Решение № 2-В122/2020 2-В2/2021 2-В2/2021(2-В122/2020;)~М-В107/2020 М-В107/2020 от 16 июня 2021 г. по делу № 2-В122/2020

Дело № 2-в2/2021. УИД 36RS0016-02-2020-000162-13.


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Калач. «17» июня 2021 года.

Калачеевский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего Маликова Ю.Н.,

при секретаре Постригань О.В.,

с участием истца ФИО15,

представителя ответчика БУЗ ВО «ФИО18» - ФИО16,

прокурора Мельникова А.С.,

рассмотрев в помещении Калачеевского районного суда в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО15 к БУЗ ВО «ФИО18» и СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО15 просит суд взыскать с БУЗ ВО «ФИО18» и СПАО «Ингосстрах» в его пользу в солидарном порядке компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей 00 копеек.

Свои требования истец мотивировал тем, что его жена ФИО1 с диагнозом: «<данные изъяты>» - подлежала госпитализации (относилась к группе риска по наличию сопутствующих заболеваний: <данные изъяты>) в структурное подразделение медицинской организации для лечения <данные изъяты> вне зависимости от тяжести заболевания, однако БУЗ ВО «ФИО18» была осуществлена выписка жены домой на амбулаторное лечение по месту жительства. При выписке ФИО1 (с имеющимся диагнозом - <данные изъяты> из инфекционного отделения БУЗ ВО «ФИО18» не учло следующие критерии: у нее не было стойкого улучшения клинической картины заболевания (предъявляла жалобы на слабость, кашель, гипертермию до 38С, в листе назначений имеется отметка от ДД.ММ.ГГГГдата выписки из стационара) о выполнении внутримышечных инъекций - жаропонижающих лекарственных средств), не определен уровень С-реактивного белка (от ДД.ММ.ГГГГ) уровень С-реактивного белка у жены истца был <данные изъяты>, при норме в соответствии с критериями при выписке < 10 мг/л); также не проведено повторного двукратного лабораторного исследования биологического материала на наличие <данные изъяты>. В выписке имеется информация, что жена истца сама отказалась от дальнейшего лечения в инфекционном отделении БУЗ ВО «ФИО18», но жена никакого отказа не подписывала, а напротив, просила врача оставить её в отделении на лечении и под наблюдением, т.к. очень плохо себя чувствовала. Дома жене становилось только хуже, скорая помощь несколько раз отказывала в госпитализации. Но как только дочь истца, ФИО2, отправила жалобу в Минздрав России, ФИО1 отвезли на компьютерную томографию легких, которая показала <данные изъяты>. В тяжелом состоянии жену отправили в Воронежскую областную клиническую больницу №1. Включительно до ДД.ММ.ГГГГ жена находилась в реанимации в тяжелом состоянии, ДД.ММ.ГГГГ она умерла. Больше месяца истец находился на карантине <данные изъяты>. Его детьми, ФИО2 и ФИО3, были отправлены жалобы и обращения во всевозможные органы: Минздрав РФ, Росздравнадзор, Департамент здравоохранения Воронежской области, ТФОМС Воронежской области, АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед», Прокуратуру Воронежской области. В отношении БУЗ ВО «ФИО18» должностным лицом Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Воронежской области был составлен протокол об административном правонарушении. Калачеевский районный суд установил, что БУЗ ВО «ФИО18» недооценена тяжесть состояния его жены, не оказана своевременная квалифицированная медицинская помощь на стационарном этапе, отсрочка оказания которой на определенное время повлекло за собой ухудшение состояния, вред здоровью и жизни. Постановлением Калачеевского районного суд от 25 сентября 2020 года БУЗ ВО «ФИО18», признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 19.20. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Бездействием БУЗ ВО «ФИО18» истцу был причинен моральный вред, выраженный в нравственных страданиях. Смерть близкого родственника - необратимое обстоятельство, которое нарушает психическое благополучие, влечет эмоциональные расстройства, нарушает неимущественное право на семейные связи. Боль утраты является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим истцу нравственные страдания. Если бы ответчик вовремя оказал квалифицированную помощь жене истца, она была бы жива. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В судебном заседании истец ФИО15 заявленные исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика БУЗ ВО «Калачеевкая РБ» ФИО16 в судебном заседании исковые требования не признала, суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с диагнозом <данные изъяты> согласно маршрутизации по приказу Департамента здравоохранения ВО, доставлена на КТ из Воробьевского района, где получала лечение и где был взят мазок на <данные изъяты>. При КТ исследовании выявлена <данные изъяты>, и больная госпитализирована в инфекционное отделение БУЗ ВО «ФИО18». При поступлении жалобы на слабость, потливость, головные боли, кашель, одышку при физической нагрузке, повышение температуры тела до 38,2. Поставлен диагноз: <данные изъяты>. Проведено обследование: КТ органов грудной клетки, общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимический анализ крови, ЭКГ, анализ крови на сифилис. Назначено лечение: цефтриаксон, левофлоксацин, арпифлю, амброксол, аналгин, димедрол, папаверин. На КТ легких был выявлен <данные изъяты>. Больная ФИО1 отличалась скандальным поведением, неоднократно позволяла себе грубые, оскорбительные высказывания в адрес медицинских работников. От дальнейшего лечения в инфекционном отделении БУЗ ВО «ФИО18» ФИО1 категорически отказывалась, несмотря на все уговоры медицинского персонала отделения и ДД.