Решение № 2-137/2026 2-137/2026(2-2940/2025;)~М-2566/2025 2-2940/2025 М-2566/2025 от 19 февраля 2026 г. по делу № 2-137/2026

Дело № 2-137/2026

55RS0026-01-2025-003599-79


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Омский районный суд Омской области в составе председательствующего судьи Знаменщикова В.В., при секретаре судебного заседания Дауберт Н.А., помощнике судьи Тихонове Д.С., рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Омске 06 февраля 2026 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с требованиями к ФИО3, ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, в обоснование заявленных требований указав, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (продавец) и ФИО23 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил земельный участок площадью 8987 кв.м., с кадастровым номером №, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир здание администрации Калининского сельского поселения. Участок находится примерно в 9810 метрах, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: <адрес>А; нежилое помещение - котельная, инвентарный №, условный №, площадью 345,1 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №. Цена приобретаемых объектов недвижимости составляет: земельного участка - 130 000 рублей, котельная - 110 000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО23 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи, согласно условиям которого продавец продал, а покупатель купил названные объекты недвижимости. Цена приобретаемых объектов недвижимости составляет: земельного участка - 130 000 рублей, котельная - 170 000 рублей,. Право собственности на названные объекты было зарегистрирован за ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ. Решением Омского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № признан недействительными договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО23, договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО23 и ФИО6 Суд возвратил в собственность ФИО3 указанные объекты недвижимости и разделил данное имущество между бывшими супругами, признав за ФИО2, и ФИО3 право собственности на 1/2 доли за каждым в праве общей долевой собственности на спорное имущество. При этом суд руководствовался, что ФИО23 и ФИО6 не могли не знать, что указанное имущество было приобретено в период брака, а потому не могло быть отчуждено без согласия супруги ФИО3. Между тем, на момент заключения договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО23 (продавец) и ФИО6 (покупатель) стоимость спорного имущества составляла - земельного участка - 130 000 рублей, котельная - 170 000 рублей. После заключения указанного договора были произведены неотделимые улучшения на территории, расположенной по адресу: <адрес>А, стоимость которых составила 9 912 572 руб., что подтверждается заключением специалиста ООО «Центр экспертизы и оценки «Альетрнатива» от ДД.ММ.ГГГГ №. Таким образом, бывшие супруги ФИО3 и ФИО2, возвратив в свою собственность объекты недвижимости, стоимость которых увеличилась на 9 912 572 руб., получили неосновательное обогащение на указанную сумму.

На основании изложенного и уточненного искового заявления, просит взыскать с ФИО7, ФИО3 в свою пользу неосновательное обогащение в размере 4 956 286 рублей с каждого, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 43 347 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 участие не принимал, его представитель ФИО22 заявленные исковые требования поддерживал, просил их удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании участия не принимала, уведомлена надлежащим образом. Ее представитель ФИО8 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании участия не принимал, уведомлен надлежащим образом, его представитель ФИО9 в судебном заседании не возражал против удовлетворения заявленных требований.

Третьи лица ФИО23, ФИО24, ФИО27 в судебном заседании участия не принимали, уведомлены надлежащим образом.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего кодекса.

По смыслу и значению статьи 1102 ГК Российской Федерации обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца, и указать причину, по которой в отсутствие правовых оснований произошло приобретение ответчиком имущества за счет истца или сбережение им своего имущества за счет истца. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК Российской Федерации.

Бремя доказывания указанных обстоятельств в силу статьи 56 ГПК Российской Федерации возложено на истца. При этом, для того чтобы констатировать неосновательное обогащение, необходимо отсутствие у лица оснований, дающих право на получение имущества. Такими основаниями могут быть договоры, сделки и иные предусмотренные статьей 8 ГК Российской Федерации основания возникновения прав и обязанностей.

Из правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 декабря 2014 года, следует, что в целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

Целью обязательств из неосновательного обогащения является восстановление имущественной сферы потерпевшего путем возврата неосновательно полученного или сбереженного за счет него другим лицом (приобретателем) имущества.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных данным Кодексом.

Согласно решению Омского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № года по иску ФИО3 к ФИО2 (ФИО3) М.В., ФИО10 о разделе совместно нажитого имущества, признании недействительным договора купли-продажи, применении последствий недействительности сделки, сохранении жилого дома в реконструированном виде, встречному исковому заявлению ФИО2 (ФИО3) М.В. к ФИО3, ФИО23, ФИО6, ФИО11 о разделе совместно нажитого имущества, признании сделок по купле-продаже имущества недействительными, применении последствий недействительности сделок помимо прочего постановлено о признании недействительными договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО23, договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО23 и ФИО6 в отношении следующих объектов недвижимости: земельный участок площадью 8 987 кв. м., с кадастровым номером № местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир - здание Администрации Калининского сельского поселения. Участок находится примерно в 9 810 метрах по направлению северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: <адрес>А; нежилое здание - котельная, площадью 345, 1 кв. м, расположенное по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №

Решением суда применены последствия недействительности названных сделок.

