Решение № 2-3761/2019 2-3761/2019~М-3510/2019 М-3510/2019 от 3 декабря 2019 г. по делу № 2-3761/2019

Дело № 2-3761/2019

УИД 22RS0013-01-2019-004677-09


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

4 декабря 2019 года Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего: Елясовой А.Г.,

при секретаре: Пашковой А.А.,

с участием истца ФИО1 ФИО16, представителя истца ФИО3 ФИО17, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, ответчика ФИО2 ФИО18, представителя ответчика ФИО4 ФИО19,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО20 к ФИО2 ФИО21 о взыскании убытков и упущенной выгоды,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в Бийский городской суд с иском к ФИО2, попросив суд (с учетом уточнений) взыскать с ответчика в пользу истца убытки в виде реального ущерба, причиненные в связи с неисполнением решения Бийского городского суда Алтайского края от 12.09.2017 за период с 05.12.2017 по 30.10.2018, в сумме 15 920,00 руб.; упущенную выгоду в виде неполученных доходов в сумме 30 000,00 руб. за период неисполнения указанного решения суда с 05.12.2017 по 30.10.2018; судебные расходы в сумме 6 277,00 руб..

В обоснование заявленных требований истец указал, что между истцом и ответчиком 26.09.2016 был заключен договор № на выполнение строительных работ по адресу: <адрес>. Решением Бийского городского суда от 12.09.2017 договор подряда был расторгнут. Этим же решением на ответчика была возложена обязанность передать принадлежащее истцу имущество, а именно: домкрат гидравлический, грузоподъемностью 5 тонн, стоимостью 5 000,00 руб., перфоратор «Интерскол», стоимостью 7 000,00 руб., отбойный молоток электрический «Прораб», стоимостью 18 000,00 руб.. Фактически указанное имущество передано истцу судебным приставом-исполнителем 11.01.2019 с наличием значительных повреждений. Сумма причиненного реального ущерба, причиненного истцу в виде затрат на ремонт инструмента, составила 15 920,00 руб.. Кроме того, в связи с несвоевременным возвратом имущества истцу причинены убытки в виде неполученных доходов от сдачи имущества в аренду на сумму 286 821,00 руб.. Упущенную выгоду истец уменьшил до суммы стоимости самого инструмента, то есть до 30 000,00 руб.. Данные обстоятельства явились основанием для обращения истца в суд с вышеуказанными требованиями.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО3 в полном объеме поддержали заявленные требования по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО4 исковые требования не признали, указав на отсутствие правовых и фактических оснований для их удовлетворения, поскольку истцом не представлены доказательства причинения истцу убытков, причинно-следственной связи между действиями ответчика и ненадлежащим техническим состоянием имущества, а также наличием у ответчика права на удержание имущества в связи с неисполнением истцом решения суда от 12.09.2017 об уплате ответчику денежной суммы.

Третье лицо ФИО5, представитель третьего лица ООО «Риддер» в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания были извещены надлежащим образом. Представитель ООО «Риддер» просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 26.09.2016 между ФИО2 (заказчик) и ФИО1 (исполнитель) был заключен договор на выполнение работ № 3/2016, по условиям которого исполнитель обязался по заданию заказчика выполнить следующие работы на объекте, расположенном по адресу: <адрес>: демонтаж кладки дом, гараж 3000,00; монтаж бут. кладки 3 м3 х 1500,00 = 4500,00; монтаж утеплителя 13,75 м2 х 50,00 = 687,50; монтаж облицовоч. кладки 45 м2 х 400,00 = 18000,00; монтаж армопояса с двутавром 80 м п х 500,00 = 40000,00;демонтаж + монтаж крыши 263 м2 х 300,00 = 78900,00; общей стоимостью работ – 145 087 руб. 50 коп.

Исполнитель обязался выполнить работы из материалов заказчика. Срок выполнения работ установлен с 27.09.2016 по 27.10.2016. Исполнитель обязался выполнить работы лично в объеме и в сроки, предусмотренные договором.

За выполнение работ по договору заказчик произвел исполнителю предоплату в размере 30% в сумме 43 500 руб. Окончательный расчет в сумме 101 587 руб. 50 коп. заказчик обязался осуществить после подписания акта приемки-передачи выполненных работ.

