Апелляционное определение № 33-2662/2026 от 21 апреля 2026 г.

УИД 29RS0010-01-2026-000040-48

Судья Спиридонов А.П.

Дело № 2-182/2026

город Архангельск

Докладчик Горишевская Е.А.

№ 33-2662/2026

22 апреля 2026 года


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе председательствующего судьи Бланару Е.М.,

судей Горишевской Е.А., Зайнулина А.В.,

при секретаре судебного заседания Ануфриевой Т.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о взыскании денежной компенсации за несвоевременную выплату денежных средств, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Коряжемского городского суда Архангельской области от 02 февраля 2026 г.

Заслушав доклад судьи Горишевской Е.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее – Управление Росреестра) о взыскании денежной компенсации за несвоевременную выплату денежных средств, компенсации морального вреда.

Мотивировал требования тем, что до 14 июля 2025 г. состоял в трудовых отношениях с ответчиком, был уволен в связи с сокращением штата работников организации, признан безработным. 26 сентября и 20 октября 2025 г. обратился к ответчику с заявлениями о выплате среднего месячного заработка за второй и третий месяцы со дня увольнения, которые удовлетворены, но выплаты произведены с нарушением установленного законом срок. В связи с задержкой осуществления выплат полагает, что имеет право на компенсацию, предусмотренную ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), в размере 8 682 руб. 64 коп. и компенсацию морального вреда, который оценивает в 50 000 руб.

Стороны в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Истец ФИО1 просил рассмотреть дело в его отсутствие, ответчик Управление Росреестра о причинах неявки представителя суд не уведомил, об отложении судебного заседания не просил.

Рассмотрев дело, суд принял решение, которым исковые требования удовлетворил. Взыскал с Управления Росреестра в пользу ФИО1 денежную компенсацию в размере 8 682 руб. 64 коп., компенсацию морального вреда 1 000 руб., всего 9 682 руб. 64 коп.

Взыскал с Управления Росреестра в доход городского округа Архангельской области «Город Коряжма» государственную пошлину в размере 7 000 руб.

С данным решением в части взыскания компенсации морального вреда не согласился истец ФИО1, в поданной апелляционной жалобе просит его в обжалуемой части отменить как незаконное и необоснованное.

В обоснование доводов жалобы указывает, что компенсация морального вреда судом неправомерно занижена, определена без учета фактических обстоятельств дела, характера и степени вины ответчика, перенесенных им нравственных страданий в связи с нарушением трудовых прав. Отмечает, что по вине ответчика фактически остался без средств к существованию. Взысканная судом сумма компенсации не отвечает требованиям разумности и справедливости, не способствует восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО2 просила в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, пояснила, что задержка выплаты произошла из-за особенностей бюджетного финансирования Управления Росреестра.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом (извещение истцу доставлено посредством государственной электронной почтовой системы (ГЭПС) 14 апреля 2026 г., им не прочитано; корреспонденция, направленная почтой по указанному истцом адресу, вернулась в суд в связи с истечением срока хранения).

Оснований для отложения разбирательства дела, предусмотренных ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия не усматривает.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя ответчика ФИО2, судебная коллегия приходит к следующему.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции установлено, следует из материалов дела, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с Управлением Росреестра, уволен с 14 июля 2025 г. на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с сокращением штата работников организации, состоит на учете в качестве безработного с 23 июля 2025 г.

26 сентября 2025 г. и 20 октября 2025 г. ФИО1 обратился к ответчику с заявлениями о выплате среднего месячного заработка за второй и третий месяцы со дня увольнения.

Согласно представленным документам выплата за второй и третий месяцы со дня увольнения произведена работодателем 25 декабря 2025 г. в сумме 121 209 руб. 44 коп.

Установив, что работодателем обязанность по выплате истцу сохраненного среднего заработка за второй и третий месяцы трудоустройства исполнена с нарушением срока выплаты, который по заявлению истца от 26 сентября 2025 г. истек 10 октября 2025 г., а по заявлению от 20 октября 2025 г. – 01 ноября 2025 г., суд пришел к выводу о том, что истец имеет право на получение компенсации, предусмотренной ст. 236 ТК РФ.

