Апелляционное определение № 33-3-3607/2026 от 27 апреля 2026 г.

Судья Гетманская Л.В. Дело №33-3-3607/2026(№2-150/2026)

УИД 26RS0018-01-2025-000444-23


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ставрополь

28 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего Шурловой Л.А.,

судей Чернышовой Н.И., Селюковой З.Н.,

при секретаре Павловой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2

на решение Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 02 февраля 2026 года

по иску ФИО2 к ООО «Агрофирма «Золотовая нива» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

заслушав доклад судьи Чернышовой Н.И.,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого преступлением, указав в обоснование требования, что вступившим в законную силу приговором Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 29.01.2025 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ, назначено наказание в виде лишения свободы на 1 года 6 месяцев. На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание суд постановил считать условным с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев, возложив на условно осужденного ФИО3 определенные обязанности.

Согласно приговору в период времени с 07 часов 30 минут по 10 часов 30 минут ФИО3 на основании приказа (распоряжения) о приеме на работу № 111-к от 25.04.2008, занимая должность механика 1 категории отделения № 10 ООО «Агрофирма «Золотая Нива», имея обязанности, определенные ч. 2 п. 2.14, 2.16. 2.19, 2.24, 2.26 должностной инструкции № 15 механика 1 категории, утвержденной 25.04.2018 генеральным директором ООО «Агрофирма «Золотая Нива», после прибытия на рабочее место оператора сельскохозяйственного оборудования отделения № 10 ООО «Агрофирма «Золотая Нива», ФИО4, принятым на работу на основании приказа (распоряжение) административного директора ООО «Агрофирма «Золотая Нива» ФИО5 о приеме на работу от 25.05.2008 № 132-К, находясь вблизи участка местности, расположенном вблизи поля № 166 отделения № 10, расположенном в селе Новомихайловском Красногвардейского муниципального округа Ставропольского края, в нарушении требований ст. ст. 209, 214 ТК РФ, п. 34 Приказа 753н, согласно которым запрещается привлекать к погрузочно-разгрузочным работам работников без соблюдения предельно допустимых норм подъема тяжестей, дал указание ФИО4 на совершение погрузочно-разгрузочных работ вручную, а именно поднятие и перемещение пневматического компрессора, весом 94,8 кг. в кузов автомобиля, с превышением предельно допустимых норм, при этом самоустранился от исполнения своих непосредственных должностных обязанностей, предусмотренных ч. 2 п. 2.14, 2.16. 2.19, 2.24, 2.26 должностной инструкции № 15 механика 1 категории.

ФИО4 совместно с ФИО6 осуществили разгрузочно-погрузочные работы, то есть переместили воздушный компрессор из помещения ремонтной мастерской отделения № 10 ООО «Агрофирма «Золотая Нива» в кузов автомобиля «Газель».

В результате подъема ФИО4 тяжести, на фоне хронического заболевания сердечно-сосудистой системы произошел резкий подъем артериального давления, повышение нагрузки на сердце, что обусловило разрыв сосудов оболочек и вещества головного мозга и возникновению кровоизлияния, острому нарушению мозгового кровообращения, повлекшие в последующем смерть ФИО4

Поскольку она супруга умершего ФИО4, и в результате преступных действий ФИО3 ей причинен моральный вред, постановлением следователя Новоалександровского межрайонного следственного отдела СУ СКРФ по СК старшего лейтенанта юстиции ФИО7 от 23.05.2024 признана потерпевшей по уголовному делу №.

В результате совершенного ФИО3 преступления, ей причинен моральный вред, так как в результате преступных действий осужденного умер её супруг и отец их троих несовершеннолетних детей, с которым она прожила много лет.

Тот факт, что её супруг преждевременно скончался непросто от случайного стечения обстоятельств, а в результате совершения ФИО3 преступления, то есть виновно совершенного общественно опасного деяния, который пренебрёг своими должностными обязанностями, не обеспечил при проведении работ безопасные и здоровые условия труда её супруга, еще более усугубляет её страдания, поскольку она понимает, что супруг мог бы остаться в живых, они продолжали бы жить вместе и воспитывать детей, а он продолжал бы заботится о них, как делал это до своей смерти. Вместо того, чтобы радоваться и проживать свои самые счастливые года в браке со своим супругом и детьми, она на протяжении двух лет находится в психотравмирующей ситуации.

