Апелляционное определение № 11-3429/2026 от 10 марта 2026 г.

Судья Пшеничная Т.С.

дело № 2-5685/2025

УИД 74RS0006-01-2025-007085-03


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-3429/2026
11 марта 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Стяжкиной О.В., Елгиной Е.Г.,

при секретаре Мустафиной В.Ю.,

с участием прокурора Гиззатуллина Д.З., ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «КНАУФ ГИПС» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Калининского районного суда г. Челябинска от 04 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Стяжкиной О.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, объяснения истца ФИО3, поддержавшей доводы жалобы, объяснения представителя ответчика ФИО4, возражавшей против доводов жалобы, заключение прокурора о законности и обоснованности решения суда, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратилась в с иском Обществу с ограниченной ответственностью «КНАУФ ГИПС» (далее ООО «КНАУФ ГИПС») в котором с учетом уточнений просила признать незаконным и отменить приказ от 26 сентября 2025 года об увольнении, восстановить на работе в качестве <данные изъяты> в группу приема и обработки заказов отдела обработки заказов Уральской сбытовой дирекции, взыскать компенсацию за время вынужденного прогула с 26 августа 2025 года по настоящее время, компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В обоснование заявленных требований указала, что с 17 июня 2013 года работала в данной компании. Уволена по собственному желанию с отработкой две недели 26 августа 2025 года. С увольнением не согласна, полагает, что заявление об увольнении написано добровольно принудительно. За весь период трудоустройства добросовестно исполняла свои обязанности, замечаний, прогулов не имела. В период с 2016 по 2019 год совмещала свои основные должностные обязанности с функционалом <данные изъяты> по работе с сетями DIY. За указанный период было открыто 6 магазинов Леруа, что значительно повлияло на рабочую нагрузку. Компания за увеличенный объем работы не доплачивала. После сбоя в системе в конце июня 2022 года принимала участие в ее восстановлении. После отпуска в октябре 2022 года ее сняли с данного участка по решению руководителя. В 2025 году в связи с увольнением сотрудника ее поставили перед фактом о том, что необходимо вновь совмещать основную работу и дополнительную, на что она заявила, что этому не обучалась, делать не умеет, руководитель ДИМ разозлилась и доложила ее начальнику, который сразу предложил ей уволиться по собственному желанию. Поскольку в силу возраста <данные изъяты> года, испытывает трудности найти аналогичную работу, в компании проработала 12 лет, принятие решения только потому, что отказалась от дополнительной нагрузки по причине, что не умеет этого делать, считает вопиющим и незаконным.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена.

Представитель истца ФИО5 в судебном заседание исковые требования поддержал в полном объёме.

Представитель ответчика ООО «КНАУФ ГИПС» ФИО23. действующая на основании доверенности в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований.

Суд постановил решение, которым в удовлетворении исковых требований отказал ( т.2 л.д. 163-166).

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить. Указывает, что выйдя 18 августа 2025 года на работу не имела намерения писать заявление об уходе по собственному желанию, так как отработала 13 лет без замечаний. Оказавшись в ситуации, на которую не могла повлиять, вынуждена была написать это заявление, о чем свидетельствует переписка с внутреннего мессенджера компании, но суд отнесся к ней критически. Указывает, что обращалась к руководителю с просьбой восстановить на работе, но ответ был отрицательным. Обратившись в суд также рассчитывала заключить мировое соглашение.

Не согласна с выводом суда о том, что не выход на работу 01 сентября 2025 года свидетельствует о совершении истцом последовательных действий о намерении расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, поскольку в этот день находилась на рабочем месте, о чем свидетельствует квитанции об оплате в столовой, выписка из приложения такси, кроме того имеется документ из рабочего мессенджера на 01 сентября 2025 – заказ на отгрузку МСД (т.2 л.д.183-186).

В письменных возражениях на апелляционную жалобу, представленных в суд апелляционной инстанции ответчик просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Заслушав явившихся лиц, заключение прокурора, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для отмены судебного решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Как следует из материалов дела, с 17 июня 2013 года ФИО2 работала в ООО «КНАУФ ГИПС» в качестве <данные изъяты> отдела обработки заказов Уральской сбытовой дирекции, с ней был заключен трудовой договор №№, (т.1 л.д.65-73), издан приказ о приеме на работу (т.1 л.д.74).

19 августа 2025 года от ФИО2 поступило заявление об увольнении по собственному желанию с 01 сентября (т. 1 л.д.75).

Приказом №№ от 01 сентября 2025 года трудовые отношения между сторонами прекращены 01 сентября 2025 года. Указано, что с приказом не ознакомлена, в связи с отсутствием на рабочем месте (т.1 л.д.76).

03 сентября 2025 года трудовая книжка выдана ФИО2 на руки (т.1 л.д.193).

Как следует из доводов искового заявления и пояснений истца в ходе рассмотрения дела, написание заявления об увольнении по собственному желанию носило вынужденный характер, связанный нежеланием истца выполнять дополнительные обязанности по просьбе ее руководителя ФИО24., которая попросила принять дополнительные обязанности, на что она отказала, после чего было доложено начальнику, который предложил ей уволиться по собственному желанию.

В материалы дела представлена переписка от ГС и ФИО2 из которой следует, что 18 августа 2025 года ФИО25 обратилась к истцу с просьбой «возьми пожалуйста сети. Я реально не успею еще вести сети. Я тебя прошу помоги мне. Ирина выйдет напишем на 2 дня отгулов».

В ответ на данную просьбу истец ответила, что отгулы ей не нужны, помочь может только с дилерами, часть заявок взять, но не более.

