Апелляционное определение № 33-855/2026 от 7 апреля 2026 г.

№33-855/2026 (2-369/2025) УИД 62RS0001-01-2024-001006-68 судья Буторин А.Е.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

08 апреля 2026 года г. Рязань

Судебная коллегия по гражданским делам Рязанского областного суда в составе:

председательствующего Сафрошкиной А.А.,

судей Полубояриновой И.П., Викулиной И.С.,

при секретаре Яниной В.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, с апелляционной жалобой ФИО1 на решение Железнодорожного районного суда г. Рязани от 19.12.2025 года,

Изучив материалы дела, заслушав доклад судьи Полубояриновой И. П., выслушав истца ФИО1, её представителя ФИО4, представителя ответчика ФИО2- ФИО5, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в обоснование которого указала, что 25.12.2023 года в 21 часов 00 минут по адресу: 5 км а/д <адрес>, произошло дорожно- транспортное происшествие с участием автомобилей марки <скрыто>, принадлежащего на праве собственности ФИО2, и под управлением ФИО3 и марки <скрыто>, принадлежащего на праве собственности ФИО1, и под ее управлением.

Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО3, нарушившего п.п. 8.8; 13.4 Правил дорожного движения РФ, ч.2 ст.12.13 КоАП РФ, а именно водитель ФИО3 при движении на разрешающий сигнал светофора при повороте налево не уступил дорогу встречному транспортному средству марки <скрыто>, в результате чего произошло столкновение.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобиль марки <скрыто>, принадлежащий ФИО1, получил значительные механические повреждения.

ФИО1 обратилась в АО «АльфаСтрахование» с заявлением о прямом возмещении убытков по ОСАГО, предоставив предусмотренные п. 3.10 Правил ОСАГО все необходимые документы, а также поврежденный автомобиль для осмотра, тем самым выполнив свои обязательства.

5 февраля 2024 года АО «АльфаСтрахование» произвело выплату в размере 400 000 рублей.

6 февраля 2024 года ФИО1 обратилась в ООО «ПКЦ «Истина» с целью определения стоимости восстановления поврежденного автомобиля, заключив договор №, осмотр поврежденного автомобиля состоялся 06 февраля 2024 года.

Согласно экспертному заключению № стоимость восстановления поврежденного автомобиля марки <скрыто> с учетом износа составила 2 168 000 рублей.

Таким образом, размер не возмещенного ущерба ФИО1 составляет 1 768 000 рублей.

Истец полагает, что ответчик должен возместить истцу стоимость восстановительного ремонта в полном объеме без учета износа запасных частей. Таким образом, размер не возмещенного Истцу ущерба составляет 1 768 ООО рублей.

Размер расходов по определению стоимости восстановления поврежденного автомобиля <скрыто> составил 10 ООО рублей, что подтверждается договором об оказании услуг по проведению независимой технической экспертизы транспортного средства № от 09.07.2020 года и квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 06.02.2024 года. Расходы на эвакуацию автомобиля марки <скрыто> составили 7 260 рублей 10 копеек.

16 февраля 2024 года истец направил в адрес ответчика претензию, на которую Ответчик не ответил. Досудебное урегулирование спора результата не принесло.

Определением суда от 06.09.2024 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО3

С учетом ряда уточнений исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, в окончательном виде истец просил суд взыскать солидарно с ответчиков ФИО2 и ФИО3 в свою пользу материальный ущерб в размере 618 379,92 рублей; расходы по определению стоимости восстановления поврежденного автомобиля в размере 10 000 рублей; расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей; расходы на эвакуацию транспортного средства в размере 7 260 рублей 10 копеек; а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 17 040 рублей.

