Апелляционное определение № 33-341/2026 от 31 марта 2026 г.

Судья Шустина Е.В. Дело № 33-341/2026

Номер дела в суде первой инстанции № 2-112/2025

УИД 37RS0007-01-2024-004274-77


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

1 апреля 2026 года город Иваново

Судебная коллегия по гражданским делам Ивановского областного суда в составе:

председательствующего судьи Хрящевой А.А.,

судей Артёменко Е.А., Лебедева А.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Орловой В.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Хрящевой А.А.

дело по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Кинешемского городского суда Ивановской области от 20 мая 2025 года по исковому заявлению ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Черметснаб» о защите трудовых права,

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратился в суд с иском к ООО «Черметснаб» о защите трудовых прав. Исковые требования мотивированы тем, что истец на основании трудового договора от 01.09.2022 года принят на работу в ООО «Черметснаб» на должность завальщика шихты в вагранки и печи в структурное подразделение работодателя, находящееся по адресу: <адрес>. Дополнительным соглашением от 01.01.2023 года к трудовому договору истцу установлены режим работы – шестидневная 40-часовая рабочая неделя, должностной оклад в размере 17000 рублей за полный отработанный месяц и доплата в размере 4 % оклада за работу с вредными и опасными веществами. Фактический режим работы истца с момента принятия на работу отличался от установленного дополнительным соглашением к трудовому договору, ФИО3 работал по графику сменности – две дневные смены, две ночные смены, четыре дня выходных, продолжительность смен – 12 часов, дневная смена с 8.00 часов до 20.00 часов, ночная смена – с 20.00 часов до 8.00 часов. С 01.09.2022 года по 01.04.2024 года истец помимо своих должностных обязанностей выполнял обязанности водителя погрузчика в дневную смену в будние дни с 17.00 часов до 20.00 часов, в выходные дни и в ночную смену – в течение всей смены. Ответчик доплату за исполнение обязанностей водителя погрузчика не производил. Исходя из оклада водителя погрузчика в размере 47500 рублей работодатель обязан произвести доплату за исполнение истцом дополнительно к своей основной трудовой функции обязанностей водителя погрузчика за период с 01.04.2023 года по 01.04.2024 года в размере 122139 рублей 36 копеек. Доплата за работу в ночное время ответчиком также не производилась. Оплата за работу в ночное время должна производиться с повышающим коэффициентом 50 %, размер задолженности ответчика по оплате за работу в ночное время за период с 01.11.2023 года по 01.11.2024 года составляет 108568 рублей 32 копейки. Кроме того, на бригаду, в которой работал ФИО3, состоящую из семи человек, работодателем возложена дополнительная обязанность по сбору и упаковке металлических чушек, оплату за данную работу, которая входит в обязанности разнорабочего, ответчик не производил. Исходя из оклада разнорабочего в размере 42500 рублей доплата за выполнение истцом дополнительной работы по сбору и упаковке металлических чушек, подлежащая выплате работодателем за расширение зоны обслуживания, составляет за период с 01.01.2023 года по 01.11.2024 года 72857 рублей 04 копейки. Выплатой причитающейся истцу заработной платы не в полном объеме, нарушением трудовых прав работника истцу причинен моральный вред. ФИО3 просит взыскать с ООО «Черметснаб» оплату за совмещение должностей в размере 122139 рублей 36 копеек, оплату за расширение зоны обслуживания в размере 72857 рублей 04 копейки, оплату за работу в ночное время в размере 108568 рублей 32 копейки, компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей.

В ходе судебного разбирательства по делу в суде первой инстанции исковые требования ФИО3 изменены, истец просил взыскать с ответчика оплату за совмещение должностей за период с 01.04.2023 года по 01.04.2024 года в размере 122139 рублей 36 копеек, оплату за расширение зоны обслуживания в размере 72857 рублей 04 копейки, оплату за работу в ночное время за период с 01.11.2023 года по 01.11.2024 года в размере 108568 рублей 32 копейки, оплату за сверхурочную работу за период с 01.01.2024 года по 01.12.2024 года в размере 206451 рубль, компенсацию морального вреда в размере 25000 рублей.

Решением Кинешемского городского суда Ивановской области от 20 мая 2025 года исковые требования ФИО3 удовлетворены частично, с ООО «Черметснаб» взысканы оплата за работу в ночное время за период с сентября 2022 года по март 2024 года в размере 3051 рубль 07 копеек, компенсация морального вреда в размере 20000 рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано. С ООО «Черметснаб» в доход бюджета городского округа Кинешма Ивановской области взыскана государственная пошлина в размере 7000 рублей.

С принятым по делу решением не согласен истец ФИО3, в апелляционной жалобе, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований.

Заслушав объяснения истца ФИО3 и его представителя по доверенности ФИО4, поддержавших жалобу, представителя ответчика по доверенности ФИО5, возражавшего на жалобу, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании трудового договора от 01.09.2022 года ФИО3 принят на работу в ООО «Черметснаб» в литейный цех на должность завальщика шихты в вагранки и печи.

Согласно условиям трудового договора рабочее место истца расположено по адресу: <адрес>, работа по трудовому договору является для работника основной, трудовой договор заключен на неопределенный срок (раздел 1 трудового договора).

