Апелляционное определение № 33-3339/2025 33-96/2026 от 27 января 2026 г.

Судья Лыкина О.С. Дело №2-437/2025

Докладчик Лаврова О.В. Дело №33-96/2026

65RS0001-01-2024-010537-15


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 января 2026 года город Южно-Сахалинск

Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда в составе:

председательствующего судьи Лавровой О.В.,

судей Михайловой О.А., Портнягиной А.А.,

при помощнике судьи Долгий И.Э.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Ф.И.О.1 к нотариусу Южно-Сахалинского нотариального округа Ф.И.О.2 об оспаривании брачного договора и бланков брачного договора (с припиской),

по апелляционной жалобе представителя истца Ф.И.О.1 - ФИО1 на решение Южно-Сахалинского городского суда от 12 мая 2025 года.

Заслушав доклад судьи Лавровой О.В., судебная коллегия

установила:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, действуя в интересах Ф.И.О.1, обратился в суд с исковым заявлением к нотариусу Южно-Сахалинского нотариального округа Ф.И.О.2 о признании нотариально удостоверенного брачного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, недействительным в части добавленных приписок.

В обоснование заявленных требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ между Ф.И.О.1 и ее супругом Ф.И.О.3 заключен брачный договор, удостоверенный нотариусом Южно-Сахалинского нотариального округа Ф.И.О.2

В связи с утратой части документов, действуя через своего представителя, Ф.И.О.1 обратилась за получением имеющихся в офисе ПАО «Транскапиталбанк» копий документов по кредитному договору. Сравнив копию брачного договора, предоставленную Банком, с имеющейся у нее копией брачного договора от ДД.ММ.ГГГГ, ей стало известно о выполненных нотариусом приписках следующего содержания: - «приобретаемая квартира признается личной собственностью заемщика. Супруг не (неразборчиво) обязательств по обслуживанию ипотечного кредита» (первый лист после 6 абзаца перед п.п.2.2); - на втором листе в середине документа перед подписью сторон приписка ручкой «Дописанному: приобретаемая квартира признается личной собственностью заемщика. Супруг не несет обязательств по обслуживанию ипотечного кредита «верить»; - на втором листе в нижней части документа «Дописанному: приобретаемая квартира признается личной собственностью заемщика. Супруг не несет обязательств по обслуживанию ипотечного кредита «верить. нотариус», подпись, гербовая печать нотариуса; - на втором листе в правом нижнем углу расположены три печати «30.11.2020», «копия верна», «Главный специалист группы продаж ипотечных кредитов Ф.И.О.4» и подпись.

Приписки, выполненные нотариусом, с Ф.И.О.1 не оговаривались; ни она, ни её супруг Ф.И.О.3 волеизъявление и согласие на них не давали, свои подписи не ставили, содержание приписок и их правовые последствия не разъяснялись. Внесенные нотариусом приписки меняют смысл брачного договора и ограничивают правоспособность сторон договора, что свидетельствует о нарушенных правах.

Поскольку о приписках в брачном договоре Ф.И.О.1 стало известно не ранее ДД.ММ.ГГГГ, просил признать причину пропуска процессуального срока уважительной и восстановить пропущенный срок на обращение с требованием об оспаривании брачного договора в части добавленных приписок.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, действуя в интересах Ф.И.О.1, в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представил заявление, в котором просил признать бланк брачного договора (с припиской) от ДД.ММ.ГГГГ, находящийся в деле нотариуса недействительным; признать недействительным бланк брачного договора №№ от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенный нотариусом (с припиской).

Решением Южно-Сахалинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1 просит решение суда отменить, удовлетворить заявленные требования.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечено ПАО «Транскапиталбанк».

Участвующие в деле лица в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и в надлежащей форме, в этой связи на основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

При этом суд апелляционной инстанции на основании пункта 1 части 2 статьи 155.2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации счел не подлежащим удовлетворению ходатайство представителя истца об отложении судебного заседания и проведении его с использованием системы веб-конференции, ввиду отсутствия технической возможности для проведения судебного заседания посредством системы веб-конференции.

Изучив материалы дела, рассматривая настоящее гражданское дело по правилам производства в суде первой инстанции, без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

По смыслу статей 9, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации выбор способа защиты нарушенного права является прерогативой истца, удовлетворение заявленных истцом требований к определенному ответчику должно повлечь восстановление его нарушенных прав.