Погашена в ЕГРН запись о регистрации права собственности ФИО6 на указанные объекты недвижимости.

Названное имущество признано совместно нажитым имуществом супругов ФИО3 и ФИО2 и разделено между ними в равных долях.

После апелляционного и кассационного обжалования решение Омского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.

Как установлено в ходе рассмотрения вышеназванного дела, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО12 (Продавец) и ФИО3 (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, согласно условиям которого по настоящему договору продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок площадью 8987 кв.м., с кадастровым номером №, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир здание администрации Калиниского сельского поселения. Участок находится примерно в 9810 метрах, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: <адрес>А; нежилое помещение – котельная, инвентарный №, условный №, площадью 345,1 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, а покупатель обязуется выплатить продавцу обусловленную настоящим договором цену.

Согласно п. 3.1. договора общая стоимость недвижимого имущества определена по взаимному соглашению сторон и составляет 200 000 рублей.

На основании изложенного и с учетом приобретения данного имущества в период брака, суд пришел к выводу о том, что земельный участок с кадастровым номером № и нежилое помещение с кадастровым номером № являлись общим имуществом супругов.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО13 (продавец) и ФИО23 (покупатель) заключен договор купли-продажи, согласно условиям которого по настоящему договору продавец продал, а покупатель купил названные объекты недвижимого имущества: земельный участок, категория земель.

Согласно п. 3 договора цена приобретаемых объектов недвижимости составляет: земельного участка – 130 000 рублей, котельная – 110 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО23 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи, согласно условиям которого по настоящему договору продавец продал, а покупатель купил названные объекты недвижимого имущества.

Согласно п. 3 договора цена приобретаемых объектов недвижимости составляет: земельного участка – 130 000 рублей, котельная – 170 000 рублей, установлена соглашением сторон, является окончательной и изменению не подлежит.

В соответствии с выпиской из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ право собственности на земельный участок с кадастровым номером № местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир здание администрации Калиниского сельского поселения. Участок находится примерно в 9810 метрах, по направлению на северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: <адрес>А, было зарегистрировано за ФИО6, дата регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с выпиской из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ право собственности на нежилое здание (котельную) с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>, было зарегистрировано за ФИО6, дата регистрации права – ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование иска указано, что ФИО23 и ФИО1 произвели неотделимые улучшения на территории расположенной по адресу: <адрес>А.

Стоимость указанных улучшений составила 9 912 527 рублей, что подтверждается заключением специалиста ООО «Центр экспертизы и оценки «Альтернатива» от ДД.ММ.ГГГГ №.

В подтверждение осуществления улучшений со стороны истца в материалы дела представлены акт осмотра территории земельного участка и строений (сооружений) от ДД.ММ.ГГГГ, подписанный заместителем главы Калининского сельского поселения Омского муниципального района <адрес> ФИО14 и специалистом по градостроительной деятельности Администрации Калининского сельского поселения Омского муниципального района <адрес> ФИО4, договор на отсыпку участка от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и Свидетель №2, договор на отделочные работы (летняя беседка) от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и Свидетель №1, договор наружных электромонтажных работы от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и Свидетель №2, договор на отделочные работы (баня) от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и Свидетель №2

Кроме того в дело представлены договор на обшивку здания профлистом от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО23 и ФИО15, договор подряда на установку забора от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО23 и ФИО15, договоры подряда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ФИО16, где не указано место исполнения договоров.

Кроме того представлены товарные накладные и счета о приобретении строительных материалов в 2023 и 2024 годах.

Истцом также приложены расписки ФИО23 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым он получил от ФИО6230 000 руб. в счет компенсации оплаты по договорам подряда от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ и сведения о его финансовом и имущественном положении, позволяющие нести указанную сумму трат.

Между тем в рамках рассмотрения гражданского дела 2-487/2024 было установлено, что оспариваемые сделки были совершены после фактического прекращения брачных отношений между супругами Д-ными и после регистрации записи о заключении брака.

ФИО3 не отрицал, что ФИО23 и ФИО6 являлись его партнерами по бизнесу.

ФИО2 в дело представлена переписка в мессенджере, из которой следует, что указанные лица состояли также в личных отношениях, знали семью ФИО3.

ФИО23 и ФИО6 не могли не знать, что указанное имущество было приобретено в период брака, а потому не могло быть отчуждено без согласия супруги ФИО3.

