Решение № 2-2528/2025 2-2528/2025~М-311/2025 М-311/2025 от 5 ноября 2025 г. по делу № 2-2528/2025

Дело № 2-2528/2025


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 октября 2025 года <адрес>, г. Химки

Химкинский городской суд <адрес> в составе

председательствующего судьи Панферовой Д.А.,

при помощнике судьи ФИО3,

с участием помощника прокурора ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ГБУЗ <адрес> "Дубненская больница" о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью сотрудниками медицинского учреждения,

установил:

Истец ФИО2 обратился в суд с иском к ответчику к ГБУЗ <адрес> "Дубненская больница", в котором просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 руб., ссылаясь на то, что в период с 13.10.2022 по <дата> истец проходила стационарное лечение в акушерско-гинекологическом отделении ГБУЗ МО «<адрес> больница» (после переименования ГБУЗ МО «Дубненская больница»). В период лечения, по вине медицинского персонала истец получила ожоги нижних конечностей, то есть ей был причинен вред здоровью, подлежащий компенсации морального вреда.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена ненадлежащим образом. Ходатайство представителя истца об отложении судебного заседания оставлено без удовлетворения, поскольку причины невозможности явки самого истца не изложены.

Представитель ответчика ГБУЗ МО «Дубненская больница» в судебное заседание не явился, извещен, ранее представил письменный отзыв на иск, в котором против удовлетворения иска возражал.

Третьи лица Министерство здравоохранения МО, ЗАО «МАКС-М» в судебное заседание представителей не направили, извещены надлежащим образом.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом.

Помощник прокурора ФИО5 в судебное заседание явилась, дала заключение, в котором полагала иск подлежащим удовлетворению с взысканием компенсации морального вреда в разумных размерах.

Выслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с положениями ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из материалов дела установлено, что истец ФИО2 в период с 13.10.2022 по <дата> проходила стационарное лечение в акушерско-гинекологическом отделении ГБУЗ МО «<адрес> больница» с диагнозом «множественная субсерозно-интрамуральная миома матки в сочетании с аденомиозом» и сопутствующим диагнозом «термический ожог голеней обоих стоп 1-2 степени 2 %».

<дата> ГБУЗ МО «<адрес> больница» была переименована в ГБУЗ МО «Дубненская больница».

Медицинская помощь оказывалась истцу в рамках ОМС, на основании полиса ОМС, выданного ЗАО «МАКС-М».

Истец указывает, что термические ожоги голеней обоих стоп получила из-за действий медицинского персонала, а именно после операции, санитарка приложила к ее стопам бутылку с горячей водой после того, как закичилось действие анестезии истец ощутила жжение и боль в области стоп, и в результате возник ожог обоих стоп, то есть ей был причинен вред здоровью.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству сторон судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено ГБУЗ МО «Бюро СМЭ».

Согласно заключению комиссии экспертов № 195/25 от 30.09.2025г., комиссия пришла к следующим выводам.

Из материалов дела и медицинских документов, с учётом результатов обследования в ходе производства настоящей экспертизы следует, что <дата> в ГБУЗ МО «Талдомская ЦРБ» (Далее Талдомская ЦРБ) в раннем периоде после операции (лапаротомия по Пфанненштилю, консервативная миомэктомия) ФИО2 были причинены ожоги передних поверхностей голеней в нижней трети и подошвенных поверхностей стоп в пределах подушечек пальцев, которые образовались в результате местного воздействия источника высокой температуры. Согласно данным из медицинской карты Талдомской ЦРБ после операции <дата> ФИО2 была осмотрена анестезиологом в 16:00. При осмотре пациентка жаловалась на «незначительную болезненность в области послеоперационной раны». При повторных осмотрах в 18:10 и 18:21 ФИО2 жаловалась на «жжение в области стоп, нижних третей голеней, волдыри в этих областях, появившиеся от «грелок», поставленных санитаркой». Точные параметры источника высокой температуры по имеющимся данным установить не представляется возможным. Из специальной литературы известно, что контактные термические ожоги могут возникнуть при соприкосновении с предметом температурой выше 42-50°С. При этом выраженность и глубина поражения тканей ожогом зависят от температуры самого контактного предмета и продолжительности воздействия. К факторам, способствующим продолжительному контакту с источником повышенной температуры, и, соответственно, более глубокому поражению кожи, относится снижение физиологической чувствительности кожных поверхностей, в том числе под влиянием местной или общей анестезии, или ряда заболеваний (полинейропатии различного генеза).

Таким образом, анализ записей в медицинской карте позволяет прийти к мнению о том, что термические ожоги у ФИО2 образовались <дата> в период времени между 16:00 и 18:10 в результате не назначенного врачами применения импровизированной грелки из пластиковой бутылки, наполненной горячей водой. Образованию ожогов способствовало неполное восстановление чувствительности нижних конечностей в указанный период времени после оперативного вмешательства выполнявшегося под общим обезболиванием.