ММ.ГГГГ настойчиво просила выписать её домой, в это же время поступила информация из БУЗ ВО «Воробьевская РБ» о положительном анализе на <данные изъяты> у ФИО1Насильно удерживать кого либо в стационаре они не имеют права, но учитывая, что у ФИО1 положительный результат на <данные изъяты> просто выписать больную не могли, предупредив медиков ФИО17, пациентка была выписана и спецтранспортом была направлена на лечение в Воробьевский район. На предложение написать письменный отказ от дальнейшего пребывания и лечения в их инфекционном отделении ФИО1 категорически отказалась, о чем имеется соответствующая запись в журнале с подписями свидетелей её отказа, о том, что больная категорически отказывалась находиться в инфекционном отделении БУЗ ВО «ФИО18» подтверждают свидетели - медицинские работники. При выписке ДД.ММ.ГГГГ больной ФИО1 были даны рекомендации в день выписки вызвать врача «на дом» для продолжения динамического наблюдения и лечения. О переводе пациентки ФИО1 на лечение к медикам в Воробьевский район было доложено заместителю главного врача БУЗ ВО «Воробьевская РБ» ФИО5 Со стороны медицинских работников БУЗ ВО «ФИО18» все обязанности выполнены в полном объёме, медицинская помощь оказана соответствующая. Действия медицинских работников не повлекли каким-либо образом утяжеления или ускорения течения развития заболевания у ФИО1 Не принесли в них новый патологический процесс, не вызвали расстройство здоровья позволяющее трактовать его как причинение вреда её здоровью. В действиях медицинских работников БУЗ ВО «ФИО18» отсутствуют признаки ненадлежащего исполнения служебных обязанностей. ФИО1 сама лично в категоричной форме отказалась продолжать начатое лечение, не смотря на уговоры медицинских работников в стационаре инфекционного отделения ФИО18, что было подтверждено - в ходе судебного заседания подтверждается свидетельскими показателями. ФИО1 категорически отказалась писать письменно отказ от прохождения дальнейшего лечения в ФИО18, что так же подтвердилось в судебном заседании свидетелями, так же суду была предоставлена копия журнала учета стационарных больных инфекционного отделения с подписями свидетелей медицинских работников зафиксировавших этот отказ. В исковом заявлении истец указывал, что его супруга просилась оставить её на лечении в отделении и под наблюдением, однако данный факт не нашел подтверждения в судебном разбирательстве. Каких либо свидетелей или документов подтверждающих данный факт истец в судебное заседание не предоставил. (Показания заявленного свидетеля - дочери истца- слишком противоречат показаниям остальных свидетелей допрошенных в процессе и находящимся в деле документам (не верно озвучен результат КТ поражение при нахождении в ФИО18, очень противоречивы показания по общему состоянию) Ссылка истца в своем исковом заявлении на то, что супруге истца медицинскими работниками ФИО18 не оказана своевременная медицинская помощь, не нашла своего подтверждения. Медиками был предпринят весь исчерпывающий комплекс медицинских мероприятий, (было назначено медикаментозное лечение и ряд необходимых лабораторных исследований) которые были необходимы в состоянии больной ФИО1. На момент нахождения в инфекционном отделении больницы на КТ легких был выявлен <данные изъяты>. Результаты судебно-медицинской экспертизы имеющейся в деле не подтвердили несвоевременное или некачественное оказание медпомощи медработниками нашей больницы, не установлена и причинно-следственная связь. Отсылка истца в своем исковом заявлении на протокол Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Воронежской области, а так же на Постановление Калачеевского районного суда по делу об административном правонарушении от 25.09.2020г. никаким образом не является подтверждением некачественного оказания медицинской помощи его супруге, по результатам проверки имелись незначительные недостатки в оформлении медицинской документации, за это ответчик понес административное наказание, однако, данные факты не имеют никакой прямой связи с оказанием фактической медицинской помощи и не влияют на лечебный процесс, а тем более смерть пациента. В Постановлении от 25.09.2020г. сказано «не оказана своевременная квалифицированная медицинская помощь на стационарном этапе, отсрочка оказания которой на определенное время МОГЛО повлечь за собой ухудшение здоровья...» однако данный факт не нашел своего подтверждения в процессе рассмотрения гражданского дела. С момента категоричного ухода из инфекционного отделения ФИО18 до дня смерти ФИО1 прошло целых 13 дней. Какая медицинская помощь и как она оказывалась, другими медучреждениями и какие повлекла за собой последствия не известно.