После прекращения работ у заказчика остался инструмент, принадлежащий истцу, а именно: домкрат гидравлический, грузоподъемностью 5 тонн, стоимостью 5000 руб.; перфоратор «Интрескол», стоимостью 7000 руб.; отбойный молоток электрический «Прораб», стоимостью 18000 руб., всего имущество стоимостью 30000 руб..

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о расторжении договора на выполнение работ № 3/2016 от 26.09.2016, заключенный между ФИО2 и ФИО1, возложении обязанности на ФИО2 возвратить ФИО1 принадлежащий ему инструмент: домкрат гидравлический, грузоподъемностью 5 тонн, стоимостью 5000 руб.; перфоратор «Интрескол», стоимостью 7000 руб.; отбойный молоток электрический «Прораб», стоимостью 18000 руб., всего имущество стоимостью 30000 руб..

ФИО2 предъявил иск к ФИО1 о расторжении вышеуказанного договора, взыскании убытков в размере 96692 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 08.08.2017 года в размере 3149 руб. 31 коп..

Решением Бийского городского суда от 12.09.2017 исковые требования ФИО1 были удовлетворены, исковые требования ФИО2 были удовлетворены частично.

Данным решением расторгнут договор на выполнение работ № 3/2016 от 26 сентября 2016 года, заключенный между ФИО2 и ФИО1; из чужого незаконного владения ФИО2 было истребовано принадлежащее ФИО1 имущество: домкрат гидравлический, грузоподъемностью 5 тонн, стоимостью 5000 руб.; перфоратор «Интерскол», стоимостью 7000 руб.; отбойный молоток электрический «Прораб», стоимостью 18000 руб., всего имущество стоимостью 30000 руб.; на ФИО2 была возложена обязанность возвратить ФИО1 имущество: домкрат гидравлический, грузоподъемностью 5 тонн, стоимостью 5000 руб.; перфоратор «Интерскол», стоимостью 7000 руб.; отбойный молоток электрический «Прораб», стоимостью 18000 руб., всего имущество стоимостью 30000 руб.; с ФИО1 в пользу ФИО2 взысканы убытки в размере 67110 руб.; проценты на сумму долга за период с 08.11.2016 года по 08.08.2017 в размере 1442 руб. 02 коп.; судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 2193 руб. 85 коп., по оплате стоимости независимой оценки в размере 5000 руб., по оплате стоимости судебной экспертизы в размере 13000 руб., на оплату услуг представителя в размере 14418 руб. 60 коп., а всего взыскано 103164 руб. 47 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 о взыскании убытков, взыскании процентов на сумму долга отказано (л.д.15-13).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 05.12.2017 данное решение Бийского городского суда оставлено без изменения (л.д.14-18).

01.06.2018 ФИО1 обратился в Восточный ОСП г. Бийска и Бийского района УФССП по Алтайскому краю с заявлением о возбуждении исполнительного производства, предъявив исполнительный лист № 2-967/2017 от 12.09.2017 (л.д.78-80).

07.06.2018 судебным приставом-исполнителем Восточного ОСП г. Бийска и Бийского района УФССП по Алтайскому краю возбуждено исполнительное производство № 68596/18/22024-ИП в отношении должника ФИО2 в пользу взыскателя ФИО1 с предметом исполнения: возврат взыскателю имущества - домкрат гидравлический, грузоподъемностью 5 тонн,; перфоратор «Интерскол»; отбойный молоток электрический «Прораб» (л.д.81).

В соответствии с актом приема-передачи имущества от 30.10.2018 вышеуказанное имущество было передано от должника ФИО2 взыскателю ФИО1 (л.д.83).

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 30.10.2018 исполнительное производство № 68596/18/22024-ИП в отношении должника ФИО2 было окончено в связи с фактическим исполнением.

Вместе с тем 04.02.2018 судебным приставом-исполнителем Восточного ОСП г. Бийска и Бийского района УФССП по Алтайскому краю было возбуждено исполнительное производство №-ИП в отношении должника ФИО1 в пользу взыскателя ФИО2 с предметом исполнения: взыскание денежной суммы в размере 103 164,47 руб..

