодателя ст. 212 ТК РФ. При этом, по общему правилу, закрепленному в ч. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Частью 3 ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» предусмотрено, что вред, причиненный жизни или здоровью физического лица при исполнении им обязательств по гражданско-правовому договору, предметом которого являются выполнение работ и (или) оказание услуг, договору авторского заказа, в соответствии с которыми не предусмотрена обязанность заказчика по уплате страховых взносов страховщику, возмещается причинителем вреда в соответствии с законодательством Российской Федерации.

По правилам ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из содержания ст. 1101 ГК РФ следует, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (часть 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (часть 2).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 с 04 мая 2009 года работал в должности помощника бурильщика в закрытом акционерном обществе «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин».

В период работы 31 марта 2013 года при исполнении служебных обязанностей в результате несчастного случая ему причинено трудовое увечье при следующих обстоятельствах, так после установки станка подъемника на скважине бригада приступила к подготовке превентора для его установки. Помощник бурильщика <данные изъяты> находился на рабочей площадке, помощник бурильщика ФИО1 и машинист подъемника <данные изъяты> находились рядом с превентором под рабочей площадкой, полы которой застелены металлическими листами не полностью. Управлял работой станка бурильщик <данные изъяты> После строповки превентора начали его подъем. Во время подъма ФИО1 руками пытался оттянуть превентор в сторону, чтобы предотвратить столкновение превентора с рабочей площадкой. Превентор при подъеме зацепился за перекладину рабочей площадки, в результате чего произошел обрыв стропы. При падении превентор нанес травму ноги помощнику бурильщика ФИО1, который находился в непосредственной близости зоны производства работ.

При расследовании несчастного случая на производстве установлены причины несчастного случая, а именно: нарушение технологического процесса выразившееся в установке превентора без применения крючков, нарушены: п.3 Раздела 1.7 инструктивной карты, утвержденной генеральным директором ЗАО «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин», п. 3.8. инструкции по охране труда для помощника бурильщика, установлена неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечении контроля со стороны должностных лиц предприятия за безопасными условиями труда и охраны труда на рабочем месте, нарушены ст.212 ТК РФ и п. 2.4. должностной инструкции мастера КРС цеха текущего и капитального ремонта скважин, утвержденной генеральным директором ЗАО «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин».

Согласно медицинскому заключению МУЗ «Городская поликлиника № 6» у ФИО1 установлен перелом наружной лодыжки правой голени с подвывихом стопы, посттравматическая контрактура коленного сустава.

Согласно справке Главного Бюро медико-социальной экспертизы по Саратовской области МСЭ-2006 <№> от 13 ноября 2013 года ФИО1 установлена степень утраты трудоспособности 30 %.

После произошедшего несчастного случая на производстве ФИО1 работал в закрытом акционерном обществе «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин» в период с 21 декабря 2013 года слесарем ремонтником участка по автотранспорту и верхнему оборудованию Базы производственного обслуживания, с 18 февраля 2014 года – стропальщиком 5 разряда, с 01 февраля 2015 года – стропальщиком в трубном участке базы производственного обслуживания, что подтверждается приказами о переводе работника на другую работу.

Принимая во внимание представленные истцом доказательства суд исходит из того, что между имеющимся у ФИО1 заболеванием полученным во время работы у ответчика имеется причинно-следственная связь, поскольку ответчик не создал истцу безопасных условий труда, тем самым причинив ему моральный вред, в связи с чем у ответчика возникло обязательство возместить моральный вред, причиненный истцу профессиональным заболеванием.

Суд учитывает, что в результате производственной травмы ФИО1 причинен вред здоровью, по своей прежней специальности (помощник бурильщика) истец работать больше не может, он утратил трудоспособность на 30 %, в результате полученной травмы у истца развились осложнения, существенно ограничилась подвижность сломанной ноги, истцу причинены физические и нравственные страдания, которые он испытывал после произошедшего несчастного случая и испытывает до настоящего времени, а именно у него стало подниматься давление, установлен диагноз - артериальная гипертония 2 ст., риск 3. Кроме этого после травмы истец испытывает острую физическую боль, как от воздействия травмирующих элементов, так и в результате хирургических операций. Состояние здоровья ФИО1 исключает ведение активного образа жизни, не позволяет приступить к работе, ограничивает возможности полноценной заботы о несовершеннолетнем ребенке, находящегося на его иждивении, ограничивает себя в выборе вида деятельности и не может позволить многие виды досуга, а самое главное работы, чувствует себя неполноценным, незащищенным.

С учетом характера физических и нравственных страданий, вызванных причинением истцу телесных повреждений, обстоятельств причинения вреда здоровью, возраст истца, с учетом требований разумности и справедливости, как это предписывает п. 2 ст. 1101 ГК РФ, с учетом всех установленных в ходе рассмотрения обстоятельств дела, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 250 000 руб.

Доводы представителя ответчика о выплате ФИО1 работодателем компенсации морального вреда суд не принимает во внимание, поскольку имеет иную правовую природу, нежели компенсация причиненного морального вреда. Как следует из пункта 6.1.22 коллективного договора, заключенного между ЗАО «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин» и работниками на 2011 - 2013 годы, указано, что работодатель обязался выплачивать работникам пострадавшим на производстве от несчастных случаев, непосредственно связанных с производством, в качестве компенсации вреда, в том числе морального, сверх пособий и выплат, выплачиваемых по закону, единовременное пособие в размере средней заработной платы работника за 6 месяцев при установлении инвалидности 3 группы.

Обращаясь с заявлением 16 декабря 2013 года к работодателю ФИО1 просил произвести выплату единовременного пособия в связи с полученной травмой на производстве и временной утратой трудоспособности.

Приказом закрытого акционерного общества «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин» от 19 декабря 2013 года <№> ФИО1 начислена и выплачена единовременная компенсация в размере 135 764 руб 76 коп., с данной суммы произведено удержание налога на доходы физических лиц в размере 17 649 руб., таким образом, единовременная компенсация составила 119 534 руб. 51 коп.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, с ответчика закрытого акционерного общества «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин» подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 руб. в доход муниципального образования «Город Саратов».

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

взыскать в пользу ФИО1 с закрытого акционерного общества «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин» в счет компенсации морального вреда 250 000 руб.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Управление повышения нефтеотдачи пласта и капитального ремонта скважин» государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Заводской районный суд г. Саратова в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья: Е.Ю. Галицкая