Решение № 2-107/2017 2-107/2017(2-3958/2016;)~М-3781/2016 2-3958/2016 М-3781/2016 от 1 марта 2017 г. по делу № 2-107/2017

Дело № 2-107/17


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 марта 2017 г. г. Воскресенск Московская область

Воскресенский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Севастьяновой Е.В.,

при секретаре Калюжной А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности сделок,

установил:

С учетом уточнения исковых требований, ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 и ФИО5 о признании недействительными договоров займа от <дата>, от <дата> и от <дата>, заключенных между ФИО3 и ФИО4 в части обеспечения исполнения обязательств ФИО3 путем обязательной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество по адресу: <адрес> на ФИО4, признании недействительной сделкой договора купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес> от <дата>, заключенного между ФИО3 и ФИО4, признании недействительной сделкой договора купли-продажи недвижимого имущества по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО4 и ФИО5, применении последствий признания сделок недействительными: возвращении недвижимого имущества по адресу: <адрес> в собственность ФИО3, обязании территориального отдела федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии погасить в Едином Государственном Реестре Прав на недвижимое имущество записи о праве собственности ФИО5 на недвижимое имущество по адресу: <адрес> и внесении сведений о праве собственности на указанное имущество ФИО3.

В обоснование заявленных исковых требований ссылается на то, что между ней и ФИО4 <дата> был заключен договор займа на сумму <данные изъяты>. В качестве обеспечения исполнения обязательства недвижимое имущество в виде дома по адресу: <адрес>, принадлежавшего ФИО3, был передан в собственность ФИО6 Указанные договоры по своей правовой природе соответствуют признакам договоров займа с залогом недвижимого имущества (ипотека), но в расписке отсутствует указание на предусмотренные ст.9 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости) данные, в связи с чем договор не может быть зарегистрирован и в силу отсутствия его государственной регистрации являеься ничтожным. Формальным основанием для регистрации перехода права собственности явился договор купли-продажи, подписанный сторонами в одном экземпляре. То, что договор купли-продажи являлся лишь формальным основанием для государственной регистрации перехода права собственности подтверждается заключением этого договора в дату подписания расписки о получении ФИО3 в долг от ФИО4 <данные изъяты>, что сумма, указанная в договоре купли-продажи соответствует сумме займа по расписке от <дата>, что по акту приема-передачи ФИО4 не принимал спорный жилой дом. ФИО3, заключая договор купли-продажи от <дата>, не имела своей целью достижение правовых последствий сделки купли-продажи недвижимости, продолжает проживать в спорном доме совместно со своим сыном ФИО1 ФИО4 не имел цели на приобретение имущества и несение бремени его содержания, последующее заключение договора купли-продажи между ним и ФИО5 от <дата> также осуществлено без фактической приемки приобретаемого имущества. Все изложенное, по мнению истца, свидетельствует о том, что договор купли-продажи жилого дома, заключенный между ФИО3 и ФИО4 <дата>, не является самостоятельной сделкой, был заключен во исполнение положений договора займа между теми же сторонами, заключенного одновременно <дата>, а потому может рассматриваться исключительно во взаимосвязи с ним. По этим основаниям просит признать договоры купли-продажи от <дата> и от <дата> недействительными. Кроме того, считает договор купли-продажи от <дата>, заключенный между ФИО3 и ФИО4 недействительным, поскольку он заключен под влиянием обмана. Указывает, что обстоятельства, при которых заключался оспариваемый договор, свидетельствуют о то, что со стороны ФИО3 подписание договора происходило не по доброй воле, а под влиянием обмана, так как ФИО4 скрыл свои действительные намерения, а истица была уверено, что ФИО4 незамедлительно вернет ей спорное имущество. Считает, что договор займа не был бы заключен в случае незамедлительной обратной продажи дома. ФИО3 относится к социально незащищенной категории населения, поэтому в силу ее состояния здоровья подвержена обману, так как она инвалид 2 группы, страдает заболеваниями, <дата> получила тяжелую травму в результате дорожно-транспортного происшествия, на момент заключения оспариваемой сделки ее возраст составил 75 лет. Сын ее в этот период времени находился в местах лишения свободы, и истец проживала в одиночестве, что в совокупности приводило ее к отчаянию, о чем ФИО4 знал и воспользовался этим при заключении оспариваемой сделки в целях склонения истца к заключению договора по отчуждению единственного жилья. Договор купли-продажи спорного дома от <дата> между ФИО4 и ФИО5 считает притворной сделкой, совершенной лишь для вида без намерения породить соответствующие ей правовые последствия. В спорном доме с <дата> по настоящее время проживает ФИО3 и ее сын ФИО1 Ответчики фактически не принимали имущество по акту приема-передачи, не несли бремени ответственности за принадлежащую им собственность и не намеревался проживать в приобретенном доме.

