Решение № 2-202/2017 2-202/2017(2-6338/2016;)~М-6976/2016 2-6338/2016 М-6976/2016 от 6 февраля 2017 г. по делу № 2-202/2017

Дело № 2-202/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Тюмень 07 февраля 2017 года

Калининский районный суд г. Тюмени в составе: председательствующего судьи Можаевой С.Г.,

при секретаре Ильченко А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-202/2017 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о вселении, определении порядка пользования жилым помещением,

по встречному иску ФИО3, ФИО4 к ФИО1, ФИО5 о признании недействительной ничтожной сделки,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к несовершеннолетним ФИО3, ФИО4, в лице их матери – ФИО2, просит устранить препятствия в пользовании квартирой по адресу: г<адрес> возложить обязанность на ФИО2 передать ей комплект ключей, вселить ее в квартиру и выделить ей в пользование комнату площадью 12,2 кв.м.

Исковые требования мотивирует тем, что ей на праве собственности на основании договора дарения принадлежит ? доля в праве общей долевой собственности на эту квартиру. Иного жилья она не имеет, снимает квартиру. Проживать в принадлежащей ей на праве общей долевой собственности квартире она не может, так как ФИО2 чинит ей препятствия, сменила замки в квартире, добровольно не пускает. Для защиты своих прав истец обратилась в суд (л.д. 3-4).

21 декабря 2016 года для совместного рассмотрения судом принято к производству встречное исковое заявление ФИО3 и ФИО4, в лице их законного представителя ФИО2

Истцы по встречному иску просят признать недействительным в силу его ничтожности договор дарения доли в праве общей долевой собственности от 27 февраля 2015 года, заключенный между ФИО1 и ФИО5

Исковые требования мотивированы тем, что спорная квартира принадлежала на праве общей долевой собственности ей, ее дочерям и ФИО5 После того, как брак между ними был расторгнут, она подарила принадлежащую ей долю своим дочерям, а ФИО5 – своей дочери ФИО1 Договор между ФИО5 и ФИО1 является недействительным, так как он мнимый, заключен только для вида, чтобы избежать обращения взыскания на имущество ФИО5 по его долгу перед банком. ФИО1 отказывается от возложенных на нее обязанностей по содержанию квартиры. В квартире она не проживает и проживать не собирается, но вместе с ответчиком ФИО5 создала невыносимые условия для семьи ФИО6, а именно – ограничили доступ в одну из комнат, закрыли ее на замок, захламили. Таким образом, условия договора дарения не соблюдены, фактически ФИО5 не передал свою долю ФИО1, а она не приняла. Кроме того, данная сделка совершена с целью заведомо противной основам правопорядка и нравственности, при ее совершении не учтено, что в квартире проживают дети, и поэтому является ничтожной (л.д. 42-44).

Истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО1 в судебном заседании свои исковые требования поддержала, уточнила, что места общего пользования в квартире просит оставить в совместном пользовании сторон. Встречный иск не признала. Пояснила, что она хочет вселиться в спорную квартиру, так как иного жилья не имеет.

Ответчик и законный представитель несовершеннолетних ответчиков (истцов по встречному иску) ФИО2 в судебном заседании первоначальный иск не признала, свои исковые требования поддержала полностью, пояснила, что никогда не препятствовала вселению ФИО1 в квартиру, но в настоящее время не хочет, чтобы она в ней проживала, так как у детей к ней негативное отношение.

Ответчик по встречному иску ФИО5 в судебном заседании иск ФИО1 считает обоснованным, в удовлетворении встречного иска просит отказать.

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, считает исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими удовлетворению, встречные требования – не подлежащими удовлетворению.

Судом установлено следующее.

Квартира по адресу: <адрес> (далее также – спорная квартира) принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО7 (3/8 доли в праве), ФИО4 (3/8 доли в праве) и ФИО1 (1/4 доля в праве общей долевой собственности) (л.д. 5, 58, 59).

Право собственности ФИО1 на квартиру возникло на основании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру от 27 февраля 2015 года, заключенного между ней и ФИО5 (даритель) (л.д. 7-9).

Помимо вышеуказанной доли квартиры у ФИО1 в собственности недвижимого имущества не имеется (л.д. 27).

ФИО1 зарегистрирована по адресу: <адрес> (л.д. 10-11), а фактически проживает по адресу: <адрес> на основании договора аренды квартиры от 09 сентября 2016 года, заключенного с собственником квартиры С.С. (л.д.24-25, 26).

Согласно техническому паспорту, квартира по адресу: <адрес>, является двухкомнатной, имеет общую площадь 64,7 кв.м., жилую – 32,3 кв.м., расположена на 8 этаже многоквартирного жилого дома, является благоустроенной. В квартире имеются две жилые комнаты – площадью 12,2 и 20,1 кв.м., а также места общего пользования: кухня, коридор, раздельный санузел и лоджия. Выход на лоджию имеется только из комнаты площадью 20,1 кв.м. (л.д. 17-23).