Обжалуемым решением суд первой инстанции постановил:

исковые требования ФИО1 (ИНН №) к ФИО2 (ИНН №), ФИО3 (паспорт №) о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия - удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 материальный ущерб, причинённый в ДТП, в сумме 618 379 (шестьсот восемнадцать тысяч триста семьдесят девять) рублей 92 копейки, расходы на досудебное исследование в сумме 10 000 (десять тысяч) рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 20 000 (двадцать тысяч) рублей, расходы на эвакуацию транспортного средства в сумме 7 260 (семь тысяч двести шестьдесят) рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 9 383 (девять тысяч триста восемьдесят три) рубля.

В удовлетворении требований к ФИО2 - отказать в полном объеме.

Определением суда от 14.01.2026 года в решении исправлена описка:

В абзаце 2 резолютивной части решения от 19 декабря 2025 г. по иску по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно- транспортного происшествия фразу «расходы на эвакуацию транспортного средства в сумме 7 260 (семь тысяч двести шестьдесят) рублей» читать в следующей редакции: «расходы на эвакуацию транспортного средства в сумме 7 260 (семь тысяч двести шестьдесят) рублей 10 копеек».


Не согласившись с данным решением с апелляционной жалобой обратился истец, указывая на то, что в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанностью установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенным в решении суда, обстоятельствам дела, а также неправильным применением норм материального права, считая решение незаконным и необоснованным, и как следствие подлежащим отмене или изменению.

В удовлетворении исковых требований к ФИО2 было отказано в полном объеме на основании недоказанных обстоятельств и несоответствия выводов суда обстоятельствам дела.

Полагает, что выводы суда о том, что именно ФИО3 на момент совершения ДТП 25.12.2023 года являлся законным владельцем транспортного средства <скрыто> является ошибочным, так как противоречат материалам дела: согласно сведениям Федеральной информационной системы Госавтонспекции в отношении собственника автомобиля <скрыто>, по состоянию на 19.12.2023 года (дата договора купли- продажи) ФИО2 ФИО3 продан данный автомобиль за 600 ООО рублей, однако собственником является ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т.1 л.д.177-178), постановлением о привлечении ФИО3 к административной ответственности по ч.2 ст.12.13 КоАП РФ, по ч.1 ст.12.37 КоАП РФ, где последний не был вписан в полис № (АО Альфа Страхование), не указан был как новый собственник, не имел собственного страхового полиса, не представил договор купли продажи при оформлении данного ДТП. Копия договора купли-продажи впервые представлена в судебном заседании в рамках рассмотрения настоящего дела в июне 2024 года.

Указывает, что при исследовании договора купли-продажи от 19.12.2023 года не были выяснены обстоятельства его передачи, факт передачи денежных средств, источники получения денежных средств, причины, по которым данный договор не был представлен при ДТП, причины по которым автомобиль не был поставлен на учет, причины и основания, по которым ФИО2, не прекратила государственный учет в течение 10 дней со дня отчуждения. Судом не учтено, что они являются матерью и сыном. Также указывает, что при рассмотрении заявления об обеспечении иска запрет регистрационных действий наложен на данный автомобиль собственником которого является ФИО2

Ссылаясь на те же обстоятельства, апеллятор полагает, что указанные в апелляционной жалобе факты и бездействия ФИО3 указывают на то, что в момент ДТП единственным законным владельцем транспортного средства BMW Х5 гос.номер А077 КУ 62 являлась и является до сих пор ФИО2

В связи с указанным, апеллятор просит отменить или изменить полностью или в части решение Железнодорожного районного суда г. Рязани о 19.12.2025 года по делу № и определение от 14.01.2026 года о взыскании в пользу истца с ФИО3 ущерба от ДТП и расходов и принять по делу новое решение о признании по настоящему делу солидарными ответчиками ФИО2 и ФИО3

От ответчика ФИО2 поступили письменные возражения на апелляционную жалобу, согласно которым она просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу- без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 и ее представитель ФИО4 поддержали доводы апелляционной жалобы. При этом пояснили, что, несмотря на указание в апелляционной жалобе на необходимость солидарного взыскания ущерба с ответчиков ФИО2 и ФИО3, при разрешении вопроса о надлежащем ответчике полагаются на усмотрение судебной коллегии.

