Решение № 2-3433/2018 2-3433/2018~М-3513/2018 М-3513/2018 от 2 октября 2018 г. по делу № 2-3433/2018

Дело № 2-3433/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

03 октября 2018 года город Омск

Центральный районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Вагнер Е.А. при секретаре судебного заседания Ресенчук Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной,

у с т а н о в и л :

Истец ФИО1 обратился в суд к ответчику ФИО2 с иском о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование иска истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ умер его отец ФИО3 Наследниками первой очереди являются его мать ФИО4 и сестра ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ отец приобрел квартиру по адресу: <адрес>, за 1 800 000 рублей с использованием средств единовременной денежной выплаты на приобретение жилого помещения в сумме 1 178 820 рублей 00 копеек. В квартиру родители не заселились, продолжали жить в его доме в <адрес>. В последние годы своей жизни ФИО3 тяжело болел, часто лежал в ОКБ, где умер. В квартире до настоящего времени никто не проживает, мебели и вещей в ней нет. Начав оформлять наследство, он узнал, что приобретенная его отцом квартира с ДД.ММ.ГГГГ находится в собственности ответчика. По каким основаниям право собственности перешло к ней, ему неизвестно, от общения ответчик отказывается. Отец никогда не говорил ни ему, ни своей жене об отчуждении квартиры. Напротив, он выражал надежду переехать с женой в квартиру, либо оставить ее жене. На момент совершения оспариваемой сделке ФИО3 было 90 лет. Поскольку он страдал онкологическим заболеванием, лечение было связано с применением сильнодействующих и наркотических препаратов. Полагает, что сделка отчуждения квартиры была совершена с пороком воли ФИО3 Его права как наследника по закону нарушены. Кроме того, сделка реально не исполнялась, ответчик вселяться в квартиру не пыталась, на регистрационный учет в ней не встала, платежи за квартиру не вносит. Со ссылкой на положения ст.ст. 170, 177, 178, 179 ГК РФ просит суд признать сделку отчуждения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенную между ФИО3 и ФИО2, недействительной, применить последствия недействительности сделки (л.д. 5-6).

Определением Центрального районного суда г. Омска от 19.09.2018 в соответствии со ст. 42 ГПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены С.А.ХА., С.М.ХА., ФИО5, С.Г.ХБ., ФИО6, ФИО7 (л.д. 92-93).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился. О дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом (л.д. 120). О причинах неявки суду не сообщил, об отложении дела не ходатайствовал.

В судебном заседании ответчик ФИО2 исковые требования не признала полностью. Пояснила, что ее отец ФИО3 обратился к ней с просьбой подобрать квартиру для него, так как дом, расположенный по адресу: <адрес> подарил ее брату - истцу ФИО1 Квартиру он пожелал оформить на нее, так как в будущем планировал проживать с ней и с ее мамой ФИО4 Выбрав квартиру, она показала ее родителям, которые одобрили выбор. Для оформления доверенности на совершение юридически значимых действий по приобретению и оформлению квартиры в собственность ФИО3, она, ее отец и мама обратились к нотариусу, офис которого расположен на ул. 21 Амурская в районе остановки Диспетчерская. Нотариус ознакомился с документами, произвел необходимые действия по установлению дееспособности родителей, была составлена и подписана доверенность, а также согласие ФИО4 на совершение сделки дарения. Кроме того, был приглашен посторонний человек из числа посетителей для удостоверения подписи. С заявлениями о регистрации в соответствующие регистрирующие органы обращались вместе, ФИО3 лично присутствовал, подписывал заявление. О своем намерении оформить квартиру на нее посредством договора дарения ФИО3 говорил детям и друзьям летом 2016 года, а также на своем юбилее - 90-летиии, 28.01.2017. На празднике было 90 человек из 150 приглашенных, братьев Михаила и Григория на юбилее не было. Считает, что истец знал о сделке дарения еще до ее совершения, так как отец лично ему говорил о своем намерении. В настоящее время она распоряжается спорной квартирой как собственник, осуществляет полномочия собственника, оплачивает коммунальные услуги. В спорной квартире временно зарегистрирована и проживает ее племянница. Относительно болезни отца пояснила, что онкологическое заболевание у отца было диагностировано в мае 2018 года. С декабря 2017 года он жаловался на кашель. В связи с чем обращались в медицинские учреждения, проходили обследование, проводили лечение, однако улучшений не было. 25.05.2018 она отвезла отца в ЗАО «МЦСМ «Евромед», где был диагностирован а. Перед постановкой указанного диагноза он был полностью обследован, но серьезных нарушений здоровья выявлено не было. Нарушений памяти выявлено не было. Считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО8, действующий на основании ордера (л.д. 60), поддержал позицию ответчика в полном объеме. Пояснил, что договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключен сторонами (ФИО3 и ответчиком ФИО2) в 2016 году. Истец знал о намерениях отца распорядиться спорным имуществом еще до заключения договора дарения. Поэтому считает, что истцом пропущен установленный законом годичный срок исковой давности для защиты нарушенного права. Договор дарения заключен в соответствии с законом. На это указывает наличие нотариальной доверенности, выданной отцом ФИО2 Дееспособность ФИО3 на момент приобретения им квартиры была проверена нотариусом. На момент заключения договора дарения онкологического заболевания ФИО3 не имел. Получение наркотических средств ФИО3 зафиксировано в его медицинской карте в 2018 году по поводу онкозаболевания, которое выявлено в 2018 году. Обратил внимание на то, что ФИО3 подарил истцу дом, расположенный по адресу: <адрес> Но он в указанном доме не проживает, коммунальные услуги не оплачивает. Все расходы по содержанию дома несет его доверитель ФИО2 Просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, применить к исковым требованиям срок исковой давности.

