Решение № 2-3908/2017 2-3908/2017 ~ М-3129/2017 М-3129/2017 от 7 декабря 2017 г. по делу № 2-3908/2017

Дело № 2-3908/17


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Калининград 8 декабря 2017 года

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе

председательствующего судьи Зониной И.Н.

при секретаре Кулаковой В.А.,

с участием истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности от 29 декабря 2016 г., и ФИО3, действующей на основании доверенности от 29 декабря 2016 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФГАОУ ВО «Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта» о признании сведений, распространённых в социальных сетях, средствах массовой информации не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство, об обязании опровергнуть сведения, не соответствующие действительности, порочащие честь, достоинство, о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФГАОУ ВО «Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта» (далее - БФУ им. И.Канта), в котором указал, что БФУ им. И.Канта 12 июля 2017 г. в своей официальной группе социальной сети «ВКонтакте» по адресу в сети Интернет<данные изъяты>, а также в официальной группе социальной сети «Фейсбук» по адресу в сети Интернет: <данные изъяты> были распространены сведения, порочащие его честь и достоинство. Так, в своей официальной группе социальной сети «ВКонтакте» ответчик заявил, что истец «попытался дать взятку», а также «совершает подкуп, допускает грубые нарушения юридической и студенческой этики, искажая суть беседы, аудиозапись которой он передал СМИ, сознательно публично призывает к нарушению административных норм». В своей официальной группе социальной сети «Фейсбук» ответчик заявил, что истец «попытался дать взятку», а также «Совершает подкуп, допускает грубые нарушения юридической и студенческой этики, искажая суть беседы, аудиозапись которой он передал СМИ, сознательно публично призывает к нарушению административных норм». В СМИ «Новый Калининград.Ru» ответчик заявил, то он, ФИО1, «Отчислен за взятку и нарушения морально-этических норм». В СМИ «РБК» ответчик заявил, что его «отчислили из-за взятки». В СМИ «Интерфакс» ответчик заявил, что отчислен за «неуспеваемость и попытку дать взятку». Перечисленные сведения являются порочащими, поскольку содержат утверждения о нарушении им действующего уголовного законодательства, призывах к нарушению административного законодательства, неэтичном поведении и недобросовестности, тогда как эти сведения не соответствуют действительности. Дача взятки и подкуп являются преступлениями, то есть виновно совершенными общественно опасными деяниями, запрещенными Уголовным кодексом Российской Федерации (далее – УК РФ) под угрозой наказания, при этом согласно ст. 49 Конституции Российской Федерации виновность человека в совершении преступления должна быть установлена вступившим в законную силу приговором суда. В отношении него отсутствуют вступившие в законную силу приговоры суда. Кроме того, он отчислен из БФУ им. И.Канта за противоправное поведение, выразившееся в проявлении неуважения к закону и суду в публичном пространстве, пренебрежении принятым порядком поведения в БФУ им. И.Канта, а не за взятку, неуспеваемость и нарушения морально-этических норм, как утверждает ответчик. Также он не является злостным нарушителем юридической и студенческой этики, за все время обучения в БФУ им. И.Канта имел всего лишь одно дисциплинарное взыскание. В действительности он передал журналистам аудиозапись своего разговора с директором юридического института БФУ им. И.Канта и двумя сотрудниками правоохранительных органов в первоначальном виде, ничего не искажая. Ответчик не обращался в суд с требованиями признать эти сведения не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию. Утверждает, что никогда не призывал кого-либо к нарушению административных норм, по состоянию на 12 июля 2017 г. ни разу не привлекался к административной ответственности. Такими действиями ответчика ему причинен моральный вред, выразившийся в необходимости давать комментарии многочисленным СМИ, объясняться перед друзьями, знакомыми. В результате большого количества негативных комментариев в сети Интернет испытывает длительный стресс, пребывает в депрессии. Размер компенсации морального вреда оценивает в 2018 рублей. Просил, с учетом уточненного иска, признать перечисленные сведения распространёнными, порочащими и не соответствующими действительности; обязать БФУ им. И.Канта опровергнуть указанные сведения путем публикации в своих группах социальных сетей «ВКонтакте», «Фейсбук»; обязать БФУ им. И.Канта направить опровержения в СМИ, предложил следующий текст опровержения «ФИО1, бывший студент БФУ им. И.Канта, отчислен не за взятку, а за неуважение к закону и суду, выраженное в публичном пространстве. Он не пытался дать взятку, не допускал грубых нарушений юридической и студенческой этики, не искажал суть беседы, аудиозапись которой он передал СМИ, и не призывал к нарушению административных норм».

