Решение № 2-3733/2017 2-3733/2017~М-3615/2017 М-3615/2017 от 3 декабря 2017 г. по делу № 2-3733/2017

Дело № 2-3733/ 2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 04 декабря 2017 года

Свердловский районный суд г. Белгорода Белгородской области в составе председательствующего судьи Сороколетова В.Н.,

-при секретаре Коваленко А.Д.,

С участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ПАО «Сбербанк России» Белгородское отделение № 8592 , НАО «Первое коллекторское бюро» о признании договора уступки прав требования недействительным,

УСТАНОВИЛ:

решением Свердловского районного суда г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу на основании апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, с ФИО3 в пользу ОАО «Сбербанк России» (Белгородское отделение №8592) взыскан просроченный основной долг-... руб., просроченные проценты -... руб., неустойка за просроченные проценты в размере ... руб. и за просроченный основной долг -... руб.; в возврат оплаченной государственной пошлины -... руб., а всего -... руб.

ДД.ММ.ГГГГ года между ПАО «Сбербанк России» и НАО «Первое коллекторское бюро» заключен договор уступки прав (требований) № №.

Согласно условиям заключенного договора ПАО «Сбербанк России» (Цедент) передает, а НАО «Первое коллекторское бюро» (Цессионарий) принимает права (требования) по просроченным кредитам физических лиц (права (требования)), в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав (требований).

Права (требования) принадлежат Цеденту на основании: кредитных договоров и договоров об открытии невозобновляемой кредитной линии; договоров, обеспечивающих исполнение обязательств по кредитным договорам.

Согласно выписке из приложения № № к Договору уступки прав (требований) № № от ДД.ММ.ГГГГ года уступлены права требования о взыскании основной суммы долга в размере ... рублей и процентов в размере ... рублей, всего ... рублей.

Права требования неустоек, пени, судебных расходов, не передавались.

Переход прав (требований) осуществлен ДД.ММ.ГГГГ года. Уступаемые права НАО «ПКБ» оплатило в размере ... рублей.

ДД.ММ.ГГГГ НАО «ПКБ» обратилось в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в порядке процессуального правопреемства произведена замена взыскателя ПАО «Сбербанк России» в лице Белгородского отделения №8592 на процессуального правопреемника НАО «ПКБ» в связи с заключением между ПАО «Сбербанк России» и НАО «Первое коллекторское бюро» договора №№ от ДД.ММ.ГГГГ, по исполнительному листу серия ВС №№, выданному Свердловским районным судом г. Белгорода ДД.ММ.ГГГГ по делу №№ в отношении взыскания с должника ФИО3 задолженности по кредитному договору №№ от ДД.ММ.ГГГГ в размере суммы основного долга ... руб. и ... руб. просроченных процентов, а всего – ... руб.

Представителем ФИО3 –ФИО1 подана частная жалоба и дополнение к ней, в которой поставлен вопрос об отмене определения суда.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ определение Свердловского районного суда г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, частная жалоба ФИО3- без удовлетворения.

Дело инициировано иском ФИО3, который просит признать недействительным заключенный между ПАО «Сбербанк России» и НАО «Первое коллекторское бюро» договор уступки прав требования №№ от ДД.ММ.ГГГГ в части уступки прав требования по кредитному договору № № от ДД.ММ.ГГГГ года заключенным между ФИО3, и ОАО «Сбербанк России».

Истец сослался на то, что производя перемену лиц по обязательству путем заключения договора об уступке требования по кредитному договору, стороны тем самым меняют взыскателя не по решению суда и исполнительному листу, а по первоначальному обязательству- по кредитному договору, на что у банка нет никаких оснований. Истец сослался на то, что НАО «Первое коллекторское бюро» не представило доказательств оплаты уступаемых прав в отношении ФИО3, поэтому не приобрело право требования. В соответствии с уведомлением Межрайонной Федеральной налоговой службы № 2 по Белгородской области и приложенной к нему справки формы 2-НДФЛ о доходах физических лиц за ДД.ММ.ГГГГ год № № от ДД.ММ.ГГГГ поданная ПАО «Сбербанк» на сумму ... рублей следует, что банк фактически ДД.ММ.ГГГГ аннулировал сумму безнадежной задолженности. Кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ не содержит условие о том, что банк без согласия заемщика может передавать функции обслуживания платежей полностью или частично другому лицу, не имеющему лицензии на осуществление банковских операций. На основании ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей» условия договора уступки прав требования в отношении ФИО3 являются ничтожными.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признал, представив письменные возражения на иск. Оснований для признания договора уступки прав требования, не имеется.