Истцу установлен следующий режим работы: шестидневная 35-часовая рабочая неделя, выходной день – воскресенье (пункт 4.1 трудового договора); должностной оклад установлен в размере 16000 рублей за полностью отработанный календарный месяц, доплата в размере 4 % от тарифной ставки (оклада) за работу с вредными и (или) опасными условиями труда в соответствии со статьей 147 Трудового кодекса Российской Федерации (пункт 5.1 трудового договора).

Истцом и ответчиком подписано дополнительное соглашение к трудовому договору от 01.01.2023 года, которым предусмотрен следующий режим работы – шестидневная 40-часовая рабочая неделя, выходной день – воскресенье; установлен должностной оклад в размере 17000 рублей за полностью отработанный календарный месяц, доплата в размере 4 % от тарифной ставки (оклада) за работу с вредными и (или) опасными условиями труда.

Сторонами 01.01.2024 года заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно условиям которого работнику устанавливается должностной оклад в размере 22000 рублей за полностью отработанный календарный месяц, доплата в размере 4 % от тарифной ставки (оклада) за работу с вредными и (или) опасными условиями труда.

Судом также установлено, что по соглашению между работником и работодателем истец до 12 ноября 2025 года фактически работал в сменном режиме, продолжительность смены 12 часов, две дневные смены, две ночные смены, четыре выходных.

Приказом от 13.02.2025 года трудовой договор с ФИО3 расторгнут по подпункту «а» пункту 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания в пользу истца оплаты за совмещение должностей, расширение зоны обслуживания и сверхурочную работу. При этом суд исходил из того, что доплата за совмещение должностей произведена ответчиком в согласованном сторонами трудового договора размере за весь период выполнения истцом дополнительно к своей трудовой функции обязанностей водителя погрузчика; дополнительные обязанности разнорабочего, которые не входят в трудовую функцию завальщика шихты в вагранки и печи, истцом не выполнялись, к сверхурочной работе истец не привлекался. Установив, что оплата за работу в ночное время выплачена истцу не в полном объеме, поскольку расчет данной доплаты произведен работодателем без учета оплаты за совмещение должностей, суд взыскал разницу между подлежащей выплате истцу оплатой за работу в ночное время, исчисленной исходя из размера заработной платы, установленной трудовым договором, и выплаченной работодателем суммой. В связи допущенными ответчиком нарушениями прав работника в пользу истца взыскана компенсация морального вреда.

В апелляционной жалобе истец оспаривает выводы суда об отказе во взыскании доплаты за совмещение должностей и выполнение им обязанностей водителя погрузчика. Данные доводы не могут повлечь отмену оспариваемого решения.

Вопреки доводам жалобы, судом установлен факт совмещения истцом должностей и выполнение ФИО3 дополнительно к трудовой функции завальщика шихты в вагранки и печи обязанностей водителя погрузчика в течение рабочего времени.

В соответствии со статьей 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 настоящего Кодекса). Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ.

Согласно статье 151 Трудового кодекса Российской Федерации при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата. Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы (статья 60.2 настоящего Кодекса).

Как следует из объяснений истца, им по поручению работодателя в течение рабочей смены выполнялась работа водителя погрузчика, в дневную смену в будние дни частично в литейном цехе и частично в другом структурном подразделении (на складе), в выходные дни и в ночную смену истец полностью выполнял работу водителя погрузчика на складе продукции, за выполнение обязанностей водителя погрузчика в литейном цехе по согласованию сторон трудового договора ФИО3 выплачивалась доплата в размере 5000 рублей, за работу на погрузчике на складе продукции доплата не производилась. Получение доплаты в размере 5000 рублей ежемесячно ФИО3 не оспаривал, согласование указанного размера доплаты подтверждается его объяснениями и заявлением от 14.03.2024 года об освобождении от выполнения обязанностей водителя погрузчика с 01.04.2024 года.

Учитывая, что в согласованном сторонами размере доплата за работу на погрузчике до момента прекращения исполнения истцом обязанностей водителя погрузчика работодателем выплачена, суд первой инстанции правомерно отказал во взыскании доплаты за совмещение должностей, поскольку доказательств согласования с истцом вышеуказанной доплаты только за выполнение обязанностей водителя погрузчика в литейном цехе, а не в целом за выполнение данных обязанностей, не представлено, при этом работа на погрузчике как в литейном цехе, так и на складе продукции выполнялась с согласия истца дополнительно к трудовой функции завальщика шихты в вагранки и печи в течение рабочей смены, без перевода на другую работу.

Судебная коллегия также соглашается с выводами суда первой инстанции об отказе во взыскании доплаты за расширение зоны обслуживания исходя из следующего.

В обоснование данного требования истец ссылается на выполнение им работ по сборке и упаковке металлических чушек, которые входят в обязанности разнорабочего. Вопреки доводам истца в представленной ответчиком должностной инструкции разнорабочего обязанности по сборке и упаковке металлических чушек не предусмотрены, при этом конкретные виды работ, которые входят в трудовую функцию работника по определенной профессии (должности), устанавливаются работодателем.

