Решение № 2А-212/2019 2А-212/2019~М-189/2019 М-189/2019 от 7 ноября 2019 г. по делу № 2А-212/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

8 ноября 2019 года город Новосибирск

Новосибирский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего - судьи Бахина А.А., с участием помощника судьи Баулина Е.А., административного истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя административных ответчиков капитана юстиции М, в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, рассмотрев административное дело № 2а-212/2019 по административному исковому заявлению военнослужащего ФГОУВО «Новосибирский военный институт имени генерала армии И.К. Яковлева войск национальной гвардии Российской Федерации» подполковника ФИО1 об оспаривании действий начальника ФГОУВО «Новосибирский военный институт имени генерала армии И.К. Яковлева войск национальной гвардии РФ», связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором указал, что с октября 2016 года проходит военную службу в ФГОУВО «Новосибирский военный институт имени генерала армии И.К. Яковлева войск национальной гвардии РФ» (далее – НВИ) в должности преподавателя кафедры «<данные изъяты>» (далее – <данные изъяты>) в воинском звании «подполковник».

Далее административный истец, с учетом уточнений, указал, что приказом начальника НВИ от ДД.ММ.ГГГГ № ему, за нарушение требований п.№ и п.№ примечания к форме № «а»-арт. Руководства по <данные изъяты>, утверждённого приказом Росгвардии от ДД.ММ.ГГГГ №дсп (далее – Руководство), выразившееся в отказе от проверки количества сданных стреляных гильз и свидетельствовании о количестве израсходованных боеприпасов в раздаточно-сдаточных ведомостях при проведении учебных занятий по ТСБПП ДД.ММ.ГГГГ, объявлено взыскание в виде «строгого выговора».

ФИО1 также указал, что привлечение его к дисциплинарной ответственности является незаконным, поскольку виновных действий он не совершал.

Считая свои права нарушенными, ФИО1 просит суд признать дисциплинарное взыскание, в виде строгого выговора наложенное на него начальником НВИ приказом от 20 июня 2019 года №336 незаконным и его отменить.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель ФИО2, каждый в отдельности, поддержали приведенные требования и подтвердили доводы, изложенные в административном исковом заявлении с учетом уточнений. При этом ФИО1 пояснил, что причины и основания наложения оспариваемого дисциплинарного взыскания ему до настоящего времени не известны, от подписания документов он не уклонялся, поскольку последние раздатчиком боеприпасов ему представлены на подпись не были. Разбирательство по факту нарушений при использовании имитационных средств в ходе учебных занятий проведено с нарушением требований Дисциплинарного устава ВС РФ (далее – Устав) и Федерального закона «О статусе военнослужащих».

Представитель ФИО2 в судебном заседании, проанализировав положения Руководства, пояснила, что ФИО1, добросовестно исполнял обязанности руководителя занятия и обоснованно указал должностному лицу, раздатчику боеприпасов, на допущенные последним нарушения в оформлении раздаточно-сдаточных ведомостей. Однако указанные нарушения офицером во время занятий устранены не были, сами ведомости представлены ему, ФИО1, на подпись только ДД.ММ.ГГГГ.

Административный ответчик – начальник НВИ, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не прибыл, ходатайств об отложении судебного разбирательства не представил.

Представитель административных соответчиков М в судебном заседании требования административного истца не признал и просил в их удовлетворении отказать. При этом представитель указал, что привлечение ФИО1 к дисциплинарной ответственности произведено в рамках действующего законодательства и уполномоченным воинским должностным лицом. Основаниями для наложения взыскания на административного истца послужил факт нарушения требований Руководства при проведении административным истцом занятий ДД.ММ.ГГГГ. По данному факту проведено разбирательство, по итогам которого к ФИО1 командованием учебного заведения были применены меры дисциплинарного воздействия.

Выслушав объяснения административного истца, его представителя, представителя административных ответчиков, исследовав доказательства по делу, военный суд приходит к следующим выводам.

Так, в соответствии со статьёй 26 Федерального закона № 76-ФЗ от 27 мая 1998 года «О статусе военнослужащих» (с изменениями и дополнениями) (далее Закон), военнослужащий обязан строго соблюдать Конституцию РФ и законы РФ, требования общевоинских уставов, беспрекословно выполнять приказы командиров.

