Решение № 2-27/2019 2-27/2019(2-4465/2018;)~М-3095/2018 2-4465/2018 М-3095/2018 от 14 июля 2019 г. по делу № 2-27/2019

Дело № 2-27/2019

18RS0003-01-2018-003640-48


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 июля 2019 года г.Ижевск

Октябрьский районный суд г.Ижевска в составе:

председательствующего судьи Биянова К.А.,

при секретаре Емельяновой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании суммы страхового возмещения.

Требования мотивированы тем, что 26.09.2017 г. около 19-40 час. на 227 км автодороги подъезд к г.Пермь М-7 Волга произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) с участием принадлежащего истцу автомобиля Фольксваген Поло г/н <номер> под управлением водителя ФИО2 и автомобиля УРАЛ 4320 г/н <номер> под управлением водителя ФИО3, принадлежащего ООО «Удмуртнефтегеофизика».

В результате ДТП принадлежащий истцу автомобиль Фольксваген Поло г/н <номер> получил механические повреждения.

Истец считает, что ДТП произошло по вине водителя автомобиля УРАЛ 4320 г/н <номер> ФИО3, который в нарушение требований п. 8.1, 8.2 ПДД перед началом маневра поворота налево не подал сигнал поворота и при выполнении маневра создал опасность для движения, в результате чего автомобиль Фольксваген Поло г/н <номер> под управлением водителя ФИО2 совершил съезд с дороги в кювет, где получил значительные механические повреждения.

Гражданская ответственность истца как владельца автомобиля Фольксваген Поло г/н <номер> на момент ДТП была застрахована ответчиком.

Гражданская ответственность владельца транспортного средства УРАЛ 4320 г/н <номер> на момент ДТП также была застрахована ответчиком по полису ОСАГО.

Истец обратился к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения.

Ответчик в выплате страхового возмещения отказал.

Для определения размера ущерба истец обратился к независимому оценщику.

Согласно экспертному заключению ООО «Трест Инвест» стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа составила 1110145 руб., стоимость восстановительного ремонта с учетом износа составила 987600 руб., рыночная стоимость транспортного средства составила 565000 руб., стоимость годных остатков составила 127300 руб.

По смыслу Закона об ОСАГО наступила полная гибель поврежденного транспортного средства. Размер ущерба на условиях наступления полной гибели транспортного средства составил 437700 руб. (565000 руб. – 127300 руб.).

Досудебные претензии истца с требованием выплатить страховое возмещение в пределах лимита ответственности страховщика оставлены ответчиком без удовлетворения.

С учетом изложенного, истец просит взыскать с ответчика на условиях наступления полной гибели транспортного средства в пределах лимита ответственности страховщика страховое возмещение в размере 400000 руб.; возместить расходы по оценке ущерба в размере 20000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 руб., расходы по копированию документов в размере 1600 руб.

В последующем, истец дополнительно заявил требование о взыскании с ответчика расходов по оплате судебной автотехнической экспертизы в размере 8000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание, извещенный о времени и месте сего проведения, не явился, просил рассмотреть дело без его участия. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено без участия истца.

Третье лицо на стороне истца ФИО4 в судебном заседании пояснила, что исковые требования считает обоснованными.

В ходе рассмотрения дела по обстоятельствам ДТП пояснила, что 26.09.2017 г. управляла принадлежащим истцу автомобилем Фольксваген Поло. Двигалась по автодороге из г.Ижевска в поселок Игра. Вместе с ней ехала пассажир КЕА

В пути следования находилась деревня Соловьи, где она догнала автомобиль Рено Логан. Далее по ходу движения был прямой участок дороги с прерывистой разметкой по одной полосе для движения в каждую сторону. Знаков, запрещающих обгон транспортных средств, не было.

Она совершила обгон автомобиля Рено Логан и вернулась на свою полосу. Двигалась со скоростью 80-90 км/ч.

Догнала грузовой автомобиль УРАЛ, который также решила обогнать. Выехала на полосу встречного движения, поравнялась с задней частью автомобиля УРАЛ и в этот момент без включения сигнала левого поворота автомобиль УРАЛ начал совершать поворот налево. Выехал на полосу встречного движения примерно на 2 метра.

Она для избежания столкновения начала тормозить и повернула влево, съехала на левую обочину, проехав по обочине, совершила съезд в кювет, где автомобиль наехал на деревья и опрокинулся.

На автомобиле УРАЛ не было включено сигнала поворота. Сигналы торможения на автомобиле УРАЛ тоже не горели. Он совершал поворот без торможения и остановки.

Контактного взаимодействия (столкновения) между транспортными средствами не произошло.

Считает, что если бы она не свернула влево, то произошло бы столкновение с автомобилем УРАЛ, который начал перекрывать ей дорогу.

В своих действиях нарушений требований Правил дорожного движения не усматривает. ПДД не нарушала, так как двигалась с разрешенной скоростью движения и совершала обгон в разрешенном для обгона месте.

Считает, что ДТП произошло только по вине водителя автомобиля УРАЛ ФИО3, так как он при совершении поворота не включил сигнал левого поворота и не убедился в безопасности маневра.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание, извещенный о времени и месте его проведения, не явился, о причинах неявки не сообщил. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено без участия третьего лица.