Должностной инструкцией завальщика шихты в вагранки и печи, утвержденной генеральным директором ООО «Черметснаб» 01.07.2022 года, предусмотрено выполнение работ по промывке, очистке слитков (анодов, вайербарсов, чушек), их укладка, набивка номера плавки; укладка и обвязка слитков (анодов, вайербарсов, чушек) для последующей транспортировки. С должностной инструкцией ФИО3 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ при принятии на работу к ответчику, что подтверждается его подписью в листе ознакомления с локальными нормативными актами, являющемся приложением к трудовому договору. Принадлежность подписи в листе ознакомления истцу ФИО3 не оспаривается. В пункте 2.1 заключенного сторонами трудового договора закреплена обязанность работника добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, предусмотренные должностной инструкцией и возложенные на него трудовым договором, выполнять приказы, правила и инструкции, другие локальные нормативные акты работодателя. Доводы об отсутствии должностных инструкций у работодателя на момент заключения трудового договора и их составлении исключительно в связи с рассмотрением настоящего спора в суде не могут быть признаны состоятельными, учитывая представленные ответчиком доказательства ознакомления истца с должностной инструкцией до заключения трудового договора. Показания свидетелей, работавших совместно с истцом в ООО «Черметснаб», пояснивших, что с должностными инструкциями их не знакомили, не подтверждают отсутствие должностных инструкцией у работодателя, в том числе по профессии завальщик шихты в вагранки и печи, не опровергают ознакомление с должностной инструкцией истца, подтвержденное представленными в материалы дела письменными доказательствами, оснований не доверять которым у суда не имеется.

Как верно указано судом первой инстанции, действующее трудовое законодательство не содержит запрета на включение в трудовую функцию работника выполнение работ по смежным профессиям с учетом специфики организации производственного процесса у работодателя, применяемых технологий и организации труда, при этом работы по укладке и обвязке чушек для последующей транспортировки непосредственно связаны с обязанностями истца и выполняемой им работой, не требуют дополнительной квалификации и навыков, возложение указанных обязанностей на истца направлено на рациональную организацию производственного процесса, что отнесено трудовым законодательством к компетенции работодателя. Несогласие истца с объемом порученной ему работы не может являться основанием для взыскания доплаты за расширение зоны обслуживания, учитывая, что о возложении на истца обязанностей по укладке и обвязке чушек ФИО3 было известно при заключении трудового договора и ознакомлении с должностной инструкцией.

ФИО3 также оспаривает выводы суда о размере получаемой им заработной платы, исходя из которой судом произведен расчет оплаты за работу в ночное время. Данные доводы незаконность оспариваемого решения не подтверждают.

Размер заработной платы ФИО3 определен в заключенном с ним трудовом договоре и дополнительных соглашениях к нему, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих получение истцом заработной платы в большем размере, не представлено, показания допрошенных по делу свидетелей обоснованно не приняты судом первой инстанции в качестве таких доказательств. Как следует из показаний свидетелей ФИО2, ФИО1, свидетели не располагают сведениями о согласованных при приеме на работу с ФИО3 условиях оплаты труда, а также о конкретном размере получаемой истцом заработной платы. Пояснения свидетелей о выплате им заработной платы в большем размере, чем предусмотрено трудовым договором, не подтверждают размер заработной платы ФИО3, указанный в исковом заявлении, при этом свидетель ФИО2 пояснил, что документов о размере получаемой другими работниками заработной платы не видел, о размере получаемых ФИО3 выплат по трудовому договору свидетелям известно со слов истца. Следует отметить, что трудовой договор и дополнительные соглашения к нему, которыми установлен размер заработной платы, подписан истцом, что свидетельствует о его согласии с условиями оплаты труда, определенными работодателем, при этом указанный в трудовом договоре и дополнительных соглашениях к нему размер заработной платы истца соответствует сведениям о размере оклада по профессии завальщик шихты в вагранки и печи, содержащимся в штатных расписаниях. Выплата истцу заработной платы в размере, установленном трудовым договором и дополнительными соглашениями к нему, также подтверждается справками о доходах и суммах налога физического лица ФИО3 за 2022-2024 годы.

Представленные истцом скриншоты размещенных в сети Интернет объявлений о вакансиях не могут быть приняты в качестве доказательства размера получаемой истцом заработной платы, указанной в исковом заявлении. Данные объявления не содержат точной даты их размещения, размещены <данные изъяты> в то время как истец был трудоустроен в <данные изъяты> в предложениях указано о выполнении работы вахтовым методом, в то время как истец к работе вахтовым методом не привлекался. Кроме того, объявления содержат сведения о вакансиях водителя вилочного погрузчика, разнорабочего, объявление о вакансии завальщика шихты в вагранки и печи размещено работодателем, находящемся в <адрес>. Таким образом, представленные объявления доказательственного значения по настоящему делу не имеют.

