Решение № 2-823/2017 2-823/2017~М-795/2017 М-795/2017 от 10 декабря 2017 г. по делу № 2-823/2017

Дело № 2-823 11 декабря 2017 года


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Коряжемский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Янсон С.Ю.

при секретаре Чекменевой В.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Коряжме в помещении суда 11 декабря 2017 года гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного при оказании услуги, компенсации морального вреда, штрафа

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного при оказании услуги в размере 85 700 руб., компенсации морального вреда в размере 20 000 руб., штрафа.

В обоснование иска указала на ненадлежащее обеспечение безопасности и информирование потребителя при оказании услуги по помывке транспортных средств при въезде с прилегающей территории в помещение автомойки (отсутствие информации, светофора, знаков дорожного движения, в том числе сведений о габаритах ворот для въезда или иных опознавательных знаков и указаний о возможности въезда потребителей услуг).

ИП ФИО2 обратился в суд с встречным иском к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного его имуществу – воротам автомойки – в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) в размере 11 759,88 руб., расходов по составлению оценки в размере 3 000 руб., возврате уплаченной при подаче иска государственной пошлины, по которому к участию в деле в качестве соответчика привлечено публичное акционерное общество Страховая компания «Росгосстрах» (ПАО СК «Росгосстрах»), и который определением Коряжемского городского суда Архангельской области от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без рассмотрения.

Ответчик ИП ФИО2 извещенный о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, доказательств наличия уважительных причин невозможности явиться в судебное заседание или ходатайств об отложении рассмотрения дела не представил, направил своего представителя.

Представитель ответчика ИП ФИО2 - ФИО3 с иском ФИО1 не согласился в полном объеме, полагал, что договор на оказание услуг еще не был заключен, ФИО1 сама по своему усмотрению начала движение в помещение автомойки, доказательств иного размера ущерба имущества истца ФИО1 суду не представил.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО4 свои исковые требования поддержали в полном объеме, полагали, что представителем ИП ФИО2 – мастером – было дано согласие на въезд в помещение автомойки, полагали договор на оказание услуг по помывке транспортного средства (далее – ТС) заключенным, указали на необходимость применения законодательства о защите прав потребителей.

Руководствуясь статьей 167 ГПК РФ, суд счёл возможным провести судебное заседание в отсутствие ответчика ИП ФИО2

Заслушав объяснения истца ФИО1 и ее представителя ФИО4, представителя ответчика ФИО3, исследовав письменные доказательства по делу, суд считает исковые требования ФИО1 о взыскании ущерба при оказании услуги, компенсации морального вреда и штрафа не подлежащими удовлетворению на основании следующего.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 обратилась на автомойку, расположенную по адресу: <адрес>, принадлежащую ИП ФИО2, для помывки своего автомобиля <данные изъяты>, и при осуществлении въезда в помещение автомойки повредила крышу и ветровое стекло своего автомобиля о вертикально закрывающиеся ворота – рольставни.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела, пояснениями сторон в судебном заседании и сторонами не оспаривались.

Полагая, что ее имуществу причинен вред при оказании услуг по договору о помывке ТС, ввиду того, что ответчик не обеспечил надлежащим образом безопасный въезд в помещение автомойки с прилегающей территории, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском.

Ответчик оспаривал факт причинения вреда при заключении договора, полагая, что на момент въезда договор оказания услуг еще не был заключен, истец начал въезжать в помещение автомойки на свое усмотрение без приглашения работников.

В силу положений ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма (ст. 434 ГК РФ).

Как видно из пояснений представителя ИП ФИО2 ФИО3 в ходе рассмотрения дела, письменных пояснений ответчика, представленных в материалы дела, ДД.ММ.ГГГГ истец действительно обратился в автомойку ответчика с целью помыть ТС, однако при этом услуга помывки ТС включает в себя непосредственную очистку автомобиля с помощью воды, химических реагентов приспособлений, полагали, что въезд и выезд не входит в услугу помывки ТС и осуществляется всегда самостоятельно водителем - владельцем ТС. ДД.ММ.ГГГГ истца заезжать в помещение автомойки никто из сотрудников автомойки не приглашал, ФИО1 начала осуществлять въезд самостоятельно без разрешения и приглашения к въезду ее со стороны работников. В связи с чем, полагали, что истец, являясь участником дорожного движения, управляя источником повышенной опасности, не учла габариты своего ТС и допустила въезд в помещение автомойки с прилегающей территории, причинив ущерб своему ТС и воротам ответчика. При этом сторона ответчика не оспаривала тот факт, что ворота в помещение автомойки были открыты не полностью, а лишь примерно на 2 м в высоту для проветривания и прохода, чтобы человек в полный рост смог свободно пройти не нагибаясь.