В ходе рассмотрения дела третье лицо ФИО3 пояснил, что исковые требования считает необоснованными.

По обстоятельствам ДТП пояснил, что является работником (водителем) ООО «Удмуртнефтегеофизика». 26.09.2017 г. управлял служебным технически исправным автомобилем УРАЛ, двигался в колоне автомобилей по автодороге со стороны г.Ижевска в сторону п.Игра. Скорость движения была около 30-40 км/ч.

В пути следования ему надо было повернуть налево, съехать с дороги на поле, что бы забрать работников их организации. Метров за 100 до места поворота включил сигнал поворота, убедился, что автомобилей сзади нет, снизил скорость с 40 км/ч до 15 км/ч. Чтобы совершить поворот с учетом габаритов автомобиля смещался к правому краю дороги.

Приступил к маневру поворота налево. Только начал поворачивать, но, не успев заехать на прерывистую линию, на полосу встречного движения, его обогнал легковой автомобиль черного цвета, который двигался, как ему показалось, со скоростью около 100 км/ч.

Легковой автомобиль съехал на обочину и опрокинулся метров через 50-60.

Тормозного следа от легкового автомобиля не было.

Он (ФИО3) в процессе поворота резко остановился, так как его обгонял указанный автомобиль. После разъезда с указанным автомобилем, он продолжил маневр поворота, съехал с дороги в поле.

Столкновения между автомобилем УРАЛ и легковым автомобилем не было.

Считает, что в его действиях не имеется нарушений требований Правил дорожного движения, а ДТП с участием легкового автомобиля произошло только по вине водителя ФИО2

Представитель истца ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить в полном объеме.

Считает, что материалами дела подтвержден факт дорожно-транспортного происшествия, произошедшего с участием двух транспортных средств, непосредственного столкновения между которыми не произошло.

Считает, что ДТП произошло только по вине водителя автомобиля УРАЛ ФИО3, в действиях которого усматривает нарушение требований п. 8.1, 8.2 ПДД.

Нарушение ПДД выразилось в том, что при совершении маневра поворота налево ФИО3 не включил сигнал левого поворота, не убедился в безопасности маневра, при совершении которого создал помеху для продолжения движения автомобилю Фольксваген Поло под управлением ФИО2, которая в этот момент совершала маневр обгона.

В действиях ФИО2 нарушений требований ПДД не усматривает. Обгон ФИО2 совершала в разрешенном для обгона месте и двигалась с разрешенной скоростью.

Доводы ответчика о недоказанности вины водителя ФИО3 в совершении ДТП и причинении вреда имуществу истца считает необоснованными.

В обоснование размера страхового возмещения просил принять экспертное заключение ООО «Трест Инвест», согласно выводам которого, установлено наступление полной гибели транспортного средства.

Считает, что истцом был соблюден досудебный порядок урегулирования спора, в связи с чем, в удовлетворении ходатайства ответчика об оставлении иска без рассмотрения просил отказать. Пояснил, что с заявлением о выплате страхового возмещения истец обращался в отдел страховщика по месту жительства в поселке Игра. Копию заявления страховщик истцу не выдает. Однако страховщиком выдано направление на осмотр автомобиля, что возможно только после подачи заявления о выплате страхового возмещения.

Представитель ответчика ПАО СК «Росгосстрах» ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признал, в удовлетворении иска просил отказать.

Поддержал представленные в ходе рассмотрения дела письменные возражения на иск.

Считает, что истцом не представлено доказательств наличия вины водителя ФИО3 в совершении ДТП.

Считает, что вред был причинен истцу в результате виновных действий водителя ФИО2, которая управляла принадлежащим истцу автомобилем, и именно по ее вине произошло ДТП.

Страховое возмещение в размере половины суммы ущерба выплачено страховщиком не было, так как вина водителей в совершении ДТП в материалах административного дела установлена не была.

Также считает, что иск подлежит оставлению без рассмотрения, поскольку истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора. Считает, что истец не обращался к ответчику с первоначальным заявлением о выплате страхового возмещения.

При удовлетворении требований о взыскании страхового возмещения просил отказать во взыскании штрафных санкций либо уменьшить их в соответствии со ст. 333 ГК РФ, расходы по оценке ущерба считает завышенными.

Представитель третьего лица ООО «Удмуртнефтегеофизика» ФИО7 в судебном заседании пояснила, что исковые требования считает необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Пояснила, что автомобиль УРАЛ 4320 г/н <номер> принадлежит ООО «Удмуртнефтегеофизика» на праве собственности. Водитель ФИО3 является работником ООО «Удмуртнефтегеофизика», в момент ДТП управлял автомобилем, исполняя трудовые обязанности водителя. Управлял автомобилем по путевому листу.

В действиях водителя ФИО3 нарушений требований ПДД не усматривает. В отношении ФИО3 не возбуждалось производство по делу об административном правонарушении, в его действиях органами ГИБДД не было установлено нарушение требований Правил дорожного движения.

Считает, что истцом не доказано наличие вины в действиях водителя ФИО3 в совершении ДТП, причинно-следственной связи между его действиями и вредом. Механизм ДТП объективными доказательствами не подтвержден. Объяснения ФИО2 считает недостоверными, показания свидетелей противоречивыми.