На фоне перенесенного стресса ухудшилось не только её эмоциональное, но и физическое состояние, в результате чего с 03.07.2023 по 14.07.2023 она находилась на лечении в ГБУЗ СК «Красногвардейская районная больница» на дневном стационаре, поскольку обострились хронические заболевания, появилось чувство тревоги, беспокойства, плаксивость, нарушение сна, общее недомогание, в результате чего поставлен диагноз «Астено-депрессивный синдром» и рекомендованы занятия с психологом. Далее она неоднократно находилась на лечении, поскольку из-за постоянных переживаний, связанных со смертью супруга, стало повышаться АД, беспокоить головная боль, головокружения, учащенное сердцебиение, тревожность, плохой сон. До настоящего времени она вынуждена периодически обращаться за медицинской помощью.

При этом, несмотря на то, что ФИО3 признан виновным в совершении вышеуказанного преступления и ему назначено наказание условно, он продолжает жить со своей семьей, работать и радоваться жизни, тогда как она лишилась этого по его вине.

Таким образом, в результате совершенного ФИО3 преступления, она испытала физические и нравственные страдания, которые оценивают в размере 3 000 000 (три миллиона) рублей. Данный размер компенсации является разумный и справедливым, тем более учитывая, тот факт, что осужденный причиненный моральный вред не загладил, несмотря на то, что ФИО3 признал вину, извинения принес лишь в суде.

Определением Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 08.07.2025 произведена замена ненадлежащего ответчика надлежащим – общество с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Золотая нива». ФИО3 привлечён в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Истец просила взыскать с ООО «Агрофирма «Золотая Нива» в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, сумму в размере 3 000 000 рублей, обосновывая нижеследующим.

Решением Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 02 февраля 2026 года в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение отменить, полагает заключение экспертизы недопустимым доказательством. В экспертном заключении отсутствует указание на применение ретроспективной диагностики. Суд неправильно определил юридические обстоятельства, не учел, что смерть ее супруга наступила в результате общественно-опасного деяния.

В возражениях на жалобу генеральный директор ООО «Агрофирма «Золотая нива» С.В. ФИО8 просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец и ответчик явились, иные лица, участвующие в деле не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на официальном сайте краевого суда в сети Интернет, ходатайства об отложении судебного заседания в суд апелляционной инстанции не направил, доказательств уважительности причины неявки не представили.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 167 и ч. 1 ст. 327 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения на нее, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ N 23 "О судебном решении" от 19.12.2003 г., решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Указанным требованиям решение суда отвечает в полной мере.

Из материалов дела видно, что, приговором Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 29.01.2025 ФИО3 осужден по ч. 2 ст. 143 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением наказания по данной статье в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев условно с испытательным сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, и возложением на условно осужденного ФИО3 определенных обязанностей.

Судом, признано доказанным совершение преступления ФИО3 при следующих обстоятельствах: 15.03.2023, в период времени с 07 часов 30 минут до 10 часов 30 минут, ФИО3, на основании приказа (распоряжения) о приеме на работу № 111-к от 25.04.2008 занимая должность механика 1 категории отделения № 10 ООО «Агрофирма «Золотая Нива», чьи должностные обязанности определены ч. 2 п. 2.14, 2.16, 2.19, 2.24, 2.26 должностной инструкции № 15 механика 1 категории, утвержденной 25.04.2018 генеральным директором ООО «Агрофирма «Золотая Нива», после прибытия на рабочее место оператора сельскохозяйственного оборудования отделения № 10 ООО «Агрофирма «Золотая Нива», ФИО4, принятого на работу на основании приказа (распоряжение) административного директора ООО «Агрофирма «Золотая Нива» ФИО5 о приеме работника на работу от 25.05.2008 № 132-К, находясь вблизи поля № 166 отделения № 10, расположенного в селе Новомихайловском Красногвардейского муниципального округа Ставропольского края, в нарушение требований ст. ст. 209, 214 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 34 Приказа 753н, согласно которым запрещается привлекать к погрузочно-разгрузочным работам работников без соблюдении предельно допустимых норм подъема тяжестей, дал указание ФИО4 на совершение погрузочно-разгрузочных работ вручную, а именно поднятие и перемещение пневматического компрессора, весом 94,8 кг, в кузов автомобиля, с превышением предельно допустимых норм, при этом самоустранился от исполнения своих непосредственных должностных обязанностей, предусмотренных ч. 2 п. 2.14, 2.16, 2.19, 2.24, 2.26 должностной инструкции № 15 механика 1 категории.