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явился, от него имеется заявление с просьбой рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика, в письменных возражениях просит отказать в удовлетворении исковых требований ФИО15 в полном объеме, а в случае удовлетворения требований истца снизить размер компенсации морального вреда, по тем основаниям, что истцом не доказана вина ответчика, а также чрезмерно завышен размер морального вреда. В соответствии с Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, и т.п). Суду также следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства имеющие значение для разрешения конкретного спора. В противоречие ст. 56 ГПК РФ сторона не представила ни одного доказательства, которое позволило бы установить вышеуказанные обстоятельства. Обращаем внимание суда на то, что истец не представил никаких доказательств, обосновывающих разумность и справедливость компенсации морального вреда. Таким образом, истец исходит из субъективной оценки указанного события, не подкрепленной никакими документальными сведениями, с целью неосновательного обогащения за счет ответчиков. Страховой случай наступает при соблюдении условий договора. На основании п. 1 ст. 9 закона РФ «Об организации страхового дела в РФ» страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Согласно п. 8.1 договора страхования профессиональной ответственности медицинских работников № страховым случаем по настоящему Договору является возникновение обязанности Застрахованного лица возместить вред, причиненный имущественным интересам Третьих лиц при осуществлении Специалистами Застрахованного лица врачебной (медицинской) деятельности. В соответствии с п. 8.2. договора страхования моментом наступления страхового случая по настоящему Договору признается момент предъявления Застрахованному лицу требования (имущественной претензии) о возмещении вреда. При этом под предъявлением требования (имущественной претензии) понимается как предъявление Третьими лицами письменной претензии, требования о возмещении вреда или искового заявления, так и уведомление Застрахованного лица о том, что осуществление его Специалистами врачебной (медицинской) деятельности привело к причинению вреда жизни или здоровью Третьих лиц. Согласно п. 8.3. договора страхования страховой случай считается наступившим при соблюдении следующих условий:

8.3.1. обязанность по возмещению причиненного Третьим лицам вреда установлена на основании вступившего в законную силу решения (постановления) суда, в том числе, в случае разрешения судом гражданского иска к Застрахованному лицу при производстве уголовного дела, определения об утверждении мирового соглашения, заключенного с письменного согласия Страховщика, либо на основании признанной с письменного согласия Страховщика претензии о возмещении причиненного Третьим лицам вреда

На основании п. 12.1. договора страхования размер страховой выплаты по настоящему Договору при наступлении страхового случая по п.8.1. настоящего Договора включает в себя:

12.1.1. Возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью Третьих лиц, определенного в соответствии с законодательством Российской Федерации, который включает в себя:

расходы по компенсации морального вреда, размер которого определяется на основании судебного решения или определения об утверждении мирового соглашения, заключенного с письменного согласия Страховщика, вступивших в законную силу. Таким образом, исходя из анализа договора страхования можно сделать однозначный вывод о том, что выплата суммы страхового возмещения производится исходя из вступившего в законную силу решения суда, которым установлена обязанность то возмещению вреда, причиненного третьим лицам. В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, при этом условия договора определяются по усмотрению сторон (п.4 ст. 420 ГК РФ). В силу требований п.1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивными нормами), действующим в момент заключения договора. Согласно п.1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (Страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (Страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (Выгодоприобретателю) возместить причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе, либо убытки в связи с иными имущественными интересами Страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (Страховой суммы).