В судебном заседании истец ФИО3 и ее представитель ФИО7 иск поддержали по основаниям, изложенным в уточненном исковом заявлении. ФИО3 подтвердила свои объяснения, данные в судебном заседании <дата> (л.д.107-110), что спорный жилой дом она приобрела у лица, купившего дом у ФИО4 Поскольку она разрешила, чтобы в доме жил родственник ФИО4, последний стал приходить к ней в дом, помогал ей, поздравлял с праздниками. Сын ее находился в местах лишения свободы. Когда она попросила ФИО4 дать ей <данные изъяты>, ФИО4 сказал, что может дать ей только <данные изъяты>, а затем сказал, что поскольку деньги берет у знакомого, то может дать ей только <данные изъяты> под 4%, как потом выяснилось, не годовых, а в месяц. Но чтобы он дал эти деньги, она должна продать ему свой дом. Причем, она сразу понимала, что речь идет о продаже дома в собственность ответчика в порядке гарантии, что она отдаст долг. Когда она продала квартиру и решила отдать долг, то оказалось, что ответчику она должна 1,6 миллионов рублей. Когда она подписала договор купли-продажи дома, ее квартира еще не была продана. После этого она написала расписку, что взяла деньги в долг у ФИО4, который пояснил, что плохо пишет по-русски, и она сама написала расписку, что взяла у него <данные изъяты>, расписку она составила от <дата>, дала ему такую же расписку. Когда оформили дом, ее квартира в г.Москве еще не была продана, но из мест лишения свободы возвратился ее сын, которому нужно было купить машину, и ФИО4 дал ей <данные изъяты> по расписке от <дата>, из этого миллиона <данные изъяты> пошло на оплату процентов. Дом она передала ФИО4 в собственность за <данные изъяты>. Договор купли-продажи дома был заключен до подписания расписки от <дата>. Представитель истца пояснила, что право собственности на дом было переоформлено <дата> уже после подписания расписки от <дата>.

Ответчики ФИО4 и ФИО5 в судебное заседание не явились, о слушании дела уведомлялись, об отложении дела слушанием не просили, причины неявки суду не сообщили, и дело, с учетом участия в деле представителя ответчиков, действующего на основании доверенности, рассмотрено в отсутствие ответчиков.

Представитель ответчиков ФИО8 иск не признал, пояснив, что ФИО4 расписку от <дата> не подписывал, но ходатайства о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы не заявил. Согласно объяснения представителя ответчиков, договор купли-продажи спорного дома истцом подписан, он не связан с представленной суду распиской, содержит другую сумму денег, чем указана в расписке. Исполнить договор купли-продажи спорного жилого дома ответчики пытались, но в доме проживает ФИО3 и ее сын. Судом по иску ФИО5 принято решение о выселении ФИО3 из дома, но решение пока не вступило в законную силу. Считает, что представленная суду расписка не содержит условий об ипотеке, поскольку в ней не указано, какое конкретно имущество обеспечивает возврат долга по расписке.