ФИО4 совместно с ФИО6 осуществили разгрузочно-погрузочные работы, то есть переместили воздушный компрессор из помещения ремонтной мастерской отделения № 10 ООО «Агрофирма «Золотая Нива» в кузов автомобиля «Газель».

Подъем тяжести ФИО4, на фоне хронического заболевания сердечно-сосудистой системы, привел к резкому подъему артериального давления, повышению нагрузки на сердце, что обусловило разрыв сосудов оболочек и вещества головного мозга и возникновению кровоизлияния, острому нарушению мозгового кровообращения, в последующем повлекшие смерть ФИО4

В приговоре указано, что судебным решением от 14.03.2024 акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 15.05.2023 признан незаконным и признан несчастным случаем, произошедшим 15.03.2023 с оператором сельскохозяйственного оборудования ООО «Агрофирма «Золотая Нива» ФИО4 при исполнении им трудовых обязанностей, связанным с производством

Таким образом, установлена причинно-следственная связь между самоустранением ФИО3 от исполнения своих непосредственных должностных обязанностей, на которого возложены обязанности по соблюдению требований охраны труда, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Потерпевшей по данному уголовному делу признана супруга ФИО4 ФИО1 Гражданский иск в уголовном судопроизводстве не заявлен.

Как установлено в судебном заседании, ранее ФИО1 реализовала своё право на получение компенсации морального вреда, причинённого смертью ФИО4 в результате несчастного случая на производстве, размер которой был определён решением Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 14.03.2025.

Решением Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 14.03.2024 исковое заявление ФИО11, ФИО1, действующей в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей ФИО12, ФИО13, ФИО14, государственной инспекции труда в Ставропольском крае, территориального союза «Федерация профсоюзов Ставропольского края» к ООО «Агрофирма «Золотая Нива» о признании акта комиссии по расследованию несчастного случая незаконным и взыскании компенсации морального вреда, удовлетворено частично. Акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от 15.05.2023, произошедшего с оператором сельскохозяйственного оборудования ООО «Агрофирма «Золотая Нива» ФИО4 15.03.2023 года, признать незаконным; несчастный случай, произошедший 15.03.2023 с оператором сельскохозяйственного оборудования ООО «Агрофирма «Золотая Нива» ФИО4 при исполнении им трудовых обязанностей, признан связанным с производством; на ООО «Агрофирма «Золотая Нива» возложена обязанность составить и утвердить акт о несчастном случае, произошедшим 15.03.2023 с оператором сельскохозяйственного оборудования ООО «Агрофирма «Золотая Нива» ФИО4 при исполнении им трудовых обязанностей по форме Н-1, направив утвержденный акт в исполнительный орган страховщика, в соответствии со ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации; взыскана с ООО «Агрофирма «Золотая Нива» в пользу ФИО1 компенсация морального вреда, причиненного смертью супруга ФИО4 вследствие несчастного случая на производстве, выплату в размере 1 000 000 рублей; в пользу несовершеннолетнего ФИО12 компенсация морального вреда, причиненного смертью отца ФИО4 вследствие несчастного случая на производстве, в размере 1 000 000 рублей; в пользу несовершеннолетней ФИО13 компенсация морального вреда, причиненного смертью отца ФИО4 вследствие несчастного случая на производстве, в размере 1 000 000 рублей; в пользу несовершеннолетнего ФИО14, компенсация морального вреда, причиненного смертью отца ФИО4 вследствие несчастного случая на производстве, в размере 1 000 000 рублей; в пользу ФИО11, компенсация морального вреда, причиненного смертью сына ФИО4 вследствие несчастного случая на производстве, в размере 1 000 000 рублей; в удовлетворении искового заявления о взыскании компенсации морального вреда в остальной части отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 26.06.2024 решение Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 14.03.2024 оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Из судебного решения от 14.03.2024 следует, что среди прочего, причинами произошедшего с ФИО4 15.03.2023 несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ, выразившемся в отсутствии контроля за безопасным производством работ при осуществлении погрузочно-разгрузочных работ, так как на момент несчастного случая 15.03.2023 с оператором сельскохозяйственного производства ФИО4 у работодателя ООО «Агрофирма «Золотая Нива» отсутствуют технологический процесс для выполнения погрузочных работ компрессора для накачивания колес трактора, а в разработанной у работодателя инструкции по охране труда оператора на основании технологического процесса на выполняемую работу, не содержатся требования, обеспечивающего безопасное ведение погрузочно-разгрузочных работ.

