Решение № 2-1293/2017 2-6428/2016 от 30 октября 2017 г. по делу № 2-1293/2017

Дело №2-1293/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 октября 2017 года г. Красноярск

Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе: председательствующего судьи Медведева И.Г., при секретаре Зуевой К.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» к ФИО1 о взыскании в порядке суброгации ущерба, причиненного пожаром,

УСТАНОВИЛ:

ООО СК «Согласие» обратилось в суд к ФИО1 с иском о взыскании в порядке суброгации ущерба, причиненного в результате пожара. Требования мотивированы тем, что 17.08.2013 года между истцом и ФИО2 был заключен договор добровольного страхования № в отношении принадлежащего последней жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. 14.04.2014 года произошел страховой случай - в результате пожара жилому дому был причинен ущерб, стоимость восстановительного ремонта составила 730 968 рублей. Истец, признав указанный случай страховым, произвел в адрес ФИО2 выплату страхового возмещения в размере 730 968 рублей. Проведенной органом пожарного надзора проверкой установлено, что причиной пожара в указанном доме явилось нарушение п.81 ППР РФ при выполнении ответчиком ФИО1 работ по установке и монтажу трубы дымохода, который не обеспечил соответствующую разделку между металлической трубой дымохода и горючим материалом перекрытия мансардного этажа. В соответствии со ст.965 ГК РФ к истцу, как к страховщику, выплатившему сумму страхового возмещения, в порядке суброгации перешло право требования с ответчика причиненного вреда в пределах суммы страхового возмещения. На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика, как с причинителя вреда, сумму выплаченного страхового возмещения в размере 730 968 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 509 рублей 68 копеек.

В зале суда представитель истца ООО СК «Согласие» - ФИО3 (доверенность в деле) заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по вышеизложенным основаниям, настаивал на их удовлетворении.

Ответчик ФИО1, его представитель ФИО4 (доверенность в деле) возражали против удовлетворения иска, настаивая на невиновности ответчика в произошедшем пожаре, а также недоказанности факта нарушения ФИО1 каких-либо противопожарных правил и норм при устройстве дымохода; по их мнению вся ответственность за соблюдение этих правил лежит на собственнике дома ФИО2, либо лицах, которые производили топку печи 14.04.2014г.

Третье лицо ФИО2 в зал суда не явилась, о дате, времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом, о причинах своей неявки не сообщила, об отложении слушания дела не просила.

В соответствии с положениями ч.3 ст.17 Конституции Российской Федерации злоупотребление правом не допускается. Согласно ч.1 ст.35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Кроме того, по смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации права на непосредственное участие в судебном разбирательстве иных процессуальных правах.

В этой связи, полагая, что третье лицо ФИО2, не приняв мер к явке в судебное заседание, определила для себя порядок защиты своих процессуальных прав, суд с учетом приведенных выше норм права, а также ст.ст. 167 ГПК РФ, рассмотрел дело в ее отсутствие.

Заслушав доводы сторон, показания свидетеля ФИО №2, исследовав материалы дела и иные представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п.1 ст.929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с положениями пп.1 п.2 ст.929 ГК РФ по договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахованы следующие имущественные интересы: риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (ст.930).

На основании ст.943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п.2 вышеуказанной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п.2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

На основании ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в 2013 году третьему лицу ФИО2 на праве собственности принадлежал жилой 1-этажный дом, незавершенный строительством, общей площадью 75,1 кв.м, расположенный по адресу: <адрес> что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права №.

01.08.2013г. в ООО «ТеплоСпецКомплекс» ФИО2 была приобретена печь-камин «Енисей» торговой марки «METAFIRE», а также дымоходная труба и иные расходные материалы для устройства дымохода (л.д.44,46-47).

15-16 августа 2013 года указанная отопительная печь-камин была смонтирована в принадлежащем ФИО2 жилом доме по <адрес>; монтажом и установкой занимался ответчик ФИО1 по наряд-заказу от 15.08.2013г., за оказанные услуги он получил от ФИО2 вознаграждение в размере <данные изъяты> (л.д.43,45).

17.08.2013 года между страховщиком ООО СК «Согласие» и страхователем ФИО2 был заключен договор имущественного страхования в отношении вышеуказанного жилого дома, в связи с чем, страхователю был выдан полис страхования имущества и гражданской ответственности по страховому продукту «Дом Экспресс», со следующими условиями: застрахованное имущество - жилой дом по адресу: <адрес>; срок страхования 12 месяцев (с 22.08.2013 года по 21.08.2014 года); страховая сумма 2 000 000 рублей; страховая премия <данные изъяты>. К страховым рискам по указанному полису относятся: пожар, взрыв, залив, стихийные бедствия, падение твердых дел, столкновение или наезд, противоправные действия третьих лиц.