Выслушав стороны, заключение прокурора Мельникова А.С., который полагает, что поскольку в заключении эксперта не установлена причинно - следственная связь между действиями сотрудников БУЗ ВО ФИО18 и наступившей смертью пациентки, однако имеется постановление Калачеевского районного суда по делу об административном правонарушении от 25.09.2020 года, которое является обязательным, вступило в законную силу, не было обжаловано ответчиком, в данном постановлении выявлено, что не в полной мере больницей были соблюдены обязанности медицинской организации по организации и осуществлении медицинской деятельности в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, исковые требования подлежат удовлетворению, но со снижением размера компенсации морального вреда до разумных пределов, изучив материалы дела, суд полагает следующее:

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (ст.56 ГПК РФ).

Из представленных доказательств следует, что истец ФИО15 являлся мужем ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией свидетельства о смерти серии III-СИ № (т. 1 л.д. 8), копией свидетельства о заключении брака серии I-СИ № (т. 1 л.д. 9).

Из сообщения Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Воронежской области № следует, что в результате внеплановой выездной проверки в БУЗ ВО «ФИО18» установлено, что медицинская помощь ФИО1 оказана с нарушением требований действующего законодательства в сфере охраны здоровья граждан, по факту выявленных нарушений составлен протокол об административном правонарушении по части 3 статьи 19.20 КоАП РФ. (т. 1 л.д. 10-11).