Считает, что страховой случай не наступил.

Считает, что ДТП произошло только по вине водителя ФИО2, которая не заметила совершаемый водителем автомобиля УРАЛ маневр поворота, начала обгон данного автомобиля, не убедившись, в безопасности своего маневра и, что полоса движения свободна, нарушила требования п. 10.1, 11.1 ПДД.

Выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав материалы дела, административный материал по факту ДТП, материалы дела Якшур-Бодьинского районного суда УР № <номер> по жалобе ФИО2 на постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении, суд установил следующее.

26.09.2017 г. около 19-40 час. на 227 км автодороги «Подъезд к г.Пермь от М-7 Волга» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего истцу автомобиля Фольксваген Поло г/н <номер> под управлением водителя ФИО2 и автомобиля УРАЛ 4320 г/н <номер>, принадлежащего ООО «Удмуртнефтегеофизика», под управлением водителя ФИО3, при следующих обстоятельствах.

Оба автомобиля двигались в попутном направлении по проезжей части автодороги, имеющей по одной полосе для движения в каждую сторону.

Автомобиль Фольксваген Поло двигался сзади автомобиля УРАЛ и начал совершать маневр обгона автомобиля УРАЛ с выездом на полосу встречного движения.

В момент выполнения водителем автомобиля Фольксваген Поло маневра обгона и движения по встречной полосе, водитель автомобиля УРАЛ без включения сигнала поворота начал совершать маневр поворота налево для съезда в поле, чем создал помеху для движения автомобилю Фольксваген Поло, выполнявшему его обгон.

Следствием маневра поворота, совершенного водителем ФИО3, явилось то, что водитель автомобиля Фольксваген Поло, принимая меры для предотвращения столкновения, совершил выезд на левую по ходу движения обочину с последующим съездом в кювет и опрокидыванием.

Непосредственно контактного взаимодействия между автомобиля не было.

В результате ДТП автомобиль Фольксваген Поло получил значительные механические повреждения. Водитель данного автомобиля ФИО2 и пассажир КЕА получили телесные повреждения.

Автомобиль Фольксваген Поло г/н <номер> на момент ДТП принадлежал истцу на праве собственности, что подтверждается копией свидетельства о регистрации и паспорта транспортного средства. На момент рассмотрения дела автомобиль истец продал.

Гражданская ответственность истца ФИО1 как владельца автомобиля Фольксваген Поло г/н <номер> на момент ДТП была застрахована ответчиком по полису ОСАГО от 06.04.2017 г.

Собственником автомобиля УРАЛ 4320 г/н <номер> является третье лицо ООО «Удмуртнефтегеофизика», что подтверждено паспортном транспортного средства.

Гражданская ответственность ООО «Удмуртнефтегеофизика» как законного владельца автомобиля УРАЛ 4320 г/н <номер> на момент ДТП была застрахована ответчиком по полису ОСАГО от 30.09.2016 г. сроком действия с 01.11.2016 г. по 31.10.2017 г. с лимитом ответственности страховщика 400000 руб.

Водитель ФИО3 в соответствии с трудовым договором является работником ООО «Удмуртнефтегеофизика» (водителем спецавтомобиля УРАЛ), в день ДТП управлял автомобилем УРАЛ 4320 г/н <номер> на основании путевого листа.

Для получения страхового возмещения истец обратился к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения.

02.02.2018 г. ответчик вручил ФИО2 как представителю поврежденного транспортного средства направление на осмотр от 31.01.2018 г. и направление на диагностику систем безопасности по адресу: <адрес>.

03.04.2018 г. истец обратился к ответчику с претензией с требованием выплатить страховое возмещение в полном размере по экспертному заключению независимого оценщика, возместить расходы по оценке ущерба, выплатить неустойку.

К претензии были приложены копии справки о ДТП, определения о возбуждении дела об административном правонарушении, направления на осмотр, экспертного заключения, реквизитов счета заявителя, доверенности, оригинал квитанции по оплате услуг оценщика.

Письмом от 04.04.2018 г. ответчик сообщил истцу, что в ответ на заявление о страховой выплате от 03.04.2018 г. по делу № 16253253 ответчик не имеет правовых оснований для выплаты и рассмотрит заявление после предоставления затребованных документов.

В письме от 23.04.2018 г. на имя ФИО2 страховщик указал, что необходимо представить документы правоохранительных органов, устанавливающих виновника ДТП. Вопрос о страховой выплате будет пересмотрен после предоставления указанного документа.

07.05.2018 г. истец обратился к ответчику с повторной претензией с требованием выплатить по делу № 16253253 страховое возмещение.

Дополнительно к претензии были приложены гражданский паспорт, водительское удостоверение ФИО2, ПТС, СТС, сведения о ДТП, постановление о прекращении дела об административном правонарушении, решение Якшур-Бодьинского районного суда УР по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении.

21.05.2018 г. истец обратился к ответчику с заявлением, в котором указал, что повторно предоставляет на запрос страховщика от 05.05.2018 г. заверенные в установленном порядке документы компетентных органов (заверенные ГИБДД сведения о ДТП, постановление).

Также истец повторно в этом же заявлении уведомил ответчика от отсутствии технической возможности предоставить автомобиль для осмотра по месту нахождения страховщика в г.Ижевске.

