Решение № 2-123/2024 2-123/2024(2-2191/2023;)~М-863/2023 2-2191/2023 М-863/2023 от 23 января 2024 г. по делу № 2-123/2024

Р Е Ш Е Н И Е УИД91RS0№-90

ИФИО1 дело №

24 января 2024 года <адрес>

Центральный районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Кундиковой Ю.В., при секретаре ФИО10,

с участием истца ФИО2, его представителя ФИО11, истицы ФИО3, представителя ответчика ФИО12, действующего также в интересах третьих лиц ФИО16, ФИО15, помощника прокурора <адрес> ФИО13,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей, ФИО3 к ООО «А2Мед Симферополь» о взыскании компенсации морального вреда, взыскании штрафа,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО5, ФИО4, ФИО3 обратились в суд с иском к ООО «А2Мед Симферополь» о взыскании компенсации морального вреда за некачественное предоставление услуг в размере 10 000 000 руб., взыскании штрафа за неудовлетворение требований по претензии.

В обоснование требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ООО «А2Мед Симферополь» был заключен договор оказания платных медицинских услуг, стоимость которых составила 220 250 руб.. В этот же день было проведено оперативное вмешательство, однако ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 умерла. Полагают, что медицинские услуги были оказаны некачественно, не проведены все необходимые обследования, не принято во внимание повышение числа тромбоцитов в крови пациентки, не был выставлен диагноз тромбофлебит глубоких вен нижних конечностей, что привело к несоблюдению критериев качества специализированной медицинской помощи взрослым при тромбофлебите, что привело к смерти ФИО6. Родственники (супруг, дети, сестра) в результате потери испытывают глубокие нравственные страдания. В адрес ответчика была направлена претензия о выплате компенсации морального вреда, ответ на которую не предоставили.

В заседании истица ФИО3 поясняла, что является родной сестрой ФИО6, что в 2020 году она с сестрой попала в серьезную аварию, месяц выхаживала сестру, сестре удалили селезенку, после чего у сестры вышла грыжа. Они были очень близки между собой, проживали рядом, остались несовершеннолетние дети без матери, за которыми она сейчас следит. Первоначально в октябре 2021 г. сестре отказали в проведении операции, но потом в январе 2022 г. перезвонили и предложили провести операцию, в марте прооперировали. Анализы сестра сдавала по месту жительства за 10 дней до операции, но перед операцией у нее никаких анализов не брали. Несмотря на неустановление непосредственной причинно-следственной связи между проведенной операцией и действиями врачей, считает, что из-за того, что не был установлен риск в связи с повышенными тромбоцитами, вина в смерти сестры лежит на медицинском учреждении. После произошедшего никто даже не извинялся, подробных пояснений не давали.

Истец ФИО2 требования поддержал.

Представитель истца ФИО2 ФИО11 просила удовлетворить заявленные требования. Пояснила, что полного обследования перед операцией не проводилось, клиника пошла на риск и провела операцию, от последствий которой ФИО6 умерла. У пациентки осталось двое детей. На претензию ответчик не ответил, даже не вернули денежные средства за излишне оплаченные дни нахождения в стационаре. Считает, что врачами клиники допущена халатность во время проведения операции. Сумму морального вреда обосновывают тем, что после смерти ФИО6 осталось двое несовершеннолетних детей, супруг потерял жену, ФИО3 потеряла сестру. Сумму компенсации заявили общую на всех. Также просит взыскать штраф от суммы договора, предусмотренный Законом о Защите прав потребителей, так как ответ на претензию в предусмотренные законом сроки не дали, только в последнем заседании вручили ответ.