ДД.ММ.ГГГГ заместителем начальника отдела организации контроля в сфере предоставления медицинских услуг территориального органа Росздравнадзора по Воронежской области ФИО6 в отношении юридического лица – БУЗ ВО «ФИО18», составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 19.20 КоАП РФ, согласно которому специалистами Территориального органа Росздравнадзора по Воронежской области на основании приказа врио руководителя территориального органа Росздравнадзора по Воронежской области ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проведена внеплановая выездная проверка деятельности БУЗ ВО «ФИО18» в связи с поступившим в Территориальный орган Росздравнадзора по Воронежской области обращением гр. ФИО3 о факте некачественного оказания медицинской помощи, отказа в дальнейшей госпитализации, упущения времени для лечения, причинения вреда жизни и здоровью ФИО1 в БУЗ ВО «ФИО18». ДД.ММ.ГГГГ в 15 ч. 30 мин. в БУЗ ВО «ФИО18» путем непосредственного обнаружения в ходе проверки документов, а также в ходе осмотра места осуществления деятельности по адресу: 397600, <...> (здания инфекционного отделения, неврологического отделения) установлено нарушение пп. «а» п. 5 Положения о лицензировании медицинской деятельности, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2012 г. № 291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения на территории инновационного центра «Сколково»), а именно: не соблюдение порядков оказания медицинской помощи, что является грубым нарушением лицензионных требований и условий. В соответствии со статьей 37 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 29.12.2017) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации. Порядок оказания медицинской помощи включает в себя: этапы оказания медицинской помощи; правила организации деятельности медицинской организации (ее структурного подразделения, врача); стандарт оснащения медицинской организации, ее структурных подразделений; рекомендуемые штатные нормативы медицинской организации, ее структурных подразделений. Установлено, что организация деятельности врачей БУЗ ВО «ФИО18» не соответствует требованиям положений, регламентированных порядками оказания медицинской помощи. Порядок лицензирования медицинской деятельности установлен Положением о лицензировании медицинской деятельности, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения на территории инновационного центра «Сколково»). Проверкой установлено, что в нарушение пп. «а» п. 8 приложения 12 «Порядка госпитализации в медицинские организации пациентов с установленным диагнозом <данные изъяты> или с подозрением на <данные изъяты>19 в зависимости от степени тяжести заболевания, утвержденного приказом Минздрава России от 19.03.2020 № 198 н (в ред. от 07.07.2020) «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения <данные изъяты>» - больная ФИО1 с имеющимся диагнозом:«<данные изъяты>» - подлежала госпитализации (относилась к группе риска по наличию сопутствующих заболеваний: <данные изъяты>) в структурное подразделение медицинской организации для лечения <данные изъяты> вне зависимости от тяжести заболевания, однако БУЗ «ФИО18» осуществлена выписка пациентки домой на амбулаторное лечение по месту жительства. Таким образом, БУЗ «ФИО18» недооценена тяжесть состояния пациентки, не оказана своевременная квалифицированная медицинская помощь на стационарном этапе, отсрочка оказания которой на определенное время могло повлечь за собой ухудшение состояния, вред здоровью и жизни больной. В нарушение приложения 13 «Порядка выписки (перевода) из медицинской организации и критериев выздоровления пациентов с установленным диагнозом <данные изъяты> или с подозрением на <данные изъяты>», утвержденного приказом Минздрава России от 19.03.2020 № 198н (в ред. от 07.07.2020) «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения <данные изъяты>», при выписке пациентки (с имеющимся диагнозом - <данные изъяты> из инфекционного отделения БУЗ ВО «ФИО18» не учтены следующие критерии: у больной не было стойкого улучшения клинической картины заболевания (предъявляла жалобы на слабость, кашель, гипертермию до 38С, в листе назначений имеется отметка от ДД.ММ.ГГГГ (дата выписки из стационара) о выполнении внутримышечных инъекций - жаропонижающих лекарственных средств), не определен уровень С-реактивного белка (от ДД.ММ.ГГГГ) уровень С-реактивного белка у пациентки был <данные изъяты>, при норме в соответствии с критериями при выписке < 10 мг/л); также не проведено повторного двукратного лабораторного исследования биологического материала на наличие <данные изъяты>. В нарушении п. 9 порядка оказания медицинской помощи взрослым больным при инфекционных заболеваниях, утвержденного приказом Минздравсоцразвития России от 31.01.2012 № 69н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослым больным при инфекционных заболеваниях» - больная с инфекционным заболеванием выписана из стационара без проведения контрольных лабораторных исследований (не определен уровень С-реактивного белка (от ДД.ММ.ГГГГ уровень С-реактивного белка у пациентки был <данные изъяты>, не проведено повторного двукратного лабораторного исследования биологического материала на наличие <данные изъяты>). В нарушение ст. 90 Федерального закона от 21.10.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», а также в нарушение п.п. б) п. 5 Положения о лицензировании медицинской деятельности № 291 от 16.04.2012 г. внутренний контроль качества и безопасности медицинской деятельности в БУЗ ВО «ФИО18» осуществляется с грубым нарушением лицензионных требованием и условий при осуществлении медицинской деятельности. По результатам рассмотрения врачебной комиссии БУЗ ВО «ФИО18» вынесено решение «при анализе качества оказания медицинской помощи пациентке ФИО1 в БУЗ ВО «ФИО18» дефектов оказания медицинской помощи не выявлено. Лечение проводилось в соответствии с рекомендациями, стандартами и порядками оказания медицинской помощи». Однако, в результате анализа медицинской документации представленной БУЗ ВО «ФИО18» специалистами ТО Росздравнадзора по Воронежской области установлены нарушения: пп. «а» п. 8 приложения 12 «Порядка госпитализации в медицинские организации пациентов с установленным диагнозом <данные изъяты> или с подозрением на <данные изъяты> в зависимости от степени тяжести заболевания, утвержденного приказом Минздрава России от 19.03.2020 N 198н (в ред. от 07.07.2020) «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения <данные изъяты>»; приложения 13 «Порядка выписки (перевода) из медицинской организации и критериев выздоровления пациентов с установленным диагнозом <данные изъяты> или с подозрением на <данные изъяты>», утвержденного приказом Минздрава России от 19.03.2020 № 198н (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения <данные изъяты>»; п. 9 порядка оказания медицинской помощи взрослым больным при инфекционных заболеваниях, утвержденного приказом Минздравсоцразвития России от 31.01.2012 N 69н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослым больным при инфекционных заболеваниях».