Изложенные обстоятельства подтверждаются исследованными судом доказательствами.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд считает необходимым исковые требования о взыскании страхового возмещения удовлетворить по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 1079 ГК РФ граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ:

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Истец считает, что ДТП и причинение вреда имуществу истца произошло по вине водителя автомобиля УРАЛ ФИО3

Доводы истца суд находит обоснованными.

Водитель ФИО3 при выполнении маневра поворота налево обязан был руководствоваться требования п. 8.1, 8.2 Правил дорожного движения, согласно которым:

- 8.1. Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

- 8.2 Подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения.

Нарушение ФИО3 указанных требований ПДД находит подтверждение исследованными судом доказательствами.

В частности, третье лицо ФИО2 по обстоятельствам ДТП пояснила, что 26.09.2017 г. управляла автомобилем Фольксваген Поло. Двигалась по автодороге из г.Ижевска в поселок Игра.

В пути следования догнала грузовой автомобиль УРАЛ, и решила его обогнать. На прямом участке дороги, в месте, где разрешен обгон транспортных средств, выехала на полосу встречного движения, поравнялась с задней частью автомобиля УРАЛ и в этот момент без включения сигнала левого поворота автомобиль УРАЛ начал совершать поворот налево. Выехал на полосу встречного движения примерно на 2 метра.

Она для избежания столкновения начала тормозить и повернула влево, съехала на левую обочину и совершила съезд в кювет, где автомобиль наехал на деревья и опрокинулся.

На автомобиле УРАЛ не был включен сигнал поворота. Сигналы торможения на автомобиле УРАЛ тоже не горели. Он совершал поворот без торможения и остановки.

Аналогичные пояснения об обстоятельствах ДТП были даны водителем ФИО2 и в рамках административного дела по факту ДТП.

Объяснения ФИО2, как первоначальные, так и дополнительные не противоречат друг другу.

Пояснения третьего лица ФИО2 об обстоятельствах ДТП находят подтверждение и показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей.

В частности, свидетель КЕА в судебном заседании от 23.10.2018г. пояснила, что ФИО2 является ее подругой. 26.09.2017 г. она вместе с ФИО2 ехала в автомобиле из г.Ижевска в поселок Игру. Автомобилем управляла Лалетниа. Она сидела на переднем пассажирском сиденье. Периодически следила за дорогой.

В пути следования ФИО8 обогнала автомобиль Рено Логан.

Потом ФИО8 начала обгонять грузовой автомобиль. Участок дороги был прямым. Опозновательные знаки поворотов, съездов с дороги отсутствовали. Выехали но полосу встречного движения. На грузовом автомобиле сигнал левого поворота включен не был. Когда передняя часть их автомобиля поравнялась с задней частью грузового автомобиля, грузовой автомобиль начал поворачивать. ФИО2 начала тормозить, вывернула влево и они оказались в кювете.

О том, что автомобиль УРАЛ начал поворачивать она поняла из того, что передняя часть УРАЛа смещалась на встречную полосу. Он непосредственно начал совершать маневр поворота.

Свидетель ББЕ в судебном заседании от 23.10.2018 г. пояснил, что 26.09.2017 г. в вечернее время ехал из г.Ижевска в поселок Кез на своем автомобиле Рено Логан синего цвета. Двигался со скоростью 60-65 км/ч. После проезда деревни д.Якшур-Бодья его обогнал легковой автомобиль. Далее они проехали деревню Соловьи. Он двигался за легковым автомобилем.

Начался прямой участок дороги. Он увидел, что указанный легковой автомобиль начал подъезжать к впереди идущему грузовому автомобилю. До указанных автомобиль расстояние от него было около 100 метров. Уже было темно и шел редкий дождь, но дорогу он видел отчетливо. У него была прямая видимость. Других автомобилей между ним и этими автомобилями не было.

Четко увидел, что на легковом автомобиле был включен сигнал левого поворота, а грузовой автомобиль пересекал осевую линию проезжей части дороги. Легковой автомобиль резко ушел влево.

Видел, что легковой автомобиль раньше выехал на полосу встречного движения, чем грузовой автомобиль начал поворачивать налево. Грузовой автомобиль выехал на встречную полосу движения наполовину.

У грузового автомобиля горели только габаритные огни. Чтобы на грузовом автомобиле в это время работал сигнал левого поворота и сигналы торможения, он не видел.

За рулем легкового автомобиля была ФИО8.

До того, как его обогнал легковой автомобиль, грузовой автомобиль был впереди него на расстоянии метров 150. И он тоже хотел его обогнать.

Оценивая показания свидетеля КЕА и ББЕ, суд учитывает, что оба свидетеля являлись очевидцами ДТП.

Свидетель КЕА находилась непосредственно в автомобиле Фольксваген Поло.

Свидетель ББЕ также был непосредственно на месте ДТП, и в последующем был установлен розыскным путем для дачи пояснений инспектором ГИБДД в ходе расследования обстоятельств ДТП.

Нахождение данного свидетеля на месте ДТП подтверждено и обоими участниками ДТП (водителями) при рассмотрении настоящего дела.

