Апелляционное определение № 22-387/2026 от 16 февраля 2026 г.

Судья г/с: Бигеза Е.Л. Дело № 22-387/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Кемерово 17 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда

в составе председательствующего Писаренко М.В.,

судей Ивановой Е.В., Мартыновой Ю.К.,

при секретаре Поповой А.В.,

с участием прокурора Сафонова П.П.,

представителя потерпевшего ООО «<данные изъяты>» - ФИО17,

осужденной ФИО1 (система видео-конференц-связи),

защитника – адвоката Садохи А.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы представителя потерпевшего ООО «<данные изъяты>», осужденной ФИО1 на приговор Березовского городского суда Кемеровской области от 12.11.2025.

Заслушав доклад председательствующего, выслушав выступления представителя потерпевшего и прокурора, мнения осужденной ФИО1 и адвоката Садохи А.Ю., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором Березовского городского суда Кемеровской области от 12.11.2025

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, не судимая,

осуждена по ч. 4 ст. 160 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима.

Мера пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, взята под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей с 12.11.2025 до вступления приговора в законную силу, в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск удовлетворен, постановлено взыскать с ФИО1 в возмещение ущерба в пользу ООО «<данные изъяты>» 36 218 195 рублей 84 копейки.

Арест, наложенный постановлением Березовского городского суда Кемеровской области от 30.09.2024, <данные изъяты>, постановлено сохранить до исполнения приговора в части гражданского иска.

Арест на имущество ФИО1 - <данные изъяты>, постановлено сохранить до исполнения приговора в части гражданского иска.

Арест на имущество ФИО1 - <данные изъяты>, постановлено сохранить до исполнения приговора в части гражданского иска.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Преступление совершено в период времени с 19.05.2021 по 28.05.2024 в г. Березовский Кемеровской области при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего ФИО17, выражая несогласие с приговором вследствие чрезмерной мягкости назначенного ФИО1 наказания, считает его несправедливым, не соответствующим тяжести совершенного преступления, а также личности подсудимой.

Обращает внимание, что при назначении ФИО1 наказания за преступление, совершенное в период с 19.05.2021 по 28.05.2024, в качестве смягчающего обстоятельства суд учел наличие у неё <данные изъяты> ребенка на момент совершения преступления. Однако, судом не учтено, что <данные изъяты>, в связи с чем за хищение в период с 23.03.2024 по 28.05.2024 необходимо назначать наказание с учетом отсутствия указанного смягчающего обстоятельства.

Ссылаясь на п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», указывает, что суд, снизив размер наказания в 2 раза от максимального, не привел достаточных оснований справедливости значительного смягчения наказания, а равно не дал им мотивировки.

Отмечает, что судом также не дана оценка и тем обстоятельствам, что ФИО1 не признала вину и, как следствие, не осознала противоправность своих действий, в содеянном не раскаялась, попыток возместить ущерб хотя бы частями не предпринимала.

Ссылаясь на пояснения осужденной, обращает внимание, что на похищенные денежные средства <данные изъяты>. Также ею был оформлен фиктивный договор купли-продажи <данные изъяты>, с целью исключения ареста на него, однако, при назначении ФИО1 наказания, судом также не дана оценка этим обстоятельствам.

Полагает, судом при назначении наказания не учтено мнение представителей потерпевшего, которые просили назначить максимально строгое наказание, связанное с лишением свободы, также не учтено мнение государственного обвинителя.

Просит приговор изменить, усилить ФИО1 наказание до 7 лет лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1, выражая несогласие с приговором, указывает на нарушение её права на защиту, выразившееся в незаконном отказе в допуске к участию в деле, наряду с адвокатом защитника ФИО36, имеющего высшее юридическое образование и большой опыт рассмотрения судами дел, в том числе уголовных.

Также указывает на нарушение судом положений ч. 3 ст. 15 УПК РФ, ссылаясь на то, что все ходатайства стороны обвинения, заявленные в ходе производства по делу, были удовлетворены судом, при этом ни одно ходатайство со стороны защиты, в том числе и о проверке доказательств, судом первой инстанции удовлетворено не было.