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Закрепляя принцип свободы договора, ст.421 ГК РФ гласит: «Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми» В соответствии со ст.434 ГК РФ, «Договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами. »

Исходя из положений ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Ст.166 ГК РФ гласит: «Сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.» В соответствии со ст.167 ГК РФ, «Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.» согласно ст. 168 ГК РФ, «сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.» Ст.170 ГК рФ предусматривает, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Исходя из положений ст.179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Копией дела правоустанавливающих документов на жилой дом по адресу: <адрес> подтверждается, что на основании договора купли-продажи земельного участка, заключенного в простой письменной форме <дата>, зарегистрированного <дата>, истцу ФИО3 на праве собственности принадлежали жилой дом и земельный участок, площадью 1200 кв.м., по адресу: <адрес>. <дата> между ФИО3 и ответчиком ФИО4 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (л.д.95), по условиям которого спорный жилой дом и земельный участок истец ФИО3 обязалась передать, а ФИО4 обязался принять в собственность и оплатить в соответствии с условиями договора. Указанное недвижимое имущество- дом и земельный участок- проданы ФИО3 ФИО4 за <данные изъяты>. Согласно п.5 договора (л.д.95об), расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. В ту же дату между теми же лицами подписан передаточный акт, по которому спорный жилой дом и земельный участок по тому же адресу ФИО3 передала ФИО4 (л.д.95). В п.4 акта содержится указание на то, что каждая из сторон подтвердила выполнение всех обязательств, расчет произведен полностью, у сторон нет друг к другу претензий по существу договора. <дата> между ФИО4 и ФИО5 заключен договор купли-продажи того же жилого дома и земельного участка, которые по этому договору проданы ФИО4 ФИО5 также за <данные изъяты>. (л.д.93). Согласно п.5 договора расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. В ту же дату ФИО4 и ФИО5 подписан передаточный акт (л.д.94), по которому ФИО4 передал ФИО5 в собственность спорный жилой дом и земельный участок. В п.4 акта содержится указание, что обязательства сторон выполнены, расчет произведен полностью.

Суду представлена также копия договора-расписки (л.д.12), содержащей условия о том, что ФИО4, от имени которого написана расписка, дал в долг ФИО3 <данные изъяты>. Находящийся в ее собственности дом в качестве гарантии выплаты долга он оформил на себя. При выплате долга дом незамедлительно переоформляется на ФИО3 Однако, одновременно расписка содержит указание на то, что дом оформляется на сына ФИО1 и его дочь ФИО2 им или его наследниками. Эта запись датирована <дата>, то есть той же датой, в которую был заключен договор купли-продажи спорного жилого дома от <дата> между ФИО3 и ФИО4 Кроме того, расписка содержит указание на то, что <дата> ФИО3 получен от ФИО4 еще <данные изъяты> на тех же условиях, и что в ту же дату ФИО4 получил от ФИО3 полностью долг в сумме <данные изъяты>, а затем <дата> ФИО3 вновь получила у ФИО4 в долг <данные изъяты>.

Согласно объяснений ФИО3, данная расписка со всеми изложенными в ней условиями составлена ею и подписана ею и ФИО4

Истец в обоснование требований о признании недействительными трех оспариваемых договоров займа, содержащихся в расписке, ссылается на то, что по своей правовой природе они соответствуют признакам договоров займа с залогом недвижимого имущества и, поскольку в них отсутствуют данные, указанные в ст.9 Федерального закона, какого не указано, этот договор не подлежит государственной регистрации, а несоблюдение правил о государственной регистрации договора об ипотеке влечет его недействительность. Такой договор считается недействительным.