Согласно положениям статей 28.2., 28.8., 28.9. Закона, военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством РФ не влечёт за собой уголовной или административной ответственности. За дисциплинарный проступок к военнослужащему может быть применено дисциплинарное взыскание в виде «строгого выговора». По каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка, за исключением случаев, исключающих привлечение к дисциплинарной ответственности, проводится разбирательство, при этом порядок и сроки рассмотрения командиром материалов о дисциплинарном проступке, а также виды решений, принимаемых командиром по результатам рассмотрения указанных материалов, определяются общевоинскими уставами.

В соответствии со статьёй 81 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил РФ (далее – ДУ ВС РФ), принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство, которое, как правило, проводится непосредственным командиром (начальником) военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, и, как правило, без оформления письменных материалов, если командир (начальник) не потребовал представить материалы разбирательства в письменном виде.

С учетом изложенного, военный суд приходит к выводу о том, что командиру (начальнику) предоставлено право усмотрения в выборе формы проведения разбирательства, в зависимости от конкретных фактических обстоятельств и условий совершения дисциплинарного проступка.

В то же время, положениями статей 81.1 – 83 ДУ ВС РФ предусмотрено, что срок разбирательства не должен превышать 30 суток с момента, когда командиру (начальнику) стало известно о совершении военнослужащим дисциплинарного проступка. При назначении дисциплинарного взыскания учитываются характер дисциплинарного проступка, обстоятельства и последствия его совершения, форма вины, личность военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, обстоятельства, смягчающие и отягчающие дисциплинарную ответственность. Применение дисциплинарного взыскания к военнослужащему производится в срок до 10 суток со дня, когда командиру (начальнику) стало известно о совершенном дисциплинарном проступке (не считая времени на проведение разбирательства, времени болезни военнослужащего, нахождения его в командировке или отпуске, а также времени выполнения им боевой задачи), но до истечения срока давности привлечения военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

Согласно выписке из расписания занятий, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ на базе учебного центра года <данные изъяты>, в качестве преподавателя кафедры <данные изъяты>, проводил практические учебные занятия с курсантами 2 роты. При этом согласно методической разработки по указанной дисциплине и плану проведения практического занятия для отработки учебных вопросов применяются имитационные средства, выдача которых, в соответствии с требованиями пункта № Руководства, осуществляется раздатчиком боеприпасов.

Как усматривается из пункта № Руководства, руководитель стрельбы на участке после стрельбы каждого подразделения обязан сверять по ведомости учета результатов выполнения стрельб с начальником пункта боевого питания (раздатчиком) количество боеприпасов (патронов), оставшихся после стрельбы у каждого стрелявшего, с количеством боеприпасов (патронов), сданных им на пункт боевого питания и учтенных в раздаточно-сдаточной ведомости на пункте боепитания.

После выполнения упражнения стрельб подразделением (окончания боевой стрельбы, учения с боевой стрельбой) руководитель стрельбы на участке (руководитель занятия):

организует сбор стреляных гильз (предохранительных чек с кольцом) и сдачу их на пункт боевого питания;

проверяет оружие и вооружение боевых машин на разрежённость, боеукладку боевых машин, патронные ленты и коробки, магазины и сумки для магазинов и гранат (секции, карманы разгрузочных жилетов (бронежилетов)) на отсутствие боеприпасов (патронов);

сверяет с начальником пункта боепитания данные о количестве сданных неизрасходованных боеприпасов (патронов) с ведомостями результатов выполнения стрельб;

проверяет количество оставшихся боеприпасов (патронов), сданных стреляных гильз (предохранительных чек с кольцом), правильность заполнения раздаточно-сдаточных ведомостей.

При выявлении расхождений в учетах он незамедлительно принимает меры к розыску недостающих боеприпасов (патронов), (стреляных гильз, предохранительных чек с кольцами).

В силу п.3 примечания к форме № «а»-арт. Руководства, по окончании стрельбы подразделением ведомость подписывается начальником пункта боевого питания (раздатчиком) и руководителем стрельбы и предоставляется для проверки старшему руководителю стрельбы. Ведомость является отчетным документом при сдаче на склад (специалисту по вооружению, старшине) оставшихся боеприпасов, патронов и гильз, служит приложением к акту на расход гранат и имитационных средств.

Анализ вышеуказанных положений Руководства позволяет суду сделать вывод о том, что в рамках осуществляемой педагогической деятельности преподавателями на практических занятиях с использованием имитационных средств обязанность по контролю за применением и расходом таковых возлагается на последних.