Суд отметил короткий промежуток между сделками с ФИО17 и ФИО18, их скорое совершение после даты фактического прекращения брачных отношений, сопоставимую незначительную стоимость отчуждения. При том, что цена земельного участка в данных сделках значительно ниже кадастровой стоимости.

Анализ условий договоров купли-продажи недвижимого имущества и фактических обстоятельств позволил усомниться в реальности намерений сторон при заключении сделок и указывает на вывод об отсутствии как у продавцов, так и у покупателей цели достижения заявленных результатов.

Представленные в материалы дела ФИО5 документы на осуществление подрядных работ, а также платежные документы, подтверждающих покупку строительных материалов, не содержат указание на оказание услуг и приобретение товаров в целях улучшения именно спорных объектов недвижимости.

Ответчики, оформив все вышеперечисленные документы правильно, фактически не стремились создать реальные правовые последствия в результате заключения данных сделок.

Имущество выбыло помимо воли ФИО2, а потому ссылки на добросовестность ФИО5, которая к тому же не доказана, значения не имеют.

Действия сторон по сделками был направлены на укрытие имущества, его вывод из состава совместного нажитого.

На основании вышеизложенного, суд удовлетворил требования о признании недействительными договора купли-продажи, заключенного между ФИО3 и ФИО23, а также договора купли-продажи, заключенного между ФИО23 и ФИО6 и отказал в удовлетворении требований ФИО6 о признании его добросовестными приобретателем спорного имущества.

При этом названный отчет оценщика представлялся также в дело о разделе совместно нажитого имущества.

Приходя к таким суждениям суд основывался на мнимости сделок злоупотреблении правами участниками правоотношений и отсутствии согласия супруга на отчуждение недвижимого имущества.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 названной статьи).

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при возвращении имущества в натуре должно учитываться его состояние.

Таким образом, улучшения имущества, повысившие его стоимость, по общему правилу должны возмещаться стороной, к которой имущество возвращается.

В Определении Конституционного Суда РФ от 21.04.2005 N 185-О указано, что положения пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации не препятствуют возмещению стоимости неотделимых улучшений имущества, возвращаемого в порядке двусторонней (взаимной) реституции.

Согласно ст. 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено данным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

По общему правилу п. 1 ст. 1104 ГК РФ, имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре.

Согласно п. 1 ст. 1105 ГК РФ, в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

В силу ст. 303 ГК РФ при истребовании имущества из чужого незаконного владения собственник вправе также потребовать от лица, которое знало или должно было знать, что его владение незаконно (недобросовестный владелец), возврата или возмещения всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь за все время владения; от добросовестного владельца возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества.

Владелец, как добросовестный, так и недобросовестный, в свою очередь вправе требовать от собственника возмещения произведенных им необходимых затрат на имущество с того времени, с которого собственнику причитаются доходы от имущества.

Добросовестный владелец вправе оставить за собой произведенные им улучшения, если они могут быть отделены без повреждения имущества. Если такое отделение улучшений невозможно, добросовестный владелец имеет право требовать возмещения произведенных на улучшение затрат, но не свыше размера увеличения стоимости имущества.

Таким образом, по смыслу абз. 2 ст. 303 ГК РФ под необходимыми затратами на имущество следует понимать затраты, понесенные для приведения имущества в состояние, пригодное для его использования по назначению, и затраты, понесенные в целях поддержания имущества в состоянии, пригодном для его использования по назначению. К необходимым затратам должны быть отнесены затраты по сохранению вещи и по поддержанию ее в нормальном состоянии. Это такие затраты, без которых вещь погибнет или претерпит существенное ухудшение или не может быть использована соответственно своему назначению.

Исключением из этого правила является положение о судьбе затрат на неотделимые улучшения имущества, возмещения которых в силу абз. 3 ст. 303 ГК РФ вправе требовать добросовестный владелец. Под улучшениями в контексте названной правовой нормы следует понимать такие затраты на имущество, которые с одной стороны носят обоснованный полезный характер, так как улучшают эксплуатационные свойства вещи, повышают ее качество, увеличивают стоимость и т.п.

Из содержания указанной нормы права следует, что владелец, независимо от добросовестности владения имуществом, вправе требовать от собственника имущества возмещения только тех затрат, осуществление которых было необходимо. Требовать возмещения произведенных на улучшение имущества затрат вправе только добросовестный владелец.

Действующая нормативно-техническая документация не предусматривает обязанности по проведению ремонтных работ, если помещение находится в надлежащем состоянии и не создает угрозы жизни и здоровью граждан, имуществу физических или юридических лиц.