В соответствии с Актом о пожаре от 14.04.2014 года, около 19 часов 50 минут 14.04.2014 года в доме, принадлежащем ФИО2, расположенном по адресу: <адрес> произошел пожар на площади 80 кв.м – был охвачен огнем брусовый дом с крышей мансардного типа, мансарда полностью охвачена огнем, имелось частичное загорание на первом этаже, а также загорание потолочного перекрытия на первом этаже, хозяина дома нет (л.д.38).

Составленным страховщиком ООО СК «Согласие» страховым актом № от 27.08.2014г. установлено, что 14.04.2014 года наступило страховое событие – пожар в жилом доме по адресу: <адрес>, повлекшее за собой возникновение у истца обязанности выплатить ФИО2 страховое возмещение в размере 730 968 рублей, что подтверждается представленными материалами выплатного дела и платежным поручением № от 29.08.2014 года.

Кроме того, в рамках рассмотрения гражданского дела №2-1792/2016 в Советском районном суде г. Красноярска по иску ФИО2 к ООО СК «Согласие» о защите прав потребителя, страховщик добровольно доплатил страхователю сумму страхового возмещения по указанному страховому случаю в размере 900 346,10 рублей; таким образом всего сумма страхового возмещения составила 1 631 314,10 рублей (т.2, л.д.4-13).

В соответствии с п. 1 ст. 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (суброгация).

В силу абз. 4 ст. 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона и наступления указанных в нем обстоятельств, в частности - при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

Таким образом, к истцу ООО СК «Согласие», как к страховщику, выплатившему страховое возмещение по страховому полису, перешло в пределах выплаченной суммы право требования, которое выгодоприобретатель (собственник жилого дома по <адрес> ФИО2) имела бы к лицу, ответственному за убытки, причиненные в результате произошедшего повреждения ее имущества.

При проверке сообщения о пожаре и в ходе осмотра места пожара дознавателем ОД ОНД по г. Красноярску 14.04.2014 года установлено следующее: объектом пожара является жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>; дом одноэтажный оборудован мансардным этажом, размерами в плане составляет 10 на 7,5 метров; стены брусовые, перекрытия деревянные, кровля шиферная по деревянной обрешетке, пол дощатый, отопление - от печи, дом электрифицирован, вентиляция естественная. Снаружи дом термических повреждений не имеет. Остекление окон на мансардном этаже отсутствует. При входе в дом на первом этаже в центральной части расположена металлическая печь заводского исполнения. При осмотре печи установлено, что в топке имеются угли черного и белого цвета. Над отопительной печью деревянное перекрытие между первым и мансардным этажами имеет частичное разрушение и обугливание деревянных конструкций рядом с местом прохождения металлической дымоходной трубы. При входе по лестничному маршу на мансардный этаж установлено, что по полу в хаотичном порядке разбросан пожарный мусор в виде обугленных деревянных конструкций. Стены имеют обугливание обшивки. Наибольшие термические повреждения наблюдаются на деревянной обрешетке кровли в месте прохождения металлической дымоходной трубы в виде полного выгорания. По удалению от места наибольших термических повреждений деревянные конструкции кровли имеют уменьшение глубины обугливания и количество уничтоженных деревянных конструкций. В месте наибольших термических повреждений электропроводки и электрооборудования не обнаружено. При осмотре дома и периметра дома емкостей ПВЖ и ТЖ не обнаружено.

Из письменных объяснений очевидца пожара ФИО №1 следует, что 14.04.2014 года он на основании устной договоренности с ФИО2 производил отделочные работы в доме по адресу: <адрес>. Сама ФИО2 в указанное время находилась в г. Москве. В связи с тем, что в доме было очень холодно, он принял решение затопить печь, периодически подкладывая дрова. Примерно через два часа ФИО №1 почувствовал запах дыма, имея намерение установить причину задымления, он поднялся на мансардный этаж, где увидел, как в месте прохождения дымоходной трубы через деревянные конструкции обрешетки кровли проходит горение, после чего вызвал пожарных.

