Апелляционное определение № 22-404/2026 от 6 апреля 2026 г.

Дело № 22-404/2026 судья Синюхин Р.С.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Тверь 7 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Тверского областного суда

в составе председательствующего судьи Булавкина А.А.,

судей Каминской Т.А., Анисимовой О.А.,

при секретаре Масалкове Т.В.,

с участием прокурора Лопаты А.С.,

осужденного ФИО1,

адвоката Шилова И.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению и.о. Конаковского межрайонного прокурора Тверской области Кочергина С.А., апелляционной жалобе адвоката Шилова И.Н. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Конаковского городского суда Тверской области от 21 ноября 2025 г., которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...>, гражданин РФ, несудимый,

о с у ж д е н

по ч. 1 ст. 286 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 50000 рублей.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки и невыезде в отношении ФИО1 оставлена без изменения.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Каминской Т.А., мнение прокурора Лопаты А.С., полагавшего приговор подлежащим отмене по доводам апелляционного представления с возвращением уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, выступления осужденного ФИО1, адвоката Шилова И.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 признан виновным и осужден за превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступление имело место 24 января 2024 г. при установленных судом и приведенных в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельствах.

В апелляционном представлении и.о. Конаковского межрайонного прокурора Тверской области Кочергин С.А., не согласившись с приговором, указал, что суд необоснованно исключил из обвинения квалифицирующий признак совершения преступления из иной личной заинтересованности, поскольку достоверно установлено, что действия ФИО1 совершены явно вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности, а именно в создании несоответствующих действительности, искусственно завышенных показателей раскрываемости преступлений, с целью облегчить работу себе и сотрудникам ОМВД, не выполнять необходимые мероприятия по установлению обстоятельств совершенного преступления, а именно розыску преступников и похищенного имущества, а также с целью сокрытия его от учета и регистрации в установленном законом порядке, повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, поскольку в результате действий ФИО1 был подорван авторитет государственной власти перед гражданами, нарушены охраняемые законом интересы общества, подорван авторитет органов МВД РФ, призванных защищать права и свободы граждан от преступных и иных противоправных посягательств. Считает, что признак иной личной заинтересованности выразился в нежелании выполнять предусмотренные УПК РФ действия, направленные на раскрытие преступления, в снижении объема работы по раскрытию преступлений, совершенных в условиях неочевидности, желании приукрасить действительное положение раскрываемости преступлений и повышении показателей своей работы, в стремлении извлечь выгоду неимущественного характера, в связи с чем ФИО1 склонил заявителя ФИО7 к написанию заявления о прекращении проверки, содержащего недостоверные сведения, а также сам лично своими активными действиями сфальсифицировал объяснение от имени Потерпевший №1, приобщив его к материалу доследственной проверки, и принял на основании указанных сведений заведомо для него незаконное процессуальное решение об отказе в возбуждении уголовного дела, пытаясь таким образом улучшить показатели своей работы в ОМВД, а также создавал благоприятное впечатление о своей работе перед руководством, заручился их поддержкой при согласовании и утверждении принимаемых им процессуальных решений по материалу проверки, неосведомленных о его преступном умысле. Помимо этого, указанный квалифицирующий признак выражается в избавлении от выполнения части своих должностных обязанностей, связанных с проведением надлежащей процессуальной проверки, ФИО1 стремился извлечь выгоду неимущественного характера – освободить время для выполнения иных служебных обязанностей и увеличить время на отдых, а соответственно действовал из иной личной заинтересованности. Ссылается на то, что действия ФИО1 явно выходили за пределы его полномочий, из ложно понятых интересов службы, поскольку не вызывались служебной необходимостью и объективно противоречили целям и задачам, для достижения которых он был наделен соответствующими должностными полномочиями, выполнены им с целью сокрытия нераскрытого преступления средней тяжести, совершенного в условиях неочевидности. Отмечает, что существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций и охраняемых законом интересов общества и государства нашло свое полное подтверждение при рассмотрении дела, поскольку ФИО1, внеся заведомо ложные сведения в объяснение Потерпевший №1, умышленно исказил фактические обстоятельства произошедшего, что повлекло принятие незаконного процессуального решения и в связи с чем ограничил доступ к правосудию, в том числе права на эффективное средство правовой защиты в государственном органе и компенсацию ущерба, причиненного преступлением. Просит изменить приговор, признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ, и назначить наказание в виде 3 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима с лишением права занимать должности в государственных и правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, на срок 2 года.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Шилов И.Н. в защиту интересов осужденного ставит вопрос об отмене приговора и оправдании ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. В обоснование своей позиции автор жалобы, анализируя положения ст. 285, 286 УК РФ, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», приводя выдержки из обжалуемого приговора, считает, что действия ФИО1 не могли быть квалифицированы по ч. 1 ст. 286 УК РФ, поскольку своих полномочий он не превышал, все инкриминируемые ему действия входили в его должностные обязанности. Суд не привел в приговоре мотивов, по которым приходит к выводу о том, что инкриминируемые ФИО1 действия явно выходят за пределы его полномочий. Обращает внимание, что конструкция предъявленного ФИО1 обвинения в непринятии мер по раскрытию преступления, а также установлении и привлечении виновного лица к материальной и уголовной ответственности, свидетельствует о том, что по сути он обвиняется в бездействии, а в форме бездействия может быть совершено только преступление, предусмотренное ст. 285 УК РФ. Считает, что судом верно установлено, что в действиях ФИО1 отсутствует квалифицирующий признак – корыстная или иная личная заинтересованность, что исключает и возможность квалификации действий ФИО1 по ст. 285 УК РФ. Приводя анализ судебной практики, полагает, что суд, установив отсутствие одного из обязательных элементов состава преступления, необходимых для квалификации действий ФИО1 по ст. 285 УК РФ, должен был вынести оправдательный приговор. Ссылается на то, что в нарушение ст. 252 УПК РФ судом признано доказанным наступление последствий, которые не вменялись ФИО1, поскольку, мотивируя квалификацию действий осужденного, суд указал на то, что в результате укрытия им преступления был подорван авторитет правоохранительных органов России, в том числе ОМВД России по Конаковскому району, дискредитирована должность участкового уполномоченного ОМВД России по Конаковскому району, искажены статистические данные о действительном состоянии преступности как в отдельно взятом регионе, так и в Российской Федерации в целом, чем существенно нарушены охраняемые интересы общества и государства, однако такие последствия ФИО1 органом предварительного следствия не вменялись.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы, судебная коллегия находит данный приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он соответствует положениям уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Между тем, данные требования закона судом первой инстанции не выполнены.