В рамках данного исполнительного производства постановлением судебного пристава-исполнителя от 30.10.2018 был наложен арест на имущество должника ФИО1 и в соответствии с актом о наложении ареста на имущество должника от 30.10.2018 на выше перечисленное имущество ФИО1 - домкрат гидравлический, грузоподъемностью 5 тонн; перфоратор «Интерскол»; отбойный молоток электрический «Прораб», был наложен арест и данное имущество передано на ответственное хранение ООО «Стройпрактика».

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 31.10.2018 была произведена оценка арестованного имущества, согласно которой стоимость домкрата гидравлического, грузоподъемностью 5 тонн составила 1 000,00 руб.; перфоратора «Интерскол» - 2 500,00 руб.; отбойного молотка электрический «Прораб» - 10 000,00 руб..

Как следует из пояснений истца, судебного пристава-исполнителя, указанное имущество было впоследствии реализовано должником ФИО1 третьему лицу ФИО5 в порядке, предусмотренном п.1 ст.87.1 Федерального закон от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", согласно которой должник вправе в срок, не превышающий десяти дней со дня его извещения об оценке имущества, произведенной судебным приставом-исполнителем или оценщиком, ходатайствовать о самостоятельной реализации указанного имущества, если его стоимость не превышает 30 000 рублей.

В подтверждение данного обстоятельства в материалах исполнительного производства имеется платежное поручение № 282365 от 18.12.2018 о перечислении полученной от реализации имущества должника суммы в размере 13 500 руб. на счет взыскателя.

Также истцом представлена рукописная расписка от 28.10.2019, составленная ФИО5, согласно которой истец 19.01.2019 вновь выкупил реализованное имущество у ФИО5 за 18 000,00 руб..

Таким образом, 28.10.2019 истец по договору купли-продажи приобрел у ФИО5 следующее имущество: домкрат гидравлический, грузоподъемностью 5 тонн; перфоратор «Интерскол»; отбойный молоток электрический «Прораб».

21.03.2019 истец произвел исследование имущества, приобретенного по договору купли-продажи, заключенного с ФИО5, в ООО «РусЭксперТ».

Согласно заключению специалиста ООО «РусЭксперТ» № 25-19-01-12 от 21.03.2019 домкрат гидравлический находится в удовлетворительном техническом состоянии, износ – 40 %; перфоратор «Интерскол» - в неудовлетворительном техническом состоянии, износ 90%; отбойный молоток электрический «Прораб» - в неудовлетворительном техническом состоянии, износ 90 %.

Сумма расходов, связанных с восстановлением имущества, составила 15 920,00 руб. (л.д.23-40).

Истец полагает, что указанная сумма составляет его убытки в виде реального ущерба, причиненного по вине ответчика, который, по мнению истца, использовал данное имущество в период неисполнения решения суда, то есть с 12.09.2017 по 30.10.2018, что привело к износу имущества и его неудовлетворительному техническому состоянию.

Рассматривая дело в соответствии с п.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), то есть в пределах заявленных истцом требований, суд учитывает следующие обстоятельства.

Согласно статье 15 (пункт 1) Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пунктом 2 статьи 15 ГК РФ определено, что под убытками Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненные убытки необходимо установление факта несения убытков, их размера, противоправности и виновности (в форме умысла или неосторожности) поведения лица, повлекшего наступление неблагоприятных последствий в виде убытков, а также причинно-следственной связи между действиями этого лица и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из указанных условий исключает имущественную ответственность лица, привлекаемого к ответственности.

Как следует из разъяснений, изложенных в п.1 и п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Согласно разъяснениям, указанным в п.п.12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Однако в данном случае истцом не представлено надлежащих доказательств причинения ему убытков действиями ответчика, поскольку сведения о техническом состоянии имущества. принадлежащего истцу, как на дату прекращения работ по договору подряда, так и на дату передачи имущества от должника ФИО2 взыскателю ФИО1 (30.10.2018) в рамках исполнительного производства №, отсутствуют.