Представитель НАО «Первое коллекторское бюро» возражений относительно заявленных требований не предоставили, о месте и времени судебного разбирательства извещены своевременно и надлежащим образом, явку представителя в суд не обеспечили.

Выслушав объяснения представителя истца, представителя ответчика, исследовав обстоятельства дела по представленным доказательствам, материалы дела № №, суд признает исковые требования не подлежащими удовлетворению.

В силу п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п.2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.

В силу п.п. 1, 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается уступка без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (п. 2 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по общему правилу, для перехода прав кредитора к другому лицу согласие должника не требуется, если иное не установлено законом или договором.

Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Таким образом, право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, возможно, если такое условие установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Материалами дела установлено, что решением Свердловского районного суда г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу на основании апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, с ФИО3 в пользу ОАО «Сбербанк России» (Белгородское отделение №8592) взыскан просроченный основной долг-... руб., просроченные проценты -... руб., неустойка за просроченные проценты в размере ... руб. и за просроченный основной долг -... руб.; в возврат оплаченной государственной пошлины -... руб., а всего -... руб.

Определением Свердловского районного суда г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ в порядке процессуального правопреемства произведена замена взыскателя ПАО «Сбербанк России» в лице Белгородского отделения №8592 на процессуального правопреемника НАО «ПКБ» в связи с заключением между ПАО «Сбербанк России» и НАО «Первое коллекторское бюро» договора №№ от ДД.ММ.ГГГГ, по исполнительному листу серия ВС №№, выданному Свердловским районным судом г. Белгорода ДД.ММ.ГГГГ по делу № в отношении взыскания с должника ФИО3 задолженности по кредитному договору №№ от ДД.ММ.ГГГГ в размере суммы основного долга ... руб. и ... руб. просроченных процентов, а всего – ... руб.

Согласно выписке из приложения № № к Договору уступки прав (требований) № № от ДД.ММ.ГГГГ года уступлены права требования о взыскании основной суммы долга в размере ... рублей и процентов в размере ... рублей, всего ....

Тем самым, судом установлено, что ПАО «Сбербанк России» уступило НАО «Первое коллекторское бюро» право требования взыскания суммы основного долга и процентов в размере ... рублей, взысканных по решению суда и право требования уплаты невзысканных процентов в размере ... рублей.

В обоснование заявленных требований ФИО3 указано на то, что условия данного договора противоречат положениям Федерального закона «О банках и банковской деятельности», поскольку уступка прав произведена лицу, не имеющему лицензии на право осуществления банковской деятельности, что влечет его ничтожность; в результате произведенной уступки ОАО «ПКБ» передана информация, составляющая банковскую тайну, чем нарушены его права как потребителя.

Данные доводы истца суд находит несостоятельными по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 12 Федерального закона от 21.12.2013 № 353 –ФЗ «О потребительском кредите (займе) кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами.

Пункт 4.2.4 кредитного договора № № от ДД.ММ.ГГГГ года предусматривает право банка полностью или частично переуступить свои права по договору другому лицу без согласия заемщика, что не противоречит ни положениям ст.382,383 ГК РФ о праве кредитора уступать права требования, ни положениям банковского законодательства, которым запрет на такие действия не установлен.

При этом банк имеет право раскрывать такому третьему лицу информацию о клиенте и исполнении им настоящего договора. (п.4.2.7 кредитного договора)

Заемщик ФИО3 был ознакомлен и согласен с условиями кредитного договора, в подтверждение чего поставил свои подписи в нем.