В квартире зарегистрированы ФИО5, ФИО2, ФИО4 и ФИО8 (л.д. 16).

ФИО2 иск о вселении не признала. В обоснование встречного иска ссылается на сведения, предоставленные ПАО «Сбербанк России» о том, что у ФИО5 имеется задолженность по кредитному договору от 25 февраля 2014 года в размере более <данные изъяты> руб. (л.д. 76-78).

Из представленных сведений действительно усматривается, что на момент заключения оспариваемого договора дарения (27 февраля 2015 года) – задолженность ФИО5 перед ПАО «Сбербанк России» составляла <данные изъяты> руб. 11 коп. (л.д. 76).

Согласно представленным сторонами документам (л.д. 66, 93-94, 98-101, 106-107), лицевой счет на спорную квартиру разделен, каждая из сторон оплачивает свою долю жилищно-коммунальных расходов.

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Статья 288 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением. Жилые помещения предназначены для проживания граждан.

В силу ч. 1 ст. 572 Гражданского Кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Запрещение и ограничение дарения предусмотрены ст.ст. 575, 576 Гражданского Кодекса РФ. К указанным случаям договор дарения, заключенные между ФИО5 и ФИО1 не относится.

Заявляя о недействительности (ничтожности) договора дарения, истцы по встречному иску ссылаются на ч. 1 ст. 170, ст. 168 и ст. 169 Гражданского Кодекса РФ.

Вместе с тем, судом установлено, что оспариваемая сделка мнимой не является, так как она не была совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия (ч. 1 ст. 170 Гражданского Кодекса РФ). Судом установлено, что ФИО5 и юридически, и фактически передал права на долю своей дочери, после этого сам в квартиру не вселялся и на вселение не претендует. ФИО1, в свою очередь, желает вселиться в спорную квартиру и проживать в ней, так как иного жилья в собственности не имеет.

Тот факт, что на момент заключения договора дарения у ФИО5 имелась задолженность по кредитному договору, сам по себе не свидетельствует о мнимости сделки, либо о том, что она совершена не в соответствии с требованиями закона либо с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности. Доля в праве общей долевой собственности ФИО5 не находилась в залоге у банка, на нее не обращено взыскание, не наложен арест, следовательно, он имел право ею распорядиться.

То обстоятельство, что в спорной квартире проживают несовершеннолетние дети, также не является в рассматриваемом случае препятствием для совершения сделки с долей в праве общей долевой собственности. Ч. 4 ст. 292 Гражданского Кодекса РФ, на которую ссылается во встречном иске ФИО2, требует получать обязательное согласие органа опеки только в случае, если в квартире проживают члены семьи собственника, находящиеся под опекой или попечительством, либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние.

Несовершеннолетние ФИО3 и ФИО4 ни под опекой, ни под попечительством не находятся, без родительского попечения не остались, постоянно проживают с матерью.

Таким образом, судом не установлено, что оспариваемый договор дарения является мнимой сделкой, либо сделкой, не соответствующей требованиям закона или иных правовых актов, либо сделкой, совершенной с целью заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

По этому основанию суд отказывает в удовлетворении встречного искового заявления.

Что касается первоначального иска, то согласно положениям ст. 247 Гражданского кодекса РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом. Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле.

При рассмотрении дела судом установлено, что между сторонами сложился следующий порядок владения и пользования спорной квартирой: в квартире фактически проживают ФИО2 и ее несовершеннолетние дочери – ФИО3 и ФИО4 (л.д. 48, 49, 50). Ответчик ФИО1 в квартире не проживала и не проживает, но желает вселиться.

Из объяснений лиц, участвующих в деле, а также анализа материалов дела (л.д. 12-13, 14-15 – постановления об отказе в возбуждении уголовного дела), следует, что между сторонами сложились личные неприязненные отношения, и во внесудебном порядке им не удалось прийти к соглашению о порядке пользования общей долевой собственностью – квартирой по адресу: <адрес>

Разрешая требования первоначального иска ФИО1, суд приходит к следующему:

Судом установлено, что размер идеальной доли ФИО1 в квартире составляет 16,18 кв.м. общей площади квартиры, и 8,06 кв.м. жилой площади квартиры. При этом площадь жилой комнаты, которую ФИО1 просит определить в пользование себе, составляет 12,2 кв.м., что превышает размер ее идеальной доли в жилой площади на 4,14 кв.м.

Комнаты, которая бы точно соответствовала доле ФИО1, в спорной квартире не имеется, поэтому выделение в ее пользование 8,06 кв.м. жилой площади не представляется возможным.