Однако, оспариваемая расписка не содержит условий о залоге какого-либо имущества, так как в расписке самой ФИО3 от имени ФИО4 дословно указано: «с ее согласия (в качестве гарантии выплаты долга)-я оформил ее дом на себя.» При выплате долга дом переоформляется на ФИО3, ее сына, его дочь. Согласно ст.1 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ (ред. от 23.06.2016) "Об ипотеке (залоге недвижимости)", по договору о залоге недвижимого имущества (договору об ипотеке) одна сторона - залогодержатель, являющийся кредитором по обязательству, обеспеченному ипотекой, имеет право получить удовлетворение своих денежных требований к должнику по этому обязательству из стоимости заложенного недвижимого имущества другой стороны - залогодателя преимущественно перед другими кредиторами залогодателя, за изъятиями, установленными федеральным законом. Таким образом, исполнение обязательства обеспечивается путем реализации заложенного имущества за счет вырученных от его реализации денежных средств, а не путем передачи до истечения срока исполнения обязательства предмета залога в собственность залогодержателя. Согласно ст.10 указанного федерального закона, договор, в котором отсутствуют какие-либо данные, указанные в статье 9 настоящего Федерального закона, или нарушены правила пункта 4 статьи 13 настоящего Федерального закона, не подлежит государственной регистрации в качестве договора об ипотеке. Несоблюдение правил о государственной регистрации договора об ипотеке влечет его недействительность. Такой договор считается ничтожным. Указанные положения ст.1 ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости) предусматривают удовлетворение требований за счет принадлежащего залогодателю имущества, а не передачу при заключении договора займа недвижимого имущества в собственность залогодержателя с последующим возвращением его в собственность залогодателя. Такого механизма обеспечения обязательства по договору ипотеки Федеральный закон «Об ипотеке» не предусматривает. Не предусматривает указанный Федеральный закон и передачи предмета залога другому лицу в собственность в случае исполнения заемных обязательства. При таких обстоятельствах, условия расписки об оформлении дома ФИО3 на ФИО4 с последующим переформлением на ФИО3 и ее потомков не свидетельствуют о заключении между ФИО4 и ФИО3 договора ипотеки, являются условием о распоряжении ФИО3 своим домом без указания данных о том, каким конкретно домом, в пользу ФИО4 и о намерении ФИО4 распорядиться этим домом в пользу ФИО3 и ее потомков. Поскольку данное условие не свидетельствует об обеспечении договора займа между ФИО3 и ФИО4 ипотекой конкретного недвижимого имущества, не имеется оснований к применению к спорным правоотношениям положений ст.10 указанного Федерального закона. При этом, условие об оформлении дома в собственность ФИО4 не может расцениваться в качестве условия об обязателбной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество, расположенное по адресу: <адрес>, о недействительности которого заявлены исковые требования, поскольку к моменту написания данной расписки <дата> по объяснениям ФИО3 уже был заключен договор купли-продажи этого недвижимого имущества, по которому это имущество перешло в собственность ФИО4 без условий возврата его в собственность ФИО3 в случае выплаты долга, поскольку в соответствии со ст.454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Условия, о недействительности которого заявлены исковые требования, оспариваемая расписка не содержит.

Кроме того, суд также учитывает, что поскольку ФИО3 самостоятельно, по своей инициативе составляла расписку, она имела возможности внести в расписку те условия, которые считала необходимым внести, условие об оформлении дома в собственность ФИО4 по воле самой ФИО3 отражено в расписке без указания конкретного объекта недвижимости и механизма реализации договора, исходя из вышеназванных положений ГК РФ, она не может расцениваться в качестве потерпевшей от этого условия стороны договора.

В обоснование заявленных исковых требований истец также ссылается на необходимость оценки договора купли-продажи спорного жилого дома от <дата>, заключенного истцом ФИО3 и ответчиком ФИО4, как взаимосвязанных договоров, поскольку договор купли-продажи формально закрепляет положения расписки об обеспечении исполнения долгового обязательства передачей спорного жилого дома в собственность ответчика ФИО4 С данными доводами суд согласиться не может в силу следующего:

Как следует из содержания расписки от <дата>, в ней содержится условие об оформлении ФИО4 на себя дома ФИО3 и последующем оформлении дома на ФИО3, ее сына и ее внучку. Данное условие не содержит указания на конкретный адрес объекта передаваемого жилого дома, сроки и порядок передачи, а также указания, кому конкретно и на каких условиях данный дом должен быть передан после исполнения долговых обязательств, в связи с чем это условие расписки не может быть соотнесено с домом и земельным участком, являющимися предметом оспариваемого договора купли-продажи от <дата>.