Показания указанных свидетелей последовательные, согласуются между собой, и не противоречат другим исследованным судом доказательствам.

Показания указанных свидетелей соответствуют тем, которые были даны ими первоначально при рассмотрении дела об административном правонарушении, и тем, которые были даны ими при допросе в судебном заседании при рассмотрении настоящего дела.

Свидетели были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

С учетом изложенного, оснований ставить под сомнение показания данных свидетелей у суда не имеется.

Из изложенных доказательств следует, что водитель автомобиля УРАЛ ФИО3 перед совершением поворота налево не включил указатель левого поворота, не убедился в безопасности своего маневра поворота налево, создал помеху для движения автомобилю Фольксваген Поло, выполнявшему маневр обгона, что привело к дорожно-транспортному происшествию.

Создание помехи выразилось в вынужденной необходимости снижения водителю автомобиля Фольксваген Поло скорости движения, изменения направления движения транспортного средства, что с учетом погодных и дорожных условий повлекло опрокидывание автомобиля Фольксваген Поло в кювет.

В связи с этим, доводы третьего лица ФИО3 о том, что перед маневром поворота он заблаговременно включил сигнал поворота, суд находит несостоятельными.

Достоверными доказательствами его доводы не подтверждены.

В подтверждение доводов ФИО3 о соблюдении им требований ПДД по ходатайству третьего лица ООО «Удмуртнефтегеофизика» был допрошен свидетель ПАН

В частности, свидетель ПАН в судебном заседании пояснил, что работает наладчиком-техником в ООО «Удмуртнефтегеофизика».

В сентябре 2017 года он вместе с отрядом шел по полю около деревни Соловьи. Было пасмурно. Увидел автомобиль УРАЛ, принадлежащий их организации, который ехал по дороге. С дороги был съезд на поле, которое располагалось слева по ходу движения автомобиля. Съезд был сделан специально для спецтехники.

Он видел, что на автомобиле УРАЛ был включен сигнал поворота.Скорость движения автомобиля была около 20 км/ч. Когда автомобиль УРАЛ начал поворачивать, его начал обгонять легковой автомобиль, который занесло. Легковой автомобиль съехал в кювет.

Этот маневр легкового автомобиля он определил по свету фар.

Скорость движения легкового автомобиля была около 70-80 км/ч.

Также пояснил, что автомобиль УРАЛ еще не начал маневра поворота. Автомобиль УРАЛ стоял на своей полосе. В момент разъезда автомобилей УРАЛ уже стоял, остановился на своей полосе. До приезда сотрудников ГИБДД остался стоять там.

ДТП наблюдал на расстоянии 200-250 метров.

После ДТП вытаскивал людей из легкового автомобиля. Девушке, которую вытащили с пассажирской стороны, он оказывал первую помощь. Ею была ФИО8. Думает, что именно она была пассажиром, а автомобилем управляла другая девушка.

Непосредственно кто управлял автомобилем, не видел.

В письменных объяснения, которые были даны им сотрудникам ГИБДД, он указал, что УРАЛ начал поворачивать. Под этой фразой он имел в виду то, что водитель УРАЛа подъехал к повороту, остановился и включил сигнал поворота.

Между тем, достоверность показаний свидетеля ПАН вызывает у суда сомнения.

При оценке показаний данного свидетеля, суд учитывает, что обстоятельства ДТП свидетель наблюдал со значительного расстояния, в темное время суток и определял маневры автомобилей только по свету фар, что не позволяет считать его показания соответствующими действительности, достоверными.

Кроме того, показания свидетеля не соответствуют показаниям самих водителей ФИО2 и ФИО3, которые пояснили, что автомобиль УРАЛ после разъезда автомобилей завершил маневр поворота, съехал в поле, тогда как ПАН поясняет, что автомобиль УРАЛ остался на дороге до приезда сотрудников ГИБДД.

Показания свидетеля ПАН. в данной части опровергаются и содержанием схемы места ДТП, подписанной обоими водителями, на которой зафиксировано, что автомобиль УРАЛ находится за пределами проезжей части дороги, а также опровергаются фотоматериалом, из которого следует, что УРАЛ стоит в поле.

Кроме того, при рассмотрении гражданского дела свидетель ПАН изменил свои показания, данные им в рамках административного дела.

В частности, в административном деле ПАН указал, что увидел, что УРАЛ начал поворачивать, включив сигнал поворота.

При рассмотрении настоящего гражданского дела ПАН дал пояснения о том, что в момент разъезда автомобилей, автомобиль УРАЛ стоял, остановился на своей полосе. До приезда сотрудников ГИБДД остался стоять там.

Кроме того, свидетель ПАН и третье лицо ФИО3 являются работниками одной организации ООО «Удмуртнефтегеофизика», в связи с чем, свидетель может иметь заинтересованность в исходе дела.

С учетом изложенного, учитывая наличие противоречий в показаниях свидетеля, к показаниям свидетеля ФИО9 суд относится критически и не принимает их к сведению.

Какими-либо другими доказательствами доводы ФИО3 о соблюдении им требований Правил дорожного движения не подтверждены, опровергаются объяснениями третьего лица ФИО2 и показаниями свидетелей ФИО10 и ФИО11, признанных судом достоверными.