Согласно объяснениям ФИО2 14.04.2014 года она находилась в г. Москве, в связи с чем, не являлась очевидцем пожара. В данный момент в ее доме находился ФИО №1, который на основании устной договоренности производил там отделочные работы. Также ФИО2 пояснила, что 01.08.2013 года она приобрела в ООО <данные изъяты> отопительную печь для установки в свой дом, по рекомендации продавца установкой приобретенной печи занимался ответчик ФИО1

По результатам проведенной проверки, постановлением дознавателя отделения дознания Отдела надзорной деятельности по г. Красноярску ГУ МЧС России по Красноярскому краю от 02.07.2014 года в возбуждении уголовного дела по факту пожара в доме, расположенном по адресу: <адрес>, отказано по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием события преступления предусмотренного ст. ст. 168, ч.1 ст. 219 УК РФ.

При этом, из текста указанного постановления следует, что спорный пожар в доме произошел в результате нарушений правил пожарной безопасности при эксплуатации отопительной печи; очаг пожара находится в месте прохождения дымоходной металлической трубы рядом с горючими материалами обрешетки кровли в центральной части дома; монтажом и установкой печи занимался ответчик ФИО1 на основании заключенного с ФИО2 договора об оказании услуг; причиной пожара в вышеуказанном доме явился факт нарушения ФИО1 пункта 81 «Правил противопожарного режима в РФ», а именно – при выполнении работ по монтажу отопительной печи ответчик не обеспечил установку соответствующей разделки между металлической трубой дымохода и горючими материалами перекрытия мансардного этажа, что и привело к возгоранию при эксплуатации отопительной печи.

Между тем, содержащиеся в названном постановлении выводы дознавателя о нарушении ответчиком пункта 81 ППР РФ ничем не подтверждены и никак не обоснованы; какие-либо доказательства тому, что при выполнении ФИО1 работ по монтажу отопительной печи им действительно не была обеспечена соответствующая разделка между металлической трубой дымохода и горючими материалами перекрытия мансардного этажа, в собранных дознавателем материалах проверки (отказном материале №) не имеется.

В силу нормативных положений пункта 81 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 25.04.2012 N 390 "О противопожарном режиме", перед началом отопительного сезона руководитель организации, собственники жилых домов (домовладений) обязаны осуществить проверки и ремонт печей, котельных, теплогенераторных, калориферных установок и каминов, а также других отопительных приборов и систем.

Запрещается эксплуатировать печи и другие отопительные приборы без противопожарных разделок (отступок) от горючих конструкций, предтопочных листов, изготовленных из негорючего материала размером не менее 0,5 x 0,7 метра (на деревянном или другом полу из горючих материалов), а также при наличии прогаров и повреждений в разделках (отступках) и предтопочных листах. Неисправные печи и другие отопительные приборы к эксплуатации не допускаются.

Таким образом, названный пункт 81 ППР РФ предусматривает обязанность собственника жилого дома (домовладения) перед началом отопительного сезона осуществить проверку и ремонт печей, каминов, а также других отопительных приборов и систем; а также прямой запрет собственнику эксплуатировать принадлежащие ему печи и другие отопительные приборы без противопожарных разделок (отступок) от горючих конструкций, при этом, конкретные размеры таких противопожарных разделок данный пункт ППР РФ не содержит.

Как следует из письменных объяснений ФИО1, содержащихся в материале проведенной дознавателем проверки, в августе 2013 года он действительно производил установку отопительной печи в доме ФИО2; до этого более 5 лет занимался монтажом печей, однако какого-либо специального обучения не проходил; при монтаже дымохода он собрал противопожарную разделку между горючих материалов и металлической трубы 20 сантиметров в перекрытии второго этажа мансарды; отопительная печь и дымоходные трубы были заводскими (л.д.47-48 отказного материала).

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО1 пояснил, что при монтаже трубы дымохода, которая имела конструкцию типа «сэндвич» (двухконтурная труба со слоем утеплителя более 20мм) им была выполнена необходимая противопожарная разделка (отступ) от деревянных горючих конструкций перекрытий; в качестве теплоизоляционных материалов использовались базальтовые плиты «Rockwool firebats» с фольгой и гипсоволоконная плита (ГВЛ). Над установленной на первом этаже дома печью им было вскрыто перекрытие потолка между первым и мансардным этажом, расстояние между балок составляло ориентировочно 320 мм, в связи с чем, он принял решение изолировать это перекрытие от трубы монтируемого дымохода «Суперизолом» и базальтовой ватой с фольгой. По высоте перекрытия им был изготовлен прямоугольный короб с диаметром внешнего контура 200 мм, через который выведен дымоход из двухконтурной трубы с изоляцией толщиной 25мм. Оставшееся пространство вокруг трубы было изолировано от деревянного перекрытия базальтовой ватой с фольгой. Вдоль дымохода на втором этаже был изготовлен короб на профильной конструкции с применением базальтовой ваты «Rockwool firebats» с фольгой по периметру. Разделка мансардного этажа выполнялась по тому же принципу, что и в перекрытии между первым и вторым этажами, но не было привязки к балкам и было использовано больше пространства (т.2, л.д.44).