Судебная коллегия при разрешении спора исходит из того, что при уточнении исковых требований ДД.ММ.ГГГГ сторона истца от ранее заявленных требований не отказалась (т.1, л.д. 58-59). При этом судебная коллегия предлагала уточнить заявленные исковые требования.

В этой связи суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам пункта 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом поступивших уточнений и первоначально заявленных требований.

Пунктом 1 статьи 7 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что граждане по своему усмотрению распоряжаются принадлежащими им правами, вытекающими из семейных отношений (семейными правами), в том числе правом на защиту этих прав, если иное не установлено Кодексом.

Исходя из пункта 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации, законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

В соответствии с нормами семейного законодательства (статья 7, пункт 1 статьи 35, пункты 1, 2 статьи 38, 40 Семейного кодекса Российской Федерации) супруги свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

В силу положений статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Согласно пункту 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации суд может также признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение. Условия брачного договора, нарушающие другие требования пункта 3 статьи 42 настоящего Кодекса, ничтожны.

На основании статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между супругами Ф.И.О.1 и Ф.И.О.3 заключен нотариально удостоверенный брачный договор (реестровая запись №), по условиям которого имущество, нажитое супругами во время брака, является в период брака общей совместной собственностью супругов, за исключением имущества, лично принадлежащего по закону одному из супругов, а также за исключением случаев, предусмотренных в настоящем договоре (пункт 1.1 договора).

В случае расторжения брака супругами по взаимному согласию на все нажитое во время брака имущество сохраняется правовой режим (общей совместной собственности или собственности одного из супругов), действующий в отношении соответствующего имущества в период брака, если настоящим договором не предусмотрено иное (пункт 1.2 брачного договора).

В пункте 2.1 брачного договора стороны согласовали условие о том, что Ф.И.О.1 приобретает любую квартиру на территории Российской Федерации за счет заемных средств, предоставляемых ей по кредитному договору любым банком. Ф.И.О.3 и Ф.И.О.1 изменяют установленный законом режим совместной собственности супругов и устанавливают режим личной собственности Ф.И.О.1 в отношении приобретаемой квартиры.

При этом в представленном в материалы дела бланке брачного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, а также в хранящемся в архиве нотариуса экземпляре брачного договора в пункте 2.1 совершены рукописные приписки, выполненные нотариусом, следующего содержания: «Приобретаемая квартира признается личной собственностью заемщика. Супруг не несет обязательств по обслуживанию ипотечного кредита» (т.1, л.д. 100).

Из материалов дела следует, что при заключении ДД.ММ.ГГГГ кредитного договора №№ с ПАО «Транскапиталбанк» в заявлении-анкете на предоставление кредита Ф.И.О.1 указала на наличие брачного договора, а также, что ее супруг Ф.И.О.3 находится на ее иждивении (т.1, л.д.98). К заявлению представила копию брачного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, в пункте 2.1 которого и на обратной стороне содержатся оспариваемые приписки (т.1, л.д. 100).

Правовые последствия оспариваемого брачного договора в части внесения изменений наступили и Ф.И.О.1 реализованы, поскольку последняя по условиям заключенного с ПАО «Транскапиталбанк» кредитного договора № № с использованием целевого кредита в размере 2350000 рублей приобрела в личную собственность жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Данные обстоятельства соответствуют условиям брачного договора, в том числе с учетом внесенных в него рукописных дополнений не подтверждают ограничений правоспособности сторон договора.

Кредит погашен по досрочному требованию 22 августа 2024 года (т.1, л.д. 93).

Согласно сведениям, представленным ПАО «Транскапиталбанк», вопросы режима собственности супругов и распределения обязательств между ними не относятся к процессу кредитования и регулируются Семейным кодексом Российской Федерации по волеизъявлению сторон, каких-либо изменений в содержание брачного договора банк не инициировал.

Предъявление иска по истечении более трех лет после заключения брачного договора и внесения в содержание пункта 2.1 дополнений, отсутствие в течение указанного срока с одной из сторон каких-либо заявлений прав на приобретенный объект недвижимости после заключения оспариваемой сделки, свидетельствуют о согласии с отступлением от равенства долей супругов в общем имуществе таким образом, как это определено условиями брачного договора.