Органами предварительного следствия и судом при рассмотрении настоящего уголовного дела в отношении осужденного ФИО1 допущены существенные нарушения требований уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, что, в соответствии с ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ, является основанием для отмены приговора.

В силу ч. 3 ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке будут выявлены обстоятельства, указанные в п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В статье 73 УПК РФ закреплено, что при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления).

Так, органами предварительного расследования действия ФИО1 квалифицированы по п. «е» ч. 3 ст. 286УК РФ как превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, совершенное из иной личной заинтересованности.

Суд первой инстанции переквалифицировал действия ФИО1 с п. «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ на ч. 1 ст. 286 УК РФ, установив, что ФИО1 в период с 20 июля 2023 г. по 25 мая 2024 г., занимая должность старшего участкового уполномоченного отдела УУП и ПДН ОМВД России «Конаковский», постоянно осуществлял функции представителя власти в государственном правоохранительном органе, в установленном законом порядке наделялся распорядительными полномочиями в отношении неопределенного круга лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, в связи с чем являлся должностным лицом.

24 января 2024 г. в период времени с 14 часов 33 минут по 23 часа 59 минут, в ходе проведения проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ по сообщению о преступлении, зарегистрированному 23 декабря 2023 г. в КУСП под № 10822, поступившему от Потерпевший №1 о том, что, находясь в помещении кафе «Подвал», расположенного по адресу: <адрес>, неустановленное лицо тайно похитило принадлежащий ей мобильный телефон, порученной ему 25 декабря 2023 г., старший участковый уполномоченный ОУУП и ПДН ОМВД России «Конаковский» ФИО1 на личном автомобиле «Киа Рио» г.р.з. <данные изъяты> прибыл к месту проживания Потерпевший №1, по адресу: <адрес>, после чего позвонил последней и попросил ее выйти из дома для получения объяснения по обстоятельствам совершенного в отношении нее преступления.

Находясь в указанное время по месту своего проживания, ФИО7 вышла на улицу, проследовала к припаркованному вблизи ее дома автомобилю «Киа Рио» г.р.з. <данные изъяты>, после чего села в указанный автомобиль и устно сообщила находящемуся в нем старшему участковому уполномоченному ОУУП и ПДН ОМВД России «Конаковский» ФИО1 о том, что 23 декабря 2023 г. в ночное время, находясь в кафе «Подвал», по адресу: <адрес>, неустановленное лицо похитило принадлежащий ей мобильный телефон «<данные изъяты>», стоимостью 20 000 рублей, то есть подтвердила ранее сообщенные ею в правоохранительные органы сведения о совершенном преступлении.

В этот момент у старшего участкового уполномоченного ОУУП и ПДН ОМВД России «Конаковский» ФИО1 для создания видимости надлежащего исполнения своих должностных обязанностей и нежелания выполнять их должным образом возник преступный умысел на превышение должностных полномочий с целью принятия незаконного решения об отказе в возбуждении уголовного дела путем искажения фактических обстоятельств совершенного преступления.