Ссылки истца на приобщенные к материалам дела аудиозаписи также не подтверждают ни выплату истцу заработной платы в ином размере, чем предусмотрено трудовым договором, ни согласование с работодателем доплаты за сборку металлических чушек. На данных аудиозаписях таких сведений не содержится, доказательств участия в зафиксированных на аудиозаписях переговорах представителя работодателя, уполномоченного устанавливать размер заработной платы, доплат к ней и содержание трудовой функции работников ООО «Черметснаб», не представлено, принадлежность зафиксированных на аудиозаписях фраз конкретным лицам не подтверждена, часть аудиозаписей плохого качества, не позволяющего прослушать суть диалога, содержит многочисленную ненормативную лексику.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно производил расчет оплаты за работу в ночное время исходя из установленного трудовым договором размера оплаты труда истца.

Доводы истца об исчислении оплаты за работу в ночное время с повышающим коэффициентом 50 % подлежат отклонению.

В соответствии со статьей 96 Трудового кодекса Российской Федерации ночное время - время с 22 часов до 6 часов.

Согласно статье 149 Трудового кодекса Российской Федерации при выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных), работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Размеры выплат, установленные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, не могут быть ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В силу статьи 154 Трудового кодекса Российской Федерации каждый час работы в ночное время оплачивается в повышенном размере по сравнению с работой в нормальных условиях, но не ниже размеров, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Минимальные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. Конкретные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, локальными нормативными ООО «Черметснаб» размер оплаты труда за работу в ночное время не установлен.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.07.2008 года № 554, действовавшим в период работы истца, за который предъявлены требования о взыскании оплаты за работу в ночное время, установлен минимальный размер повышения оплаты труда за работу в ночное время (с 22 часов до 6 часов) - 20 процентов часовой тарифной ставки (оклада (должностного оклада), рассчитанного за час работы) за каждый час работы в ночное время. Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.04.2025 года № 436 минимальный размер повышения оплаты труда за работу в ночное время установлен в аналогичном размере.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно исчислил размер оплаты за работу в ночное время исходя из вышеприведенного нормативного правового акта, применив повышение размера оплаты труда 20 %.

Вместе с тем доводы истца о неверном определении судом первой инстанции количества рабочих часов, отработанных ФИО3 в ночное время, заслуживают внимания.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, до 12.11.2024 года истец работал в сменном режиме.

В подтверждение продолжительности работы истца в ночное время ответчиком представлены сведения об учете фактически отработанного времени ФИО3 (том 2 л.д. 26-53), истцом представлены графики сменности, которые размещались в литейном цехе, содержащие сведения о датах выхода истца на работу, а также отработанных им дневных (с 8.00 до 20.00) и ночных (с 20.00 до 8.00) сменах.

В соответствии со статьей 103 Трудового кодекса Российской Федерации сменная работа - работа в две, три или четыре смены - вводится в тех случаях, когда длительность производственного процесса превышает допустимую продолжительность ежедневной работы, а также в целях более эффективного использования оборудования, увеличения объема выпускаемой продукции или оказываемых услуг. При сменной работе каждая группа работников должна производить работу в течение установленной продолжительности рабочего времени в соответствии с графиком сменности.

Согласно статье 108 Трудового кодекса Российской Федерации в течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается. Время предоставления перерыва и его конкретная продолжительность устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка или по соглашению между работником и работодателем. На работах, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно, работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время. Перечень таких работ, а также места для отдыха и приема пищи устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка.

В силу статьи 100 Трудового кодекса Российской Федерации режим рабочего времени должен предусматривать продолжительность рабочей недели (пятидневная с двумя выходными днями, шестидневная с одним выходным днем, рабочая неделя с предоставлением выходных дней по скользящему графику, неполная рабочая неделя), работу с ненормированным рабочим днем для отдельных категорий работников, продолжительность ежедневной работы (смены), в том числе неполного рабочего дня (смены), время начала и окончания работы, время перерывов в работе, число смен в сутки, чередование рабочих и нерабочих дней, которые устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а для работников, режим рабочего времени которых отличается от общих правил, установленных у данного работодателя, - трудовым договором.

Заключенным с истцом трудовым договором установлен режим рабочего времени – шестидневная рабочая неделя, вместе с тем истец фактически работал в ином, сменном режиме. При этом в локальных нормативных актах ООО «Черметснаб» до 01.10.2024 года режим работы для работников, работающих в сменном режиме (продолжительность смен, перерывов для отдыха и питания и другие условия), не установлен. Правилами внутреннего трудового распорядка ООО «Черметснаб», утвержденными 01.10.2024 года, установлен режим работы для работников, работающих в сменном режиме, в том числе для работников литейного цеха. Учитывая, что ответчиком доказательств ознакомления истца с Правилами внутреннего трудового распорядка от 01.10.2024 года не представлено, оснований для их применения к правоотношениям сторон в спорный период не имеется.

Согласно объяснениям истца, показаниям свидетелей перерывы для отдыха и питания в течение рабочей смены работодателем установлены не были, работники литейного цеха принимали пищу во время рабочей смены в течение 10-15 минут при появлении такой возможности с учетом технологического процесса, об установлении перерыва для отдыха и питания продолжительностью один час работники не уведомлялись, перерывами такой продолжительности не пользовались. Доказательств обратного ответчиком не представлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что при исчислении продолжительности работы истца в ночное время во время смен с 20.00 до 8.00 часов следует учитывать все ночное время, приходящееся на смену - с 22.00 до 6.00 часов (8 часов) без исключения времени перерыва для отдыха и питания продолжительностью один час, который фактически работникам не предоставлялся.