После ГС указано, что тогда она будет этот вопрос решать через директора (т.1 л.д.38).

19 августа 2025 года в 9.00 час. ФИО2 написала и подала заявление на увольнение.

19 августа 2025 года в 09:39 часов на электронную почту ФИО2 от ГС пришло сообщение следующего содержания: «Добрый день. На время летних отпусков по графику и вне планового увольнения сотрудника, будет следующее замещение:

ФИО6 Ю сети ЧО с 18 августа по 28 августа,

СН отгрузка с Красногорска, Дзержинска, Новомосковска с 21 августа по 07 сентября,

ГН Челябинск КО и ФИО7 с 21 августа по 07 сентября,

ГС и КНГ КО (с 21 августа по 07 сентября) и Челябинск 5 регион (с 18 августа по 03 сентября). С указание на то, что действуем по этой схеме, которая касается всех сотрудников (т.2 л.д.125).

В ответ на данное сообщение истец ответила 19 августа 2025 года в 09:43 час. «Добрый день. Вынужденный отказ».

19 августа 2025 года в 10:30 час. от директора поступило сообщение: «Тогда в вашем пребывании в трудовом коллективе УСД нет смысла. Яна- подготовь варианты увольнения сотрудника» (т.1 л.д.37).

19 августа 2025 года в 10.42 час., Яна уточняет причину увольнения, спрашивает, «Юля, я чет даже не спросила. А почему ты увольняешься? По какой причине? Директор просто спросит, и мне тоже для отчета надо указать причину увольнения. Другую работу нашла?».

В 10 часов 42 минуты истец указала «Яна, по семейным обстоятельствам».

26 августа 2025 года в 11.29 час. истец пишет сообщение Яне «Яна, добрый день! Мой последний рабочий день 29.08 или 01.09?».

В ответе 11.30 час. указано, что 01 сентября 2025 года.

Кроме того, как следует из пояснений сторон, после того как от истца поступил отказ выполнять работу по замещению с 18 августа по 28 августа 2025 года, она данную работу не выполняла.

Разрешая спор о признании приказа об увольнении незаконным и восстановлении на работе, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности и по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями пункта 3 части 1 статьи 77, статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными Верховным Судом Российской Федерации в пункте 22 Постановления Пленума от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска в указанной части, поскольку в материалах настоящего дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие об оказании ответчиком давления на ФИО2 при подаче заявления об увольнении. Волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений было выражено подачей 19 августа 2025 года заявления, в котором истец просил уволить его с работы по собственному желанию 01 сентября года, о чем издан ответчиком соответствующий приказ, при этом правом на отзыв заявления об увольнении в течение двух недель не воспользовалась, что свидетельствует о намерении истца расторгнуть трудовой договор.

Поскольку оснований для признания увольнения незаконным судом не установлено, то требования о восстановления на работе, взыскании с работодателя среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда обоснованно оставлены судом без удовлетворения, что соответствует положениям ст. ст. 237, 394 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, так как они соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, и установленным обстоятельствам дела.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (ст. 80 названного Кодекса).

Согласно ч. ч. 1, 2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен названным Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Как разъяснено в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Достоверных и достаточных доказательств, которые бы с бесспорностью подтверждали доводы истца о вынужденности, в отсутствие ее добровольного волеизъявления, подачи заявления об увольнении, суду первой инстанции представлено не было.

Из материалов дела следует, что заявление об увольнении подано и подписано самим истцом, с определенностью выражает намерение последнего о расторжении трудового договора. Данное заявление принято и работодателем, на нем стоит резолюция директора. Суть написанного заявления и его последствия истец осознавала. После подачи заявления об увольнении его не отзывала, хотя такая возможность у нее имелась до конца рабочего дня 01 сентября 2025 года, фактически прекратила работу после даты увольнения, получила расчет и трудовую книжку.

В суде апелляционной инстанции истец подтвердила, что знала о праве отозвать свое заявление в течение 2 недель, поскольку ранее таким правом пользовалась.

Отсюда следует, что решение об увольнении было принято истцом исходя из субъективной оценки сложившейся на тот момент на работе ситуации, что связано с личностными особенностями характера самого истца, а потому не может свидетельствовать о наличии оказываемого на него давления со стороны ответчика.

В совокупности указанные обстоятельства свидетельствуют о совершении истцом последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию.

Учитывая, что истец прекратил трудовые отношения по собственной инициативе, надлежащих и достаточных доказательств принудительного характера увольнения истца представлено не было, равно как и не было представлено доказательств нарушения трудовых прав истца, судебная коллегия в полной мере соглашается с выводами суда об отсутствии оснований для признания увольнения незаконным.

Не может являться основанием для отмены решения суда и доводы об ожидании истца заключить мировое соглашение. В суде апелляционной инстанции представитель ответчика пояснила, что намерений заключить с истцом мирового соглашения, нет.

Вместе с тем судебная коллегия не может согласиться с выводом суда о том, что истец не работала 01 сентября. Из письменного отзыва ответчика, следует, что истец 01 сентября 2025 года работала, в табеле учета рабочего времени указано, отработано 8 часов (т.1 л.д.58, 245). Также факт работы подтверждается приобщенными судебной коллегией в качестве новых доказательств скриншотом вызова такси, оплаты столовой, информацией по заказам от 01 сентября 2025 года (т.2 л.д.189-197).

Между тем ошибочные выводы суда не привели к принятию неправильного решения по существу спора.

Доводы апелляционной жалобы истца направлены на переоценку установленных судом обстоятельств. Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения, апелляционная жалоба не содержат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Калининского районного суда г. Челябинска от 04 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23.03.2026г.