По мнению автора жалобы, ни органами предварительного следствия, ни судом в ходе разбирательства дела не было добыто относимых и допустимых доказательств не только того, что она якобы совершила присвоение денежных средств, но и того, что такие денежные средства поступали вообще и имелись в её распоряжении.

По мнению осужденной, выполненные по делу бухгалтерские экспертизы не могут быть признаны допустимыми доказательствами, поскольку противоречат требованиям закона и не отражают действительную картину движения материальных и денежных средств между ООО «<данные изъяты>» и ИП ФИО2 №6 за период с 2019 до 2024 года.

Считает, что обстоятельства обнаружения в кассе ООО «<данные изъяты>» расходных кассовых ордеров ИП ФИО2 №6 свидетельствуют только об их фальсификации с целью её осуждения. Полагает необоснованно ей было отказано в проведении экспертизы в целях проверки даты их составления.

Обращает внимание, что в соответствии с Федеральным стандартом бухгалтерского учета ФСБУ 28/2023 «Инвентаризация», Федерального Закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», Приказа Минфина России 29.07.1998 № 34н «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в РФ», инвентаризация обязательно должна проводиться каждый год и при смене материально ответственного лица, такие инвентаризации в экономических субъектах ООО «<данные изъяты>» и ИП ФИО2 №6 никогда не проводились.

Ссылаясь на показания свидетеля ФИО2 №18, данных на предварительном следствии, из которых следует, что она является одновременно главным бухгалтером ООО «<данные изъяты>» и ИП ФИО2 №6 с 2022 года, составляет бухгалтерскую отчетность обоих хозяйствующих субъектов, автор жалобы отмечает, что предоставленная в органы ИФНС бухгалтерская отчетность ООО «<данные изъяты>» и ИП ФИО2 №6 за 2022 - 2024 годы не содержит данных о какой-либо дебиторской задолженности последней перед ООО «<данные изъяты>» за указанный период. Таким образом, денежные средства, в присвоении которых её обвиняют, в учетах ни ООО «<данные изъяты>» ни ИП ФИО2 №6 не фигурируют.

Полагает, что к показаниям всех свидетелей обвинения необходимо отнестись критически, поскольку все свидетели находятся в служебной и финансовой зависимости от лиц, заинтересованных в её осуждении.

Также судом не дана оценка и тому, что никакие водители по агентским договорам не могут перевозить денежные средства, так как такая перевозка является банковской деятельностью, и в соответствии с нормами закона подлежит лицензированию. В материалах дела какие-либо лицензии Банка России отсутствуют.

Кроме того, в материалах дела нет ни одного допустимого и относимого доказательства того, что в инкассаторских мешках были именно деньги. ФИО18 категорически запретила ей вскрывать указанные мешки. Ключи от помещения бухгалтерии и от сейфа были у ФИО18

Просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденной представитель потерпевшего ФИО18 просит приговор изменить, усилить ФИО1 наказание.

В возражении на апелляционную жалобу осужденной государственный обвинитель ФИО34 просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив приговор и материалы уголовного дела, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Постановленный приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит подробное описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов и целей, исследованных в судебном заседании доказательств и мотивов принятых решений.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденной, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминированного ей преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, в том числе:

- показаниями законного представителя потерпевшего - ФИО18, данными ею в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, оглашенными в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым она является единоличным учредителем и генеральным директором ООО «<данные изъяты>» с 2008 года. 04.02.2021 на должность кассира была принята ФИО1, которая ознакомлена с должностной инструкцией, с ней заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Между ООО «<данные изъяты>» и ИП ФИО2 №6 заключен договор поставки продукции № от 01.04.2019, где ИП ФИО2 №6 является покупателем продукции фабрики. ФИО1 являлась единственным лицом, ответственным за приём, учёт и хранение наличных денежных средств и внесения сведений о поступлении денежных средств в базу 1 «С» и кассовый журнал. Согласно представленным ИП ФИО2 №6 расходным кассовым ордерам, в счет оплаты по договору № от 01.04.2019 за период с 01.02.2023 по 29.05.2024 было передано 9 904 770, 29 рублей, которые не были отражены в поступлениях. Кассир ФИО1 должна была принять и отразить денежные средства в кассовой книге по счету № (касса), но этого не сделала, а распорядилась ими по собственному усмотрению. После получения необходимой информации и документов от бухгалтерии, в присутствии юриста предприятия ФИО17, ФИО1 призналась в хищении денежных средств из кассы. В день увольнения и после увольнения с предприятия ФИО1 общалась с бухгалтерами предприятия ФИО8 и ФИО2 №8, которым она призналась в фактах хищения денежных средств Общества. После обращения с заявлением в отношении ФИО1, была проведена сверка по договору поставки продукции № от 01.04.2019 с ИП ФИО2 №6, в результате которой установлено, что за период времени с февраля 2021 года по декабрь 2022 года аналогичным образом была похищена сумма около 25 000 000 рублей;