В судебном заседании третье лицо ФИО4 пояснила, что ее супруг ФИО3 подарил квартиру <адрес> дочери ФИО2 С его решением она была согласна. Удостоверила свое согласие на совершение сделки по распоряжению недвижимым имуществом у нотариуса. Все дети знали о его решении в отношении спорной квартиры. В настоящее время собственником спорного недвижимого имущества является ФИО2 Дополнила, что ФИО3 тяжело болел на протяжении последних шести месяцев, в связи с чем они обращались в медицинские учреждения. Медикаменты получали по месту жительства. Затем врачи рекомендовали обратиться за медицинской помощью в г. Омск для уточнения диагноза. Последние несколько месяцев ФИО3 вместе с ней проживали у дочери, ФИО2 Она сама ухаживала за супругом. Считает, что дарение было законным.

Третьи лица ФИО9, ФИО10, ФИО5, ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились. О дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом (л.д. 105, 106, 116, 118, 119). О причинах неявки суду не сообщил, об отложении дела не ходатайствовал.

Выслушав лиц, участвующих в деле, обозрев медицинские документы, исследовав материалы гражданского дела, оценив совокупность представленных доказательств с позиции их относимости, допустимости и достаточности, суд приходит к следующему выводу.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО11 заключен брак, жене присвоена фамилия ФИО12, что подтверждается свидетельством о браке (л.д. 14).

Согласно свидетельству о рождении, ФИО1 является сыном ФИО3 (л.д.12).

Ответчик является дочерью ФИО3 Указанный факт в период рассмотрения дела никто не оспаривал.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 являлся получателем единовременной денежной выплаты на строительство или приобретение жилого помещения, согласно подпункту 1 пункта 4 Порядка предоставления мер социальной поддержки по обеспечению жилыми помещениями ветеранов, инвалидов и семей, имеющих детей-инвалидов, утвержденного постановлением Правительства Омской области от 26.07.2006 №99-п в размере 1 178 820 рублей 00 копеек за счет федеральных средств. ДД.ММ.ГГГГ ему выдано Свидетельство о предоставлении гражданину единовременной денежной выплаты на строительство или приобретение жилого помещения № (л.д.9, 79).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО13 (Продавец, «Сторона 1») и ФИО3 в лице ФИО2, действующей на основании доверенности (Покупатель, «Сторона 2») был заключен договор купли-продажи квартиры <адрес> с кадастровым номером 55:36:080101:5233, согласно которому «Сторона 1» продала, а «Сторона 2» купила указанное недвижимое имущество, состоящее из одной комнаты, общей площадью 33,5 кв.м, расположенную на шестом этаже десятиэтажного жилого дома (л.д.47-49).