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования с учетом уточненного иска, просил их удовлетворить по основаниям, изложенным выше.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании не согласились с заявленными требованиями по следующим основаниям. Так, вся информация, распространённая ответчиком, соответствует действительности. На своих страницах в социальных сетях ответчик, в частности, указал: «К сожалению, и после этого ФИО1 пропускал занятия, а затем пытался дать взятку, чтобы «купить» недостающие часы по одному из предметов», «ФИО1, к сожалению, не только не воспользовался шансом исправить положение, но даже не смог полностью осознать степень абсурдности ситуации, при которой студент-юрист, позиционирующий себя как поборник права и законности, совершает подкуп, допускает грубые нарушения юридической и студенческой этики, искажая суть беседы, аудиозапись которой он передал СМИ, сознательно публично призывает к нарушению административных норм». На своих страницах в социальных сетях БФУ им. И.Канта разместил оспариваемую ФИО1 информацию самостоятельно, тогда как «Новый Калининград.Ru», «Интерфакс» и «РБК» распространили сведения, комментируя содержание телефонного разговора с директором департамента по связям с общественностью БФУ им. И.Канта Ш.Ю.А., при этом не будучи привлеченными к участию в деле в качестве соответчиков. Покупка истцом часов по физкультуре с целью незаконного получения зачета, который выставляется в ведомость и зачетную книжку студента исключительно преподавателем, ответчик именовал «взяткой». При этом сам факт «покупки часов» ФИО1 не оспаривается. Если ФИО1 точно не знал, кому платил за часы по физкультуре (преподавателю или посреднику), то в любом случае зачет, исходя из количества купленных часов, должен был проставить в ведомость и зачетную книжку преподаватель, поэтому его действия являлись покушением на дачу взятки. Если ФИО1 точно знал, кому он платил деньги, преподавателю или посреднику, то приобретение часов по физкультуре однозначно являлось взяткой. Исходя из изложенного, ответчик и назвал «покупку часов по физкультуре» взяткой. Учитывая, что часы были аннулированы, – попыткой взятки. Истец понимал противоправный характер своих действий, так как в своем интервью «Радио «Свобода» 12 июля 2017 г. ФИО1 заявил, что никакой взятки не было, а количество часов по физкультуре вынуждает студентов искать альтернативные варианты решения проблемы, считает, что университет занимается продажей часов по физкультуре. В связи с изложенным сведения, указанные в социальной сети, соответствуют действительности. Кроме того, ФИО1 был отчислен с формулировкой «за противоправное поведение, выразившееся в проявлении неуважения к закону и суду в публичном пространстве, пренебрежении принятым порядком поведения в БФУ им. И.Канта, с учетом положений федерального государственного образовательного стандарта по направлению «Юриспруденция», а также предшествовавшего поведения, то есть ранее вынесенного дисциплинарного взыскания «за покупку часов по физкультуре». Таким образом, сведения и в указанной части соответствуют действительности: он отчислен с учетом всех обстоятельств, предусмотренных законодательством. Помимо изложенного, директор юридического института З.О.А. проводил профилактическую беседу, суть которой заключалась в предупреждении совершения истцом административного правонарушения, в необходимости соблюдать закон. В качестве основного принципа проведения публичного мероприятия Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» устанавливает принцип законности, то есть участники публичного мероприятия свободны в выражении своих мнений способом, не нарушающим общественного порядка и регламента проведения публичного мероприятия. В интервью «Интерфаксу» 12 июля 2017 г. истец добавил, что «накануне неразрешенного митинга имел беседу с руководством юридического института БФУ, на которой ему было предложено согласиться на проведение акции в ином месте, а не в центре Калининграда». Следовательно, речь о том, что истец не может и не должен организовывать публичные мероприятия или участвовать в них, в том числе 12 июня 2017 года, не шла. В интерпретации своего разговора с директором, переданной СМИ, истец сделал акцент именно на вмешательстве БФУ им. И.Канта в его дела, на выводы, которые будут сделаны в связи с его учебой вне связи со своими предшествующим поведением. Юридическая этика предусматривает требования к морально-нравственным качествам юриста, к правовой культуре правоприменительной деятельности; студенческая этика – правила поведения студента. Ведение скрытой аудиозаписи с целью передачи ее СМИ в негативной интерпретации является нарушением юридической и студенческой этики. Ответчик просил учесть, что постановлением Ленинградского районного суда г. Калининграда ФИО1 был привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения при проведении публичного мероприятия. Также обратил внимание на то, что БФУ им. И.Канта дал свои пояснения по поводу отчисления ФИО1 только после того, как к нему обратились СМИ и интернет-ресурсы, получившие информацию именно от истца. Ответчик самостоятельно никогда не информирует общественность о привлечении студентов к дисциплинарной ответственности. Поскольку истец сам предал огласке обстоятельства своего отчисления и в связи с этим ответчик получил от СМИ и интернет-ресурсов запросы и требования дать пояснения, утверждения истца о том, что именно в результате распространения сведений о нем ответчиком ему причинен моральный вред, несостоятельны.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании также не согласилась с заявленными требованиями, поддержала пояснения представителя ФИО2