Истец просит взыскать оплату за работу в ночное время за период 01.11.2023 года по 01.11.2024 года. В силу положений части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, оснований для выхода за пределы исковых требований не имеется.

Согласно учету фактически отработанного времени, составленного работодателем, представленным истцом графикам сменности и расчету отработанного времени в ноябре 2023 года ФИО3 отработано 8 ночных смен (8х8=64 часа); в декабре 2023 года – 8 ночных смен (8х8=64 часа); в январе 2024 года – 8 ночных смен (8х8=64 часа); в апреле 2024 года – 8 ночных смен (8х8=64 часа); в мае 2024 года - 8 ночных смен (8х8=64 часа); в июне 2024 года – 8 ночных смен (8х8=64 часа); в июле 2024 года 8 ночных смен (8х8=64 часа); в октябре 2024 года - 8 ночных смен (8х8=64 часа).

В период с 19.02.2024 года по 04.03.2024 года истец находился в отпуске, за период с 01.02.2024 года по 19.02.2024 года истец отработал 4 ночные смены исходя из представленного ответчиком учета фактически отработанного времени. В суде апелляционной инстанции ФИО3 пояснял, что работал по графикам сменности, которые размещались в литейном цехе и приняты судом апелляционной инстанции в качестве новых доказательств. Принимая во внимание, что сведения о периодичности смен истца, указанных в учете фактически отработанного времени работодателя, соответствуют графикам сменности, представленным истцом, при этом ФИО3 подтвердил выполнение им работы по данным графикам, учитывая соответствие учета отработанного времени в феврале 2024 года приказу о предоставлении истцу отпуска, количество отработанных ночных смен в феврале 2024 года судебная коллегия определяет по учету рабочего времени работодателя. Таким образом, в феврале 2024 года истцом отработано в ночное время 4 смены (4х8=32 часа).

Исходя из учета фактически отработанного времени, графика сменности на март 2024 года, принимая во внимание нахождение истца до 04.03.2024 года в отпуске, а также отсутствие истца на работе в смены, приходящиеся на 15, 16, 17 марта 2024 года, в связи с исполнением государственных обязанностей, в марте 2024 года истцом отработано 4 ночные смены (8х4=32 часа).

Согласно учету фактически отработанного времени работодателя в августе 2024 года истец отработал 4 ночные смены, с 21.08.2024 года ночных смен не было установлено работодателем, что подтверждается представленным истцом графиком сменности за август 2024 года, в котором в период с 21.08.2024 года по 31.08.2024 года предусмотрены для бригады, в которой работал ФИО3, только дневные смены. Судебная коллегия не учитывает внесенные ручкой исправления в график сменности о ночных сменах в период с 21.08.2024 года по 31.08.2024 года, поскольку доказательств их внесения работодателем не представлено, при этом стороны не оспаривали, что не всегда работники, работающие в сменном режиме, работали по графику две дневные смены, две ночные смены, четыре выходных, иногда данный график изменялся в связи с производственной необходимостью. Таким образом, с августе 2024 года истец отработал 4 ночные смены (8х4=32 часа).

В сентябре 2024 года до 18.09.2024 года ФИО3 находился в отпуске, исходя из учета фактически отработанного времени и графика сменности истцом в сентябре 2024 года отработано две ночные смены (2х8=16 часов).

Размер часовой тарифной ставки истца для расчета оплаты за работу в ночное время подлежит определению исходя из размера получаемой им заработной платы за месяц и нормы рабочих часов по производственному календарю, учитывая, что при сменном графике применяется суммированный учет рабочего времени, при этом продолжительность работы не должна превышать нормальную продолжительность рабочего времени.

В период с ноября 2023 года по декабрь 2023 года размер заработной платы ФИО3 с учетом доплаты за работу с вредными условиями труда и за совмещение должностей составлял 22680 рублей, норма рабочего времени согласно производственному календарю составляла в ноябре 2023 года – 167 часов, в декабре 2023 года – 168 часов. В ночное время истцом отработано в ноябре 2023 года и декабре 2023 года по 64 часа. Соответственно, за ноябрь 2023 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 1738 рублей 35 копеек (22680/167х20%х64); за декабрь 2023 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 1728 рублей (22680/168х20%х64).

В период с января 2024 года по март 2024 года размер заработной платы ФИО3 с учетом доплаты за работу с вредными условиями труда и за совмещение должностей составлял 27880 рублей, норма рабочего времени согласно производственному календарю составляла в январе 2024 года – 136 часов, в феврале 2024 года – 159 часов, в марте 2024 года – 159 часов. В ночное время истцом отработано в январе 2024 года - 64 часа, в феврале 2024 года – 32 часа, в марте 2024 года – 32 часа. Соответственно, за январь 2024 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 2624 рубля (27880/136х20%х64); за февраль 2024 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 1122 рубля 21 копейка (27880/159х20%х32); за март 2024 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 1122 рубля 21 копейка (27880/159х20%х32).