Согласно п.3 Договора купли-продажи от 05.05.2016 цена приобретаемого Стороной 2 недвижимого имущества составляет 1 250 000 рублей 00 копеек.

Указан порядок расчета:

- сумму в размере 71 180 рублей 00 копеек Сторона 2 обязуется оплатить Стороне 1 за счет собственных средств в срок до 31.05.2016;

- сумму в размере 1 178 820 рублей 00 копеек Сторона 2 обязуется оплатить Стороне 1 в срок до 31.05.2016 за счет средств федерального бюджета, предоставленных согласно Свидетельству о предоставлении гражданину единовременной денежной выплаты на строительство или приобретение жилого помещения № выданному ДД.ММ.ГГГГ Министерством строительства и жилищно-коммунального комплекса Омской области в соответствии с постановлением Правительства Омской области от 26.07.20006 №99-п «Об утверждении Порядка предоставления мер социальной поддержки по обеспечению жилыми помещениями ветеранов, инвалидов и семей, имеющих детей-инвалидов», путем перечисления денежных средств с лицевого счета Министерства строительства и жилищно-коммунального комплекса Омской области, открытого в Управлении Федерального казначейства по Омской области, на счет Стороны 1 на указанные реквизиты (л.д.47).

До окончательного расчета по настоящему Договору недвижимое имущество будет находиться в залоге у «Стороны 1» (л.д.48).

В соответствии с п. 12 Договора купли-продажи от 05.05.2016 право собственности на недвижимое имущество возникает у «Стороны 2» после окончательного расчета по настоящему Договору с момента внесения записи о государственной регистрации права собственности в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним компетентными органами по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним (л.д.48).

05.05.2016 между ФИО13 (Продавцом, «Стороной 1») и ФИО3 в лице ФИО14, (Покупатель, «Сторона 2»), действующей на основании доверенности, подписан Акт приема-передачи квартиры <адрес> (л.д.50).

05.05.2016 ФИО3 в лице ФИО2, действующей на основании доверенности, обратился в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области с заявлением о регистрации права собственности на квартиру <адрес> (л.д.53-54).

05.05.2016 ФИО3 в лице ФИО2, действующей на основании доверенности, обратился в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области с заявлением о регистрации ограничения (обременения) права Ипотеки в силу закона на выше указанное недвижимое имущество (л.д.55-56).

Договор купли-продажи от 05.05.2016 зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области 12.05.2016 (л.д. 49).

Право собственности ФИО3 в установленном законом порядке зарегистрировано 12.05.2016, что подтверждается Свидетельством о государственной регистрации права (л.д.85). Зарегистрировано обременение: ипотека в силу закона.

27.05.2016 ФИО3 выдано повторное Свидетельство о государственной регистрации права, взамен Свидетельства от 12.05.2016. Обременений не зарегистрировано (л.д.86).

В соответствии со ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ч.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с ч.1 ст. 574 ГК РФ передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Согласно ч.3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В силу п.3 ст. 35 СК РФ для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Согласно ч. 2 ст. 233 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

31.05.2016 между ФИО3 (Даритель, «Сторона 1») и ФИО2 (Одаряемый, «Сторона 2») заключен договор дарения квартиры <адрес>, в соответствии с которым «Сторона 1» подарил, а «Сторона 2» приняла в дар квартиру № по выше обозначенному адресу с кадастровым номером №, состоящую из одной жилой комнаты, общей площадью 33,5 кв.м, расположенную на шестом этаже десятиэтажного жилого дома (л.д. 39-40)

В соответствии с п. 6 Договора дарения от 31.05.2016 право собственности на недвижимое имущество возникает у «Стороны 2» с момента внесения записи о государственной регистрации права собственности в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним компетентными органами по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним (л.д.39).

Согласно п. 9 договора дарения, Стороны договора подтверждают, что им понятны все условия настоящего договора, они осознают его суть и у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие заключить его на крайне невыгодных для себя условиях. Договор не заключается под влиянием стечения тяжелых для сторон обстоятельств и не является для них кабальной сделкой (л.д.40).