Проанализировав в соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса РФ, буквальное значение слов и выражений кредитного договора, суд на основании подлежащих применению правовых норм и с учетом разъяснений высшей судебной инстанции по их применению, приходит к выводу о том, что действующее законодательство не содержит норм, запрещающих банку уступить право (требование) по кредитному договору организации, не являющейся кредитной и не имеющей лицензии на осуществление банковской деятельности. Уступка требований по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в статье 5 ФЗ «О банках и банковской деятельности». Уступка требования по кредитному договору, заключенному с потребителем, в пользу лиц, не имеющих банковской лицензии, допускается, если такое условие прямо предусмотрено договором или указано в законе. При этом кредитный договор, заключенный между заемщиком ФИО3 и ОАО «Сбербанк России», не содержит условий, содержащих запрет банку передавать право требования по кредитному договору лицам, не имеющим лицензию на осуществление банковской деятельности, стороны рассматриваемого кредитного договора согласовали переход прав кредитора третьим лицам, круг которых не ограничен лицами, имеющими лицензию на осуществление банковской деятельности.

Таким образом, доводы истца ФИО3, изложенные в исковом заявлении, и доводы представителя истца в судебном заседании о том, что кредитный договор не содержит условия о праве банка уступить требование организации, не имеющей лицензии на осуществление банковской деятельности, являются необоснованными, поскольку буквальное толкование кредитного договора позволяет сделать вывод о том, что стороны предусмотрели и договорились о праве Банка передать право требования любому лицу. Запрета на передачу прав лицу, не имеющему лицензии на осуществлении банковской деятельности, условия кредитования не содержат.

Исходя из принципа свободы договора, закрепленного статьей 421 Гражданского кодекса, граждане свободны в заключении договора. Будучи дееспособным, заемщик ФИО4, подписывая кредитный договор, должен была понимать его суть и осознавать, что его заключение влечет возникновение обязательств, предусмотренных условиями договора. Подписывая кредитный договор, истец не выразил несогласие ни по одному из его пунктов, в том числе и с пунктом 4.2.4.

НАО «Первое коллекторское бюро» перешли права ПАО Сбербанк, установленные вступившим в законную силу судебным решением от ДД.ММ.ГГГГ, исполнение которого производится в порядке, определенном ГПК РФ и положениями ФЗ № 229-ФЗ от 02.20.2007 года «Об исполнительном производстве», не предусматривающих ограничения прав взыскателя заключить договор уступки прав требования с любым третьим лицом.

Уступка прав (требований) в части имела место на стадии исполнения решения Свердловского районного суда г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ, при котором личность кредитора не имеет существенного значения для должника, поскольку отношения между взыскателем и должником регулируются Федеральным законом от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве".

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Положениями статьи 857 Гражданского кодекса РФ определено, что банк гарантирует тайну банковского счета и банковского вклада, операций по счету и сведений о клиенте. Сведения, составляющие банковскую тайну, могут быть предоставлены только самим клиентам или их представителям, а также представлены в бюро кредитных историй на основаниях и в порядке, которые предусмотрены законом. Государственным органам и их должностным лицам такие сведения могут быть предоставлены исключительно в случаях и порядке, которые предусмотрены законом. В случае разглашения банком сведений, составляющих банковскую тайну, клиент, права которого нарушены, вправе потребовать от банка возмещения причиненных убытков.

В силу положений ч. 7 ст. 26 Федерального закона от 02 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности» цессионарий, его должностные лица и работники обязаны хранить ставшую им известной информацию, составляющую банковскую тайну, и эти лица несут установленную законом ответственность за ее разглашение (в том числе и в виде обязанности возместить заемщику причиненный разглашением банковской тайны ущерб).

При уступке права требования новый кредитор в соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса РФ, приобретая все права по договору, становится на место прежнего кредитора справами в том же объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Конституционно-правовая природа банковской тайны выявлена в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2003г. № 8-П «По делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 14 Федерального закона «О судебных приставах» в связи с запросом Лангепасского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа» (далее -Постановление № 8-П). В абзаце четвёртом п. 3 мотивировочной части Постановления № 8-П КС РФ квалифицировал банковскую тайну как гарантию неприкосновенности частной жизни, личной тайны и недопустимости распространения информации о частной жизни лица без его согласия.