В период с апреля 2024 года по 1 ноября 2024 года размер заработной платы ФИО3 с учетом доплаты за работу с вредными условиями труда составлял 22880 рублей, норма рабочего времени согласно производственному календарю составляла в апреле 2024 года – 168 часов, в мае 2024 года – 159 часов, в июне 2024 года – 151 час, в июле 2024 года – 184 часа, в августе 2024 года – 176 часов, в сентябре - 2024 года 168 часов, в октябре 2024 года - 184 часа. В ночное время истцом отработано в апреле 2024 года - 64 часа, в мае 2024 года – 64 часа, в июне 2024 года – 64 часа, в июле 2024 года – 64 часа, в августе 2024 года – 32 часа, в сентябре 2024 года – 16 часов, в октябре 2024 года – 64 часа. Соответственно, за апрель 2024 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 1743 рубля 24 копейки (22880/168х20%х64); за май 2024 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 1841 рубль 91 копейка (22880/159х20%х64); за июнь 2024 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 1939 рублей 50 копеек (22880/151х20%х64); за июль 2024 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 1591 рубль 65 копеек (22880/184х20%х64); за август 2024 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 832 рубля (22880/176х20%х32); за сентябрь 2024 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 435 рублей 81 копейка (22880/168х20%х16); за октябрь 2024 года размер оплаты за работу в ночное время составляет 1591 рубль 65 копеек (22880/184х20%х64).

Таким образом, общий размер оплаты за работу в ночное время, подлежавший выплате истцу за период с 01.11.2023 года по 01.11.2024 года, составляет 18310 рублей 53 копейки, ответчиком произведена оплата за работу в ночное время за указанный период в размере 14617 рублей 31 копейка, соответственно, размер подлежащей взысканию с ответчика оплаты за работу в ночное время за заявленный в исковом заявлении период составляет 3693 рубля 22 копейки. Суд первой инстанции обжалуемым решением взыскал с ответчика оплату за работу в ночное время за период с сентября 2022 года по октябрь 2023 года включительно в сумме 1617 рублей 19 копеек, учитывая, что ответчиком решение суда не обжалуется, оснований для отмены либо изменения решения суда первой инстанции в части взысканной суммы оплаты за работу в ночное время за период с сентября 2022 года по октябрь 2023 года не имеется, вместе с тем, поскольку судом первой инстанции неверно определен размер доплаты за работу в ночное время за период с 01.11.2023 года по 01.11.2024 года решение суда первой инстанции в связи с неправильным применением норм материального права и несоответствием выводов суда обстоятельствам дела подлежит изменению в части размера взысканной суммы оплаты за работу в ночное время с принятием в измененной части нового решения о взыскании с ответчика в пользу истца оплаты за работу в ночное время в размере 5310 рублей 41 копейка (3693,22 + 1617,19).

Судебная коллегия также не может согласиться с выводом суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО3 о взыскании оплаты за сверхурочную работу по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 99 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период. Работодатель обязан обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника.

Согласно статье 104 Трудового кодекса Российской Федерации, когда по условиям производства (работы) у индивидуального предпринимателя, в организации в целом или при выполнении отдельных видов работ не может быть соблюдена установленная для данной категории работников (включая работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда) ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. Учетный период не может превышать один год, а для учета рабочего времени работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, - три месяца. Нормальное число рабочих часов за учетный период определяется исходя из установленной для данной категории работников еженедельной продолжительности рабочего времени. Порядок введения суммированного учета рабочего времени устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка.

Принимая во внимание, что истец работал в режиме сменности, ему подлежал установлению суммированный учет рабочего времени. Как следует из материалов дела и не оспаривалось представителем ответчика, локальными нормативными актами работодателя для завальщиков шихты в вагранки и печи суммированный учет рабочего времени не устанавливался, учетный период не предусмотрен. Принимая во внимание, что ответчиком суммированный учет рабочего времени работников, занятых в сменном режиме, фактически не велся, учетный период не установлен, учитывая, что трехмесячный учетный период, на который ссылается работодатель, является максимальным для работников, занятых на работах с вредными условиями труда, судебная коллегия приходит к выводу, что для проверки доводов истца о привлечении к сверхурочной работе в интересах работника, являющегося слабой стороной в спорных правоотношениях, следует исходить из продолжительности учетного периода один месяц и соотнести количество отработанных истцом в спорный период рабочих часов за каждый месяц с установленной производственным календарем нормой рабочего времени для соответствующего месяца, оснований для применения учетного периода продолжительностью три месяца не имеется.

Вопреки доводам истца, также не имеется оснований для определения истцу нормы рабочего исходя из сокращенной 36-часовой рабочей недели.

В соответствии со статьей 92 Трудового кодекса Российской Федерации сокращенная продолжительность рабочего времени устанавливается для работников, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 3 или 4 степени или опасным условиям труда, - не более 36 часов в неделю.