Кроме того, в ходе проверки установлено, что в выписке имеется информация, что пациентка отказывается от дальнейшего лечения в инфекционном отделении БУЗ ВО «ФИО18», однако в нарушение п. 7 ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» отсутствует отказ от медицинского вмешательства гр. ФИО1 (не оформлен в виде документа на бумажном носителе, подписанного гражданином, а также не сформирован в форме электронного документа, подписанного гражданином, с использованием усиленной квалифицированной электронной подписи или простой электронной подписи посредством применения единой системы идентификации и аутентификации, а также медицинским работником с использованием усиленной квалифицированной электронной подписи).

Также в ходе проверки выявлены нарушения в работе врачебной комиссии БУЗ ВО «ФИО18», а именно: в нарушение приказа Минздравсоцразвития России от 05.05.2012 № 502н «Об утверждении порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации» (п.п. 8, 17) в составе врачебной комиссии БУЗ ВО «ФИО18» отсутствует секретарь; принятое решение врачебной комиссии не внесено в медицинскую документацию пациента. БУЗ ВО «ФИО18» проведен клинико-экспертный разбор случая оказания медицинской помощи ФИО1. В представленном протоколе заседания врачебной подкомиссии, вышеуказанные недостатки не указаны. Выше указанные нарушения являются следствием формального проведения и отсутствия должного контроля за качеством осуществления внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности в БУЗ ВО «ФИО18». Не соблюдение установленных порядков оказания медицинском помощи, а также низкий уровень организации внутреннего контроля качества оказания медицинской помощи предоставляет угрозу жизни и здоровью граждан, охрана которых гарантируется государством. Со стороны БУЗ ВО «ФИО18» не в полной мере были соблюдены обязанности медицинской организации по организации и осуществлении медицинской деятельности в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской, что нарушило законное право гр. ФИО1 на гарантированную медицинскую помощь (ч. 1 и 2 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011г. №323-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Постановлением Калачеевского районного суда Воронежской области от 25 сентября 2020 года юридическое лицо БУЗ ВО «ФИО18» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 19.20 КоАП РФ поскольку в ходе проводимой проверки были выявлены нарушения, являющиеся следствием формального проведения и отсутствия должного контроля за качеством осуществления внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности в БУЗ ВО «ФИО18», со стороны БУЗ ВО «ФИО18» не в полной мере были соблюдены обязанности медицинской организации по организации и осуществлении медицинской деятельности. (т. 1 л.д. 15-21).

Указанное постановление суда вступило в законную силу 13.10.2020 года.

Согласно ч. 4 ст. 61 «Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Постановлением следователя Павловского МСО СУ СК России по Воронежской области ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

Из текста постановления следует, что ФИО1, имея ряд заболеваний, неоднократно обращалась в БУЗ ВО «Воробьевская РБ» для оказания ей медицинской помощи, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она проходила курс лечения в БУЗ ВО «Воробьевская РБ» с заболеванием «<данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выписана из отделения в связи с улучшением здоровья, и направлена на амбулаторное лечение, ДД.ММ.ГГГГ состояние ФИО1 ухудшилось и она была доставлена в БУЗ ВО «ФИО18» сотрудниками которой было установлено наличие у ФИО1 <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с отказом от дальнейшего лечения в инфекционном отделении больницы выписана из БУЗ ВО «ФИО18» на амбулаторное лечение, о чем сообщено медицинским работникам БУЗ Во «Воробьевкая РБ», ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением здоровья санитарным транспортом ФИО1 доставлена в ОКБ № 1, где ДД.ММ.ГГГГ в реанимационном отделении последняя скончалась. (т. 1 л.д. 42-43).

Таким образом, из представленных доказательств следует, что ФИО1 была выписана ДД.ММ.ГГГГ из БУЗ ВО «ФИО18» на амбулаторное лечение.

Из показаний свидетеля главного врача БУЗ ВО «ФИО18» ФИО14, свидетеля заведующего инфекционным отделением БУЗ ВО «ФИО18» ФИО9, свидетеля процедурной медицинской сестры БУЗ ВО «ФИО18» ФИО10, свидетеля ФИО11, свидетеля постовой сестры БУЗ ВО «ФИО18» ФИО12, свидетеля палатной медицинской сестры БУЗ ВО «ФИО18» ФИО13, свидетеля медсестры БУЗ ВО «ФИО18» ФИО4 следует, что в ДД.ММ.ГГГГ в БУЗ ВО «ФИО18» была госпитализирована ФИО1, которая ДД.ММ.ГГГГ отказалась от стационарного лечения, от написания отказа и ушла из БУЗ ВО «ФИО18».