После выписки из Талдомской ЦРБ, исходя из имеющихся данных, ФИО2 находилась дома и хирурга поликлиники не посещала, однократно, <дата> была осмотрена на дому хирургом ООО «Премиум-клиник-2», который диагностировал у неё «Термические ожоги обеих голеней и стоп 3 ст.», рекомендовал перевязки с мазью «Левомеколь» и удаление некрозов в плановом порядке. Ввиду отсутствия описания жалоб пациентки, общего и местного статуса в имеющейся в деле копии консультации хирурга от <дата>, экспертный анализ состояния ФИО2 на эту дату невозможен.

С <дата> (через 19 дней после выписки из Талдомской ЦРБ) ФИО2 самостоятельно обратилась в ГБУЗ г. Москвы «Научно-исследовательского института скорой помощи им. H.B. Склифосовского» ДЗМ (Далее НИИ СП им. Н.В. Склифосовского) по поводу ожогов голеней и стоп, где в дальнейшем ей проводились оперативные вмешательства и курсы медикаментозного лечения в условиях стационара.

Между термическими ожогами, причинёнными ФИО2 <дата> В Талдомской ЦРБ, необходимостью длительного лечения (оперативного и медикаментозного) в НИИ СП им. Н.В. Склифосовского и наступившими последствиями в виде рубцов на месте заживших ожоговых поверхностей имеется прямая причинно-следственная связь.

Клинико-морфологическая классификация термических ожогов включает І степень поражение верхнего слоя ороговевшего проявляется покраснением кожи, небольшим отёком и болью; через 2-4 дня происходит выздоровление; погибший эпителий слущивается, следов поражения не остаётся;

II степень - повреждение эпителия до росткового слоя; формируются небольшие пузыри с серозным содержимым, которые полностью заживают за счёт регенерации из сохранившегося росткового слоя за 1—2 недели;

III степень - поражение всех слоёв кожи; при II степени частично поражается дерма, дном раны служит неповреждённая часть дермы с оставшимися эпителиальными элементами (сальными, потовыми железами, волосяными фолликулами); сразу после ожога выглядит как чёрный или коричневый струп; могут формироваться пузыри большого размера, склонные к слиянию, с серозно-геморрагическим содержимым; чувствительность снижена; возможно самостоятельное восстановление поверхности кожи, если ожог не осложнится инфекцией и не произойдёт вторичного углубления раны; при ІБ степени отмечается тотальная гибель кожи подкожно-жировой клетчатки; самостоятельное заживление невозможно, возникает необходимость в проведении различных видов кожной пластики;

IV степень - гибель подлежащих тканей, обугливание мышц, костей, подкожно-жировой клетчатки.

Площадь ожоговой поверхности рассчитывается с помощью «правила ладони», где площадь ладони человека (170-200 см?) принимается за 1% от всей поверхности тела.

При осмотре хирургом Талдомской ЦРБ <дата> у ФИО2 отмечались «жалобы на жжение, боли в области обеих стоп, нижних третей обоих голеней... имеются ожоги... нижних третей обоих поверхностей обоих стоп, местами пузыри», площадь ожоговой поверхности определена как соответствующая 2% поверхности тела. При госпитализации в НИИ СП им. Склифосовского <дата> у пациентки зафиксированы «ожоговые раны в области голеней (нижняя треть), стоп (подошвенная поверхность).. . в виде участков плотного сформированного сухого некротического струпа чёрного цвета.

Отмечается умеренный отёк правой голени и стопы», площадь ожоговой поверхности была оценена уже в 1 % поверхности тела. Площадь рубцовых поверхностей, отмеченных при обследовании ФИО2 в ходе производства настоящей экспертизы, составила до 0,5% поверхности тела.

Данное расхождение объясняется естественной динамикой ожоговой травмы: в раннем посттравматическом периоде у ФИО2 имелись ожоги I-II и III степени.

Ожоги I-II ст., проявлявшиеся в виде поверхностного поражения кожи (гиперемия и тонкостенные небольшие пузыри), к <дата> регрессировали бесследно, в то время как глубокие ожоги III ст. покрылись струпами, и заживали с формированием стойких рубцов. которые и были зафиксированы в отдаленном периоде при проведении комиссионной экспертизы.

Термические ожоги I-II-III степени, занимающие 2% площади поверхности тела, при отсутствии признаков общего воздействия источника высокой температуры и ожоговой болезни не были опасны для жизни пострадавшей, обусловили временное расстройство здоровья продолжительностью свыше трёх недель от момента причинения травмы (более 21 дня) и квалифицируются как причинившие вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья [п. 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложение к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от <дата> N? 194н, действовавшему на момент экспертизы); п. 5.2.1 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от <дата> N? 172н, действующим на момент окончания экспертизы.

Рубцы, образовавшиеся в исходе ожоговых ран на голенях и стопах ФИО2, площадью до 0.5 % поверхности обусловили 5% стойкой утраты общей трудоспособности здоровья [п. 62а Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин (приложение к Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённым приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от <дата> N? 194н, действовавшим на назначения экспертизы); п. п. 676 Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин (приложение к Порядку определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от <дата> N? 172н, действующим на момент окончания экспертизы).