- показаниями представителя потерпевшего ФИО17, данными ею в судебном заседании, из которых следует, что 30.05.2024 они провели анализ бухгалтерской и кассовой документации и обнаружили расхождения в сведениях о поступлении наличных денежных средств в кассу организации с направленными суммами от контрагента ИП ФИО2 №6 по договору поставки продукции № от 01.04.2019. Они с ФИО18 30.05.2024 вызвали ФИО1 в служебное помещение, показали ей все документы и объявили предполагаемую сумму недостачи в кассе в размере около 35 миллионов рублей за период с февраля 2021 года по май 2024 года. Официально проверка в составе комиссии проведена только за период с февраля 2023 по 29.05.2024, в результате которой сумма недостачи выявлена в размере 9 904 770 рублей 29 копеек. ФИО1 призналась ФИО18, что взяла деньги, которые были потрачены <данные изъяты>;

- показаниями свидетеля ФИО2 №18, данными ею в судебном заседании, согласно которым в ООО «<данные изъяты>» она работает в должности главного бухгалтера с июня 2022 года. При сверке были обнаружены поступавшие суммы с расходными кассовыми ордерами от ИП ФИО2 №6 от реализации продукции по договорам поставки, которые не внесены кассиром в базу «1С» ООО «<данные изъяты>», то есть не приняты к учету и не внесены сведения как в кассовую книгу, так и в базу по счету № (приход/расход наличных денежных средств). Данная информация была доведена ею до ФИО18, которая сказала, чтобы она оформила докладную записку по установленным обстоятельствам. В дальнейшем производился расчет суммы по расходным кассовым ордерам ИП ФИО2 №6 с суммами, которые были поставлены в ООО «<данные изъяты>» в инкассаторских мешках. Расчет суммы производился ею, ФИО2 №20, а также были подключены сотрудники ООО «<данные изъяты>» ФИО2 №14 и ФИО2 №15 Она оформила докладную записку от 29.05.2024 на имя ФИО18 с суммой недостачи по кассе, которая первоначально была выявлена за период с 01.02.2023 по 29.05.2024 в размере 9904770,29 рублей. Наличные денежные средства инкассируются водителями по агентским договорам с ИП ФИО2 №6, расходные кассовые ордера с денежными средствами формируются ФИО2 №20, после чего водители доставляют из <адрес> опломбированные мешки с денежными средствами в ООО «<данные изъяты>», в мешки вложены расходные кассовые ордера. Опломбированные мешки принимались кассиром ФИО1 лично у водителей, а в случае доставки в нерабочее время помещались водителями в сейф на посту охраны, после чего утром следующего дня кассир принимала их из сейфа и ставила свою подпись в журнале сдачи денег. Денежные средства ФИО1 должна была поместить в сейф в помещении кассы и поставить на приход по базе «1С» № и отразить сведения в кассовой книге. По результатам служебной проверки, в которой она участвовала, было установлено, что ФИО1 похитила из кассы сумму в 9 904 770, 29 рублей;

- показаниями свидетеля ФИО2 №6, данными ею на предварительном следствии и в суде, согласно которым с мая 2024 года от бухгалтера ООО «<данные изъяты>» ФИО2 №18 ей стало известно, что с их стороны имеется большая дебиторская задолженность по договору поставки. После совещания с генеральным директором ООО «<данные изъяты>» ФИО18 ФИО2 №18 предложила провести проверку по образовавшейся задолженности. При проведении сверки взаимных расчетов ООО «<данные изъяты>» и ИП ФИО2 №6 было установлено, что по счету № в кассе ООО «<данные изъяты>» не отражался приход наличных денежных средств по расходным ордерам на общую сумму 9 904 770, 29 рублей. При проведении проверки по факту образовавшейся задолженности дополнительно была установлена задолженность по расходным ордерам за период с 2021 года по декабрь 2022 года по другому договору поставки с ООО «<данные изъяты>»;