Указанный вывод суда основывается также и на пояснениях административного истца, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ именно он, как преподаватель, являлся руководителем стрельб на участке местности, где проводились занятия и без его разрешения имитационные средства не могли быть выданы начальником пункта боепитания курсантам.

Как усматривается из копии рапорта от ДД.ММ.ГГГГ, поданного на имя Врио начальника кафедры НВИ, командир № батальона курсантов подполковник ФИО3 сообщает о том, что ДД.ММ.ГГГГ после проведения занятий по <данные изъяты> подполковник ФИО1 отказался свидетельствовать расход имитационных боеприпасов в представленных ему ведомостях, ссылаясь на то, что ему некогда и ведомости он закроет позже – ДД.ММ.ГГГГ, однако, на дату написания рапорта ФИО1 этого не сделал.

Из материалов разбирательства усматривается, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ заместителем начальника НВИ по вооружению - начальником технической части полковником С, в соответствии с распоряжением начальника НВИ, проведено разбирательство по факту выявления нарушения использования имитационных средств при проведении занятии по <данные изъяты>.

Согласно заключению, утвержденному ДД.ММ.ГГГГ начальником НВИ, в ходе проведения ДД.ММ.ГГГГ практического занятия по теме руководителем занятия - преподавателем ФИО1, в нарушение пункта № и п.№ примечания к форме № «а»-арт. Руководства, не осуществлена проверка количества собранных стреляных гильз и не осуществлено свидетельствование о их количестве в раздаточно-сдаточных ведомостях.

Как усматривается из копии служебной карточки, копии приказа начальника НВИ от ДД.ММ.ГГГГ №, листа согласования проекта приказа, ДД.ММ.ГГГГ приказом начальника НВИ № ФИО1 объявлен «строгий выговор» за нарушение требований п.681 и п.3 примечания к форме № «а»-арт. Руководства, выразившееся в отказе от проверки количества сданных стреляных гильз и свидетельствовании о количестве израсходованных боеприпасов в раздаточно-сдаточных ведомостях. Указанный приказ доведён ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе судебного разбирательства административный истец подтвердил приведённые обстоятельства и указал, что не ставит под сомнение правомочность воинского должностного лица по привлечению его к дисциплинарной ответственности, а нарушение своих прав связывает исключительно с необоснованностью наложенного взыскания.

Также административный истец, указал, что ДД.ММ.ГГГГ, в ходе проведения указанного занятия, он как руководитель занятия обнаружил то, что раздатчик боеприпасов, старший лейтенант К, производил выдачу курсантам боеприпасов в том количестве, сколько требовалось для отработки тактического эпизода, однако заносил в ведомость фамилии всего лишь нескольких курсантов с указанием выданных им патронов в значительно большем количестве. Выявив указанное нарушение, в порядке выдачи боеприпасов и оформлении раздаточно-сдаточных ведомостей, и сделав ему замечание, он потребовал от офицера его устранить, однако К его требования проигнорировал, и исправленные ведомости по окончании занятий ему на утверждение не представил. Данное обстоятельство послужило причиной невозможности им подписания составленных К ведомостей непосредственно после окончания занятий ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, ФИО1 указал, что занятия им проведены в строгом соответствии с методическими рекомендациями и планом-конспектом, который был им составлен, а в последующем согласован и утверждён начальником кафедры. При выявлении нарушения К порядка выдачи боеприпасов и оформлении раздаточно-сдаточных ведомостей он практическое занятие с использованием имитационных средств, как и их выдачу, начальником пункта боепитания, не остановил.

Свидетель Ц, старший преподаватель кафедры <данные изъяты>, в суде показал, что ФИО1 проходит военную службу в качестве преподавателя на указанной кафедре в НВИ. Он и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ на базе учебного центра года <данные изъяты>, проводили практические учебные занятия с курсантами № роты, при этом, согласно методической разработки и план-конспекта занятия для отработки учебных вопросов применяются имитационные средства.

Далее свидетель показал, что в ходе проведения вышеуказанных занятий выдачу имитационных боеприпасов в качестве раздатчика осуществлял командир взвода курсантов старший лейтенант К, при этом как входе занятий, так и после их окончания ФИО1, ему, как старшему преподавателю кафедры, о допущенных ФИО4 при раздаче и применении имитационных боеприпасов нарушениях не докладывал. О том, что ФИО1 раздаточно-сдаточные ведомости не подписаны, он узнал от другого начальника пункта боевого питания ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ, т.е. на следующий день после проведения занятий.