Представитель ответчика ФИО12, действующий также в интересах третьих лиц ФИО16, ФИО15, привлеченных к участию в деле протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ, с требованиями не согласился, просил отказать в удовлетворении требований. Указал, что в рамках уголовного дела были проведены две экспертизы, по результатам которых не было установлено наличие причинно-следственной связи между действиями врачей и наступившими последствиями. По договору услуга была оказана, противопоказаний к оперативному вмешательству у ФИО6 не было. У ФИО6 после ДТП была удалена селезенка, имелся повышенный уровень тромбоцитов, но перед операцией тромбоза не было. Несмотря на отсутствие вины, были готовы выплатить компенсацию в размере 550 000 руб., но истцы отказались. В дело приобщены письменные возражения.

Помощник прокурора <адрес> ФИО13 в заключении полагала, что требования подлежат частичному удовлетворению.

Выслушав пояснения участников, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела и уголовного дела, суд приходит к следующим выводам.

На основании ч.1 ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно статьи 64 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 указанного Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно ч.2,3 ст. 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «А2Мед Симферополь» (исполнитель) и ФИО6 (заказчик) был заключен договор оказания платных медицинских услуг № в стационарных условиях, согласно которым исполнитель обязался предоставить медицинские услуги, соответствующие требованиям, предъявляемым к методам диагностики, профилактики, лечения, реабилитации на территории Российской Федерации; обеспечивать соответствие качества медицинской услуги действующим стандартам, утвержденным в установленном порядке, а также нормативным правовым актам, действующим в системе здравоохранения (п.3.1.1, 3.1.2).

Согласно кассовому чеку оплата по договору произведена ДД.ММ.ГГГГ в сумме 220 250 руб..

Из медицинского свидетельства о смерти следует, что ФИО6 умерла ДД.ММ.ГГГГ в 16:30 час. по причине легочной эмболии, тромбофлебита глубоких вен нижних конечностей.

В дело представлены свидетельства о рождении ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., родителями которых указаны ФИО2, ФИО6. Также представлено свидетельство о браке между ФИО2 и ФИО7. Из представленных в дело свидетельств о рождении ФИО8 и ФИО9, а также свидетельств о браке, подтверждающих смену фамилии, следует, что ФИО3 приходится родной сестрой ФИО6.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ следственным отделом по <адрес> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> и <адрес> было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 238 УК РФ по факту оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, оказанных ООО «А2Мед Симферополь» ФИО6, повлекших наступление смерти последней.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан потерпевшим по уголовному делу.

Из акта судебно-медицинского исследования трупа № следует, что причиной смерти гражданки ФИО6 явились острая дыхательная и легочно-сердечная недостаточность в результате тромбоэмболии ветвей легочной артерии мелкого и среднего калибра, развившейся вследствие флеботромбоза глубоких вен нижних конечностей и тромбоза паралитически расширенных вен подслизистого слоя тонкого кишечника, осложнивших оперативные вмешательства от ДД.ММ.ГГГГ в виде грыжесечения, аллогерниопластики, абдоминопластики с Т-компонентом, иссечения послеоперационного рубца, произведенные по поводу послеоперационной вентральной грыжи, абдоминоптоза и диастаза прямых мышц живота, на фоне имевшегося варикозного расширения вен нижних конечностей.

Из имеющихся в деле документов следует, что оперативное вмешательство проводилось ФИО6 врачами- хирургами ФИО16 и ФИО15.

Из экспертного заключения №, проведенного в рамках расследования уголовного дела, составленного ДД.ММ.ГГГГ экспертами ГБУЗ РК «Крымское республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» следует, что на момент проведения первичного врачебного осмотра при госпитализации в стационар у ФИО6 отсутствовали признаки флеботромбоза, то есть не имелось противопоказаний к оперативному вмешательству. Эксперты указали, что предоперационное обследование проведено в полном объеме в соответствии с требованиями п.11,12 Приложения № к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «пластическая хирургия», утвержденному приказом Минздрава №н от ДД.ММ.ГГГГ; на этапе предоперационного обследования выполнен клинический анализ крови, общий биохимический профиль; коагуограмма, исследование крови на групповую принадлежность, исследование крови на наличие возбудителя сифилиса, ВИЧ-инфекцию, антитела к гепатиту В и С; общий анализ мочи; электрокардиограмма, проведен предоперационный осмотр анастезиолога –реаниматолога. Ввиду наличия у пациентки отягощенного анамнеза в виде варикозного расширения вен нижних конечностей с хронической венозной недостаточностью первой степени, проведена консультация сосудистого хирурга и получено письменное заключение об отсутствии противопоказаний к проведению операции.