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела, заслушав судебные прения, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту чести и доброго имени.

Статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли, слова и свобода массовой информации, а статьей 17 Конституции Российской Федерации установлено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод провозглашено, что каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети Интернет, гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети Интернет (пункт 5 статьи 152 ГК РФ).

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (пункт 9 статьи 152 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 7 и 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 ГК РФ сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В судебном заседании установлено, что по состоянию на июнь 2017 г. ФИО1 являлся студентом 3 курса бакалавриата очной формы обучения Юридического института БФУ им. И.Канта.

Приказом ректора БФУ им. И.Канта от 10 июля 2017 г. № 2043ст в связи с противоправным поведением ФИО1, выразившемся в проявлении неуважения к закону и суду в публичном пространстве, пренебрежении принятым порядком поведения в БФУ им. И.Канта, что является нарушением п.п. 8.3, 11.8, 11.9 Правил внутреннего трудового и учебного распорядка БФУ им. И.Канта, учитывая положения федерального государственного образовательного стандарта по направлению «Юриспруденция» (квалификация бакалавр), а также предшествующее поведение (имеет неснятое дисциплинарное взыскание), ФИО1 отчислен с даты издания приказа.

Обращаясь с исковым заявлением в суд о защите чести и достоинства, истец ссылается на то, что БФУ им. И.Канта 12 июля 2017 г. в своей официальной группе социальной сети «ВКонтакте» по адресу в сети Интернет: <данные изъяты> по адресу в сети Интернет: <данные изъяты> были распространены сведения, порочащие его честь и достоинство. В частности, в своей официальной группе социальной сети «ВКонтакте» ответчик заявил, что истец «попытался дать взятку», а также «совершает подкуп, допускает грубые нарушения юридической и студенческой этики, искажая суть беседы, аудиозапись которой он передал СМИ, сознательно публично призывает к нарушению административных норм». В своей официальной группе социальной сети «Фейсбук» ответчик заявил об аналогичных фактах. Ссылается на то, что информация изложена в форме утверждений и свидетельствует о незаконном и недобросовестном поведении истца, при этом она не соответствует действительности, порочит его честь и достоинство. Ответчик, в свою очередь, не оспаривая тот факт, что именно БФУ им. И.Канта в сети Интернет в социальных сетях «ВКонтакте» и «Фейсбук» разместил именно такую информацию, как указывает истец. Однако, по мнению ответчика, она носит оценочный характер и с учетом характера совершенных истцом действий является соответствующей действительности. Относительно информации, размещенной в СМИ журналистами «Новый Калининград.Ru», «Интерфакс» и «РБК», ответчик указал, что ими были распространены сведения в результате комментирования содержания телефонного разговора с директором департамента по связям с общественностью БФУ им. И.Канта Ш.Ю.А. Иными словами, ответчики такие сведения не распространяли.

В ходе рассмотрения дела представитель ответчика неоднократно указывал на то, что ФИО1 был отчислен не за взятку. Он был отчислен за противоправное поведение, выразившееся в проявлении неуважения к закону и суду в публичном пространстве, пренебрежении принятым порядком поведения в БФУ им. И.Канта, с учетом предшествующего поведения.

При этом было установлено, что ранее приказом от 2 июня 2017 г. ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора, так как был выявлен факт незаконного получения ФИО1 с помощью третьих лиц отработанных часов по физкультуре, тогда как Правила внутреннего трудового и учебного распорядка БФУ им.И.Канта обязывает обучающего лично посещать учебные занятия и выполнять задания. Из отобранных у ФИО1 до издания названного приказа объяснений следует, что он признался в совершении действий, направленных на получение отработанных часов по физкультуре с помощью третьих лиц. В судебном заседании истец подтвердил, что перечисли 1200 рублей неизвестному лицу, с которым состоял в контакте через сеть Интернет, не зная, кто он; действительно ему были добавлены часы в электронной системе БФУ им. И.Канта, но после обнаружения данного факта они были аннулированы.