Судом установлено, что действие работника ФИО4 в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем, при исполнении обязанностей предусмотренных трудовым договором, в течение рабочего времени, на территории работодателя, смерть оператора сельскохозяйственного оборудования ООО «Агрофирма «Золотая Нива» ФИО4 произошла во время исполнения им трудовых обязанностей, связанных с производством по вине работодателя, который не обеспечил работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Суд, определяя размер компенсации морального вреда подлежащего взысканию с ООО «Агрофирма «Золотая Нива» в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, указал, что она находится в молодом возрасте, является женой ФИО4, они имели совместных троих малолетних детей, она находилась на его иждивении, у нее на иждивении осталось трое малолетних детей, принимая во внимание, что смерть ее мужа произошла во время исполнения им трудовых обязанностей, связанных с производством по вине работодателя и привели к длительному неблагоприятному воздействию на нее, ее заболеванию и расстройству здоровья, необходимости лечения, обращению к врачам в связи с ухудшением состояния здоровья.

При этом, суд руководствовался положениями статей 151, 1099, 1064 – 1101 ГК РФ, разъяснениями данными Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», оценив в совокупности индивидуальные особенности истцов, влияющих на размер компенсации морального вреда, в частности их возраст и состояние здоровья, имущественное положение сторон по делу, характер родственных связей (отношения в семье доброжелательные и дружелюбные, доверительные и открытые, были построены на любви и взаимопонимании), профессию и род занятий потерпевшего и членов его семьи, значимость компенсации относительно обычного уровня их жизни и общего уровня доходов, что семья осталась без единственного кормильца, соотнеся их с тяжестью, степенью и глубиной переносимых истцами причиненных физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями их личности, учитывая обстоятельства и причины несчастного случая, лишение возможности общения детей, жены и отца с ФИО4, тяжелые эмоциональные переживания истцов, а также лишение бесценных личных неимущественных прав на любовь со стороны мужа и сына, его заботы об отце в старости и невозможность передать отцу сыновью любовь, что гибель отца и мужа, безусловно, является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, нарушает неимущественное право на родственные связи, смерть ФИО4 изменила привычный уклад жизни, а утрата родного близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильных переживаний, препятствующих социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, принимая во внимание иные заслуживающие внимание фактические обстоятельства, в том числе, отсутствие в действиях погибшего какой-либо неосторожности в момент несчастного случая на производстве, степень вины ответчика выразившейся в нарушении требований охраны труда вследствие не обеспечения безопасных условий труда и не принятии всех необходимых и достаточных мер к обеспечению безопасных условий труда, поведение ответчика, который частично принял меры к возмещению причиненного истцам вреда в досудебном порядке и компенсировал частично организацию похорон ФИО4, с учетом юридически значимых обстоятельств, влияющих на размер компенсации морального вреда, требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, пришёл к выводу о наличии правовых и фактических оснований для частичного удовлетворения исковых требований в этой части и взыскании с ответчика в пользу истцов компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей каждому из них, сумма, которую суд счел соразмерной последствиям нарушения и компенсирует перенесенные ими физические и нравственные страдания, устранит эти страдания либо сгладит их остроту.

В остальной части заявленных истцами требований о компенсации морального вреда суд отказал.

Согласно платёжному поручению № 5481 от 26.08.2024 выплачено ответчиком по исполнительному производству № 99637/24/26026 от 15.08.2024 ФИО1 1000000 рублей. Аналогичная сумма выплачена несовершеннолетним детям и отцу ФИО4

То есть компенсация морального вреда истцу взыскана и решение, исполнено ранее осуждения лица виновного в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ- ФИО3

По настоящему делу проведена амбулаторная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза ФИО1

Согласно заключению комиссии экспертов от 01.10.2025 № 1718 сделаны выводы о том, что в настоящее время ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдает и не страдала им ранее. Это подтверждается данными анамнеза и медицинской документации о том, что на учёте у психиатра она не состоит, социально адаптирована, никто из врачей стационара (терапевтического и неврологического) не отмечал странностей в её поведении и высказываниях, ситуационно обусловленные невротические жалобы, которые не привели к появлению психического расстройства (рекомендации посетить психиатра не было), а также результатами настоящего психолого-психиатрического исследования, не выявившего у подэкспертной каких-либо нарушений в интеллектуально-мнестической и эмоционально-волевой сферах, при сохранности критических и прогностических способностей. У ФИО1 не выявляются признаки негативного влияния смерти её супруга на её психическое состояние.