Представитель ответчика ФИО11 против доводов апелляционной жалобы возражал, полагал решение законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание суда апелляционной инстанции, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, о причинах своей неявки суду не сообщили, доказательств уважительности этих причин не представили, не ходатайствовали об отложении рассмотрения дела, в связи с чем, судебная коллегия, руководствуясь частью 3 статьи 167 и частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотрение настоящего дела в отсутствие неявившихся лиц.

В силу части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Из разъяснений, содержащихся в п.п. 2,3 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» следует, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Проверив материалы дела в объеме доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия полагает, что данное решение подлежит отмене.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что постановлением Октябрьского районного суда г. Рязани по делу об административном правонарушении № от 23.04.2024 г. установлено, что 25.12.2023 года в 21 часов 00 минут по адресу: <адрес>, ФИО3, управляя автомобилем <скрыто>, на регулируемом перекрестке при повороте налево на разрешающий (зеленый) сигнал светофора не уступил дорогу двигавшемуся во встречном направлении прямо на разрешающий (зеленый) сигнал светофора без изменения направления автомобилю <скрыто>, под ее управлением ФИО1 (т.1 л.д. 137-140)

Водитель ФИО3, управляя автомобилем, нарушил требования п. 13.4 ПДД РФ, что повлекло причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшей ФИО1

ФИО3 привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в виде штрафа в сумме 10 000 рублей.

Суд посчитал данные обстоятельства, а именно факт дорожно-транспортного происшествия и вину установленными. Сторонами данные факты ни в суде первой инстанции, ни в апелляционной инстанции не оспорены.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобиль <скрыто>, принадлежащий ФИО1, получил механические повреждения.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ФИО1, как владельца транспортного средства, была застрахована в САО «РЕСО- Гарантия» (полис №), гражданская ответственность ФИО3

застрахована не была, вследствие чего постановлением должностного лица органов ГИБДД от 25.12.2023 г. он был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.37 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 500 рублей, (т.1 л.д.180)

При этом, гражданская ответственность ФИО2 была застрахована в АО «АльфаСтрахование» (полис ТТТ 703952980). (т.1 л.д.57)

18.01.2024 г. ФИО1 обратилась в АО «АльфаСтрахование» с заявлением о выплате страхового возмещения по правилам ОСАГО.

01 февраля 2024 г. между АО «АльфаСтрахование» и ФИО1 заключено соглашение, согласно которому общий размер страхового возмещения по страховому случаю составил 400 000 рублей, произведя выплату в данной сумме 05.02.2024 года, (т.1 л.д.58)

06 февраля 2024 года ФИО1 обратилась в ООО «ПКЦ «Истина» с целью определения стоимости восстановления поврежденного автомобиля, заключив договор №, осмотр поврежденного автомобиля состоялся 06 февраля 2024 года.(т.1 л.д.25-31)

Согласно экспертному заключению № стоимость восстановления поврежденного автомобиля <скрыто> с учетом износа составила 2 168 000 рублей, (т.1 л.д.19-24)

16 февраля 2024 года истец направила в адрес ответчика ФИО2 претензию, на которую ответчик не ответил, (т.1 л.д.40-41)

Согласно заключению эксперта № от 01.04.2025 г. ООО «Транспектр» рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Ford KUGA государственный регистрационный номер О 969 CP 62 согласно Методическим рекомендациям Минюста без учета износа деталей на дату проведения экспертизы составляет 1 735 134,80 рублей, (т.1 л.д. 213-238)