Свидетель также показал, что в случае выявления каких-либо нарушений требований Руководства руководитель занятия обязан его приостановить и добиться устранения выявленных нарушений.

Допрошенный свидетель К, бывший военнослужащий НВИ, в суде показал, что он ранее проходил военную службу в должности командира взвода курсантов НВИ. ДД.ММ.ГГГГ, в ходе проведения с курсантами занятий по <данные изъяты> решением командира подразделения он был назначен раздатчиком боеприпасов, при этом, в ходе занятий от подполковника ФИО1 каких-либо замечаний по выдаче имитационных боеприпасов, а также по оформления соответствующих ведомостей не поступало. Кроме того, по окончании занятий им были представлены ФИО1 для просчета стреляные гильзы и ведомости, для проставления подписи о свидетельствовании количества израсходованных имитационных боеприпасов, однако ФИО1 отказался производить подсчет гильз и визировать ведомости, объяснив, что ему, ФИО1, некогда, и ведомости он подпишет позже.

Далее свидетель показал, что после отказа ФИО1 просчитывать гильзы и визировать ведомости он сдал их начальнику пункта боевого питания С, который являлся старшим. При этом он обратил внимание С на отсутствие подписи ФИО1. Кроме того, К сообщил, что по прибытии в пункт постоянной дислокации НВИ, на следующий день, он неоднократно подходил к ФИО1 с ведомостями, однако последний также отказывался их визировать, без каких-либо объяснения причин.

Из представленных административным истцом и исследованных в ходе судебного заседания аудиозаписей, усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ заместителем начальника НВИ полковником С в присутствии офицеров З и К у административного истца выясняются причины отказа от проверки количества сданных стреляных гильз и свидетельствовании о количестве израсходованных боеприпасов в раздаточно-сдаточных ведомостях. Кроме того, прослушанной аудиозаписью подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ административному истцу полковником С при даче объяснений предоставлена возможность подробно высказать свою позицию о причинах отказа, а также представить документы либо доказательства её обосновывающую.

Как усматривается из раздаточно-сдаточных ведомостей от ДД.ММ.ГГГГ, имитационные средства выданы курсантам, о чем свидетельствуют соответствующие отметки, а также росписи раздатчика боеприпасов К, начальника пункта боепитания С, при этом присутствует отметка о правильности заполнения ведомостей начальником службы артиллерийского вооружения НВИ З, однако подпись ФИО1, как руководителя стрельб, свидетельствующая о проверке израсходованных имитационных боеприпасов отсутствует.

В ходе судебного заседания ФИО1, подтвердив приведенные выше обстоятельства, указал, что за сбор гильз и составление отчетных документов несет персональную ответственность начальник пункта боевого питания, а он, не поставил подпись ввиду того, что К не были устранены указанные им недостатки в заполнении ведомостей.

Наряду с этим, административный истец также указал, что ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения практического занятия не только контролировал расход имитационных и пиротехнических средств, но и организовывал сбор гильз.

В то же время, как усматривается из материалов разбирательства и письменных объяснений старшего лейтенанта К, капитана М, майора З, старшего прапорщика С, курсантов: К, М, К, Г, Г и других, - преподаватель ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ после проведения практического занятия с использованием имитационных средств отказался просчитывать собранные гильзы, объяснив это тем, что подпишет раздаточно-сдаточные ведомости позже и убыл в сторону КПП учебного центра.

Данные обстоятельства также подтверждаются исследованными судом отчетными документами, к числу которых относятся раздаточно-сдаточные ведомости от ДД.ММ.ГГГГ.

Наряду с этим, судом установлено, что в соответствии с положениями Руководства, раздаточно-сдаточная ведомость является отчетным документом при сдаче на склад оставшихся боеприпасов, патронов и гильз, служит приложением к акту на расход гранат и имитационных средств (приложение Форма № «а»-арт. (оборот, пункт №)).

В ходе судебного заседания административный истец не смог объективно и ясно ответить по каким причинам он, как руководитель стрельб, не принял мер к устранению усмотренных им нарушений в заполнении ведомостей раздатчиком боеприпасов К, как и добиться от последнего, их устранения используя реализации принципы единоначалия и субординации.

Изложенное, по мнению суда, свидетельствует о том, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, будучи руководителем занятия, в ходе которого использовались имитационные и пиротехнические средства, не засвидетельствовав в раздаточно-сдаточных ведомостях количество собранных гильз, чем создал предпосылки к неверному учету, а в дальнейшем и возможной утрате названных средств.