На текущий период в психологическом состоянии ФИО1 не усматриваются признаки ухудшения психологического здоровья в связи со смертью её супруга ФИО4, умершего 15.03.2023 при обстоятельствах, изложенных в приговоре Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 29.01.2025 в отношении ФИО3. Перенесённое ФИО1 психотравмирующее событие связано со смертью супруга ФИО4, оно возникло с момента информированности о его утрате. Длительность горевания при потере близкого человека индивидуальна, субъективно оценивая своё состояние на период, интересующий суд, подэкспертная отнесла к умеренным, не сообщая о фактах дезорганизации поведения, нарушении адаптационных механизмов. Экспериментально-психологическое обследование выявило установку подэкспертной на оптимизацию расходования сил, отсутствие признаков нахождения в эмоциональном состоянии, оказывающем существенное влияние на адаптацию и социально-бытовую деятельность в период после 14.03.2024 (дата постановки судебного решения).

Таким образом, комиссией экспертов Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края «Ставропольская краевая клиническая специализированная психиатрическая больница № 1» в ходе проведённого амбулаторного экспертного исследования не выявлено у ФИО1 длительного негативного психологического, эмоционального состояния, повышенного уровня тревожности, нарушения сна, сниженного фона настроения, фиксации на негативных эмоциональных переживаниях, которые могли возникнуть и непосредственно быть связанными со смертью супруга.

В судебном заседании допрошен эксперт, психолог, член комиссии экспертов, проводивших амбулаторную комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу ФИО1, – ФИО15, который подтвердил сделанные выводы в заключении комиссии от 01.10.2025 № 1718. Экспертом подтверждено, что при проведении экспертного исследования применялся ретроспективный метод исследования. Человек, перенесший психотравмирующее событие, вызванное смертью близкого, не может вечно пребывать в состоянии горевания с одинаковой интенсивностью. ФИО1, как это изложено на стр. 7 Заключения, сообщила, что после смерти мужа в течение года ничего не хотела, избавилась от хозяйства, с уходом за детьми справлялась, за помощью к третьим лицам не обращалась; взяла себя «в руки» с началом судебных процессов; степень испытываемых страданий оценивает по пятибалльной системе на три балла; однократно обращалась для обследования к психологу; при направленной беседе сводит вектор ответственности за иск в отношении обвиняемого на адвоката («Адвокат посоветовала, я согласилась»); инструкции к заданиям усваивает, удерживает и применяет, темп умственной работоспособности равномерный с тенденцией к замедленному. Кроме того, на стр. 10 Заключения изложено, что психологический анализ рефлексии подэкспертной коррелирует с данными, полученными в ходе экспериментально-психологического исследования, способность ФИО1 преодолевать стрессовые ситуации актуализировались при прохождении этапа горевания по смерти мужа; ухудшений, требующих вмешательства специалиста, не обнаружено; при обследовании выявлена установка подъэкспертной на оптимизацию расходования сил, отсутствие признаков нахождения в эмоциональном состоянии, оказывающем существенное влияние на адаптацию и социально-бытовую деятельность; выявленная настоящим исследованием низкая индивидуальная стрессовая уязвимость подэкспертной, сохранность адаптационных механизмов позволяют сделать вывод об отсутствии ухудшения в психологическом состоянии ФИО1, в связи с судебным решением от 14.03.2024; согласно закономерностям протекания этапов горевания при потере близкого у человека не исключаются эпизоды всплеска боли и горя, так, проведя субъективную оценку удельного веса страданий, подэкспертная не отнесла его к высоким и неизмеримо высоким; психологическим анализом не выявлены обстоятельства, препятствующие возможности продолжить активную общественную жизнь, возможности изменения образа жизни в результате пережитых нравственных страданий; у подэкспертной не выявлено индивидуально-психологических особенностей, усугубивших глубину и длительность субъективного переживания событий, ставших содержанием дела.

Разрешая спор, суд пришел к мнению, что поскольку не установлено ухудшения в психологическом состоянии ФИО1, в связи с судебным решением от 14.03.2024, и на текущий период в психологическом состоянии ФИО1 не усматривается признаков ухудшения психологического здоровья, в связи со смертью её супруга ФИО4, умершего 15.03.2023 при обстоятельствах, изложенных в приговоре Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 29.01.2025 в отношении ФИО3, то характер и степень всех нравственных страданий, перенесённых ФИО1, были предметом исследования судом в ходе судебного разбирательства и при вынесении решения от 14.03.2024 определён размер компенсации морального вреда в денежном выражении.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда, полагая его законным и обоснованным.