Судом первой инстанции по делу проведена дополнительная судебная экспертиза, согласно заключению которой № от 22.10.2025 г. ООО «Транспектр» рыночная стоимость автомобиля Ford KUGA государственный регистрационный номер О 969 CP 62 на дату проведения экспертизы с учетом округления составляет 1 262 000 рублей. Исходя из того, что рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Ford KUGA государственный регистрационный номер О 969 CP 62 согласно Методическим рекомендациям Минюста без учета износа деталей на дату проведения экспертизы составляет 1 735 134,80 рублей, эксперт пришел к выводу об экономической нецелесообразности восстановления транспортного средства. В связи с этим, экспертом осуществлен расчет стоимости годных к реализации остатков транспортного средства, которая составила 243 620,08 рублей, (т.2 л.д.42-99)

Суд первой инстанции, разрешая спор о взыскании материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, руководствуясь статьями 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», учитывая заключения судебных экспертиз, которые сторонами не оспорены, посчитал, что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца превышает его рыночную стоимость, вследствие чего его восстановление экономически нецелесообразно, то есть наступила конструктивная гибель автомобиля, и определил, что размер материального ущерба составляет разницу между рыночной стоимостью автомобиля и стоимостью годных остатков автомобиля за вычетом произведенной страховой выплаты: 1 262 000 000 руб. (рыночная стоимость а/м) - 243 620,08 руб. (стоимость годных остатков) - 400 000 руб. (страховая выплата) = 618 379,92 руб. Взыскав также расходы на эвакуацию автомобиля марки Ford KUGA государственный регистрационный номер О 969 CP 62 в размере 7 260 рублей 10 копеек.

При этом суд первой инстанции, определяя надлежащего ответчика, учитывая представленные в ходе рассмотрения дела доказательства, руководствуясь статьей 1068, пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», пунктом 2 статьи 218, статьями 233, 130, пунктом 1 статьей 131, пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на Определения Верховного Суда РФ от 12.04.2022 № 78- КГ22-8-КЗ; Определения Верховного Суда РФ от 26.11.2019 г. № 5-КГ19-191, учел представленный стороной ответчиков договор купли-продажи автомобиля от 19.12.2023 г., согласно которому ФИО3 приобрел у ФИО2 транспортное средство <скрыто>, за 600 000 рублей, и пришел к выводу, что на дату дорожно-транспортного происшествия 25.12.2023 г. транспортное средство под управлением ФИО3 принадлежало последнему на праве собственности, то есть он являлся его законным владельцем. Соответственно, на ФИО2, как на бывшего собственника, не может быть возложена обязанность по возмещению материального ущерба, том числе в солидарном порядке, отказав во взыскании ущерба к последней.

Руководствуясь частью 1 статьи 88, статьей 94, частью 1 статьи 98, статьей 100 ГПК РФ, разъяснениями в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд взыскал расходы за проведение независимой технической экспертизы поврежденного автомобиля в размере 10 000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 383 рубля пропорционально удовлетворенным требованиям.

Отвергая доводы стороны истца о том, что договор купли-продажи автомобиля от 19.12.2023 г. был изготовлен в связи с рассмотрением данного дела и фактический переход права собственности не осуществлялся, суд первой инстанции пришел к выводу, что они ни на чем не основаны и какими-либо доказательствами не подтверждены. А также указал несмотря на то, что в ходе производства по делу об административном правонарушении данный договор не был предъявлен, это не исключает его заключение в обозначенную в нем дату.

Однако, с таким выводом судебная коллегия согласиться не может и полагает, что доводы апелляционной жалобы об ошибочном определении судом надлежащего ответчика и взыскании в пользу истца с ответчика ФИО3 ущерба от дорожно-транспортного происшествия заслуживают внимания судебной коллегии.

Из материалов дела следует, что автомобиль <скрыто>, на праве собственности принадлежит ФИО2

С участием данного автомобиля, принадлежащего ФИО2 и под управлением ФИО3, было совершено дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <скрыто>, принадлежащего ФИО1, где ФИО3, управляя автомобилем, нарушил требования п. 13.4 ПДД РФ, что повлекло причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшей ФИО1, а также поврежден автомобиль истца.