Разрешая спор, проанализировав представленные сторонами по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о признании установленным факта распространения ответчиком сведений, порочащих честь и достоинство истца и не соответствующих действительности в части размещения в социальной сети «ВКонтакте» и «Фейсбук» информации в отношении ФИО1: «попытался дать взятку» и «совершает подкуп», так как такие публичные высказывания ответчика указывают на незаконные действия истца, фактически содержат обвинение в совершении преступления и, безусловно, умаляют честь и достоинство истца.

По смыслу положений статей 290, 291, 291.1 и 291.2 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ), под взяткой понимаются передаваемые должностному лицу, иностранному должностному лицу либо должностному лицу публичной международной организации лично или через посредника деньги, ценные бумаги, иное имущество либо незаконные оказание ему услуг имущественного характера, предоставление иных имущественных прав (в том числе когда взятка по указанию должностного лица передается иному физическому или юридическому лицу) за совершение действий (бездействие) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица либо если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), а равно за общее покровительство или попустительство по службе.

Указанные нормы уголовного закона устанавливают уголовную ответственность за получение взятки, дачу взятки, посредничество во взяточничестве и мелкое взяточничество.

По смыслу положений статей 204, 204.1 и 204.2 УК РФ, под коммерческим подкупом понимается незаконная передача лицу, выполняющему управленческие функции в коммерческой или иной организации, денег, ценных бумаг, иного имущества, а также незаконные оказание ему услуг имущественного характера, предоставление иных имущественных прав (в том числе когда по указанию такого лица имущество передается, или услуги имущественного характера оказываются, или имущественные права предоставляются иному физическому или юридическому лицу) за совершение действий (бездействие) в интересах дающего или иных лиц, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия такого лица либо если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям (бездействию).

Приведённые нормы закона определяют уголовную ответственность за коммерческий подкуп, посредничество в коммерческом подкупе и за мелкий коммерческий подкуп.

Таким образом, указание ответчика в социальных сетях на то, что истец «попытался дать взятку» и «совершает подкуп» фактически является обвинением истца в совершении преступления, что не может расцениваться как оценочное суждение, поскольку эти сведения были высказаны в категорической форме как утверждения о фактах.

Учитывая, что достоверных доказательств того, что ФИО1 совершил подкуп либо дачу взятки, в суд не представлено, суд приходит к выводу, что распространение сведений об этом не может расцениваться в качестве убеждений, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, даже являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, они, тем не менее, могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Суд не может согласиться с требованиями истца о признании порочащими его честь и достоинство сведений, распространенных ответчиком в тех же социальных сетях текстом: «…допускает грубые нарушения юридической и студенческой этики, искажая суть беседы, аудиозапись которой он передал СМИ, сознательно публично призывает к нарушению административных норм»; «…сознательно публично призывает к нарушению административных норм».

Как указано выше, ФИО1 был отчислен из университета на основании приказа ректора БФУ им. И.Канта от 10 июля 2017 г. № в связи с противоправным поведением, выразившемся в проявлении неуважения к закону и суду в публичном пространстве, пренебрежении принятым порядком поведения в БФУ им. И.Канта.

ФИО1 данный приказ был оспорен в судебном порядке, и решением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 9 ноября 2017 г. ему отказано в удовлетворении требований.