Других доказательств в подтверждение версии ДТП, изложенной водителем ФИО3, ответчиком и третьим лицом ООО «Удмуртнефтегеофизика» не представлено.

С учетом изложенного, доводы третьего лица ФИО3 о том, что сигнал левого поворота был включен им до начала маневра поворота, заблаговременно, оцениваются судом критически.

Доводы ФИО3 о том, что автомобилем Фольксваген Поло управляла не ФИО12, суд находит несостоятельными, поскольку основаны на предположениях и опровергаются другими исследованными судом доказательствами.

При этом, в рамках дела об административном правонарушении ни сам ФИО3, ни указанный им свидетель ПАН, не заявляли о том, что автомобилем Фольксваген Поло управляло иное лицо, а не ФИО2

С учетом изложенных обстоятельств, оснований ставить под сомнение пояснения третьего лица ФИО2 об обстоятельствах ДТП, у суда нет.

Пояснения третьего лица ФИО2 последовательны, подтверждены показаниями свидетелей, являвшихся очевидцами ДТП, согласуются с другими исследованными судом доказательствами.

При указанных обстоятельствах, нарушений требований Правил дорожного движения в действиях третьего лица ФИО2, которые состояли бы в причинно-следственной связи с ДТП, суд не усматривает.

Ответчик и другие лица, участвующие в деле, доказательств наличия в действиях третьего лица ФИО2 нарушений требований ПДД, состоящих в причинной связи с рассматриваемым ДТП, в том числе нарушение требований п. 10.1, 11.1 ПДД не представили.

Выводы судебной автотехнической экспертизы в АНО «Департамент судебных экспертиз» судом во внимание не принимаются, так как сделаны экспертом лишь на основании оценки показаний участников ДТП и свидетелей.

Однако, оценка пояснениям лиц, участвующих в деле, а также показаниям свидетелей может быть дана только судом, и не относится к компетенции эксперта.

С учетом изложенного, доводы ответчика и третьих лиц на его стороне (ФИО3, ООО «Удмуртнефтегеофизика») о наличии в действиях третьего лица ФИО2 вины в совершении ДТП, суд находит несостоятельными.

На основании анализа изложенных доказательств, суд приходит к выводу, что причиной ДТП явилось нарушение водителем автомобиля УРАЛ ФИО3 требований пунктов 8.1, 8.2 Правил дорожного движения.

Нарушение водителем ФИО3 требований п. 8.1, 8.2 ПДД состоит в прямой причинной связи с возникновением вреда – повреждением автомобиля истца.

Помеха для движения автомобилю Фольксваген Поло была создана именно действиями водителя автомобиля УРАЛ ФИО3, который в нарушение указанных требований ПДД перед совершением маневра поворота не включил заблаговременно сигнал левого поворота, чем создал аварийную ситуацию, вследствие которой и произошло дорожно-транспортное происшествие с причинением вреда имуществу истца.

В рамках производства по делу по факту ДТП определением инспектора ГИБДД от 26.09.2017 г. было возбуждено дело об административном правонарушении по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Участниками производства по делу об административном правонарушении являлись водители ФИО3 и ФИО2

Производство по делу об административном правонарушении в отношении водителя ФИО2 было прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Сведений об окончании производства по делу в отношении водителя ФИО3 в материалах административного дела не имеется.

Между тем, указанные обстоятельства не лишают стороны права устанавливать лицо, виновное в причинении вреда, в порядке гражданского судопроизводства.

В силу изложенных обстоятельств, суд признает ООО «Удмуртнефтегеофизика», как законного владельца автомобиля УРАЛ 4320 г/н <номер>, лицом, обязанным возместить вред, причиненный имуществу истца в ДТП, водителем автомобиля УРАЛ ФИО3

В соответствии со ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю) полученные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). По договору имущественного страхования может быть застрахован риск ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда имуществу других лиц – риск гражданской ответственности.

Согласно ст. 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. Лицо, риск ответственности которого за причинение вреда застрахован, должно быть названо в договоре страхования. Если это лицо в договоре не названо, считается застрахованным риск ответственности самого страхователя. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии со ст. 14.1 Закона об ОСАГО (в редакции на дату ДТП) потерпевший предъявляет требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств:

а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте «б» настоящего пункта;

б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух и более транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Поскольку из материалов дела следует, что ДТП произошло без столкновения транспортных средств, в результате ДТП были причинены телесные повреждения участникам ДТП, то у истца, как потерпевшего, отсутствуют предусмотренные законом основания для предъявления требования о страховой выплате в порядке прямого возмещения убытков.

Учитывая, что на момент ДТП гражданская ответственность владельца автомобиля УРАЛ была застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО ответчиком, то истец вправе предъявить требование о возмещении вреда непосредственно к ответчику ПАО СК «Росгосстрах» в пределах установленного ст. 7 данного закона лимита ответственности (в части возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего 400 тысяч рублей).

Для освобождения ответчика от обязанности возместить вред в установленных законом пределах в силу ст. 964 ГК РФ, п. 2 ст. 6 Закона № 40-ФЗ оснований нет.

При определении размера страхового возмещения, подлежащего выплате истцу за счет ответчика, суд считает необходимым руководствоваться экспертным заключением ООО «Трест Инвест», согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа составила 1110145 руб., стоимость восстановительного ремонта с учетом износа составила 987600 руб., рыночная стоимость транспортного средства составила 565000 руб., стоимость годных остатков составила 127300 руб.