- показаниями свидетеля ФИО9 из которых следует, что она работает у ИП ФИО2 №6 бухгалтером-оператором с июля 2024 года. До указанной даты около 10 лет работала в ООО «<данные изъяты>» в должности бухгалтера. 30.05.2024 по просьбе ФИО1 заехала к ней домой, ФИО1 ей пояснила, что брала деньги из кассы в сумме более 10 миллионов рублей;

- показаниями свидетеля ФИО2 №13, данными ею в ходе предварительного следствия и в суде, согласно которым с апреля 2019 года она работает в должности начальника отдела кадров ООО «<данные изъяты>». Она участвовала в составе комиссии по проведению служебной проверки в отношении ФИО1, в результате которой за период с 01.02.2023 по 29.05.2024 были установлены расходные кассовые ордера, по которым денежные средства в кассу ФИО1 не вносились, не принимались к учету. Сами расходные ордера были обнаружены в помещении кассы у ФИО1 Ключи от помещения кассы и сейфа находились только у ФИО1 В результате проверки была установлена сумма хищения в размере 9 904 770, 29 рублей;

- показаниями свидетеля ФИО2 №9, данными ею на предварительном следствии и в суде, согласно которым с декабря 2018 года она работает в ООО «<данные изъяты>», в ее обязанности входит расчет заработной платы. Находясь на рабочем месте в районе 15:00 часов 30.05.2024 ФИО1 попросила ее помочь вынести из кабинета ее личные вещи, сказала, что написала заявление на расчет, так как украла деньги из кассы. Также она входила в состав комиссии по проверке кассовой дисциплины ООО «<данные изъяты>». По результатам комиссионной проверки было установлено, что кассир ООО «<данные изъяты>» ФИО1, в нарушение своих должностных обязанностей, не проводила учет сведений о поступлении наличных денежных средств в счет оплаты продукции, поставленной по договору № от 01.04.2019 за период с 01.02.2023 по 29.05.2024, в сумме 9 904 770, 29 рублей. Указанную сумму ФИО1 не проводила в кассовой книге и не отражала сведения в базе 1 «С», счет по кассе №. В июне 2024 года от ФИО10 ей стало известно о том, что в ходе проверки установлено, что аналогичным образом ФИО1 похищала из кассы денежные средства по договорам поставки, полученные от Покупателей, и не вносила сведения в кассовую книгу и базу 1 «С» с 2021 года;

- показаниями свидетелей ФИО2 №10, ФИО2 №12, ФИО2 №24, ФИО2 №16, ФИО2 №23 согласно которым ими осуществлялась доставка наличных денежных средств от ИП ФИО2 №6 из <адрес>, где находится её офис-склад в помещение ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>. При принятии денежные средства пересчитывались, составлялся расходный кассовый ордер, который ими подписывался, деньги и ордер помещались в инкассаторский мешок, который опломбировывался ФИО2 №20 Опломбированные мешки перевозились на автомобиле, который оборудован сейфом для перевозки ценных грузов. Автомобиль оборудован системой Глонасс по отслеживанию маршрута движения, расхода топлива, с программой связи с диспетчером и руководителем. Претензий по поводу нарушения пломб никогда не поступало как со стороны кассира ФИО1, так и со стороны сотрудников охраны при приеме денежных средств, акты не составлялись. Большей частью мешки с расходными кассовыми ордерами и денежными средствами передавались в тот же день, когда формировались расходные ордера, но были случаи форс-мажоров, когда могла быть поломка автомобиля либо перенос доставки груза на позднее время, в связи с чем дата формирования ордера и дата доставки его разнились на 1 день, но в течение суток в обязательном порядке мешки с денежными средствами доставлялись в ООО «<данные изъяты>». При перевозке денежных средств какие-либо отклонения от маршрута были запрещены. Если передавали мешки с денежными средствами ФИО1 лично, то производилось это через кассовое окно ей лично в руки. ФИО1 в присутствии ФИО11 распаковывала мешок, при нем пересчитывала денежные средства, всегда сумма денежных средств совпадала с суммой, указанной в расходном кассовом ордере;