В заключении указано, что при резком ухудшении клинического состояния здоровья пациентки ДД.ММ.ГГГГ в 15:57 с развитием явлений дыхательной недостаточности верно проведена неотложная терапия. Через 3 минуты после начала неотложной терапии в 16:00 зафиксирована остановка сердечной деятельности и начаты реанимационные мероприятия, проведенные в полном объеме в соответствии с требованиями Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология», утвержденного Приказом Минздрава РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ.

Указано, что в виду молниеносного развития тромбоэмболии в течение нескольких минут от момента ухудшения состояния здоровья пациентки (клинических проявлений эмболии) до момент остановки сердечной деятельности, у врачей, оказывающих неотложную медицинскую помощь отсутствовала объективная возможность в полном объеме выполнить все исследования и применить лекарственные препараты, указанные в стандарте.

Экспертами выявлен недостаток в оформлении медицинской документации, так как при первичном осмотре врача ДД.ММ.ГГГГ (такая дата в заключении) в клинический диагноз не внесено сопутствующее заболевание: варикозное расширение вен нижних конечностей с хронической венозной недостаточностью первой степени. Такие недостатки не оказали влияния на течение заболевания, явившегося причиной смерти пациентки и не состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО6.

Из повторного заключения эксперта №-к/повт (комиссионная судебно-медицинская экспертиза), проведенного в рамках расследования уголовного дела, составленного ДД.ММ.ГГГГ экспертами ГБУЗ <адрес> «Севастопольское городское бюро судебно-медицинской экспертизы», следует, что на госпитальном этапе лабораторно-инструментальные исследования были произведены своевременно, назначено адекватное лечение, проведение которого являлось правильным и не было противопоказано, однако экспертная комиссия выделяет недостатки при оказании специализированной медицинской помощи ФИО6, которые не повлияли на исход заболевания, и связаны с ведением документации.

Указано, что согласно данных медицинских документов клинические признаки тромбофлебита и наличие тромботических масс в просветах глубоких вен голеней по результатам дополнительных методов исследования (ДД.ММ.ГГГГ ультразвуковое исследование флебосканирование вен нижних конечностей) отсутствовали на этапе предоперационного обследования, противопоказаний к оперативному лечению не было. Экспертами не установлено наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) врачей, оказывающих специализированную медицинскую помощь ФИО6 и наступлением неблагоприятного исхода (смерти).

Из справки от ДД.ММ.ГГГГ о результатах изучения медицинской документации, проведенной сотрудником Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> и городу федерального значения Севастополю, привлеченного в качестве специалиста в уголовном деле, следует, что в нарушение пп. «д» п.2.2 прил. II критериев качества оказания медицинской помощи в стационарных условиях, утв. приказом Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», пациентке ФИО6 не был сформирован план лечения при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза, клинических проявлений заболевания, тяжести заболевания или состояния пациента, лабораторных и инструментальных методов исследования. То есть в условиях стационарного лечения больной не был поставлен диагноз тромбофлебит глубоких вен нижних конечностей (Код по МКБ-10:180.2), что привело к несоблюдению критериев качества специализированной медицинской помощи взрослым при тромбофлебите, а именно: - не выполнено цветовое дуплексное сканирование вен и/или флебография; - не выполнено определение активированного частичного тромбопластинового времени в крови (АЧТВ) не реже 1 раза в 24 часа. Одним из критериев качества оказания медицинской помощи больным с тромбофлебитом является отсутствие развития легочной эмболии в период госпитализации. При этом, в нарушение данного критерия у ФИО6 произошло развитие легочной эмболии.