После операции миомэктомии 14,10.2022 и перевода в палату, ФИО2 была осмотрена анестезиологом в 16:00. В протоколе осмотра указано: «двигательная активность и чувствительность в нижних конечностях восстановлена полностью», что не могло соответствовать действительности, поскольку при сохранённой чувствительности сколь-нибудь продолжительный контакт с источником высокой температуры не был бы возможен. Физиологически сохранная болевая чувствительность исключает возможность продолжительного контакта с источником высокой температуры, т.к. это вызывает немедленную защитную двигательную реакцию (пациентка просто убрала бы от него ноги).

Следовательно, формирование ожога возможно лишь при условии отсутствия данного рефлекса, что указывает на нарушение функции конечности на момент происшествия.

Судя по записи в медицинской карте Талдомской ЦРБ «грелку» к ногам ФИО2 приложила санитарка по собственной инициативе, т.е. с лечащим врачом это действие согласовано не было. Факт участия в лечебном процессе по личной инициативе работника младшего медицинского персонала является грубым дефектом лечения и организации оказания медицинской помощи в клинике в целом. После диагностирования термических ожогов голеней и стоп ФИО2, как следует из медицинской карты, проводились перевязки с мазью «Левомеколь» и антисептиком хлоргексидином, что не противоречило Клиническим рекомендациям «Ожоги термические и химические. Ожоги солнечные Ожоги дыхательных путей» (2021). Однако с учётом наличия термических ожогов III степени, независимо от площади и локализации, ФИО2 подлежала переводу в ожоговое отделение/центр медицинской организации для оказания специализированной медицинской помощи по профилю «Хирургия (комбустиология)», чего сделано не было.

В протоколе осмотра от <дата> указано, что «ожоговые раны без признаков воспаления, с признаками эпителизации». Было рекомендовано наблюдение хирурга при амбулаторном лечении по месту жительства, перевязки у хирурга 1 раз в 2-3 дня, однако в выписном эпикризе данные рекомендации не отражены.

Таким образом, при анализе оказания медицинской помощи ФИО2 в Талдомской ЦРБ после проведенной <дата> хирургической операции установлены дефекты (недостатки):

- диагностики: преждевременно констатировано полное восстановление чувствительности в нижних конечностях после общей анестезии при осмотре <дата> в 16:00;

- организации медицинской помощи: участие в оказании медицинской помощи ФИО2 принимал неуполномоченный медицинский работник младшего звена медицинского персонала клиники;

- лечения: в условиях неполного восстановления чувствительности в нижних конечностях была применена нерегламентированная клиническими рекомендациями самодельная «грелка» с риском неконтролируемого термического воздействия, реализовавшимся в причинении пострадавшей глубокого ожогового поражения голеней и стоп; после диагностирования <дата> в 18:21 ожогов голеней и стоп III ст. в нарушение Порядка оказания медицинской помощи по профилю «Хирургия (комбустиология)», п. 11. (утверждён приказом Министерства здравоохранения РФ от <дата> N? 559н) не был осуществлён показанный перевод пациентки в ожоговый центр для оказания специализированной медицинской помощи;

- медицинской документации: рекомендации о необходимости продолжить перевязки с мазью «Левомеколь», наблюдаться у хирурга поликлиники по месту жительства с частотой 1 раз в 2-3 дня не отражены в выписном эпикризе.

Объективных причин допущения перечисленных дефектов экспертная комиссия не установила.

Заключение комиссии экспертов суд принимает в качестве достоверного доказательства, поскольку заключение в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, эксперты перед проведением экспертизы предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, выводы экспертов мотивированы и обоснованы, указанное экспертное заключение выполнено экспертами, имеющими соответствующие образование, специальность и стаж работы, необходимые для производства данного вида работ. Заключение содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате него выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Как разъяснено в п. п. 1, 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", в редакции изменений и дополнений, суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу ч. 2 ст. 98 Федерального закона от <дата> г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что действиями ответчика нарушены личные неимущественные права истца, суд взыскивает с него в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

При определении размера компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб., суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых истцу причинен вред ( при оказании медицинской помощи, сотрудниками медицинской организации), его тяжесть (ожоги II-III степени) и последствия (необходимость в пластической операции), а также требования разумности и справедливости.

На основании ст. 103 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика в доход бюджета г. Москвы государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковое заявление ФИО2 к ГБУЗ <адрес> "Дубненская больница" о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью сотрудниками медицинского учреждения – удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ <адрес> "Дубненская больница" в пользу ФИО2 1 000 000,00 рублей в качестве компенсации морального вреда

Взыскать с ГБУЗ <адрес> "Дубненская больница" в пользу местного бюджета судебные расходы по государственной пошлине, от уплаты которой при подаче иска был освобожден истец 3 000,00 рублей.

Исковое заявление в части превышающей удовлетворённые требования о взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Московской областной суд через Химкинский городской суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение суда принято <дата> г.

УИД 50RS0<№ обезличен>-64

Судья

Панферова Д.А.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>