- показаниями свидетеля ФИО2 №14, данными ее в судебном заседании, из которых следует, что она работает в ООО «<данные изъяты>» начальником отдела снабжения. В ходе сверки с данными учета ИП ФИО2 №6 имелись расходные кассовые ордера за период с 2021 года по май 2024 года, по которым денежные средства в ООО «<данные изъяты>» поступили, но к учету в кассу не приняты и не внесены, в кассовой книге не отражены. Сумма недостачи была доведена ФИО2 №15 генеральному директору и главному бухгалтеру ООО «<данные изъяты>» ФИО2 №18 Уже в ходе сверки документов по кассе ООО «<данные изъяты>» ей стало понятно, что денежные средства не вносились в кассу ФИО1, так как инкассаторские мешки с наличными денежными средствами от ИП ФИО2 №6 получала только кассир ФИО1 либо лично от водителей ИП ФИО2 №6, либо из сейфа на посту охраны, мешки передавались кассиру опломбированные. ФИО1 работала в кассе в одном лице, ключи от сейфа и кассы находились у нее;

- показаниями свидетеля ФИО2 №15 согласно которым, когда она производила сверку оборотов наличных денежных средств между ИП ФИО2 №6 и ООО «<данные изъяты>», то поняла, что в кассе произошло хищение денежных средств, так как наличные денежные средства получены ФИО1, но не приняты к учету. ФИО1 в единственном лице имела доступ к денежным средствам, получала их;

а также показаниями иных свидетелей и письменными доказательствами, содержание которых в достаточной степени приведено в приговоре, в том числе, протоколами осмотра места происшествия от 02.11.2024 и от 20.09.2024, протоколом выемки от 14.11.2024, протоколом выемки от 12.09.2024, протоколом осмотра предметов от 13.12.2024, протоколом осмотра документов от 11.09.2024, протоколами осмотра документов от 02.11.2024 и от 17.12.2024, протоколом осмотра предметов от 12.12.2024, протоколом осмотра документов от 14.12.2024, заключением эксперта № от 15.10.2024, заключением эксперта № от 10.12.2024, заключением почерковедческой экспертизы от 23.06.2025, а также иными, исследованными судом и приведенными в приговоре доказательствами.

Доказательства, изложенные в приговоре, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, проверены и оценены судом в соответствии с требованиями ст.ст. 87 и 88 УПК РФ. В своей совокупности положенные в обоснование приговора доказательства справедливо признаны судом допустимыми и достаточными для вывода о том, что виновность ФИО1 доказана полностью, с чем соглашается и судебная коллегия.

В ходе судебного разбирательства не установлено каких-либо оснований для оговора ФИО1 свидетелями, как утверждает об этом осужденная. Их показания согласуются как между собой, так и с письменными и вещественными доказательствами. Не доверять указанным доказательствам у суда оснований не имелось, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в связи с чем суд обоснованно сослался на показания этих лиц в приговоре.

Противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда и которым суд не дал бы оценки, в деле не имеется, все противоречия в показаниях допрошенных лиц судом были выявлены и устранены путем оглашения ранее данных ими показаний, сопоставления содержащихся в них сведений между собой и с другими доказательствами по уголовному делу.

Давая оценку экспертизам, проведенным как в ходе предварительного следствия, так и в период судебного разбирательства, суд первой инстанции обоснованно признал, что они проведены компетентными экспертами, заключения являются мотивированными и их содержание соответствует требованиям закона, при этом правильность выводов экспертов и их компетенция, с учетом показаний допрошенных в суде экспертов ФИО12, ФИО35, о том, что для проведения бухгалтерских экспертиз, с учетом поставленных вопросов, им было достаточно представленных документов, сомнений не вызывают, а потому доводы защиты о признании данных заключений экспертов недопустимым доказательством являются необоснованными.