В соответствии с подпунктом «а» п. 18 ст. 12 Закона об ОСАГО размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае полной гибели имущества потерпевшего - в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков.

Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость.

Согласно п. 6.1 Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства (утв. Банком России 19.09.2014 N 432-П) при принятии решения об экономической целесообразности восстановительного ремонта, о гибели и величине стоимости транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия необходимо принимать величину стоимости транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия равной средней стоимости аналога на указанную дату по данным имеющихся информационно-справочных материалов, содержащих сведения о средней стоимости транспортного средства.

Сравнению подлежат стоимость восстановительного ремонта, рассчитанная без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), подлежащих замене, и средняя стоимость аналога транспортного средства.

Проведение восстановительного ремонта признается нецелесообразным, если предполагаемые затраты на него равны или превышают стоимость транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия (стоимость аналога).

Учитывая установленную экспертным заключением стоимость транспортного средства до ДТП и стоимость его ремонта без учета износа, суд считает, что в данном случае размер ущерба, причиненного истцу, подлежит определению на условиях наступления полной гибели транспортного средства.

В связи с этим, размер причиненного истцу ущерба должен определяться как разница между действительной стоимостью автомобиля на день наступления страхового случая и стоимостью годных остатков.

Экспертное заключение составлено экспертом-техником по состоянию на дату ДТП, с применением положений Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства (утв. Банком России 19.09.2014 N 432-П). Расчет стоимости ремонта выполнен исходя из повреждений автомобиля, зафиксированных в акте осмотра, не оспоренного ответчиком по объему повреждений.

Ответчиком своих доказательств размера ущерба не представлено.

При этом в письменных возражениях от 29.08.2018 г. представитель ответчика указал, что не оспаривает размер ущерба, представленный истцом.

Таким образом, размер ущерба, причиненного истцу в результате ДТП в рамках Закона об ОСАГО г., суд определяет в размере 437700 руб. (565000 руб. – 127300 руб.).

С учетом того, что ответчик выплату в досудебном порядке не произвел, то с ответчика в пользу истца подлежит взысканию страховое возмещение в пределах лимита ответственности страховщика в размере 400000 руб.

Доводы представителя ответчика о том, что иск подлежит оставлению без рассмотрения по причине несоблюдения истцом установленного федеральным законом досудебного порядка урегулирования спора, судом отклоняются по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 16.1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» до предъявления к страховщику иска, содержащего требование об осуществлении страховой выплаты, потерпевший обязан обратиться к страховщику с заявлением, содержащим требование о прямом возмещении убытков, с приложенными к нему документами, предусмотренными правилами обязательного страхования.

При наличии разногласий между потерпевшим и страховщиком относительно исполнения последним своих обязательств по договору обязательного страхования до предъявления к страховщику иска, вытекающего из неисполнения или ненадлежащего исполнения им обязательств по договору обязательного страхования, несогласия потерпевшего с размером осуществленной страховщиком страховой выплаты потерпевший направляет страховщику претензию с документами, приложенными к ней и обосновывающими требование потерпевшего, которая подлежит рассмотрению страховщиком в течение десяти календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня поступления. В течение указанного срока страховщик обязан удовлетворить выраженное потерпевшим требование о надлежащем исполнении обязательств по договору обязательного страхования или направить мотивированный отказ в удовлетворении такого требования

Как следует из материалов дела, истец в соответствии с требованиями Закона об ОСАГО до предъявления настоящего иска в суд обращался к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения и в последующем дважды с досудебными претензиями, которые ответчиком принимались и рассматривались.

Заявление о выплате страхового возмещения в материалы дела ни истцом, ни ответчиком не представлено.

Между тем, как следует из материалов дела, ответчик выдал истцу в лице представителей направление на осмотр и направление на диагностику систем безопасности, что в соответствии с Законом об ОСАГО производится страховщиком только после подачи потерпевшим заявления о выплате страхового возмещения.

При этом, обращению потерпевшего по факту повреждения его имущества в ДТП страховщиком присвоен номер выплатного дела – № 16253253, что следует из письма ответчика от 04.04.2018 г.

Кроме того, при рассмотрении претензий потерпевшего, страховщик ни разу не указал потерпевшему на то, что им до сих пор на момент рассмотрения претензий не было подано самое первоначально необходимое заявление «о выплате страхового возмещения».

Страховщик отказывал в удовлетворении претензий по основаниям необходимости предоставления документов из компетентных органов.

Согласно абз. 5 п. 1 ст. 12 Закона об ОСАГО при недостаточности документов, подтверждающих факт наступления страхового случая и размер подлежащего возмещению страховщиком вреда, страховщик в течение трех рабочих дней со дня их получения по почте, а при личном обращении к страховщику в день обращения с заявлением о страховом возмещении или прямом возмещении убытков обязан сообщить об этом потерпевшему с указанием полного перечня недостающих и (или) неправильно оформленных документов.

Таким образом, истребование дополнительных документов производится страховщиком также только после подачи заявления.

Доводы о том, что истцом не было подано заявление о выплате страхового возмещения, были заявлены ответчиком только при рассмотрении гражданского дела.

Доводы о том, что заявление подано не было, какими-либо доказательствами ответчик не подтвердил. Напротив, из материалов дела следует, что ответчиком были совершены действия по урегулированию страхового случая, которые совершаются после подачи заявления о выплате страхового возмещения.

Суд считает, что изложенные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном поведении ответчика.

В соответствии с п. 1 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о соблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного ст. 16.1 Закона об ОСАГО, и отсутствии правовых оснований для оставления иска без рассмотрения.

Ходатайство об оставлении иска без рассмотрения подлежит оставлению без удовлетворения.

В соответствии с п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО установлено, что при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО в случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»:

«Если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застраховавшего ответственность лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение.

В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потерпевшим (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции, штрафа и компенсации морального вреда, если обязательства по выплате страхового возмещения в равных долях от размера понесенного каждым из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия ущерба им исполнены».

Из материалов дела следует, что при досудебном урегулировании спора истец представил ответчику документы, составленные сотрудниками полиции по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении, из которых следовало, что ни водитель автомобиля истца, ни водитель автомобиля УРАЛ не были привлечены к административной ответственности за нарушение требований Правил дорожного движения.

Поскольку в материалах административного дела не была установлена вина ни одного из водителей в наступлении страхового случая, не была определена степень вины каждого из водителей, то ответчик обязан был выплатить истцу половину суммы ущерба (200000 руб.) в установленный законом об ОСАГО срок.

Так как ответчик указанную обязанность при досудебном урегулировании спора надлежащим образом не исполнил, в выплате страхового возмещения отказал, то имеются основания для возложения на ответчика обязанности по уплате штрафа.

С ответчика подлежит взысканию штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего в размере 100000 руб. (200000 руб. х 50 %).

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера штрафа.

Принимая во внимание размер штрафа, его соотношение с размером неисполненного ответчиком обязательства, недоказанность у истца убытков, вызванных нарушением страховщиком срока исполнения обязательства, наступления иных неблагоприятных последствий, суд считает, что штраф в указанном размере с учетом конкретных обстоятельств дела явно несоразмерен последствиям нарушения обязательств ответчиком и в соответствии со ст. 333 ГК РФ уменьшает его размер до суммы 35000 руб.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оценке ущерба в размере 20000 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 8000 руб., расходы по копированию документов в размере 1600 руб., которые подтверждены приобщенными к делу платежными документами, и являлись необходимыми для выполнения требований закона о досудебном порядке урегулирования спора, и в связи с защитой права истца на получение страхового возмещения в судебном порядке.

Оснований для снижения размера расходов по оценке ущерба, суд не усматривает, поскольку надлежащих доказательств того, расходы истца по оценке ущерба по настоящему делу завышены, ответчиком не представлено.

Представленные ответчиком справки оценочных компаний о стоимости услуг по составлению отчета об определении стоимости восстановительного ремонта, не свидетельствуют в полной мере о том, что затраты истца по оценке ущерба значительно превышают среднерыночную стоимость таких услуг.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя. Истец уплатил представителю за оказание услуг сумму в общем размере 20000 руб.

Учитывая объем оказанных представителем юридических услуг, конкретные обстоятельства дела, характер спорных правоотношений, сложность дела, реальные затраты времени на участие представителя в деле, совокупность представленных сторонами в подтверждение своей правовой позиции документов и фактические результаты рассмотрения заявленных требований, а также руководствуясь требованием разумности возмещения таких расходов, суд определяет к взысканию с ответчика в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя сумму в размере 15000 руб.

Разрешая заявление экспертного учреждения АНО «Департамент судебных экспертиз» о возмещении расходов, связанных с проведением судебной автотехнической экспертизы, суд исходит из следующего.

В соответствии с определением суда от 20.02.2019 года по ходатайству сторон по делу экспертным учреждением проведена судебная автотехническая экспертиза, оплата которой была возложена на истца и ответчика.

Общая стоимость экспертизы составила 31000 руб.

Стоимость исследования по вопросам, оплата которых была возложена на истца составила 8000 руб. Стоимость вопросов, оплата которых была возложена на ответчика составляет 23000 руб.

Экспертное заключение представлено в суд без оплаты со стороны ответчика.

В силу абзаца 2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. Эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 ГПК РФ.

Поскольку требования истца к ответчику удовлетворены в полном объеме, а экспертиза по делу проведена в отсутствие ее оплаты со стороны ответчика, то расходы экспертного учреждения по проведению экспертизы в сумме 23000 руб. на основании указанных правовых норм подлежат возмещению за счет ответчика.

В соответствии со ст. 98, 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за требование о взыскании страхового возмещения в размере 7200 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения удовлетворить.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 400000 руб., расходы по оценке ущерба в размере 20000 руб., расходы по копированию документов в размере 1600 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 8000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 руб., штраф в размере 35000 руб., всего 479600 руб.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7200 руб.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу АНО «Департамент судебных экспертиз» сумму в размере 23000 руб. в счет оплаты стоимости судебной экспертизы.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд УР в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через районный суд.

Решение в окончательной форме изготовлено 19.07.2019 г.

Председательствующий судья К.А. Биянов