Указанная позиция ответчика согласуется с иными доказательствами по делу, в том числе с показаниями свидетелей, допрошенными в ходе рассмотрения настоящего дела.

Так, свидетель К. – мастер автомойки ответчика, осуществляющий прием заказов и передачу их мойщикам пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась к ним с вопросом можно ли помыть автомобиль, на что он посмотрел, что помещение автомойки свободно, пояснил, что помыть ТС можно, помещение свободно, но не приглашал истца въезжать в само помещение, а лишь сообщил работнику – мойщику Л. о том, чтобы он подготовил место и запустил клиента. Также свидетель пояснил, что является мастером и не дает разрешение на въезд клиентов и не приглашает клиентов въезжать в помещение мойки, это делают непосредственно мойщики, он лишь принимает заказы и сообщает работникам о необходимости принять ТС для помывки, а мойщики, в свою очередь, уже открывают ворота, приглашают клиента въехать в помещение автомойки: руководят заездом и выездом ТС контролируя движение автомобилей и подавая сигналы руками и голосом.

Свидетель Л., также пояснил, что дополнительно к своей основной работе работает автомойщиком у ИП ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ он осуществлял мойку ТС истца: когда ФИО1 вышла от мастера, К. сообщил ему, что клиент желает помыть автомобиль, тогда Л. пошел прибирать моечный бокс, готовить инструмент - включать «кёрхер», выходя из двери смежного с моечным помещением СТО и двигаясь вглубь моечного бокса, он находился спиной к воротам, куда в это время начала осуществлять въезд ФИО1 и о чем он узнал лишь обернувшись на крик механика Г., который закричал, что нельзя ехать, и видел, что при въезде истец крышей автомобиля задела ворота. При этом свидетель Л. пояснил, что не приглашал ФИО1 заезжать в помещение автомойки, не давал ей такого согласия, она начала движение без всяких пригласительных жестов и сигналов на свое усмотрение. Также пояснил, что прежде, чем пригласить в помещение моечного бокса клиента, мойщик как правило шел прибирать и проверять оборудование, затем открывать ворота и затем, пройдя внутрь бокса жестами и голосом приглашал клиента въезжать. ДД.ММ.ГГГГ Л. ФИО1 никаких сигналов и разрешения на въезд в помещение автомойки не подавал.

Аналогичные показания дала суду и свидетель Е. по сложившемуся порядку осуществления помывки ТС у ИП ФИО2, о том, что клиенты осуществляют въезд и выезд самостоятельно, но с разрешения и по приглашению работников автомойки – мойщиков, который осуществляется из глубины моечного бокса жестами и голосом и только после полного подъема въездных ворот.

При этом истец ФИО1 в ходе рассмотрения дела пояснила, что в момент въезда в помещение моечного бокса в ее машине очень громко играла музыка.

Все свидетели пояснили, что обычно ворота в автомойку закрыты, вход осуществляется через соседнее помещение – СТО, однако летом для проветривания ворота бывают приоткрыты, однако это не означает, что автомобили могут заезжать туда.

Все свидетели предупреждены судом за дачу ложных показаний по ст. 307 УК РФ, в связи с чем оснований не доверять их показаниям у суда не имеется.

Кроме того, показания свидетелей согласуются с иными материалами дела и представленными в дело доказательствами, в том числе видеозаписью с видеокамер автомойки ИП ФИО2, из которых видно, что, действительно, мойщик Л. не приглашал и не давал разрешения на въезд ФИО1 в моечный бокс, а лишь пошел по направлению к оборудованию, для его подготовки.