Каких-либо противоречий между исследовательской частью заключений бухгалтерских судебных экспертиз и выводами, согласно которым было установлено расхождение между документальным и фактическим поступлением денежных средств в кассе ООО «<данные изъяты>» за период с 01.02.2023 по 29.05.2024 в размере 9 904 770,29 рублей, за период с 01.05.2021 по 31.12.2022 - 26 313 425,55 рублей, не имеется.

Выводы экспертов логичны, последовательны и не допускают их двусмысленного толкования, в связи с чем данные доказательства являются относимыми и допустимыми. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оснований для проведения повторной судебно-бухгалтерской экспертизы, у суда первой инстанции не имелось, как и не усматривает таких оснований судебная коллегия.

Вопреки доводам жалоб, судебная коллегия соглашается и с выводом суда первой инстанции о достаточности представленных доказательств, в том числе бухгалтерско-финансовых документов, подтверждающих причинение осужденной ущерба ООО «<данные изъяты>» на общую сумму 36 218 195, 84 рублей, на которые суд сослался в приговоре. Размер ущерба установлен, в том числе на основании показаний представителей потерпевшего, свидетелей, документов, находящихся в материалах дела, а также заключений судебных бухгалтерских экспертиз.

При этом, оснований сомневаться в подлинности представленных расходных кассовых ордеров, как о том утверждает ФИО1, у суда первой инстанции не имелось, как и не находит таковых судебная коллегия, поскольку сведения, указанные в них, согласуются с информацией, отраженной в представленной ИП ФИО2 №6 выгрузке из программы 1С-Управление торговлей за период с 2021 по 2024 годы, а также показаниями свидетелей, которые принимали и доставляли денежные средства с указанными расходными кассовыми ордерами в ООО «<данные изъяты>».

С учетом этих обстоятельств, оснований для назначения и проведения судебной технико-химической экспертизы, как просила об этом осужденная в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия не находит. Обоснованно отказал в проведении такой экспертизы и суд первой инстанции.

Утверждение осужденной о том, что сумма вменяемого ей ущерба превышает общий размер поступивших денежных средств от ИП ФИО2 №6 за 2021-2024 год противоречит представленным в деле доказательствам, в том числе копиям налоговых деклараций за указанный период, а также сведениям из программы 1С-Управление торговлей, которые согласуются с показаниями свидетелей.

Показания осужденной, отрицавшей свою вину в совершении преступления, в том числе о том, что она не имела полномочий проверять содержание инкассаторских мешков, которые доставлялись из <адрес>, об отсутствии у неё обязанности отражать сведения о поступивших денежных средствах на балансе ООО «<данные изъяты>» и другие, судом обоснованно отвергнуты, как не нашедшие своего подтверждения, с чем судебная коллегия соглашается, расценивая позицию ФИО1 как избранный ею способ защиты с целью избежать привлечения к уголовной ответственности.

Доводы осужденной о превышении допустимых пределов оборота наличных денежных средств, о недопустимости инкассирования денежных средств на основании агентских договоров, заключенных с водителями-экспедиторами, о нарушении кассовой дисциплины со стороны ИП ФИО2 №6 и иные доводы о том, что ИП ФИО2 №6 были нарушены требования закона при ведении предпринимательской деятельности, о непроведении своевременной инвентаризации в ООО «<данные изъяты>» повторяют позицию стороны защиты, изложенную в суде первой инстанции, проанализированы и обоснованно отвергнуты судом, а кроме того, не свидетельствуют об отсутствии в действиях ФИО1 состава инкриминируемого ей деяния и не свидетельствует о её невиновности в хищении денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>».

Изложенные в апелляционной жалобе осужденной доводы по существу сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. То обстоятельство, что данная судом оценка доказательств по делу не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом первой инстанций требований ст. 88 УПК РФ при постановлении приговора и не является основанием для его отмены или изменения.

Таким образом, суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства дела, пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении инкриминированного ей преступления и верно квалифицировал действия осужденной по ч. 4 ст. 160 УК РФ как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, в особо крупном размере, подробно и надлежаще аргументировав принятое решение.

Размер причиненного ущерба в сумме 36 218 195,84 рублей объективно установлен заключениями судебных бухгалтерских экспертиз, показаниями представителя потерпевшего, свидетелей, и, в соответствии с примечанием 4 к ст. 158 УК РФ является особо крупным, что нашло справедливую оценку при квалификации содеянного ФИО1 по инкриминируемому ей преступлению.