То обстоятельство, что ФИО1 была выписана ДД.ММ.ГГГГ из БУЗ ВО «ФИО18» на амбулаторное лечение и ДД.ММ.ГГГГ она была осмотрена на дому и ей было назначено лечение, так же подтверждается ответом БУЗ ВО «Воробьевская РБ» № от ДД.ММ.ГГГГ. (т. 1 л.д. 80).

Из объяснений свидетелей ФИО14, ФИО9 следует, что на момент выписки ФИО1 находилась в удовлетворительном состоянии.

В постановлении Калачеевского районного суда Воронежской области от 25.09.2020 года указано: …. При выписке пациентки (с имеющимся диагнозом - <данные изъяты> из инфекционного отделения БУЗ ВО «ФИО18» не учтены следующие критерии: у больной не было стойкого улучшения клинической картины заболевания (предъявляла жалобы на слабость, кашель, гипертермию до 38 С, в листе назначений имеется отметка от ДД.ММ.ГГГГ (дата выписки из стационара) о выполнении внутримышечных инъекций - жаропонижающих лекарственных средств), не определен уровень С-реактивного белка (от ДД.ММ.ГГГГ) уровень С-реактивного белка у пациентки был <данные изъяты>, при норме в соответствии с критериями при выписке < 10 мг/л); также не проведено повторного двукратного лабораторного исследования биологического материала на наличие <данные изъяты>.»

Таким образом, при выписки ФИО1 ответчиком БУЗ ВО «ФИО18» недооценена тяжесть состояния её здоровья и не оказана своевременная медицинская помощь на стационарном этапе.

Отказ ФИО1 от нахождения на стационарном лечении в БУЗ ВО «ФИО18» зафиксирован в журнале учета стационарных больных инфекционного отделения 2019 г., 2020 г., 2021 г. (т. 2 л.д. 5-7).

Свидетель ФИО2 в судебном заседании пояснила, что истец по делу является её отцом, ДД.ММ.ГГГГ её мама ФИО1 попала в больницу, а ДД.ММ.ГГГГ она позвонила и сказала, что ее принудительно выписывают из больницы, практически выбрасывают, домой ее доставили на автомобиле скорой помощи, так как сама она уезжать не хотела, на момент ее выписки она задыхалась, у нее была высокая температура, врач ей сказал, чтоб она покинула больницу, что она может лечиться дома, у ФИО1 был ряд сопутствующих заболеваний – <данные изъяты>, дома ей становилось все хуже, она задыхалась и днем и ночью, она нуждалась в кислороде, а ее оставили без медицинской помощи, в понедельник ДД.ММ.ГГГГ ее направили в Воронежскую областную больницу, её положили в реанимационное отделение и ДД.ММ.ГГГГ она умерла, из БУЗ ВО ФИО18 ФИО1 выписали без ее согласия, <данные изъяты>, без дополнительного обследования, у нее были плохие анализы, норма белка была превышена в 10 раз, при поступлении в областную больницу у нее было установлено <данные изъяты>.

Из заключения эксперта № 133.20 БУЗ ВО «Воронежское областное бюро СМЭ» следует, что по результатам анализа представленных документированных материалов, каких-либо недостатков оказания медицинской помощи, содержащих в себе признаки ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей медицинскими работниками БУЗ ВО «Воробьевская РБ», БУЗ ВО «ФИО18» и БУЗ ВО «ВОКБ №1», причинно связанных с неблагоприятным исходом (смертью, причинением вреда здоровью) ФИО1 экспертами комиссии не усматривается, смерть ФИО1 обусловлена тяжелым течением <данные изъяты> на фоне имевшейся у пациентки хронической патологии, сущность которой и возможности медицины не позволяют достоверно прерывать их развитие и прогрессирование. В силу этого само по себе сохранение у ФИО1 <данные изъяты> и переход её в более тяжелую форму (<данные изъяты>) не свидетельствует о ненадлежащем исполнении медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей.(т. 1 л.д. 122-159).