В судебном заседании также исследовался вопрос о возможности оговора ФИО1 свидетелями К и Ц, однако своего подтверждения не нашёл. При этом суд учитывает, что на всем протяжении судебного разбирательства административный истец так и не смог назвать каких-либо объективных оснований и причин для его оговора указанными свидетелями. Ссылки же ФИО1 на их совместную служебную деятельность, признаются судом несостоятельными и отвергаются судом, поскольку является предположением.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание материалы разбирательства, военный суд приходит к умозаключению о том, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ проводя практическое занятие с использованием имитационных средств, в нарушение требований п.№ и п.№ примечания к форме № «а»-арт. Руководства, выразившееся в отказе от проверки количества сданных стреляных гильз и свидетельствовании о количестве израсходованных боеприпасов в раздаточно-сдаточных ведомостях, что создало предпосылки к утрате указанных средств, а потому обоснованно был привлечен к дисциплинарной ответственности начальником НВИ.

С учетом изложенного, военный суд приходит к выводу о том, что начальник НВИ принимая решение (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №) о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде объявления «строго выговора», действовал обоснованно, в строгом соответствии с законом, в пределах своих полномочий и каких-либо прав административного истца не нарушил, в связи с чем у суда отсутствуют основания для признания оспариваемого приказа незаконным и удовлетворения административного иска.

Доводы административного истца и его представителя ФИО2 о том, что командованием неверно дана оценка фактическим обстоятельствам и объяснениям военнослужащих, что повлекло незаконное привлечение ФИО1 к дисциплинарной ответственности суд находит несостоятельными, поскольку представленные доказательства, в том числе и материалы разбирательства, позволяют суду установить все необходимые данные для правильного и всестороннего рассмотрения настоящего административного дела.

Помимо изложенного, судом установлено, что ФИО1 на всем протяжении судебного разбирательства давал не непоследовательные и противоречивые по содержанию пояснения по поводу относительно обстоятельств не подписания им вышеуказанных ведомостей. Так изначально административный истец при обращении в суд в своём заявлении указывал, что после проведения занятий К ему для подписания были представлены ведомости и акты, ознакомившись с содержанием которых он обнаружил, что в них указаны недостоверные сведения, в связи с чем, отказавшись их подписывать, он попросил внести в них исправление. Однако К отказался представить ему ведомости, в связи с чем он был лишён проверить сведения отражённые в них и подписать. Далее в ходе судебного разбирательства, после ознакомления с материалами дела, административный истец изменил свою позицию и утверждал, что ведомости К ему не предоставлялись ДД.ММ.ГГГГ вовсе.

При этом как установлено судом ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ проводя практическое занятие с использованием имитационных средств, добровольно, отказался от проверки количества сданных стреляных гильз и свидетельствовании о количестве израсходованных боеприпасов в раздаточно-сдаточных ведомостях, а не как ни в правильности ведения самих ведомостей раздатчиком боеприпасов.

Таким образом, суд вынужден в качестве средств обоснования своих выводов принять в качестве доказательств исследованные письменные доказательства, а именно материалы служебного разбирательства, с объяснениями военнослужащих, непосредственно учувствовавших в проведении занятий ДД.ММ.ГГГГ и являвшихся очевидцами указанных событий, а также показания свидетелей Ц и К, которые объективно согласуются с исследованными в ходе судебного заседания аудиозаписями, представленными административным истцом.

Каких-либо сведений либо доказательств о том, что приведёнными воинскими должностными лицами нарушены положения Федерального закона «О статусе военнослужащих» и ДУ ВС РФ в части, касающейся привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, административным истцом и его представителем суду не представлено. Таковых не установлено и в ходе судебного разбирательства.

При этом суд не усматривает со стороны административного истца пропуска трёх месячного срока обращения с заявлением в суд, поскольку административному истцу о принятом должностным лицом ДД.ММ.ГГГГ решении стало известно только ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 обратился в суд за защитой своих прав 17 сентября 2019 года, то есть в пределах упомянутого срока.

Руководствуясь положениями статей 175-180 и 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать военнослужащему ФГОУВО «Новосибирский военный институт имени генерала армии И.К. Яковлева войск национальной гвардии Российской Федерации» подполковнику ФИО1 в удовлетворении заявленных исковых требований административного искового заявления об оспаривании действий начальника ФГОУВО «Новосибирский военный институт имени генерала армии И.К. Яковлева войск национальной гвардии РФ», связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Новосибирский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Бахин