Также следует отметить, что в исковом заявлении Ф.И.О.1 не указала, каким образом признание брачного договора недействительным в оспариваемой части приведет к восстановлению её прав.

Кроме того, разрешая ходатайство Ф.И.О.1 о восстановлении пропущенного процессуального срока на обращение в суд с иском о признании брачного договора недействительным в части приписок, судебная коллегия не находит оснований для его удовлетворения в силу следующего.

Семейным кодексом Российской Федерации срок обращения в суд для требований об оспаривании брачного договора не установлен.

Однако по своей правовой природе брачный договор является разновидностью двусторонней сделки, но имеющей свою специфику, обусловленную основными началами (принципами) семейного законодательства.

Для требования супруга о признании брачного договора недействительным, исходя из положений статьи 4 Семейного кодекса Российской Федерации в целях стабильности и правовой определенности гражданского оборота применяется срок исковой давности, предусмотренный статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованиям о признании сделки недействительной.

Согласно статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2).

Из содержания искового заявления не усматривается оснований, по которым истец просит признать недействительным брачный договор в части внесения изменений в его содержание (пункт 1 или пункт 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации).

Поскольку обращение в суд с требованием об оспаривании брачного договора последовало ДД.ММ.ГГГГ, оспариваемые условия брачного договора начали исполняться в момент заключения кредитного договора ДД.ММ.ГГГГ, срок для обращения в суд пропущен (как годичный, так и трехлетний).

Указание в качестве уважительных причин пропуска срока на то, что истец до ДД.ММ.ГГГГ не знала и не могла знать о внесенных в договор изменениях, опровергается установленными выше обстоятельствами.

Иных уважительных причин пропуска срока обращения в суд не приведено, в этой связи судебная коллегия не усматривает оснований для его восстановления.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценив установленные обстоятельства, руководствуясь вышеприведенными нормами права, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований о признании брачного договора № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

Равным образом, разрешая требования истца о признании бланков (с припиской) брачного договора недействительными, судебная коллегия не находит правовых оснований для их удовлетворения.

В обоснование названных требований представитель истца сослался на нарушение ответчиком положений статьи 45.1 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате», утвержденных ВС РФ 11 февраля 1993 года №4462-1.

Как следует из абзаца 1 статьи 45.1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате текст нотариально оформляемого документа на бумажном носителе (свидетельство, удостоверяемая сделка, протокол и другие), а также удостоверительная надпись, исполнительная надпись должны быть изготовлены с помощью технических средств или написаны от руки и легко читаемыми. Использование карандаша или легко удаляемых с бумажного носителя красителей, а также наличие подчисток или приписок, зачеркнутых слов и иных неоговоренных исправлений не допускается.

В нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств совершения рукописных записей нотариуса в брачном договоре в отсутствие волеизъявления сторон.

При таких условиях, с учетом презумпции осведомленности одного из супругов о действиях другого супруга, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, из которых следует, что истец при обращении в банк с заявлением о заключении кредитного договора предоставила брачный договор с приписками, Ф.И.О.1 предполагается располагавшей информацией о внесении изменений в брачный договор по инициативе супруга; установленными обстоятельствами подтверждается согласованность действий супругов.

При таких данных рукописные записи в бланке (с припиской) брачного договора от ДД.ММ.ГГГГ, находящегося в деле нотариуса, и в бланке (с припиской) брачного договора № от ДД.ММ.ГГГГ при наличии оттиска гербовой печати и подписи нотариуса Ф.И.О.2 не свидетельствуют о порче бланка данного документа, поскольку не скрывают его содержание, не препятствуют прочтению имеющихся в них машинописных текстов, не искажают имеющуюся в них информацию и с учетом установленных выше обстоятельств не нарушают каким-либо образом права истца, а также не свидетельствуют о нарушении нотариусом норм права, в этой связи оснований для признания бланков брачного договора с приписками недействительными не имеется.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Южно-Сахалинского городского суда от 12 мая 2025 года отменить.

Ф.И.О.1 в удовлетворении исковых требований к нотариусу Южно-Сахалинского нотариального округа Ф.И.О.2 об оспаривании брачного договора в части добавленных приписок, бланков (с припиской) брачного договора отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий О.В. Лаврова

Судьи О.А. Михайлова

А.А. Портнягина

Мотивированное апелляционное определение составлено ДД.ММ.ГГГГ