Согласие ФИО4 на заключение между ФИО3 и ФИО2 договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес> удостоверено нотариально. Указано, что ввиду слабого зрения она не может расписаться сама, за нее, по ее просьбе, после прочтения текста согласия нотариусом расписался ФИО15 (л.д. 41, 89).

01.06.2016 ФИО3 обратился в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области с заявлением о переходе права собственности на ФИО2 в отношении квартиры №, расположенной по адресу: <адрес> (л.д.44-45).

01.06.2016 ФИО2 обратилась в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области с заявлением о регистрации права собственности на квартиру <адрес> (л.д.42-43).

Договор дарения зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области 14.06.2016 (л.д. 40).

Право собственности ФИО2 в установленном законом порядке зарегистрировано 14.06.2016, что подтверждается Свидетельством о государственной регистрации права (л.д. 90).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умер (л.д. 76, 77).

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Оспаривая договор дарения, истец ссылается на положения ст. 177 ГК РФ177 ГК РФ, указывает на неспособность ФИО3 понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения договора дарения в силу имеющегося у него заболевания, а также в силу преклонного возраста.

Согласно ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из приведенной правовой нормы следует, что юридически значимыми обстоятельствами признания сделки недействительной при указанных истцом обстоятельствах являются наличие или отсутствие психического заболевания у ФИО3 в момент заключения договора дарения, степень его тяжести, прием сильнодействующих лекарств, влияющих на интеллектуальный и волевой уровень лица, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Решение вопроса о том, какими заболеваниями страдал ФИО3 на момент совершения договора дарения, мог ли по своему состоянию здоровья и возрасту на момент подписания договора в полной мере понимать свои действия и руководить ими требует специальных познаний в области медицины, психиатрии, психологии, геронтологии. Данные обстоятельства устанавливаются пояснениями специалиста либо заключением эксперта, оформленным в соответствии со ст. 79 ГПК РФ.

Истец не представил в соответствии со ст. 56 ГПК РФ объективных доказательств того, что ФИО3 по своему состоянию здоровья и возрасту на момент подписания договора дарения не мог в полной мере понимать свои действия и руководить ими. Ходатайств о назначении судебной экспертизы в суд не поступало.

Представленные в суд медицинские документы (медицинская карта амбулаторного больного № представленная БУЗОО «Клинический онкологический диспансер», медицинская карта стационарного больного № ФИО3, поступившая из БУЗОО «Областная клиническая больница», выписки из указанных медицинских карт, протокол исследования ФИО3 и протокол приема врача МЦСМ «Евромед», карты вызова скорой медицинской помощи) (л.д. 72,73,74,75, 108-109, 110-112) свидетельствуют о том, что заболевания выявлены у ФИО3 спустя длительный промежуток времени после заключения им договора дарения и не свидетельствуют о наличии на момент заключения договора дарения у ФИО3 заболевания, вследствие которого он не мог отдавать отчета своим действиям или руководить ими, а также не ставят под сомнение сделкоспособность ФИО3, который незадолго до заключения договора дарения, совершил у нотариуса 22.04.2016 сделку по наделению ФИО2 полномочиями на совершение действий, связанных с получением мер социальной поддержки по обеспечению жильем, по приобретению на его имя за цену и на условиях по своему усмотрению жилого помещения (л.д. 52). При этом, ФИО3 расписывался лично, читал текст доверенности, подтверждал, что текст, содержание последствия действий по оформлению доверенности ему понятен. Нотариус устанавливал личность и проверял дееспособность ФИО3, о чём имеется соответствующая запись в доверенности.

Из пояснений ответчика, которые подтверждены третьим лицом ФИО4, ФИО3 находился в здравом уме до последних дней, на память не жаловался, по этому поводу за медицинской помощью не обращался. В период совершения сделки сам ездил за рулём автомобиля.

Из медицинской карты амбулаторного больного № ФИО3, выданной БУЗОО «Клинический онкологический диспансер», следует, что 28.05.2018 ФИО3 поставлен диагноз а. Специальные методы лечения (оперативное, лучевая и химиотерапия) не показаны. Рекомендовано симптоматическое лечение в медицинской организации по месту прикрепления. Оформление на МСЭ в МО по месту прикрепления. Назначены наркотические анальгетики (л.д.74). Указанный факт подтверждается также выпиской из медицинской карты амбулаторного больного № (л.д. 74).