Суд также учитывает, что согласно объяснений ФИО3, оспариваемый договор купли-продажи от <дата> был заключен между ней и ФИО4 до написания ею от имени ФИО4 расписки, содержащей условие о возврате долга. При этом, расписку она решила написать и подписала ее у ФИО4, не умевшего, по ее словам, писать на русском языке уже после заключения договора купли-продажи. Таким образом, оспариваемый договор не мог быть заключен во исполнение долговой расписки, которой на момент заключения этого договора не существовало. При этом, сумма, за которую ФИО4 приобрел у ФИО3 спорный жилой дом по договору купли-продажи- <данные изъяты>, не соответствует сумме займа по расписке от <дата>-<данные изъяты>, поскольку не только меньше этой суммы на <данные изъяты>, но как следует из условий договора купли-продажи, за <данные изъяты> ФИО4 приобрел у ФИО3 не только дом, но и земельный участок, а в расписке на сумму <данные изъяты> фигурирует только упоминание о доме, никаких указаний на обеспечение долгового обязательства также земельным участком, а также на заключение оспариваемого договора купли-продажи во исполнение расписки данная расписка не содержит. Доказательств того, что истец ФИО3 не получила <дата> от ФИО4 <данные изъяты> по оспариваемому договору купли-продажи и <данные изъяты> по расписке в долг суду не представлено.

Условия об обязательной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество по адресу: <адрес> на ФИО4, которое ФИО3 просит признать недействительным, оспариваемая расписка не содержит.

Доказательств того, что договор купли-продажи от <дата> и договор займа, выраженный в расписке от <дата>, заключены в отношении одной и той же суммы денежных средств, об одном и том же имуществе суду не представлено, и оснований считать их взаимосвязанными и заключенными во исполнение друг друга не имеется.

Доводы истца и ее представителя о том, что ФИО3 подвержена обману, поскольку является инвалидом 2 группы, страдает заболеваниями, в том числе хронической ишемией мозга, <дата> перенесла тяжелые травмы, и ее возраст на момент заключения оспариваемой сделки составил 75 полных лет, суд не может принять во внимание, поскольку доказательств того, что в силу этих обстоятельств истец ФИО3 заключила оспариваемую сделку под влиянием обмана суду не представлено. Сделка заключена до того, как ФИО3 получила указанные тяжелые травмы и до получения ею выписки из медицинского учреждения <дата>, в связи с чем данные обстоятельства являются неотносимыми к рассматриваемым правоотношениям.

Доводы о том, что спорный жилой дом являлся для ФИО3 единственным жилым помещением, вследствие чего она не могла его продать, опровергаются объяснениями ФИО3, пояснившей, что на момент заключения оспариваемых договоров ей на праве собственности принадлежала находящаяся в г.Москве квартира, которую она продала позднее. Доказательств обратного суду не представлено. Кроме того, государственная регистрация права собственности ФИО4 на спорный жилой дом была произведена по личному заявлению ФИО3 только <дата>, в связи с чем ФИО3 имела возможность заявить о приостановлении или отмене государственной регистрации (л.д.91).

При таких обстоятельствах, оснований к удовлетворению исковых требований ФИО3 к ФИО4 о признании недействительными договоров займа от <дата>, от <дата> и от <дата>, заключенных между ФИО3 и ФИО4 в части обеспечения исполнения обязательств ФИО3 путем обязательной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество по адресу: <адрес> на ФИО4, признании недействительной сделкой договора купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес> от <дата>, заключенного между ФИО3 и ФИО4 не имеется.

Не подтверждаются представленными суду доказательствами и поддержанные истцом ФИО3 и ее представителем утверждения иска о том, что договоры купли-продажи спорного жилого дома, заключенные <дата> между ней и ФИО4 и <дата> между ФИО4 и ФИО5 носят притворный характер, как заключенные без намерения породить предусмотренные в договорах правовые последствия- передачу в собственность ФИО4, а затем ФИО9 за плату спорного жилого дома. Истец утверждает, что договоры не исполнены до настоящего времени. Однако, это опровергается, как объяснениями сторон, так и материалами дела. Согласно копий передаточных актов от <дата> (л.д.96) и от <дата> (л.д.94), спорный жилой дом <дата> и земельный участок были приняты ФИО4 от ФИО3 в том виде, в каком они были на эту дату, а затем то же имущество <дата> было принято от ФИО4 ФИО5 При этом, передаточный акт от <дата> с указанным условием о принятии имущества был подписан не только ФИО4, но и самой ФИО3 Кроме того, по объяснениям обеих сторон ФИО5 обратился в Воскресенский городской суд с иском к ФИО3 о прекращении ее права пользования спорным жилым домом. ФИО3 поясняет, что проживает с освободившимся из мест лишения свободы сыном в спорном жилом доме, что препятствует ФИО5 в полноценном использовании спорного жилого дома для своего проживания. При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что оба оспариваемых договора купли-продажи исполнены в такой степени, в какой они могут быть исполнены с учетом проживания в доме бывшего собственника дома ФИО3