Банковская тайна, подчеркнул Конституционный суд, является условием свободы экономической деятельности и гарантии права граждан на свободное использование своего имущества для не запрещённой законом экономической деятельности. Виды и объём сведений, составляющих банковскую тайну, установлены законом.

Таким образом, КС РФ указал, что банковская тайна существует отнюдь не в любых отношениях физического лица и банка, а только в тех, где лицо размещает в банке средства именно как элемент осуществления не запрещённой законом экономической деятельности.

Под экономической деятельностью физического лица понимается деятельность, приносящая доход. При этом, очевидно, возврат долга не является экономической деятельностью, свободу которой призвана обеспечить банковская тайна, потому что возврат долга невозможно «запретить». Вот почему передача сведений о подлежащем уплате долге не является нарушением банковской тайны.

Кроме того последствия раскрытия банковской тайны прямо предусмотрены ч. 14 ст. 26 Закона о банках и банковской деятельности за разглашение банковской тайны в организации, а также их должностные лица и работники несут ответственность, включая возмещение нанесённого ущерба, в порядке, установленном федеральным законом.

В зависимости от конкретных обстоятельств дела соответствующее нарушение может быть квалифицировано по статьям КоАП РФ.

Исходя из вышеизложенного, уступка прав требований, вытекающих из кредитного договора, не нарушает нормативных положений о банковской тайне, следовательно, действия Банка по уступке прав (требований) не противоречат действующему законодательству и не могут быть признаны незаконными.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения требования ФИО3 к ПАО Сбербанк, НАО «ПКБ» о признании недействительным договора уступки (права) требований.

Довод истца, что «НАО «ПКБ» не приобрело право требования, поскольку Обществом не была осуществлена оплата уступаемых прав», является голословным.

Как следует из платежного поручения №№ от ДД.ММ.ГГГГ, уступаемые права были оплачены цессионарием в полном объеме на сумму ... руб., о чем имеется отметка об исполнении в самом документе, который принят по системе дистанционного банковского обслуживания, подписан электронной подписью.

Доводы истца о прощении долга по кредитному договор несостоятелен.

05 мая 2014 года письмом Федеральной налоговой службы РФ № БС-4-11/8700 до сведения налоговых органов было доведено письмо Министерства финансов РФ от 04 апреля 2014 года № 03-04-07/15238 о порядке обложения налогом на доходы физических лиц сумм просроченной задолженности по кредитному договору. Указанным документом установлено, что при списании задолженности с баланса кредитной организации у заемщика возникает доход подлежащий обложению налогом на доходы физических лиц. При этом кредитная организация-кредитор на основании пункта 1 статьи 24 и статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации признается налоговым агентом и должна исполнять обязанности, предусмотренные для налоговых агентов статьями 226 и 230 Налогового кодекса РФ.

Из буквального толкования положений ст.210,212,223, а также из смысла главы 23 «Налог на доходы физических лиц» Налогового Кодекса РФ следует, что у заемщика- физического лица может возникнуть доход в размере суммы задолженности, списанной банком с баланса, только в случае, если, списав задолженность, банк простил должнику его долг. Только в случае, если должник освобождается от обязанности уплачивать сумму долга, у должника возникает право на распоряжение денежными средствами, которые он не возвратил кредитору, что по смыслу ст.210 НК РФ является одним из признаков, присущих доходам налогоплательщика, составляющим налоговую базу для расчетов НДФЛ.

В конкретном случае прощение кредитором долга ФИО3 не имело место быть.

Договор уступки прав (требований) №№ от ДД.ММ.ГГГГ отвечает всем требованиям, предъявляемым к сделкам данного вида, оснований для признания его недействительным не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 признать необоснованными и отказать в их удовлетворении.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения к окончательной форме в Белгородский областной суд через Свердловский районный суд г. Белгорода.

Судья-подпись

Решение в окончательной форме принято 11.12.2017.

...

...

...

...