Суд правильно отметил, что факт установления вины ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ по прошествии определённого времени после несчастного случая на производстве не может служить основанием для повторного взыскания с работодателя в пользу истца компенсации морального вреда.

Учитывая, что вред жизни ФИО4, а, следовательно, его супруге ФИО1, сыну ФИО12, дочери ФИО13, сыну ФИО14, отцу ФИО11 причинен при исполнении трудовых обязанностей работником ООО «Агрофирма «Золотая нива» механиком I категории ФИО3, то в силу положений статьи 1068 ГК РФ обязанность по возмещении данного вреда возлагается на работодателя ООО «Агрофирма «Золотая нива», но поскольку истцом ФИО1 ранее реализовано право на получение компенсации морального вреда, причиненного вследствие смерти супруга в результате несчастного случая на производстве, размер которой определен вступившим в законную силу решением суда Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 14.03.2024, суд пришел к выводу, что факт установления вины ФИО3 по истечению времени не может служить основанием для повторного взыскания с работодателя в пользу истца компенсации морального вреда. Каких-либо доказательств, подтверждающих, что ФИО1 моральный вред причинён в большей степени, не предоставлено.

Доводы жалобы о необоснованности ссылки в решении суда на заключение комиссии экспертов № 1718 от 01 октября 2025 года, в отношении ФИО16, как выполненной с нарушениями ст.ст. 4,5,8,16,25 Закона №73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности», ст. 62 Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 г. №323-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст. 14 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав при ее оказании» №3185-1 от 02.07.1992, ст. 55 ГПК РФ, ведомственных нормативно-правовых и научно - методических положений, регулирующих подобного рода специализированные экспертизы, указание на т о, что исследование не отвечает критериям фактической пригодности (выводы экспертов основаны не на фактах и обстоятельствах дела, не применены требуемые для ответов на поставленные вопросы методики и методы исследования), материально-правовой пригодности (выводы экспертов просто «подогнаны» под определённые ответы), процессуально-правовой пригодности (выводы экспертов не соответствуют нормативно-правовым требованиям объективности, всесторонности и научной обоснованности) со ссылкой на заключение специалиста на содержание заключения комиссии экспертов № 1718 от 01 октября 2025 года «заключение комиссии экспертов № 1718 от 01 октября 2025 года ГБУЗ СК «СККСПБ № 1», имеющееся в материалах гражданского дела, судебная коллегия находит несостоятельными по следующим основаниям.

Суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (абз.2 ч.1 ст.327 ГПК РФ).

Рассматривая настоящее дело, суд апелляционной инстанции, исходя из права дать оценку представленным в дело доказательствам полагает, что вопреки доводам жалобы, заключение является полным, достаточным, обоснованным, в экспертном заключении содержится подробное описание произведенных исследований и сделанные в результате их выводы, оно соответствует требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31.05.2001г. № 73-ФЗ и положениям статей 67, 68 ГПК РФ. Экспертами изложены результаты исследования, заключение содержит категоричные ответы на поставленные судом вопросы, является последовательным, не допускает неоднозначного толкования. При проведении экспертного исследования эксперты проанализировал и сопоставил все имеющиеся исходные данные.

Эксперты до начала производства экспертизы предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса РФ, имеет необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальности, стаж работы.

Ввиду изложенного, судебная коллегия не усматривает оснований сомневаться в правильности выводов экспертов, тем более, что в жалобе указано на наличие нарушений, но сами они не описаны, равно как и в заключении специалиста, оформившего рецензию на экспертное заключение, а указанные нарушения не влияют на выводы заключения- не указана дата и время заседания комиссии, но в заключении указаны даты начала и окончания проведения экспертизы, а в дальнейшем предлагается свое видение изложения заключения.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, не содержат обстоятельств, которые бы нуждались в дополнительной проверке, направлены на иную оценку исследованных судом первой инстанции доказательств, а потому не могут быть приняты судебной коллегией в качестве оснований к отмене решения суда.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Красногвардейского районного суда Ставропольского края от 02 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29.04.2026.

Председательствующий:

Судьи: