Решение № 2-2007/2023 2-23/2024 2-23/2024(2-2007/2023;)~М-1078/2023 М-1078/2023 от 23 января 2024 г. по делу № 2-2007/2023

Дело №2-2007/2023

УИД 66RS0002-02-2023-001081-12


Решение в окончательной форме принято 24.01.2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 января 2024 года г.Екатеринбург

Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Матвеевой Ю.В.,

при секретаре Шторх Е.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

истцы ФИО1, ФИО2 обратились с иском к ФИО3, ФИО4 о взыскании суммы материального ущерба в размере 515400 рублей, расходов на оплату услуг эксперта, дефектовку, почтовых отправлений в размере 10233,60 руб., расходов на оплату государственной пошлины в размере 8354 руб., компенсации морального вреда по 100000 рублей в пользу каждого истца.

В обоснование исковых требований указано, что *** на перекрестке дорог *** произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей «Киа» г/р/з *** под управлением ФИО1, и «ГАЗ», г/р/з *** под управлением ФИО4, собственник ФИО3

Считает виновным в ДТП водителя ФИО4, который допустил нарушение Правил дорожного движения, а именно, при осуществлении поворота налево не убедился в безопасности своего маневра, совершив столкновение с автомобилем «Киа», который совершал маневр его обгона. Гражданская ответственность ответчика по договору ОСАГО не застрахована, что лишило истца возможности получить страховое возмещение. Согласно заключению ООО «Росоценка» от *** рыночная стоимость автомобиля – 659 900 руб., стоимость годных остатков – 144 500 руб., размер ущерба – 515 400 рублей. Кроме того, в результате указанного ДТП ФИО1 получил телесные повреждения в <...>, ФИО2 получила телесные повреждения в виде растяжения <...>, т.е. истцам причинены физические и нравственные страдания, в связи с чем просят взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО5 (по доверенности от 25.11.2022) поддержала заявленные исковые требования.

Истцы ФИО1, ФИО2 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3- ФИО6 (по доверенности от 04.05.2023), исковые требования не признал, в обоснование возражений указал на отсутствие вины ответчика ФИО4 в рассматриваемом ДТП. Ответчик ФИО3 поддержала возражения представителя.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании свою вину в ДТП не признал, пояснил, что на перекрестке дорог *** он осуществлял маневр поворота налево, до этого снизил скорость, включил указатель поворота. Автомобиль «Киа» двигался позади него и никакого обгона не совершал, водитель «Киа» не соблюдал дистанцию до его автомобиля, в связи с чем, пытаясь избежать столкновения, сместился влево на встречную полосу, столкновение произошло уже после поворота на второстепенной дороге.

Представитель третьего лицо ООО СК «Сбербанк Страхование» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Помощник прокурора Железнодорожного района г.Екатеринбурга Иванова М.А. в судебном заседании дала заключение о необходимости отказа в удовлетворении иска в связи с отсутствием вины ФИО4 в рассматриваемом ДТП.

В соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что *** на перекрестке дорог *** произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей «Киа» г/р/з *** под управлением собственника ФИО1, и «ГАЗ», г/р/з *** под управлением ФИО4, собственник ФИО3, что подтверждается административным материалом, сведениями о регистрации ТС (л.д. 131-133, 139-143 т.1).

Должностным лицом ГИБДД вина водителей не была установлена, вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от ***, которое решением начальника ОГИБДД МО МВД России «Байкаловский» от *** оставлено без изменения (л.д.127-131).

ООО СК Сбербанк Страхование» является страховщиком риска гражданской ответственности по договору ОСАГО в отношении ФИО1 (полис на л.д.30), гражданская ответственность ФИО4 по договору ОСАГО не застрахована, что ответчики подтвердили в судебном заседании.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества, а также не полученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, из анализа данной нормы следует, что основанием наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава правонарушения, включающего: 1)наличие вреда, 2)противоправное поведение (действие, бездействие) причинителя вреда, 3)причинная связь между двумя названными элементами, 4) вина причинителя вреда.

Поскольку ответчиком оспаривалась вина в указанном ДТП, по делу назначена комплексная судебная автотехническая экспертиза, на разрешение которой поставлены следующие вопросы:

1. Установить с технической точки зрения причины дорожно-транспортного происшествия *** на перекрестке дорог *** с участием автомобилей «Киа» г/р/з *** под управлением ФИО1, и «ГАЗ», г/р/з ***, под управлением ФИО4 ?

Действия кого из водителей с технической точки зрения находятся в причинно-следственной связи с указанным дорожно-транспортным происшествием?

2. Какими пунктами Правил дорожного движения должны были руководствоваться водители автомобилей «Киа» г/р/з *** и «ГАЗ», г/р/з ***, соответствовали ли их действия требованиям Правил дорожного движения, в случае, если не соответствовали, находятся ли эти несоответствия в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием с технической точки зрения?

В заключении судебной экспертизы, проведенной экспертом ООО «МирЭкс» ФИО7 сделаны следующие выводы.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля «ГАЗ», г/р/з *** при повороте налево должен был руководствоваться требованиями п.8.1 (абзац 1), р.10.1 (абзац 2), а именно, заблаговременно включить указатель поворота, перед выполнением поворота занять крайнее левое положение на проезжей части. Несоответствий действий водителя «ГАЗ», г/р/з *** требованиям Правил дорожного движения не усматривается. Действия водителя «ГАЗ», г/р/з *** не находились в причинно-следственной связи с происшествием.

Водитель автомобиля «Киа» г/р/з *** при движении в прямом направлении должен был руководствоваться требованиями п.9.10, п.8.1 Правил дорожного движения, т.е. соблюдать безопасную дистанцию до движущегося впереди «ГАЗ», г/р/з *** и не выполнять опасных маневров. Действия водителя «Киа» г/р/з *** не соответствовали требованиям п.8.1, п.9.10 Правил дорожного движения и эти несоответствия находились в причинно-следственной связи с происшествием.

В ходе исследования, экспертом установлено, что показания водителя «Киа» г/р/з ***, отраженные в протоколе судебного заседания от ***, от *** о том, что он производил обгон, с технической точки зрения являются несостоятельными, поскольку противоречат вещной обстановке на месте происшествия. Объяснения водителя «Киа» г/р/з *** из административного материала о том, что он двигался за автомобилем «ГАЗ», г/р/з *** соответствуют вещной обстановке на месте происшествия. Водителю автомобиля «Киа» г/р/з *** ничего не препятствовало обнаружить впереди движущийся автомобиль «ГАЗ», г/р/з *** и двигаться за ним с соблюдением безопасной дистанции, а при замедлении автомобиля «ГАЗ», г/р/з *** перед выполнением поворота, водителю автомобиля «Киа» г/р/з *** следовало снизить скорость для сохранения дистанции. Данная ситуация не является с технической точки зрения, опасной, а требовала от водителя «Киа» г/р/з *** только соблюдения дистанции до двигающегося впереди автомобиля «ГАЗ». Так как место столкновения, исходя из вещной обстановки после ДТП, расположено за пределами проезжей части а/д *** на дороге, ведущей в ***, можно сделать вывод о том, что водитель автомобиля «Киа» предпринял маневр смещения влево. В результате маневра выехал за пределы проезжей части дороги, где и произошло столкновение, после чего выехал за пределы дороги и скатился с дорожной насыпи. В своих первичных объяснениях водитель также указывает, что «чтобы извежать столкновение, принял влево». Следовательно, водитель автомобиля «Киа» предпринял небезопасный маневр смещения влево в результате чего и произошло столкновение за пределами проезжей части. В данном случае столкновение автомобиля Киа» произошло с двигавшимся впереди автомобилем «ГАЗ», который снизил скорость и приступил к повороту налево, в результате несоблюдения водителем «Киа» безопасной дистанции и применения маневра смещения влево, следовательно, его действия не соответствовали требованиям п.8.1 и п.9.10 Правил дорожного движения и эти несоответствия находились в причинно-следственной связи с ДТП.

Суд принимает заключение судебной экспертизы в качестве достоверного и допустимого доказательства, поскольку оно отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ, является ясным, полным, объективным, определенным, не имеющим противоречий, содержит подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные судом вопросы, эксперт имеет соответствующее образование и квалификацию, был предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Опрошенный в судебном заседании эксперт ФИО7 подтвердил изложенные выводы, пояснив, что по представленной видеозаписи удалось четко установить следы тормозного пути автомобиля «Киа», по которым можно сделать вывод относительно его маневра.