В связи с чем, ФИО3 привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в виде административного штрафа в сумме 10 000 рублей, по ч.2 ст. 12.13 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 1 000 рублей, по ч.1 ст.12.37 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 500 рублей.

При составлении административных материалов в отношении ФИО3 по ч.2 ст.12.13, ч.2 ст.12.37 КоАП РФ, собственником транспортного средства <скрыто>, согласно документам являлась ФИО2 В своих пояснениях водитель ФИО3 при составлении административного материала также не сообщал, что он является собственником указанного транспортного средства.

Гражданская ответственность водителя ФИО3 на момент дорожно- транспортного происшествия не была застрахована, при этом застрахована ответственность собственника автомобиля ФИО2

Из сведений об участниках дорожно-транспортного происшествия следует, что ФИО3 управлял транспортным средством <скрыто>, принадлежащим ФИО2

В суде первой инстанции в ходе рассмотрения дела через продолжительное время после принятия искового заявления стороной ответчиков были представлен договор купли- продажи транспортного средства <скрыто>, согласно которому ФИО2 продала ФИО3 указанный автомобиль за 600 ООО рублей.

При чем, судебная коллегия учитывает, что исковое заявление ФИО1 к ФИО6 было зарегистрировано 22.03.2024 года, и лишь в судебном заседании 18.07.2024 года был представлен данный договор заключенный между ФИО6 и ФИО3 19.12.2023 года, который был принят судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства.

Определяя лицо, ответственное за причиненный ущерб, судебная коллегия отмечает следующее.

Собственником автомобиля <скрыто>, в момент дорожно-транспортного происшествия- являлась ФИО6, которая 19.12.2023 года составила с ФИО3, являющимся ее сыном, договор купли- продажи автомобиля <скрыто>, представленный в суде первой инстанции 18.07.2024 года, спустя 4 месяца после поступления иска в суд, и спустя почти семь месяцев после ДТП. До судебного заседания 18.07.2024 года сведений о существовании данного договора купли- продажи не имелось.

При этом, судебная коллегия полагает, что при составлении административных материалов виновник ДТП не сообщал, что собственником указанного транспортного средства является он (ФИО3).

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника, повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В статье 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" определено, что владельцами транспортных средств являются собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное).

По смыслу приведенных норм права, ответственность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, возложена на лицо, владеющее этим источником повышенной опасности на праве собственности или ином законном основании.

При возникновении спора о том, кто являлся законным владельцем транспортного средства в момент причинения вреда, обязанность доказать факт перехода владения возлагается на собственника этого транспортного средства.

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что передача собственником или иным законным владельцем транспортного средства другому лицу в техническое управление не может рассматриваться как законное основание для передачи титула владения в смысле, вытекающем из содержания статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу чего данное лицо не считается законным владельцем источника повышенной опасности и не несет ответственность перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда, подкреплёнными ссылками на положения пункта 2 статьи 218, статьи 233, статьи 130, пункта 1 статьй 131, пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, которыми транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, то есть являются движимым имуществом, в связи с чем при их отчуждении действует общее правило о возникновении права собственности у приобретателя с момента передачи ему этого транспортного средства. Регистрация транспортных средств при этом носит учетный характер и не является обязательным условием для возникновения на них права собственности, что отражено в Определении Верховного Суда РФ от 12.04.2022 № 78-КГ22-8-КЗ; Определении Верховного Суда РФ от 26.11.2019 г. № 5-КГ19-191.