Более того, и представитель ответчика и свидетели пояснили, что ФИО1 уже ранее являлась клиентом ИП ФИО2, неоднократно приезжала и мыла свой автомобиль, знакома с порядком осуществления помывки ТС, при этом въезжала и выезжала всегда без каких-либо повреждений, а также, что в помещении автомойки в уголке потребителя имеются в наличии правила оказания услуг автомойки, утвержденные ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым до начала оказания услуг, а также в процессе их оказания клиент обязан перед въездом в помещение автомойки убедиться, что подъемные ворота полностью открыты и габариты ТС не превышают проема ворот; а также въезд в помещение автомойки и выезд из него производится с разрешения лица, непосредственно осуществляющего мойку и под его наблюдением, а ответственность за помещение автомобиля в моечный бокс и его выезд после мойки лежит на клиенте

Оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что началом заключения договора на помывку автомобиля клиента согласно сложившемуся на автомойке ИП ФИО2 порядку и Правилам оказания услуг является непосредственное приглашение клиента (потребителя оказания услуг) на заезд в помещение моечного бокса, которое осуществляется мойщиками жестами и голосом, именно эти действия являются конклюдентными и свидетельствуют о заключении между клиентом и работниками автомойки договора на оказание услуг по помывке ТС.

Между тем, из материалов дела и представленных доказательств не усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ работники автомойки дали разрешение или пригласили ФИО1 въезжать в помещение моечного бокса, в связи с чем суд не может признать договор на оказание услуг заключенным.

Ссылки стороны истца на то, что в ответ на вопрос, можно ли помыть автомобиль, услышав «можно, помещение свободно», истец расценила это как разрешение на въезд, не могут быть приняты судом, как основанные на иной ошибочной оценке доказательств, поскольку данный ответ не свидетельствует бесспорно о моменте заключения договора и приглашении заехать истцу в моечный бокс, а лишь представляет информацию истцу о том, что автомобиль помыть можно, поскольку помещение другим автомобилем не занято и записи на указанное время не имелось. Аналогичную информацию истцу могли представить и по телефону, в том числе и на какое-то иное определенное конкретное время.

Следовательно, договор между ФИО1 и ИП ФИО2 на момент заезда истца в бокс мойки не был заключен ни в письменной, ни в устной форме, поэтому на данные правоотношения не распространяется законодательство о защите прав потребителей в данной конкретной ситуации.

Доказательств обратного стороной истца суду не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что вред, причиненный автомобилю истца при осуществлении въезда в помещение моечного бокса автомойки ИП ФИО2 является внедоговорным, в связи с чем положения законодательства о защите прав потребителей в данной конкретной ситуации не могут быть применены к сложившимся правоотношениям, в связи с чем надлежит пользоваться общими нормами о причинении вреда, согласно которым истец может претендовать на возмещение вреда лишь при наличии противоправных виновных действий со стороны ответчика, а также причинно-следственной связи между виновными действиями ответчика и наступившим для истца вредом.

Кроме того, вступившими в законную силу Постановлением по делу об административном правонарушении мирового судьи судебного участка № Коряжемского судебного района от ДД.ММ.ГГГГ и решением судьи Коряжемского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 13:00 час. ФИО1, управляя ТС <данные изъяты> и осуществляя движение с прилегающей к автомойке территории – автостоянки, допустила столкновение с подъемными воротами автомойки, причинив ущерб владельцу автомойки, что согласно п. 1.2 ПДД РФ является дорожно-транспортным происшествием, и в нарушение п. 2.5 ПДД РФ оставила место ДТП, участником которого являлась, за что привлечена к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ

Также стороной истца не представлено сведений о том, какими законами, нормами или правилами установлена обязанность ИП ФИО2 установить на автомойке светофор или дорожные знаки.

При таких обстоятельствах, поскольку, обращаясь с настоящим иском, сторона истца не представила бесспорных доказательств вины ИП ФИО2 в причинении ущерба автомобилю истца, а также наличия причинно-следственной связи между виновными действиями ответчика и наступившим для истца вредом, законных оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ИП ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного автомобилю истца, суд не усматривает.

Законных оснований для взыскания компенсации морального вреда и штрафа суд также не усматривает, поскольку причиненный имуществу истца вред является внедоговорным и законодательство о защите прав потребителей на эти правоотношения не распространяется, в связи с чем суд приходит к выводу, что в удовлетворении этих требований истца также надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении искового заявления ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного при оказании услуги, компенсации морального вреда, штрафа отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Коряжемский городской суд Архангельской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме (16 декабря 2017 года).

Председательствующий судья С. Ю. Янсон