Указано, что алгоритм оказания медицинской помощи пациентам с легочной эмболией утвержден Приказом Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при тромбоэмболии легочных артерий», в соответствии с которым у пациентки не был заподозрен и не выставлен диагноз легочной эмболии, в связи с чем не были проведены все медицинские мероприятия для диагностики заболевания, состояния с усредненным показателем частоты предоставления «1» (где «1» означает, что данные мероприятия должны быть проведены 100% пациентов с данной патологией), а именно: – коагулограмма (ориентировочное исследование системы гемостаза); - общий (клинический) анализ крови развернутый; - анализ крови биохимический общетерапевтический; - анализ мочи общий; - дуплексное сканирование сосудов (артерий и вен) нижних конечностей; - рентгенография легких; - определение парциального давления кислорода в мягких тканях (оксиметрия). А также не введены препараты с усредненным показателем частоты предоставления «1» (где «1» означает, что данные лекарственные препараты должны быть применены 100% пациентов с данной патологией), а именно: - антагонисты витамина К (варфарин); - ферментные препараты (стрептокиназа, урокиназа); - растворы электролитов; - гликозиды наперстянки (дигоксин)..

В справке указано, что в общих анализах крови от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ у пациентки наблюдается повышение числа тромбоцитов (тромбоцитоз) 517-531*10 в девятой степени /л (норма 180-320* 10 в девятой степени/л), при этом ни один из специалистов не отмечает этого. Имеется ссылка на то, что в листе врачебных назначений указано на назначение и выполнение лекарственных средств ДД.ММ.ГГГГ, то есть после смерти пациента, что свидетельствует о формальном подходе.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело, возбужденное по факту смерти ФИО6 прекращено по п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 238 УК РФ.

Из иска следует, что требования истцов были основаны на доводах о некачественном предоставлении медицинских услуг, выразившихся в том, что перед оперативным вмешательством ФИО6 не был установлен диагноз тромбофлебит глубоких вен нижних конечностей, что подтверждено выводами как специалиста Росздравнадзора, так и выводами экспертов в заключении №-к/повт от ДД.ММ.ГГГГ, при установлении которого и проведении дополнительных исследований была бы оказана надлежащая медицинская помощь с учетом ее состояния здоровья. В связи с чем, выводы экспертов об отсутствии причинно-следственной связи между недостатками (дефектами) медицинской помощи ФИО6 и наступившими последствиями в виде ухудшения ее здоровья и смерти нельзя признать имеющими существенное значение при рассмотрении заявленных истцами требований о взыскании морального вреда в связи с некачественным предоставлением услуги.

Материалами дела подтверждено, что со стороны ответчика имела место неполнота комплекса мероприятий по предоставлению медицинской услуги ФИО6, в связи с чем, требования истцов о взыскании компенсации морального вреда суд находит обоснованными.

Определяя степень нравственных и физических страданий, перенесенных ФИО2, являющимся супругом ФИО6, а также ее несовершеннолетних детей, суд исходит из того, что в связи с произошедшим неожиданным событием дети лишились матери, что, безусловно, является большим эмоциональным потрясением, супруг лишился близкого человека, семья является не полной.

Сестра ФИО6 ФИО3 также перенесла сильный эмоциональный стресс в связи с потерей близкого ей человека, с которым она выросла и на протяжении жизни поддерживала тесный контакт, в том числе принимала участие в оказании помощи сестре после произошедшего ДТП, а также после смерти сестры принимала активное участие в установлении причин смерти, неоднократно обращалась к руководству клиники, о чем предоставила видеозапись, а также факты обращения не опровергнуты стороной ответчика. При расследовании уголовного дела ФИО3 допрашивалась в качестве свидетеля, что отражено в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ, где указывала на тесные доверительные отношения с сестрой, она с сестрой приезжала в больницу в день проведения операции, ожидала окончания операции в клинике, уехала домой только после того, как ей врач сообщил, что операция прошла успешно. Затем часто общалась с сестрой по телефону.