Истец по данному делу добросовестным владельцем не является, заведомо совершал незаконную сделку, как и его предшественник ФИО23

По ранее рассмотренному делу установлено, что ФИО3, ФИО5 и ФИО28 знакомы друг с другом, вместе осуществляли предпринимательскую деятельность, а потому у суда имеются сомнения, что ФИО5, заведомо зная о незаконности сделок, осуществлял бы значительные вложения в приобретенное имущество.

Мнимость сделки означает, что имущество из владения первоначального собственника по факту не выбывало, а потому улучшения имущества могли производиться за счет и в интересах ФИО3

Истцом не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств того, что заявленные им затраты относятся к числу необходимых, без которых вещь погибнет или претерпит существенные ухудшения, равно как и не представлены доказательства невозможности использования объектов недвижимости без проведения ремонтных работ, в целях приведения имущества в соответствии с установленными санитарными и техническими правилами и нормами.

При этом не доказано, в какой период времени были произведены неотделимые улучшения и имели ли они место в действительности и в том объеме, который указан, за счет чьих средств были произведены.

Суд отмечает, что договоры подряда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ не содержат указания на объект, где должны производиться работы, составлены по одной форме, не содержат доказательств оплаты.

Другие договоры подряда также не содержат доказательств оплаты, составлены по схожей форме.

Показания допрошенных по делу свидетелей содержат указание на место выполнения работ и лицо – ФИО6, который производил расчет по договорам.

Вместе с тем расчет по договорам со стороны ФИО6 не означает передачу денежных средств принадлежащих именно названному лицу, учитывая общность интересов с ФИО28 и ФИО3.

Наличие у истца свободных денежных средств для улучшения спорного имущества не доказано, официальный доход этого не позволял.

Выписка по счету на имя ФИО6 в АО «Альфа-Банк» по № указывает, что счет использовался им, как для поступления денежных средств от предпринимательской деятельности, так и для расходов, осуществляемых в личных целях (оплата продуктов питания, услуг такси, АЗС и т.п.).

Согласно выписке по счету свободных денежных средств, которые можно было бы направить на строительство в 2023 году, у истца ФИО6 не имелось.

Ссылки представителя истца на поступлении денежных средств от деятельности ООО «МартАвто», которую возглавляет теща истца - ФИО19, бездоказательны.

Истцом в материалы дела представлена расписка, из которой следует, что ФИО20 получил взаймы от ФИО6 денежные средства в сумме 230 000 рублей на срок два месяца.

Представленная истцом расписка содержит две даты – ДД.ММ.ГГГГ (в начале текста) и ДД.ММ.ГГГГ (в конце текста).

Также истцом в материалы дела представлена расписка, из которой следует, что ФИО23 получил от ФИО6 200 000 рублей в качестве компенсации за материал для строительства забора, а деньги, полученные от ФИО6 по расписке от ДД.ММ.ГГГГ, не возвращает, так как они якобы засчитаны в счёт компенсации оплаты по договорам подряда, заключенным с ФИО15

Указанная расписка не содержит даты составления.

Кроме того, письменные объяснения ФИО23 о том, что он получил от ФИО6 в счет возмещения расходов на строительные работы на общую сумму 730 000 рублей подтверждения не находят.

Представленные чеки и счета на приобретение строительных материалов не свидетельствуют об их приобретении для целей использования на спорных объектах.

Все расчеты по договорам и оплата строительных материалов производились наличными денежными средствами, но кассовых чеков и иного подтверждения реальной оплаты не приложено.

Даже если предположить, что ФИО5 обладал необходимыми финансами, то не подтвердил их направление на улучшение спорных объектов в личных интересах.

Изложенное, а также согласие с иском представителя ФИО3 указывает на формальный характер иска с целью создания на стороне ФИО2 задолженности.

Суд отмечает, что в производстве Арбитражного суда <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ находится заявление ФИО3 о признании несостоятельной (банкротом) ФИО2 (дело № А46-11361/2025), где к участию в деле также привлечены ФИО23 и ФИО6

В настоящее время идет проверка обоснованности данного заявления, банкротом ответчик не признан.

Решение суда по настоящему делу направлено на увеличение задолженности у ответчика.

Также суд учитывает согласие с иском ФИО3, учитывая знакомство с ФИО6

Поданный иск направлен на опровержение установленного ранее судебным актом, новых доказательств не содержит, не подтверждает наличие на стороне ответчиков неосновательного обогащения, не подтвержден, заявлен для целей создания задолженности.

При изложенных обстоятельствах в удовлетворении иска надлежит отказать, в том числе и к ФИО3

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения отказать.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Омский районный суд <адрес> в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Судья В.В. Знаменщиков

Мотивированное решение суда изготовлено 20 февраля 2026 года.