Согласно статье 14 Федерального закона от 28.12.2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» условия труда по степени вредности и (или) опасности подразделяются на четыре класса - оптимальные, допустимые, вредные и опасные условия труда. Вредными условиями труда (3 класс) являются условия труда, при которых уровни воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов превышают уровни, установленные нормативами (гигиеническими нормативами) условий труда, в том числе: 1) подкласс 3.1 (вредные условия труда 1 степени) - условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, после воздействия которых измененное функциональное состояние организма работника восстанавливается, как правило, при более длительном, чем до начала следующего рабочего дня (смены), прекращении воздействия данных факторов, и увеличивается риск повреждения здоровья; 2) подкласс 3.2 (вредные условия труда 2 степени) - условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых способны вызвать стойкие функциональные изменения в организме работника, приводящие к появлению и развитию начальных форм профессиональных заболеваний или профессиональных заболеваний легкой степени тяжести (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (пятнадцать и более лет); 3) подкласс 3.3 (вредные условия труда 3 степени) - условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых способны вызвать стойкие функциональные изменения в организме работника, приводящие к появлению и развитию профессиональных заболеваний легкой и средней степени тяжести (с потерей профессиональной трудоспособности) в период трудовой деятельности; 4) подкласс 3.4 (вредные условия труда 4 степени) - условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых способны привести к появлению и развитию тяжелых форм профессиональных заболеваний (с потерей общей трудоспособности) в период трудовой деятельности.

Согласно отчету о проведении специальной оценки условий труда в ООО «Черметснаб», карте № 15 для завальщиков шихты в вагранки и печи определен класс (подкласс) условий труда 3.2 (вредные условия труда второй степени), также указано, что для работников данной профессии сокращенная продолжительность рабочего времени не предусмотрена. Истец с результатами оценки условий труда завальщика шихты в вагранки и печи ознакомлен.

Таким образом, для работников ООО «Черметснаб» по профессии завальщик шихты в вагранки и печи установлена нормальная продолжительность рабочего времени.

Продолжительность отработанного истцом рабочего времени определяется судебной коллегией исходя из продолжительности рабочей смены 12 часов по основаниям, приведенным выше.

Истец просит взыскать оплату за сверхурочную работу за период с 01.01.2024 года по 01.12.2024 года.

Согласно учету фактически отработанного истцом рабочего времени, составленного работодателем, графиков сменности, истцом в январе 2024 года отработано 15 смен (15х12=180 часов), по производственному календарю норма рабочего времени в январе 2024 года составляла 136 часов, соответственно, в указанном месяце истец отработал сверх установленной продолжительности рабочего времени 44 часа; в апреле 2024 года истцом отработано 14 смен (14х12=168 часов), по производственному календарю норма рабочего времени в апреле 2024 года составляла 168 часов, соответственно, в указанном месяце отработанное истцом время находится в пределах нормальной продолжительности рабочего времени; в мае 2024 года истцом отработано 16 смен (16х12=192 часа), по производственному календарю норма рабочего времени в мае 2024 года составляла 159 часов, соответственно, в указанном месяце истец отработал сверх установленной продолжительности рабочего времени 33 часа; в июне 2024 года истец отработал 16 смен (16х12=192 часа), по производственному календарю норма рабочего времени в июне 2024 года составляла 151 час, в указанном месяце истец отработал сверх установленной продолжительности рабочего времени 41 час; в июле 2024 года истец отработал 16 смен (16х12=192 часа), по производственному календарю норма рабочего времени в июле 2024 года составляла 184 часа, в указанном месяце истец отработал сверх установленной продолжительности рабочего времени 8 часов; в августе 2024 года истцом отработано 14 смен (14х12=168 часов), по производственному календарю норма рабочего времени в августе 2024 года составляла 176 часов, в указанном месяце отработанное истцом время находится в пределах нормальной продолжительности рабочего времени; в октябре 2024 года истцом отработано 15 смен (15х12=180 часов), по производственному календарю норма рабочего времени в октябре 2024 года составляла 184 часа, в указанном месяце отработанное истцом время находится в пределах нормальной продолжительности рабочего времени.

При определении количества отработанных смен истцом в августе 2024 года судебная коллегия исходит из учета фактически отработанного времени, составленного ответчиком, соответствующего графику сменности, внесенные ручкой изменения поверх графика не могут быть приняты во внимание, поскольку доказательств внесения исправлений работодателем не представлено, при этом стороны не оспаривали, что не всегда работники, работающие в сменном режиме, работали по графику две дневные смены, две ночные смены, четыре выходных, иногда данный график изменялся в связи с производственной необходимостью.

В период с 19.02.2024 года по 04.03.2024 года истец находился в отпуске, соответственно, с учетом отпуска нормальное число рабочих часов для истца в феврале 2024 года составляет 98,7 часов (159/29х18), истцом отработано 8 смен (8х12=96 часов), в указанном месяце отработанное истцом время находится в пределах нормальной продолжительности рабочего времени, нормальное число рабочих часов для истца в марте 2024 года составляет 138,5 часов (159/31х27), истцом отработано 11 смен (11х12=132 часа), в указанном месяце отработанное истцом время находится в пределах нормальной продолжительности рабочего времени.

В сентябре 2024 года по 18 сентября 2024 года истец находился в отпуске, соответственно, с учетом отпуска нормальное число рабочих часов для истца в сентябре 2024 года составляет 67,2 часов (168/30х12), истцом отработано 5 смен (5х12=60 часов), в указанном месяце отработанное истцом время находится в пределах нормальной продолжительности рабочего времени.