Доводы ответчика о том, что монтаж дымохода осуществлялся им с использованием сэндвич-трубы (двухконтурной трубы со слоем утеплителя более 20мм), а также теплоизоляционных материалов (базальтовых плит «Rockwool», огнеупорного герметика, теплоизоляционных плит скамол) подтверждается счетами и чеками на приобретение этих материалов (т.1, л.д.44-47), а также показаниями свидетеля ФИО №2 (т.1, л.д.234-235) и фотографиями с места пожара.

При этом, как следует из Руководства по эксплуатации печи-камина «Енисей» торговой марки «METAFIRE», труба для присоединения печи-камина к дымоходу должна быть удалена от облицовки стен или конструктивных элементов из сгораемых материалов минимум на 400 мм; однако достаточно удаления 100 мм если применена двухконтурная труба со слоем утеплителя минимум 20мм; дымоход, к которому будет присоединена печь-камин, должен быть выполнен с соблюдением строительных и пожарных норм и требований (пункты 1, 4.5 руководства по эксплуатации) (т.1, л.д.184-192).

В целях всестороннего и полного исследования всех обстоятельств дела, уточнения причин пожара, судом по ходатайству ответчика была назначена пожарно-техническая экспертиза, производство которой было поручено ФГБУ Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Красноярскому краю; по заключению № от 28.07.2017 года которой (т.2, л.д.98-102) технической причиной пожара, произошедшего 14 апреля 2014 года в жилом доме <адрес> явилось тепловое самовозгорание или самовоспламенение деревянных конструкций кровли жилого дома, в результате теплового воздействия нагретой поверхности металлического дымохода. Очаг пожара располагался на конструкциях кровли жилого дома в районе расположения дымохода печи.

При этом прийти к однозначному выводу о том, по какой именно причине произошел перегрев деревянных конструкций кровли жилого дома до пожароопасных температур от теплового воздействия нагретой поверхности металлического дымохода, эксперты не смогли, указав, что это возможно по двум причинам – либо недостаточный размер противопожарной разделки (нарушение требований п. 86 Правил противопожарного режима в Российской Федерации и п. 5.14, Приложение Б к СП 7.13130.2013), либо – повышенная температура дымохода при интенсивной топки печи (нарушение п. 84 Правил противопожарного режима в Российской Федерации (перекаливание печи и дымохода)), либо при одновременном совмещении этих двух факторов.

Суд признает достоверным вышеуказанное заключение судебной экспертизы, поскольку данное заключение составлено квалифицированными экспертами, имеющими соответствующее образование и достаточный стаж работы. Выводы экспертов надлежащим образом мотивированы и обоснованы. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оснований не доверять данному экспертному заключению, судом не установлено.

При этом суд отмечает, что Руководством по эксплуатации печи-камина «Енисей» (пункты 5.3-5.8) регламентировано предельное количество дров при загрузке и топке этой печи, рекомендовано избегать перегрузки печи топливом, количество сжигаемого топлива не должно превышать 2 кг дров в час для обычных дров и 1,6-1,7 кг в час для дров из спрессованных отходов.

В силу требований п. 84 Правил противопожарного режима в Российской Федерации – запрещается перекаливать печи.

Из письменных пояснений очевидца ФИО №1 следует, что 14.04.1204г. он производил ремонтные работы в доме, ему было очень холодно и он принял решение затопить печь, периодически подкладывая дрова; примерно через два часа почувствовал запах дыма, поднялся на мансардный этаж, где увидел, как в месте прохождения дымоходной трубы через деревянные конструкции обрешетки кровли проходит горение.

Ни в ходе проверки, проведенной дознавателем отделения дознания Отдела надзорной деятельности по г. Красноярску ГУ МЧС России по Красноярскому краю, ни в ходе рассмотрения данного гражданского дела, не удалось достоверно установить, какое количество и каких именно дров использовал ФИО №1 при топке печи более двух часов 14.04.2014г.; в связи с чем, невозможно исключить факт того, что пожар произошел в результате возможного перекаливания печи и перегрева дымохода.