Оснований для оправдания ФИО1, как о том просит осужденная в апелляционной жалобе, судебная коллегия не находит.

Вместе с тем, в описательно-мотивировочной части приговора суд сослался на протокол наложения ареста на имущество от 10.10.2024 (т. 2 л.д. 39-41), протокол наложения ареста на имущество от 11.10.2024 (т. 1 л.д. 42-44), протокол наложения ареста на имущество от 13.12.2024 (т. 3 л.д. 201-203), протокол наложения ареста на имущество от 19.12.2024 (т. 3 л.д. 224-226), как на доказательства виновности ФИО1, однако данные материалы, как это следует из протокола судебного заседания, не исследовались судом, в связи с чем, на основании ст. 240, 297 УПК РФ, ссылка на них подлежит исключению из приговора.

Кроме того, указанные документы по смыслу положений ст. 74 УК РФ не относятся к доказательствам именно виновности осужденной, являются процессуальными документами.

На выводы суда о виновности ФИО1 вносимые изменения не влияют, поскольку приведенные в приговоре и исследованные в суде в соответствии со ст. 240 УПК РФ иные доказательства в совокупности достаточны для постановления обвинительного приговора.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено с соблюдением требований ст. 15 и ст. 244 УПК РФ с учетом принципов состязательности и равноправия сторон, доводы осужденной об обратном судебная коллегия считает несостоятельными. Нарушений прав участников и процедуры судопроизводства не допущено.

Все ходатайства участников процесса, заявленные сторонами, рассмотрены судом в порядке, предусмотренном ст. 271 УПК РФ, по ним приняты мотивированные решения как в протокольной форме, так и с вынесением отдельного процессуального решения, с которыми судебная коллегия считает необходимым согласиться. Необоснованного отказа в удовлетворении ходатайств, которые могли иметь существенное значение для дела, судом не допущено. Отказ в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств (с надлежащим обоснованием причин такого отказа), при соблюдении процедуры их рассмотрения, не свидетельствует о нарушении судом принципов состязательности и равноправия сторон, а также права осужденной на защиту и представление доказательств.

Отказ суда в допуске к участию в судебном заседании в качестве защитника ФИО36 наряду с адвокатом, по мнению судебной коллегии, не свидетельствует о нарушении права осужденной на защиту, как она указывает об этом в апелляционной жалобе.

Согласно ч. 2 ст. 49 УПК РФ по определению или постановлению суда в качестве защитника могут быть допущены один из близких родственников или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый (подсудимый) наряду с адвокатом.

Таким образом, допуск лица, не являющегося адвокатом, к участию в деле в качестве защитника, является правом, а не обязанностью суда, и, принятие такого решения должно быть обоснованным, направленным на реализацию права на защиту и не нарушающим прав иных участников судопроизводства.

Как следует из ходатайства о допуске в качестве защитника наряду с адвокатом ФИО36, оно было обосновано наличием у него высшего юридического образования и большим опытом работы при рассмотрении дел в финансово-экономической, хозяйственной и предпринимательской областях.

Вместе с тем, суд справедливо отказал в удовлетворении данного ходатайства, ввиду нецелесообразности допуска в качестве защитника наряду с адвокатом указанного лица, поскольку интересы ФИО1 в судебном заседании осуществлял профессиональный адвокат, имеющий необходимую квалификацию и опыт работы, а доводы, указанные в качестве основания для допуска к участию в деле иного лица, какими-либо надлежащими документами не подтверждены. Кроме того, право на защиту в полной мере было реализовано участвующим в деле профессиональным адвокатом. При этом ФИО1 под стражей не находилась, не была лишена возможности общаться с ФИО36 на протяжении всего периода рассмотрения дела, который участвовал в судебных заседаниях в качестве слушателя, в том числе в порядке консультирования относительно интересующих её вопросов.

С учетом изложенного, судом первой инстанции все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела, были выполнены.