В ноябре 2024 года до 11.11.2024 года истец работал в сменном режиме, с 12.11.2024 года истец работал в режиме шестидневной рабочей недели с одним выходным днем, общее количество отработанных часов согласно учету фактически отработанного времени составляет 183,5 часов (72 часа в сменном режиме (6 смен) и 111,5 часов в режиме шестидневной рабочей недели), по производственному календарю норма рабочего времени в ноябре 2024 года составляла 167 часов, в указанном месяце истец отработал сверх установленной продолжительности рабочего времени 16,5 часов.

Таким образом, истец привлекался к сверхурочной работе в январе 2024 года (44 часа), мае 2024 года (33 часа), июне 2024 года (41 час), июле 2024 года (8 часов), ноябре 2024 года (16,5 часов).

Исходя из изложенного, решение суда первой инстанции в части отказа во взыскании с ответчика оплаты за сверхурочную работу подлежит отмене в связи с нарушением норм материального права и несоответствием выводов суда обстоятельствам дела с принятием в отмененной части нового решения о частичном удовлетворении требований истца о взыскании оплаты за сверхурочную работу.

Согласно статье 152 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа оплачивается исходя из размера заработной платы, установленного в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда, включая компенсационные и стимулирующие выплаты, за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты сверхурочной работы могут определяться коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Локальными нормативными актами ООО «Черметснаб» в спорный период размер оплаты за сверхурочную работу не был установлен, в связи с чем при определении размера подлежащей взысканию в пользу истца оплаты за сверхурочную работу судебная коллегия руководствуется размером оплаты, установленным вышеприведенной нормой.

В январе 2024 года размер заработной платы ФИО3 с учетом доплаты за работу с вредными условиями труда и за совмещение должностей составлял 27880 рублей, норма рабочего времени согласно производственному календарю составляла в январе 2024 года – 136 часов, соответственно, размер часовой тарифной ставки истца составляет 205 рублей (27880/136). Таким образом, за первые два часа сверхурочной работы в январе 2024 года размер оплаты составляет 615 рублей (205х1,5х2), за последующие часы – 17220 рублей (205х2х42).

В период с апреля 2024 года по 1 декабря 2024 года размер заработной платы ФИО3 с учетом доплаты за работу с вредными условиями труда составлял 22880 рублей. В мае 2024 года норма рабочего времени по производственному календарю составляла 159 часов, соответственно, размер часовой тарифной ставки истца составляет 143 рубля 90 копеек (22880/159), за первые два часа сверхурочной работы в мае 2024 года размер оплаты составляет 431 рубль 70 копеек (143,9х1,5х2), за последующие часы – 8921 рубль 80 копеек (143,9х2х31).

В июне 2024 года норма рабочего по производственному календарю составляла 151 час, соответственно, размер часовой тарифной ставки истца составляет 151 рубль 52 копейки (22880/151), за первые два часа сверхурочной работы в июне 2024 года размер оплаты составляет 454 рубля 56 копеек (151,52х1,5х2), за последующие часы – 11818 рублей 56 копеек (151,52х2х39).

В июле 2024 года норма рабочего времени по производственному календарю составляла 184 часа, соответственно, размер часовой тарифной ставки истца составляет 124 рубля 35 копеек (22880/184), за первые два часа сверхурочной работы в июле 2024 года размер оплаты составляет 373 рубля 06 копеек (124,35х1,5х2), за последующие часы – 1492 рубля 20 копеек (124,35х2х6).

В ноябре 2024 года норма рабочего времени по производственному календарю составляла 167 часов, соответственно, размер часовой тарифной ставки истца составляет 137 рублей 01 копейка (22880/167), за первые два часа сверхурочной работы в ноябре 2024 года размер оплаты составляет 411 рублей 04 копейки (137,01х1,5х2), за последующие часы – 3973 рубля 29 копеек (137,01х2х14,5).

Общий размер оплаты за сверхурочную работу, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, составляет 45711 рублей 21 копейка.

В связи с тем, что при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции не учитывалось нарушение прав истца на оплату сверхурочной работы, судебная коллегия полагает также подлежащим изменению решение суда в части размера взысканной компенсации морального вреда.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая при определении размера компенсации морального вреда принципы разумности, справедливости и конкретные обстоятельства дела, объем нарушенных трудовых прав и их значимость, длительность нарушения прав работника, а также степень вины работодателя, судебная коллегия полагает заявленные истцом требования о компенсации морального вреда в размере 25000 рублей обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

С учетом изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Кинешемского городского суда Ивановской области от 20 мая 2025 года отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании оплаты за сверхурочную работу, изменить в части размера взысканных сумм оплаты за работу в ночное время, компенсации морального вреда.

В отмененной и измененной части принять по делу новое решение, изложив абзацы второй и третий резолютивной части решения в следующей редакции: Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Черметснаб» (<данные изъяты>) в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) оплату за работу в ночное время в размере 5310 рублей 41 копейка, оплату за сверхурочную работу в размере 45711 рублей 21 копейка, компенсацию морального вреда в размере 25000 рублей.

В остальной части решение Кинешемского городского суда Ивановской области от 20 мая 2025 года оставить без изменения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение

изготовлено 15 апреля 2026 года