06.06.2018 в амбулаторной карте № зафиксирован факт обращения ФИО3 за медикаментами (л.д. 75).

11.06.2018 и 12.06.2018 ФИО3 были вызваны бригады скорой медицинской помощи, 13.06.2018 он был госпитализирован в БУЗОО «Областная клиническая больница» (л.д. 108-109, 110-111).

Из медицинской карты № стационарного больного ФИО3 следует, что 13.06.2018 ФИО3 поступил в БУЗОО «Областная клиническая больница», ДД.ММ.ГГГГ он умер.

Таким образом, медицинскими документами подтверждается факт обращения ФИО3 в БУЗОО «Клинический онкологический диспансер» и факт постановки ему онкодиагноза спустя два года после заключения оспариваемой сделки 28.05.2018.

Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что истец ФИО1 не представил суду достаточных, допустимых и бесспорных доказательств того, что на момент совершения договора дарения его отец ФИО3 не мог в полной мере понимать свои действия и руководить ими.

Истец, оспаривая договор дарения, заключенный между ФИО3 и ФИО2, ссылается на положения ст. 178 ГК РФ.

Пункт 1 статьи 178 ГК РФ устанавливает, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

По смыслу приведенной статьи, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В судебном заседании установлено, что договор дарения квартиры <адрес> заключен между Сторонами: ФИО3 (Даритель) и ФИО2 (Одаряемая).

Переход права собственности на спорную квартиру от ФИО3 к ФИО2 зарегистрирован в установленном законом порядке путем личного обращения Сторон в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области, что подтверждается соответствующими заявлениями (л.д.42-43, 44-45). ФИО2 получила свидетельство о государственной регистрации права на спорную квартиру (л.д.90).

Доказательств, подтверждающих факт заблуждения ФИО3 относительно договора дарения, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ со стороны истца суду не представлено.

ФИО1 стороной указанной сделки не является.

Со слов третьего лица ФИО4 её супруг хотел подарить квартиру дочери ФИО2, и подарил её. В судебном заседании установлено, что ФИО4 давала своё согласие в присутствии нотариуса с целью того, чтобы договор дарения состоялся, что также косвенно подтверждает намерение ФИО3 на дарение квартиры.

Истец в своём иске ссылается на ст. 179 ГК РФ.

В соответствии с правилами ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В силу п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании п.п. 1, 2 ст. 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Из приведенных норм права следует, что при совершении сделки под влиянием обмана формирование воли стороны сделки (потерпевшего) происходит не свободно, а вынуждено, под влиянием недобросовестных действий другой стороны сделки, заключающейся в умышленном создании у потерпевшего ложного (искаженного) представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

В судебном заседании сторона истца не представила в соответствии со ст. 56 ГПК РФ доказательств, подтверждающих наличие обмана ФИО3 со стороны ответчика либо третьего лица.

Как уже указывалось, ФИО1 стороной оспариваемой им сделки не является.

Кроме того, в обоснование заявленных требований истец ссылается на мнимость совершенной сделки, поскольку договор дарения, заключенный между ФИО3 и ФИО2, совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. Как указано в исковом заявлении, ответчик ФИО2 не пыталась вселяться в квартиру, на регистрационный учет не встала, коммунальные услуги не оплачивает.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ является ничтожной мнимая сделка - сделка совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Для определения мнимой сделки в соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ значение имеют правовые последствия, создаваемые сделкой, поскольку данные последствия должны наступить как в фактическом, так и юридическом смысле, а также намерения сторон при совершении сделки достигнуть правовых последствий, типичных для избранного вида сделки.

Применяя в системном единстве положения ст.ст. 572-576 ГК РФ, суд исходит из того, что правовой целью вступления дарителя в правоотношения по дарению является безвозмездная передача дарителем принадлежащего ему имущества одаряемому. В свою очередь одаряемый, заинтересован в безвозмездном принятии имущества от дарителя (правовая цель). Исходя из юридической природы сделки дарения, суд отмечает, что даритель должен осознавать прекращение своего вещного права на объект отчуждения. В свою очередь, одаряемый должен совершить действия по фактическому принятию предмета дарения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

Норма, изложенная в п.1 ст. 170 ГК РФ, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, свидетельствующие о порочности воли обеих сторон сделки.