Вместе с тем, суд считает, что выделение комнаты площадью 12,2 кв.м. в пользование ФИО1 не нарушит права остальных собственников, так как в их единоличном пользовании останется большая изолированная комната площадью 20,1 кв.м., а также лоджия площадью 7,3 кв.м., так как выход на лоджию имеется только из большой комнаты.

Разрешая требования участника долевой собственности об определении порядка пользования общим имуществом, суд должен учитывать фактически сложившийся порядок пользования имуществом, который может не соответствовать точно долям в праве общей собственности, нуждаемость каждого из собственников в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования (п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации»).

Доказательств того, что совместное проживание сторон в спорной квартире невозможно суду не представлено.

Утверждение ФИО1 о том, что она нуждается в проживании в спорной квартире, что ей это удобнее и выгоднее, чем арендовать квартиру - ничем не опровергнуто.

Таким образом, суд считает, что исковые требования ФИО1 о вселении ее в квартиру, определении порядка пользования - подлежат удовлетворению.

В связи с тем, что соглашение о порядке пользования имуществом между сторонами не достигнуто, суд считает возможным установить порядок пользования квартирой, предложенный ФИО1 а именно - в пользование ФИО1 определить изолированную жилую комнату 12,2 кв.м. (№ 1 на плане БТИ). В пользование ФИО2, ФИО9, ФИО4 определить изолированную жилую комнату площадью 20,1 кв.м. (№ 2 на плане) с лоджией (№ 7 на плане). Остальные помещения в квартире (кухня, коридор и два санузла) являются местами общего пользования и должны остаться в совместном пользовании сторон.

Согласно ст. 304 Гражданского кодекса РФ собственник может требовать устранение всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В судебном заседании установлено, что в настоящее время ФИО1 не имеет ключа, который обеспечивал бы ей возможность доступа в тамбур квартиры, но имеет ключ, который подходит непосредственно к замку двери квартиры (л.д.95).

В связи с изложенным, суд считает обоснованными и подлежащими удовлетворению требования ФИО1 о не чинении препятствий в пользовании квартирой и передаче ей ключей, которые обеспечат полный доступ в квартиру (то есть – в том числе в тамбур).

В связи с тем, что исковые требования ФИО1 удовлетворены, суд взыскивает с ответчиков в ее пользу расходы по оплате государственной пошлины (ст. 98 ГПК РФ).

Кроме того, ФИО1 заявила ходатайство о взыскании в ее пользу расходов на оплату услуги представителя ФИО10 в размере <данные изъяты> руб. (л.д. 90), представила оригиналы соглашения об оказании правовой помощи от 01 ноября 2016 года, предмет которого соответствует рассматриваемому делу, и квитанцию на сумму <данные изъяты> руб. Квитанция на сумму <данные изъяты> руб. – не представлена.

С учетом степени сложности дела, количества судебных заседаний, принципа разумности и справедливости, суд в порядке ст. 100 ГПК РФ считает, что в пользу ФИО1 надлежит взыскать <данные изъяты> руб. расходов на оплату услуг представителя.

При этом государственная пошлина и расходы на оплату услуг представителя взыскиваются только с ответчика ФИО2, так как ответчики ФИО3 и ФИО4 – являются ее несовершеннолетними детьми, самостоятельного дохода не имеют, их интересы представляет мать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 12, 168-170, 209, 247, 288, 572, 575, 576 Гражданского Кодекса РФ, ст. 12, 56, 67, 100, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ,

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Вселить ФИО1 в квартиру <адрес>.

Определить следующий порядок пользования квартирой <адрес>: в пользование ФИО1 определить изолированную жилую комнату площадью 12,2 кв.м. (№ 1 на плане БТИ). В пользование ФИО2, ФИО3, ФИО4 определить изолированную жилую комнату площадью 20,1 кв.м. (№ 2 на плане БТИ) и лоджию (№ 7 на плане БТИ). Остальные помещения в квартире (кухня, коридор, два санузла) оставить в общем пользовании сторон.

Возложить обязанность на ФИО2 (как на законного представителя несовершеннолетних собственников квартиры) передать ФИО1 ключ (или комплект ключей) от дверей квартиры <адрес>, которые обеспечивают постоянный и полный доступ в квартиру (в том числе в тамбур).

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> руб., расходы на оплату услуг представителя в размере <данные изъяты> руб., всего взыскать <данные изъяты> руб.

В удовлетворении встречного искового заявления ФИО3, ФИО4 к ФИО1, ФИО5 о признании недействительной ничтожной сделки – отказать.

Решение может быть обжаловано в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Тюменский областной суд, путем подачи жалобы через Калининский районный суд г. Тюмени.

Решение принято в окончательной форме 10 февраля 2017 года

Председательствующий судья (подпись) С.Г. Можаева

Копия верна.

Подлинник решения подшит и хранится в Калининском районном суде г. Тюмени в материалах гражданского дела № 2-202/2017

Судья С.Г. Можаева