24 января 2024 г. в период времени с 14 часов 33 минут по 23 часа 59 минут, старший участковый уполномоченный ОУУП и ПДН ОМВД России «Конаковский» ФИО1, находясь совместно с потерпевшей Потерпевший №1 в указанном автомобиле, припаркованном около <адрес>, осознавая противоправный характер своих действий и предвидя наступление общественно-опасных последствий в результате принятия незаконного решения об отказе в возбуждении уголовного дела по материалу проверки КУСП № от 23 декабря 2023 г. по сообщению Потерпевший №1 о совершении в отношении нее преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, действуя умышленно, заведомо зная о том, что в отношении Потерпевший №1 неустановленным лицом совершено преступление и тайно похищено принадлежащее ей имущество, явно выходя за пределы своих полномочий, склонил ФИО7 к написанию заявления о прекращении доследственной проверки по ее сообщению о преступлении и даче заведомо ложных пояснений о том, что пропавший у нее мобильный телефон найден, и имущественный ущерб в свою очередь ей не причинен, что свидетельствует об отсутствии признаков хищения.

Непосредственно после этого, продолжая реализовывать задуманное, ФИО1 продиктовал потерпевшей Потерпевший №1 текст заявления о прекращении доследственной проверки по ее сообщению о преступлении, которое она собственноручно написала, после чего дал ей подписать незаполненный бланк объяснения, а также для подтверждения пояснений относительно обнаружения пропавшего телефона сфотографировал последнюю с мобильным телефоном «Infinix smart 6», находящимся на тот момент в пользовании потерпевшей.

После этого, находясь в неустановленном месте, ФИО1 заполнил бланк объяснения Потерпевший №1, внес в него заведомо ложные сведения об обнаружении пропавшего мобильного телефона и отсутствии имущественного ущерба. Далее, в порядке ст. 145 УПК РФ ФИО1 принял процессуальное решение по материалу проверки КУСП № от 23 декабря 2023 г., а именно вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 22 января 2024 г., на основании, предусмотренном п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ст. 158 УК РФ, которое было утверждено начальником ОМВД России «Конаковский» ФИО9

В результате указанных преступных действий старшего участкового уполномоченного отдела УУП и ПДН ОМВД России «Конаковский» ФИО1, укрыт факт совершения в отношении Потерпевший №1 неустановленным лицом преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

11 марта 2024 г. постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 22 января 2024 г., вынесенное старшим участковым уполномоченным отдела УУП и ПДН ОМВД России «Конаковский» ФИО1 по материалу проверки № 10822 от 23 декабря 2023 г., отменено заместителем Конаковского межрайонного прокурора в связи с установлением факта несоответствия действительности сведений, отраженных в объяснении и заявлении Потерпевший №1, данный материал направлен в следственный отдел ОМВД России «Конаковский» с указанием о проведении дополнительной проверки, по результатам которой возбуждено уголовное дело.

В результате преступных действий сотрудника полиции ФИО1 существенно нарушены права и законные интересы Потерпевший №1, выражающиеся в ограничении ее права на доступ к правосудию, непринятии мер по раскрытию преступления, а также установлении и привлечении виновного лица к материальной и уголовной ответственности, непринятии мер по установлению похищенного имущества для его возвращения владельцу, а также нарушены охраняемые законом интересы общества и государства в виде дискредитации правоохранительных органов перед гражданами в результате принятия незаконного решения об отказе в возбуждении уголовного дела, вопреки принципам уголовно-процессуального законодательства о защите прав и законных интересов потерпевших от преступлений, ч. 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ, нарушении гарантий государства на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба, предусмотренных ст. 52 Конституции РФ.

Мотивируя свое решение и делая выводы, в чем заключалось существенное нарушение прав и законных интересов Потерпевший №1, охраняемых законом интересов общества и государства в результате совершения ФИО1 действий, явно выходящих за пределы его полномочий, суд также в приговоре указал на то, что вследствие несвоевременного принятия законного и обоснованного решения по сообщению о преступлении нарушен принцип уголовно-процессуального законодательства, закрепленный в п. 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ, направленный на защиту прав и законных интересов организаций, потерпевших от преступления, нарушены основные направления и принципы деятельности полиции, предусмотренные Федеральным законом «О полиции», был подорван авторитет правоохранительных органов России, в том числе ОМВД России по Конаковскому району, дискредитирована должность участкового уполномоченного полиции ОМВД России по Конаковскому району, искажены статистические данные о действительном состоянии преступности как в отдельно взятом регионе, так и в Российской Федерации в целом, чем существенно нарушены охраняемые законом интересы общества и государства, в то время как при описании преступного деяния судом не было установлено таких последствий, а указано на дискредитацию правоохранительных органов перед гражданами в результате незаконного решения об отказе в возбуждении уголовного дела, то есть в нарушение ст. 252 УПК РФ вышел за пределы предъявленного обвинения.