Вопреки доводам жалобы представителя потерпевшего, при назначении вида и размера наказания осужденной судом, как того требует ст. 6, 60 УК РФ, были приняты во внимание личностные данные ФИО1, приведённые в приговоре, конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности содеянного, влияние назначенного наказания на исправление и на условия жизни её семьи, в качестве смягчающего наказание обстоятельства - наличие у нее <данные изъяты> ребенка на момент совершения преступления.

Обоснованность признания указанного смягчающего наказание обстоятельства сомнений у судебной коллегии не вызывает, поскольку не противоречит требованиям уголовного закона.

Иных обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания, подлежащих в силу ст. 61 УК РФ обязательному учету судом при назначении наказания, по настоящему делу не установлено, не усматривает их и судебная коллегия.

Исходя из фактических обстоятельств дела, положения ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ судом обоснованно не применены, чему приведены достаточные мотивы.

Вместе с тем, как следует из приговора, решая вопрос о назначении ФИО1 наказания, суд указал, что учитывает мнение представителя потерпевшего по данному вопросу, который настаивал наказать осужденную строго.

Однако суд не принял во внимание, что в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в ряде его решений, обязанность государства обеспечивать права потерпевших от преступлений не предполагает наделение их правом определять необходимость осуществления публичного уголовного преследования в отношении того или иного лица, а также пределы возлагаемой на это лицо уголовной ответственности и наказания - такое право, в силу публичного характера уголовно-правовых отношений, принадлежит только государству в лице его законодательных и правоприменительных органов.

Кроме того, указание суда на мнение представителя потерпевшего при назначении осужденной наказания противоречит положениям ст. 6, 60 УК РФ, предусматривающим обстоятельства, которые должны учитываться при назначении наказания, а также ст. 63 УК РФ, содержащей исчерпывающий перечень обстоятельств, которые могут быть признаны отягчающими наказание.

По смыслу закона признание каких-либо иных обстоятельств, влияющих на наказание осужденного в сторону ухудшения его положения, уголовным законом не допускается.

Таким образом, суд фактически признал мнение представителя потерпевшего, в качестве отягчающего наказание ФИО1 обстоятельства и учел его при назначении наказания, что является недопустимым. В этой части приговор подлежат изменению, назначенное наказание - смягчению.

Доводы жалобы представителя потерпевшего о мягкости назначенного ФИО1 наказания в связи с тем, что последняя выдвигала различные версии о своей невиновности, не признала вину, не раскаялась в содеянном, не приняла меры к возмещению ущерба потерпевшей стороне, без учета мнения государственного обвинителя, судебной коллегией признаются несостоятельными, ввиду того, что в силу требований ст. 60 УК РФ, перечисленные обстоятельства учету при назначении наказания не подлежат, поскольку являются реализацией осужденной права на защиту.

Вид исправительного учреждения осужденной определен верно, в соответствии с требованиями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, зачет времени содержания под стражей произведен правильно.

Вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств, судом разрешены, процессуальные поводы для вмешательства в приговор в этой части в апелляционном порядке отсутствуют.

Каких-либо иных нарушений уголовного закона, в том числе при разрешении гражданского иска, которые путём лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора по делу и влекущих его отмену или изменение по иным основаниям (за исключением вносимых изменений), судебной коллегией не установлено.

руководствуясь ст.ст.389.15, 389.17, 389.18, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Березовского городского суда Кемеровской области от 12.11.2025 в отношении ФИО1 изменить,

в описательно-мотивировочной части исключить ссылку на протокол наложения ареста на имущество от 10.10.2024 (т. 2 л.д. 39-41), протокол наложения ареста на имущество от 11.10.2024 (т. 1 л.д. 42-44), протокол наложения ареста на имущество от 13.12.2024 (т. 3 л.д. 201-203), протокол наложения ареста на имущество от 19.12.2024 (т. 3 л.д. 224-226), как на доказательства виновности ФИО1;

исключить указание об учёте мнения потерпевшего при назначении ФИО1 наказания;

смягчить наказание, назначенное ФИО1 по ч. 4 ст. 160 УК РФ до 4 лет 11 месяцев лишения свободы;

в остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор могут быть обжалованы в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденной, содержащейся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ей копий указанных судебных решений, вступивших в законную силу, через суд первой инстанции, и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий М.В. Писаренко

Судьи Е.В. Иванова

Ю.К. Мартынова