Однако, полагает, что в данном деле усматривается злоупотребление правами со стороны ответчиков.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребления правом в иных формах.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что добросовестность предполагает также учет прав и законных интересов другой стороны и оказание ей содействия, а в случае отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения может принять меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Как следует из материалов дела и установленной совокупности обстоятельств, ответчики пытались избежать гражданской ответственности за причиненный ущерб в результате ДТП, о чем свидетельствует следующее: на момент совершения ДТП ФИО3 не зарегистрировал свою гражданскую ответственность при управлении автомобилем <скрыто>, не сообщал при составлении административных материалов ДТП о наличии договора купли продажи данного автомобиля, в письменных пояснениях при составлении административных материалов ДТП не давал ссылок на данный договор, договор купли-продажи представлен в суде по истечении длительного времени рассмотрения дела, ни ФИО3, ни ФИО6 не обращались в ГИБДД для внесения изменений в регистрационные данные, ответчики являются близкими родственниками, меры обеспечения по иску возложены на собственника транспортного средства ФИО2, которые не были оспорены.

Совокупность данных обстоятельств свидетельствует о том, что в момент ДТП законным владельцем транспортного средства <скрыто>, является ФИО2 Договор купли продажи автомобиля между Ш-выми составлен формально, с целью исключить ФИО2 из числа ответчиков.

Тем самым, судебная коллегия полагает, что выводы суда о надлежащем ответчике ФИО3 и отсутствии оснований для взыскания суммы ущерба с ФИО2, являются немотивированными, учитывая установленные по делу обстоятельства.

Оснований для определения солидарной ответственности судебная коллегия не усматривает и полагает необходимым определить надлежащего ответчика ФИО2, отказав во взыскании ущерба с ФИО3

Расходы на эвакуацию автомобиля марки Ford KUGA государственный регистрационный номер О 969 CP 62 составили 7 260 рублей 10 копеек документально подтверждены, являлись необходимыми, в связи с чем подлежат возмещению истцу.

В силу части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 ГПК РФ.

Истцом заявлено о взыскании расходов за проведение независимой технической экспертизы поврежденного автомобиля в размере 10 000 рублей, которые понесены истцом с целью определения размера ущерба, причиненного в результате ДТП, и подтверждаются договором с ООО «ПКЦ «Истина» на выполнение независимой экспертизы, квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 06.02.2024 г. на сумму 10 000 рублей.

Поскольку требования, для подтверждения которых они были понесены истцом, удовлетворены судом, признаны необходимыми издержками по делу, следовательно, подлежат возмещению ответчиком в полном объеме.

В силу части 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Интересы истца представляла ФИО7 на основании доверенности, в связи с чем истец просил взыскать с ответчика судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей, факт несения которых в указанном размере подтверждается договором возмездного оказания услуг от 30.12.2023 г. и актом приема-передачи от 30.12.2023 г. Данная сумма „.подлежит взысканию, учитывая принцип разумности и справедливости, фактические обстоятельства спора, длительность нахождения дела в производстве суда, сложность рассматриваемого спора, объем права, получившего защиту и его значимость.

Истцом по делу понесены судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 17 040 рублей, что подтверждается чеком по операции от 20.03.2024 г.

В связи с удовлетворением заявленных требований в уточненном виде, данные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально взысканной сумме, а именно в размере 9 383 рубля.

В связи с вышеизложенным, оспариваемое решение подлежит отмене на основании пунктов 3, 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Железнодорожного районного суда города Рязани от 19 декабря 2025 года с учетом определения об исправлении описки от 14.01.2026 года - отменить.

Постановить новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ФИО2 - удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 (ИНН №) в пользу ФИО1 (ИНН №) материальный ущерб, причинённый в результате дорожно -транспортного происшествия в размере 618 379 (шестьсот восемнадцать тысяч триста семьдесят девять) рублей 92 копейки, расходы на досудебное исследование в размере 10 000 (десять тысяч) рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей, расходы на эвакуацию транспортного средства в размере 7 260 (семь тысяч двести шестьдесят) рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 383 (девять тысяч триста восемьдесят три) рубля.

В удовлетворении исковых требований к ФИО3 - отказать.

В удовлетворении остальной части апелляционной жалобы ФИО1 - отказать.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судья