Для признания договора мнимой сделкой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Следовательно, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида, а так же исполнять соответствующую сделку.

В судебном заседании установлено, что оспариваемый договор дарения заключен в письменной форме, соответствует требованиям ст. ст. 572, 574 ГК РФ и всем требованиям, предъявляемым к форме и содержанию договора, подписан сторонами. При этом, даритель ФИО3 присутствовал на сделке лично, подписал договор дарения, лично обратился в регистрирующий орган – Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Омской области, с заявлением о регистрации перехода права собственности (л.д. 44-45). Переход права собственности в установленном порядке зарегистрирован регистрирующим органом (л.д. 90).

Кроме того, из текста договора дарения следует, что стороны договора подтверждают, что им понятны все условия настоящего договора, они осознают его суть и у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие заключить его на крайне невыгодных для себя условиях. Договор не заключается под влиянием стечения тяжелых для сторон обстоятельств и не является для них кабальной сделкой (п. 9) (л.д.40).

Доказательств несоответствия воли собственника на момент заключения договора дарения суду не представлено.

Напротив, третье лицо ФИО4 в судебном заседании подтвердила намерение супруга ФИО3 подарить квартиру дочери ФИО2

Таким образом, в судебном заседании установлено, что при исполнении договора дарения стороны договора достигли правового результата, характерного для данной сделки, а именно: ФИО3 по своей собственной воле с согласия супруги передал в дар дочери ФИО2 объект недвижимости – квартиру <адрес>, собственником которого являлся.

Сопоставив условия договора дарения от 31.05.2016 с требованиями закона, учитывая характер и последовательность действий сторон договора дарения, суд приходит к выводу о действительности сделки от 31.05.2016 и отсутствии правовых оснований для признания договора дарения от 31.05.2016 мнимым по доводам истца.

При изложенных обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца.

Представителем ответчика в судебном заседании было заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

П. 2 ст. 181 ГК РФ сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела

П. 1 ст. 200 ГК РФ установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с ч.2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п. 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса российской Федерации» в силу п. 2 ст. 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из материалов дела следует, что оспариваемый истцом договор дарения был заключен 31.05.2016, в суд с настоящим иском ФИО1 обратился 22.08.2018.

В соответствии с требованиями закона срок исковой давности о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий её недействительности составляет один год.

Заявляя о применении последствий пропуска срока исковой давности представитель ответчика ФИО8 указывал на то, что истец знал об оспариваемой сделке, заключенной между ФИО3 и ФИО2, еще до ее заключения, в связи с чем срок для обращения в суд с данным иском им пропущен.

Между тем, из текста искового заявления следует, что ФИО1 узнал о заключенном 31.05.2016 между ФИО3 и ФИО2 договоре дарения после смерти отца, при обращении к нотариусу по вопросу оформления наследства. В подтверждение данного факта он приложил к исковому заявлению выписку из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 13.07.2018 (л.д.9-10).

Ответчик настаивала на том, что истец знал о дарении на момент совершения сделки. Однако, доказательств в обоснование своих доводов в этой части ФИО2 не представила. Из её пояснений следует, что о намерении дарить квартиру отец говорил на своём юбилее, на котором не было истца. Из пояснений третьего лица ФИО4 достоверно не следует, что ФИО3 либо кто-то иной сообщал о состоявшейся сделке непосредственно ФИО1 Она поясняла суду обобщенно, что все дети знали о дарении квартиры.

Таким образом, объективных доказательств того, что ФИО1 знал о сделке дарения до ее заключения или сразу после договора дарения суду не представлено.

ФИО1 не является стороной договора дарения от 31.05.2016, и для него течение срока исковой давности начинается со дня, когда он узнал, или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Соответственно, началом течения срока для обращения в суд является дата 13.07.2018 - дата получения им выписки из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что истцом ФИО1 годичный срок исковой давности на момент подачи иска в суд 22.08.2018 не пропущен.

Между тем, как указано ранее, судом не установлено оснований для признания сделки – договора дарения, недействительной, что влечёт вывод суда об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд

р е ш и л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд посредством подачи апелляционной жалобы в Центральный районный суд города Омска в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.А. Вагнер