Оценив в совокупности исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к выводу, что в действиях ФИО1 имеется нарушения п.8.1 и п.9.10 Правил дорожного движения, согласно которым при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Также ФИО1 нарушил пункты 10.1, 1.3 и 1.5 Правил дорожного движения:

-водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства,

- участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки;

-участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Таким образом, суд приходит к выводу, что установлена вина ФИО8 в дорожно-транспортном происшествии, противоправность его действий, и наличие причинно-следственной связи между его действиями и причинением ущерба автомобилям.

Согласно статье 4 Закона Российской Федерации от 25.04.2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее Закон «Об ОСАГО») владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, за свой счет страховать в качестве страхователей риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В соответствии со статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования (статья 931, пункт 1 статьи 935 Гражданского кодекса Российской Федерации) в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Пунктом 2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъясняется, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него) (п.24).

Поскольку в судебном заседании установлена вина истца ФИО1 в рассматриваемом ДТП, то оснований для взыскания имущественного ущерба, причиненного транспортному средству истца, с ответчиков ФИО3 как собственника автомобиля, не застраховавшего свою гражданскую ответственность по договору ОСАГО, а также с ФИО4, как с причинителя вреда, суд не усматривает, в удовлетворении исковых требований о взыскании 515400 рублей надлежит отказать.

По требованию о взыскании компенсации морального вреда суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с п.25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1, судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников.

При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 ГК РФ по правилам пункта 2 статьи 1081 ГК РФ, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее:

а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным;

б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;

в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;

г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.

В соответствии с разъяснениями, данными в п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Согласно п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.

Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, подлежит компенсации на общих основаниях, предусмотренных статьей 1064 ГК РФ. Владелец источника повышенной опасности, виновный в этом взаимодействии, а также члены его семьи, в том числе в случае его смерти, не вправе требовать компенсации морального вреда от других владельцев источников повышенной опасности, участвовавших во взаимодействии (статьи 1064, 1079 и 1100 ГК РФ).

В соответствии с рапортами оперативного дежурного МО МВД «Байкаловский» (имеются в административном материале) установлен факт обращения ФИО2 и ФИО1 в больницу г.Нижнего Тагила в связи с ДТП в *** ***.

Согласно представленным медицинским документам из ГАУЗ СО «Городская поликлиника № 3 г.Нижний Тагил» ФИО1 и ФИО2 обращались в указанное медицинское учреждение 24.11.2022 в связи с травмой, полученной в ДТП 23.11.2022, ФИО1 поставлен диагноз ушиб шейного отдела позвоночника, ФИО9 поставлен диагноз растяжение связок шейного отдела позвоночника, рекомендовано ношение воротника «Шанса», мазь. Согласно справке ГБУЗ СО «Демидовская городская больница» ФИО2 29.11.2022 обратилась в женскую консультацию по поводу диагностики беременности, дополнительно сообщила о ДТП 23.11.2022, беременность подтверждена (срок 7 недель), беременность протекает без осложнений (л.д.96-114).

Поскольку судом установлена вина ФИО1, оснований для взыскания в его пользу компенсации морального вреда в связи с причнением вреда здоровью не имеется, в удовлетворении указанной части исковых требований суд отказывает.

Поскольку в результате указанного ДТП был причинен вред здоровью ФИО2 как пассажиру автомобиля, т.е. нарушено неимущественное право на здоровье, чем истцу причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся как в физической боли, так и в переживаниях, чувстве страха за свое здоровье, при этом причинитель вреда отвечает независимо от вины, требование о взыскании денежной компенсации морального вреда в пользу ФИО2 является обоснованным и подлежит удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает обстоятельства причинения вреда (ДТП), характер причиненных истцу нравственных и физических страданий (диагноз - растяжение связок шейного отдела позвоночника), индивидуальные особенности истца (нахождение в состоянии беременности), и руководствуясь принципами разумности и справедливости, полагает, что сумма 15000 руб. является достаточной для компенсации причиненного морального вреда. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 суд отказывает. Указанная сумма подлежит взысканию с олтветчика ФИО4 как причинителя вреда, ФИО3 является ненадлежащим ответчиком по требованиям о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью.

Расходы истца ФИО1 на оценку ущерба, оплате госпошлины, почтовые отправления в общем размере 10222,60 рублей являются судебными расходами, в связи с чем в силу ст.98 ГПК РФ в связи с отказом в удовлетворении иска ФИО8 в полном объеме, не подлежат взысканию с ответчиков.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО2 - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 (<...>) в пользу ФИО2 (<...>) компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 - отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании компенсации морального вреда - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г.Екатеринбурга.

Судья Ю.В.Матвеева