Названным решением суд установил, что 8 июня 2017 г. ФИО1, находясь в кабинете директора юридического института БФУ им. И.Канта, произвел аудиозапись беседы с директором юридического института З.О.А., не поставив его об этом в известность. 10 июня 2017 г. ФИО1 на информационном портале «НовыйКалининград.Ru» допустил распространение содержания этой беседы путем опубликования статьи под заголовком «Нет моральных оснований»: как в БФУ убеждали не ходить на акцию Навального». При этом в статье со ссылкой на комментарий ФИО1 указано, что последний «…подчеркнул, что участие или неучастие в акции – это его личное дело, и руководству вуза не следует вмешиваться в его дела…». Кроме того, на своей странице сервиса «ВКонтакте» в сети Интернет ФИО1 разместил следующую информацию: «…судья Г.Е.В. просто проигнорировала все, что я написал выше…Ничего, полный и наглый игнор. Но я считаю, что нам не нужно ее решение…». Суд пришел к выводу, что, передав звукозапись беседы с директором института журналистам для публикации в СМИ, а затем оставив свои комментарии, касающиеся якобы имевшего место вмешательства со стороны ВУЗа в его общественную деятельность, А. О.А. тем самым проявил неуважение к закону в публичном пространстве и пренебрег принятым порядком поведения в БФУ им. И.Канта. При этом суд исходил из того, что содержание состоявшейся беседы, часть которой была приведена в опубликованной статье, вопреки утверждениям ФИО1, указанным им в самой статье, и подтвержденным в судебном заседании, не свидетельствует о том, что высказанные в адрес истца директором института З.О.А. фразы достигали характера вмешательства в его дела (общественную деятельность). Применительно к конкретным фактическим обстоятельствам суд посчитал комментарий ФИО1, размещенный в статье непосредственно после диалога с З.О.А., на содержании состоявшейся беседы не основанным. В связи с этим суд пришел к выводу, что в данном случае истец умышленно исказил суть разговора, чтобы искусственно создать видимость вовлеченности ответчика в общественно-политические процессы и готовности применения к студентам недозволенных методов воздействия, проявив тем самым явное неуважение. Также истец выразил неуважение к суду в публичном пространстве, поскольку в сети Интернет демонстрировал свою готовность саботировать исполнение судебного акта, фактически призывая («…я считаю, нам не нужно его [суда] решение...») к неповиновению публичным властям.

Перечисленными действиями ФИО1 грубо нарушил юридическую и студенческую этику, а также, демонстративно пренебрегая решением суда, призывал к проведению митинга в несогласованном месте. После таких призывов ФИО1 был привлечен к административной ответственности постановлением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 27 июля 2017 г. по части 1 статьи 20.2 КоАП РФ.

Более того, суд отмечает, что требования истца в данной части направлены на переоценку фактических обстоятельств, входящих в предмет доказывания по другим делам и установленных соответствующими судебными инстанциями, в связи с чем подлежат отклонению.

Не подлежат удовлетворению требования истца о признании порочащими честь и достоинство сведений, опубликованных в СМИ «Новый Калининград.Ru», «РБК» и «Интерфакс», так как истцом не представлено доказательств того, что такая информация размещена ответчиком.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу пункта 5 статьи 152 ГК РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» компенсация морального вреда определяется судом при вынесении решения в денежном выражении. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание обстоятельства, указанные в части 2 статьи 151 и пункте 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Если не соответствующие действительности порочащие сведения распространены в средствах массовой информации, суд, определяя размер компенсации морального вреда, должен учесть характер и содержание публикации, а также степень распространения недостоверных сведений. При этом подлежащая взысканию сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерна причиненному вреду и не вести к ущемлению свободы массовой информации.

В силу пункта 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Учитывая конкретные обстоятельства настоящего дела, объем и характер причиненных истцу страданий, степень вины ответчика, характер и содержание распространенных порочащих сведений, степень их распространения, первоначально заявленный истцом к возмещению размере компенсации, а также требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении соответствующих требований и определяет размер компенсации морального вреда в 500 рублей.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Признать не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство ФИО1, сведения, размещенные 12 июля 2017 г. в сети Интернет на странице «БФУ им. И.Канта | Университет» социальной сети <данные изъяты>

1) «попытался дать взятку»;

2) «совершает подкуп».

Признать не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство ФИО1, сведения, размещенные 12 июля 2017 г. в сети Интернет на странице «Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта» в социальной сети «Фейсбук» по адресу: <данные изъяты> в статье с дачей пояснений БФУ им.И.Канта по поводу отчисления ФИО1:

1) «попытался дать взятку»;

2) «совершает подкуп».

Обязать ФГАОУ ВО «Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта» после вступления решения суда в законную силу, опубликовать в сети Интернет на соответствующих страницах социальных сетей «ВКонтакте» и «Фейсбук» тем же шрифтом опровержение следующих не соответствующих действительности и порочащих сведений:

1) «попытался дать взятку»;

2) «совершает подкуп».

Взыскать с ФГАОУ ВО «Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 500 (пятьсот) рублей, в счет расходов по оплате государственной пошлины 300 рублей.

В остальной части исковые требований ФИО1 - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 13 декабря 2017 года.

Судья И.Н. Зонина