Представленные истцом инструкции и гарантийные талоны к отбойному молотку электрическому «Прораб» (приобретено 24.02.2016); перфоратора «Интерскол» (приобретено 24.10.2015), домкрата гидравлического, грузоподъемностью 5 тонн (дата приобретения отсутствует), указанные обстоятельства не подтверждают, а свидетельствует лишь о приобретении истцом данного имущества.

Не подтверждают указанные обстоятельства и свидетели, допрошенные в судебном заседании ФИО6, ФИО7, ФИО8, подтвердившие в своих показаниях только факт использования перечисленных инструментов при выполнении работ у ответчика.

Согласно акту приема-передачи имущества от 30.10.2018 работоспособность имущества не проверялась, техническое исследование имущества на указанный момент не производилось (л.д.83).

Доказательства использования ответчиком инструмента, принадлежащего истцу, в личных целях, суду также не представлены.

Техническое исследование данного имущества было произведено только в марте 2019 года, уже после приобретения ФИО1 имущества у третьего лица ФИО5.

Более того, в силу п.1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Пунктом 1 ст.456 и п.п.1-2 ст.457 ГК РФ установлено, что продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

Согласно п.п.1,2 ст.469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется.

Следовательно, на момент приобретения указанного имущества у ФИО5 истец согласился с качеством приобретаемого товара, сведений о ненадлежащем состоянии данного имущества на момент заключения договора купли-продажи отсутствуют, и доказательства данному обстоятельству также не представлены.

Таким образом, суд находит недоказанным сам факт причинения истцу убытков действиями ответчика, а также причинно-следственную связь между действиями ответчика и наличием повреждений имущества, в связи с чем, требования истца о возмещении ответчиком реального ущерба удовлетворению не подлежат.

Разрешая требования истца о взыскании упущенной выгоды в связи с отсутствием у истца в рассматриваемый период возможности сдать принадлежащее ему имущество в аренду, суд исходит из следующего.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу ст. 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Из разъяснений, изложенных в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" следует, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 статьи 393 ГК РФ), а также любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Из вышеприведенных разъяснений следует, что лицо, предъявившее требование о возмещении убытков в виде упущенной выгоды, должно доказать факт нарушения своего права, наличие и размер убытков, наличие причинной связи между поведением лица, к которому предъявляется такое требование, и наступившими убытками, а также то, что возможность получения прибыли существовала реально, то есть при определении упущенной выгоды должны учитываться предпринятые для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, при этом основанием для возмещения таких убытков является доказанность стороной по делу (истцом) всей совокупности перечисленных условий.

В подтверждение своих требований истцом представлены суду договоры аренды инструментов за 2018 год, акты приема-передачи имущества, квитанции об оплате аренды инструментов, заключение эксперта ООО «РусЭксперТ» о стоимости аренды инструмента, согласно которому стоимость аренды за период с 05.12.2017 по 30.10.2018 составляла: домкрата гидравлического –62 624,78 руб.; перфоратора «Интерскол» - 80 785,96 руб.; отбойного молотка электрического «Прораб» - 143 410,74 руб. (л.д.67).

Однако достоверных доказательств тому факту, что истцом предпринимались меры к получению дохода от сдачи именно указанного имущества, суду не представлены.

Более того, в силу положений п.1 ст.359, ст.360 ГК РФ кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено.

Удержанием вещи могут обеспечиваться также требования хотя и не связанные с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, но возникшие из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

Требования кредитора, удерживающего вещь, удовлетворяются из ее стоимости в объеме и порядке, предусмотренных для удовлетворения требований, обеспеченных залогом.

Исходя из положений указанной нормы, ответчик имел право удерживать у себя инструмент до момента исполнения взаимного обязательства, вытекающего из решения суда от 12.09.2017, об уплате истцом денежной суммы ответчику.

Поскольку на момент передачи имущества ответчиком судебному приставу-исполнителю данная обязанность истцом не была исполнена, основания для взыскания упущенной выгоды с ответчика в пользу истца отсутствуют в связи с удержанием инструмента ответчиком в обеспечение исполнения обязательств по уплате денежной суммы истцом.

Таким образом, требования истца не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО22 отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Судья А.Г. Елясова