Согласно ч. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» «под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.»

В силу ч. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» «в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда:

вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию (ст. 1100 второй части Гражданского кодекса Российской Федерации, введенной в действие с 1 марта 1996 г.).»

В соответствии со ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. (ст. 1101 ГК РФ).

Согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» «при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что по правоотношениям, возникшим после 3 августа 1992 г., компенсация определяется судом в денежной или иной материальной форме, а по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 г., - только в денежной форме, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Исходя из этого, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.»

Истцу причинены нравственные страдания, связанные со смертью его супруги.

Учитывая степень нравственных страданий, причиненных истцу, суд, с учетом требований ст.1101 ГК РФ о разумности и справедливости, считает, что иск подлежит удовлетворению в части требования компенсации морального вреда, определив сумму компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ Союзом медицинского сообщества «Ассоциация работников здравоохранения Воронежской области» (страхователем) и Страховым публичным акционерным обществом «Ингосстрах» (страховщиком) заключен договор страхования профессиональной ответственности медицинских работников №. (т. 1 л.д. 34-39) В Приложении № 1 к заключен договор страхования профессиональной ответственности медицинских работников № указаны медицинские работники БУЗ ВО «ФИО18», период страхования с даты начала страхования ДД.ММ.ГГГГ по дату окончания страхования ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 182-228).

Из договора страхования профессиональной ответственности медицинских работников № следует, что под застрахованной деятельностью понимается врачебная (медицинская) деятельность, которая включает в себя выполнение медицинских работ и услуг в соответствии с перечнем видов деятельности, указанным в лицензии (лицензиях) на право осуществления медицинской деятельности каждого застрахованного лица.

Согласно п. 8.3. договора страхования профессиональной ответственности медицинских работников № страховой случай считается наступившим при соблюдении следующих условий:

8.3.1. обязанность по возмещению причиненного Третьим лицам вреда установлена на основании вступившего в законную силу решения (постановления) суда, в том числе, в случае разрешения судом гражданского иска к Застрахованному лицу при производстве уголовного дела, определения об утверждении мирового соглашения, заключенного с письменного согласия Страховщика, либо на основании признанной с письменного согласия Страховщика претензии о возмещении причиненного Третьим лицам вреда.

На основании п. 12.1. договора страхования профессиональной ответственности медицинских работников № размер страховой выплаты по настоящему Договору при наступлении страхового случая по п.8.1. настоящего Договора включает в себя:

12.1.1. Возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью Третьих лиц, определенного в соответствии с законодательством Российской Федерации, который включает в себя расходы по компенсации морального вреда, размер которого определяется на основании судебного решения или определения об утверждении мирового соглашения, заключенного с письменного согласия Страховщика, вступивших в законную силу.

Страховой случай наступает при соблюдении условий договора. На основании п. 1 ст. 9 закона РФ «Об организации страхового дела в РФ» страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Согласно п. 8.1 договора страхования профессиональной ответственности медицинских работников № страховым случаем по настоящему Договору является возникновение обязанности Застрахованного лица возместить вред, причиненный имущественным интересам Третьих лиц при осуществлении Специалистами Застрахованного лица врачебной (медицинской) деятельности.

Исходя из условий договора страхования профессиональной ответственности медицинских работников № размер страховой выплаты включает в себя возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью третьих лиц, определенного в соответствии с законодательством Российской Федерации, который включает в себя расходы по компенсации морального вреда.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. В данном случае у ответчика СПАО «Ингосстрах» отсутствует вина в причинении морального вреда истцу. Представленными доказательствами не подтверждены какие-либо действия (бездействия) ответчика причинившие нравственные страдания истцу.

Таким образом, исковые требования о взыскании морального вреда обоснованны к ответчику БУЗ ВО «ФИО18» и подлежат удовлетворению частично.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Данный иск удовлетворить частично.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Воронежской области «Калачеевская районная больница» в пользу ФИО15 100 000 (Сто тысяч) рублей 00 копеек в качестве компенсации морального вреда.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд, через Калачеевский районный суд в течение 1 месяца, начиная с 23.06.2021 года.

Судья: /Ю.Н. Маликов/.

Дело № 2-в2/2021. УИД 36RS0016-02-2020-000162-13.