При этом, исходя из разъяснений п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», по делам данной категории судам надлежит, наряду с другими обстоятельствами дела, выяснять и указывать в приговоре, какие именно права и законные интересы граждан или организаций были нарушены и находится ли причиненный этим правам и интересам вред в причинной связи с допущенным должностным лицом нарушением своих служебных полномочий.

Органом предварительного следствия ФИО1 инкриминировалось превышение должностных полномочий из иной личной заинтересованности, выраженной в нежелании надлежащим образом выполнять свои служебные обязанности, предусмотренные ст. 12 ФЗ «О полиции» по проверке заявлений и сообщений о преступлениях, не принятии по таким заявлениям и сообщениям мер, предусмотренных законодательством Российской Федерации, документированию обстоятельств совершения преступления, по передаче заявления о преступлении должностному лицу, к компетенции которого относится решение соответствующего вопроса, раскрытию преступления и установления лица его совершившего, розыску похищенного имущества, с целью последующего невозбуждения уголовного дела и недопущения ухудшения показателей раскрываемости краж, предполагая, что в случае неустановления им лица, совершившего преступление, у него возникнут проблемы по службе, связанные с критикой его работы со стороны руководства отдела.

Сославшись на показания свидетелей ФИО10, ФИО11, из которых следует, что ФИО1 в случае не раскрытия преступления не подвергся бы критике со стороны руководства ОМВД России «Конаковский», это не отразилось бы на его денежном довольствии, в том числе на принятии решения о премировании или депремировании, суд пришел к выводу о том, что отсутствуют убедительные доказательства, подтверждающие иную личную заинтересованность ФИО1 в совершении преступления.

Между тем согласно предъявленному обвинению ФИО1 вменялась не корыстная заинтересованность, а иная личная заинтересованность, на что и указывает суд при описании преступного деяния, признанного доказанным, из которого следует, что ФИО1 действовал умышленно, для создания видимости надлежащего исполнения своих должностных обязанностей и нежелания исполнять их надлежащим образом.

Данные выводы суда первой инстанции относительно мотивов совершения преступления являются противоречивыми и влияют на решение вопроса о виновности либо невиновности ФИО1 в инкриминируемом ему органом предварительного расследования деянии.

Эти противоречия не могут быть устранены судом апелляционной инстанции, и их наличие влечет за собой безусловную отмену приговора.

Между тем органы предварительного расследования установили, что превышение должностных полномочий совершено ФИО1 из иной личной заинтересованности, выраженной в нежелании надлежащим образом выполнять свои служебные обязанности, предусмотренные ст. 12 ФЗ «О полиции», по проверке заявлений и сообщений о преступлениях, не принятии по таким заявлениям и сообщениям мер, предусмотренных законодательством Российской Федерации, при этом в предъявленном ФИО1 обвинении и в обвинительном заключении при изложении указанного квалифицирующего признака отсутствует описание, чем обусловлено нежелание ФИО1 надлежащим образом выполнять свои служебные обязанности, то есть в обвинительном заключении описание и содержание умысла осужденного ФИО1 – субъективная сторона состава преступления, не соответствуют описанию и содержанию действий объективной стороны состава преступления.

Установленные нарушения положений ст. 220 УПК РФ, обязывающих следователя указывать в обвинительном заключении существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, являются существенными, исключающими возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного обвинительного заключения, поэтому суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене, а уголовное дело подлежащим возвращению прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Согласно ч. 4 ст. 389.19 УПК РФ при отмене приговора и возвращении уголовного дела прокурору, суд апелляционной инстанции не вправе предрешать вопросы о доказанности или недоказанности вины обвиняемых, достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимущества одних доказательств перед другими, виде и размере наказания.

В связи с отменой приговора по процессуальным основаниям, доводы апелляционной жалобы об отсутствии состава преступления в действиях ФИО1, подлежат проверке при новом рассмотрении судом первой инстанции в том случае, если уголовное дело в отношении ФИО1 будет направлено прокурором в суд.

Обсуждая в соответствии с п. 9 ч. 3 ст. 389.28 УПК РФ вопрос о мере пресечения, судебная коллегия с учетом тяжести инкриминируемого преступления, данных о личности ФИО1, считает необходимым сохранить в отношении него меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.22, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

приговор Конаковского городского суда Тверской области от 21 ноября 2025 г. в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело в отношении ФИО1 в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвратить Конаковскому межрайонному прокурору Тверской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить прежней.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ по правилам, предусмотренным ст. 401.3 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий

Судьи