Вместе с тем, заявленная ко взысканию сумма компенсации морального вреда, по мнению суда, не отвечает требованиям разумности и справедливости.

Суд находит, что моральный вред, причиненный истцам, подлежит компенсации ФИО2 с учетом двух несовершеннолетних детей, законным представителем которых ФИО2 является, в размере 1 000 000 руб., ФИО3 в размере 350 000 руб., что, по мнению суда, максимально возмещает причиненный истицам моральный вред.

Истцами также заявлено требование о взыскании штрафа в порядке, предусмотренным положениями Закона о защите прав потребителей.

В соответствии с положениями ч.8 ст. 84 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 "О защите прав потребителей".

Согласно ч.6 ст. 13 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

При этом суд исходит из того, что основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-I "О защите прав потребителей" требования потребителя этих услуг.

Из дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 направил в адрес ответчика претензию, в которой просил вернуть неиспользованные денежные средства, уплаченные по договору от ДД.ММ.ГГГГ и выплатить компенсацию морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской услуги его супруге ФИО6, указав, в том числе, что моральный вред был причинен и малолетним детям. При этом в претензии сумма компенсации морального вреда не была указана, то есть заявитель оставил разрешение данного вопроса на усмотрение медицинской организации.

Однако, как следует из пояснений сторон, медицинская организация выплату каких-либо сумм по такой претензии не произвела, ответ на претензию, датированный ДД.ММ.ГГГГ, был вручен стороне истца только в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ. Доказательств направления ответа на претензию в адрес ФИО2 ответчиком не предоставлено. То обстоятельство, что в период рассмотрения дела в суде ответчик предлагал выплатить истцам компенсацию морального вреда в размере 550 000 руб. не может свидетельствовать о добровольном исполнении требований, указанных в претензии, поскольку фактическая выплата средств не произведена ни до обращения в суд, ни в период судебного разбирательства.

На момент направления ФИО2 претензии в адрес ответчика уже имелась справка специалиста Росздравнадзора от ДД.ММ.ГГГГ с указанием на установление недостатков качества предоставления медицинской услуги ФИО6, соответственно такой критерий был уже установлен и не опровергнут медицинской организацией.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что за неудовлетворение в добровольном порядке требований ФИО2 о выплате ему компенсации морального вреда за некачественное оказание медицинских услуг его супруге ФИО6, с ответчика подлежит взысканию штраф в порядке ч.6 ст. 13 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 "О защите прав потребителей".

При этом, несмотря на устное заявление представителя истца о том, что штраф просят взыскать от суммы стоимости услуг, указанных в договоре, суд исходит из требований, заявленных в иске и положений ч.6 ст. 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", соответственно размер штрафа определяется в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом, то есть 500 000 руб., которые подлежат взысканию в пользу ФИО2, действующего за себя и в интересах несовершеннолетних детей. При этом доказательств направления ФИО3 претензии в адрес медицинской организации не предоставлено, в связи с чем, штраф в ее пользу взысканию не подлежит. Суд также отмечает, что ответчиком не заявлялось ходатайство о снижении суммы штрафа.

В порядке ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истцов подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины, уплаченной при подаче иска.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО5, ФИО4, ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «А2Мед Симферополь» в пользу ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО5 Валериевича, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО4 Валериевны, ДД.ММ.ГГГГ г.р., компенсацию морального вреда, в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать с ООО «А2Мед Симферополь» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда, в размере 350 000 рублей.

Взыскать с ООО «А2Мед Симферополь» штраф в пользу ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО5 Валериевича, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО4 Валериевны, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в размере 500 000 руб..

В удовлетворении остальной части требований ФИО2, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО5, ФИО4, ФИО3 отказать.

Взыскать с ООО «А2Мед Симферополь» в пользу ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб..

Взыскать с ООО «А2Мед Симферополь» в пользу ФИО3 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб..

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Центральный районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий Кундикова Ю.В.

Решение в окончательной форме изготовлено 31.01.2024