Таким образом, заявленные исковые требования не нашли своего подтверждения представленными суду доказательствами и удовлетворению не подлежат.

Ответчиками, кроме того, в лице их представителя заявлено ходатайство о применении к заявленным исковым требованиям срока исковой давности.

В соответствии со ст.195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Ст.197 ГК РФ предусматривает, что для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком, установленным ст.196 ГК РФ в 3 года. Исходя из положений ст.199 ГК РФ, требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно ст.181 ГК РФ, Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Исходя из указанных положений, срок исковой давности по требованиям о признании недействительным в силу ничтожности (мнимости) договора купли-продажи от <дата>, заключенного между ФИО4 и ФИО5 составляет 3 года и к моменту обращения в суд с рассматриваемыми исковыми требованиями не истек.

Истцом заявлено ходатайство о восстановлении срока исковой давности по исковым требованиям о признании ничтожными договоров займа от <дата> и от <дата> в части обеспечения исполнения обязательств путем обязательной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество по адресу: <адрес> на ФИО4 по тем основаниям, что ФИО3 страдает тяжелыми заболеваниями. Суд соглашается с данными доводами и считает необходимым восстановить срок исковой давности по исковым требованиям о признании ничтожными оспариваемых договоров займа, истекший <дата> по договору займа от <дата> и <дата> по договору займа от <дата>. По договору займа от <дата> срок исковой давности о признании его условий ничтожными не истек.

Суд не находит оснований к восстановлению срока исковой давности по требованиям о признании договора купли-продажи от <дата>, заключенного между ФИО3 и ФИО4 недействительным по причине заключения договора под влиянием обмана, поскольку срок исковой давности по этому требованию истек <дата>, то есть более двух с половиной лет назад, до того, как ФИО3 перенесла тяжелые травмы. При этом, ее состояние здоровья позволило ей в настоящее время обратиться в суд с рассматриваемым исковым заявлением. Никаких доказательств изменения ее состояния здоровья к настоящему времени не имеется. Таким образом, имеет место значительный, более двух лет пропуск срока исковой давности и оснований к восстановлению столь длительного пропуска срока исковой давности не имеется. При таких обстоятельствах, пропуск срока исковой давности при отсутствии оснований к его восстановлению суд также расценивает в качестве самостоятельного основания к отказу в удовлетворении исковых требований о признании договора купли-продажи от <дата> недействительным.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о признании недействительными договоров займа от <дата>, от <дата> и от <дата>, заключенных между ФИО3 и ФИО4 в части обеспечения исполнения обязательств ФИО3 путем обязательной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество по адресу: <адрес> на ФИО4, признании недействительной сделкой договора купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес> от <дата>, заключенного между ФИО3 и ФИО4, признании недействительной сделкой договора купли-продажи недвижимого имущества по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО4 и ФИО5, применении последствий признания сделок недействительными: возвращении недвижимого имущества по адресу: <адрес> в собственность ФИО3, обязании территориального отдела федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии погасить в Едином Государственном Реестре Прав на недвижимое имущество записи о праве собственности ФИО5 на недвижимое имущество по адресу: <адрес> и внесении сведений о праве собственности на указанное имущество ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Воскресенский городской суд в апелляционном порядке в месячный срок.

Решение суда в окончательной форме изготовлено <дата>.

Судья: <данные изъяты> Е.В.Севастьянова

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>