Также обращает на себя внимание тот факт, что спорная печь с дымоходом была смонтирована ФИО1 еще в августе 2013 года, а пожар произошел в апреле 2014 года, то есть спустя 9 месяцев после выполнения им всех работ, при эксплуатации этой печи собственником дома в течение указанного длительного периода времени без каких-либо замечаний.

После произошедшего 14.04.2014г. пожара конкретные размеры реально смонтированной ФИО1 в доме противопожарной разделки между трубой дымохода и элементами деревянного перекрытия кровли дознавателем не замерялись и не устанавливались, эти обстоятельства при проведении проверки достоверно не выяснялись; при этом вмененное ответчику в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела нарушение п.81 ППР РФ запрещает эксплуатацию печей без противопожарной разделки, однако в ходе рассмотрения данного дела было установлено, что ФИО1 такая разделка при монтаже дымохода выполнялась; достоверно оценить насколько выполненная им разделка соответствовала существующим противопожарным требованиям и нормам, не представилось возможным именно по причине отсутствия первичной фиксации ее остатков (следов) при осмотре дознавателем места пожара 14.04.2014г., а также проведении им иных проверочных мероприятий в ходе доследственной проверки.

Проанализировав все вышеуказанные доказательства в их совокупности, а также объяснения ответчика ФИО1, суд приходит к выводу о том, что ни в результатах проведенных проверок по факту произошедшего 14.04.2014г. пожара, ни в материалах настоящего гражданского дела, не содержится доказательств, бесспорно и однозначно свидетельствующих о том, что пожар, повлекший возникновение страхового случая и выплату ФИО2 страхового возмещения, произошел именно по вине ответчика ФИО1 и в результате нарушения именно им требований Правил пожарной безопасности при эксплуатации печи-камина.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вместе с тем, сторонами по данному делу каких-либо достоверных и бесспорных доказательств того, что именно в результате виновных действий ответчика имуществу страхователя был причине ущерб, в материалы дела не представлено.

Постановление дознавателя ОД ОНД по г. Красноярску ГУ МЧС России по Красноярскому краю от 02.07.2014 года об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 таковым доказательством являться не может, поскольку выводы должностного лица государственного органа пожарного надзора о причине пожара, выраженные в указанном постановлении не имеют для суда заранее установленной силы по смыслу статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, суд отмечает, что частью 4 ст. 30 ЖК РФ и ст. 210 ГК РФ установлена обязанность собственника жилого помещения поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями.

В силу п. 6 Правил пользования жилыми помещениями, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 21.01.2006 года N 25, пользование жилым помещением должно осуществляться с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в жилом помещении граждан и соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с настоящими Правилами.

В соответствии с положениями ст. 38 ФЗ "О пожарной безопасности" от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут сами собственники имущества.

Требованиями пункта 81 ППР РФ именно на собственников возложена обязанность перед началом отопительного сезона осуществить проверку и ремонт своих печей, каминов, с прямым запретом эксплуатировать печи и другие отопительные приборы без противопожарных разделок (отступок) от горючих конструкций.

Таким образом, принимая во внимание, что именно на собственников в силу закона возложена обязанность по содержанию принадлежащего им имущества в надлежащем состоянии с соблюдением требований пожарной безопасности, суд приходит к выводу о том, что ФИО2, являясь собственником дома по адресу: <адрес> и неся бремя содержания данного жилого помещения, не обеспечила в надлежащем виде его сохранность, не следила за соблюдением находящимися в ее доме лицами правил противопожарной безопасности, не обеспечила надлежащий контроль как за монтажом приобретенной ей печи-камина, так и за ее дальнейшей эксплуатацией, что привело к возникновению пожара и причинении ей материального ущерба, который был в дальнейшем возмещен истцом, как страховщиком в рамках заключенного договора добровольного страхования имущества (жилого дома).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что предусмотренные законом основания для удовлетворения требований ООО «СК «Согласие» о взыскании с ФИО1 ущерба в порядке суброгации отсутствуют, в связи с чем, в иске истцу следует отказать в полном объеме.

Кроме того, поскольку суд отказывает ООО «СК «Согласие» в удовлетворении исковых требований к ФИО1 о взыскании в порядке суброгации ущерба, причиненного пожаром, оснований для взыскания судебных расходов в силу ст. 98 ГПК РФ у суда также не имеется.

Руководствуясь ст. 194 – 199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» к ФИО1 о взыскании в порядке суброгации ущерба, причиненного пожаром, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца с момента его изготовления в полном объеме, путем подачи апелляционной жалобы через канцелярию Железнодорожного районного суда г. Красноярска.

Судья И.Г. Медведев