За нарушение трудовых прав истца суд взыскал с ответчика денежную компенсацию морального вреда, определив её размер в сумме 1 000 руб.

В силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ и п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Поскольку решение суда оспаривается только истцом и только в части размера взысканной компенсации морального вреда, судебная коллегия проверяет решение в пределах доводов жалобы и считает их заслуживающими внимания.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1 ст. 237 ТК РФ).

В ТК РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст. 1064 – 1101) и ст. 151 ГК РФ (п. 1 ст. 1099 ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац третий п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (в том числе переживания в связи с утратой родственников) (абзац первый п. 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

В абзаце первом п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 содержатся разъяснения о том, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Устанавливая компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию в пользу истца, в размере 1 000 руб., суд первой инстанции по существу ограничился лишь ссылкой на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, закрепленные в положениях ст.ст. 151, 1101 ГК РФ: характер нравственных страданий, обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, однако не применил их к спорным отношениям, не выяснил тяжесть причиненных истцу физических и нравственных страданий, не учел индивидуальные особенности личности истца, возникшие негативные последствия ввиду нарушения ответчиком его прав.

Между тем, нарушение ответчиком прав истца привело к тому обстоятельству, что он на протяжении длительного времени (более двух месяцев) остался без единственного средства существования, что безусловно отразилось на его привычном образе жизни, поскольку истец был ограничен в возможности приобретать себе необходимые продукты питания, лекарства при необходимости, одежду и иные материальные блага.

При этом сохранение среднего месячного заработка для лиц, увольняемых по основаниям, указанным в п. 1 и п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, предусмотрено именно в виду объективных трудностей последующего трудоустройства, которые могут отразиться на материальном положении таких лиц.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 19 декабря 2018 г. № 45-П, закрепление гарантии в виде сохранения среднего месячного заработка на период трудоустройства на законодательном уровне обусловлено стремлением государства оказать материальную поддержку лицам, уволенным в связи с обстоятельствами, препятствующими сохранению трудовых отношений и не зависящими от волеизъявления работника либо его виновного поведения. Соответственно, данная гарантия – поскольку ее предоставление связывается федеральным законодателем исключительно с основаниями увольнения по инициативе работодателя, принимающего кадровые решения в рамках определения стратегии экономической деятельности, - должна распространяться на всех лиц, увольняемых по таким основаниям, что в полной мере согласуется с необходимостью соблюдать при осуществлении правового регулирования конституционные принципы равенства и справедливости.

Ответчик, произведя выплату положенных истцу сумм с нарушением установленного срока, нарушил предусмотренные государством гарантии.

Обращение истца за выплатой среднего заработка за второй и третий месяцы указывает на наличие у него трудностей в трудоустройстве, то есть в получении иного источника средств существования.

Наличие уважительных и объективных причин, по которым ответчик допустил задержку выплаты, по делу не установлено.

Зная о предстоящем сокращении работников организации, в том числе истца, по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, работодатель должен был заблаговременно обеспечить финансовую возможность исполнения своих обязательств, которые на него возложены положениями ст. 178 ТК РФ, что исключило бы необходимость запрашивать дополнительные денежные средства из бюджета, позднее поступление которых, как указала представитель ответчика, и стало причиной задержки их выплаты истцу. Особенности финансирования ответчика, предусмотренные бюджетным законодательством, не могут негативным образом отразиться на правах работников.

Учитывая изложенное, судебная коллегия считает, что определенная судом первой инстанции к взысканию денежная сумма компенсации морального вреда не в полной мере учитывает все приведенные обстоятельства, не способствует достижению цели такой компенсации, в связи с чем полагает необходимым увеличить её до 10 000 руб.

Указанная сумма с учетом всех обстоятельств дела, по мнению судебной коллегии, носит действительно компенсационный характер, соответствует принципам разумности и справедливости, соблюдению баланса интересов обеих сторон, но при этом не приводит к неосновательному обогащению истца.

В этой связи решение суда первой инстанции подлежит изменению в части размера взысканной компенсации морального вреда с принятием в указанной части нового решения.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Коряжемского городского суда Архангельской области от 02 февраля 2026 г. изменить в части размера взысканной компенсации морального вреда, принять в указанной части новое решение, которым взыскать с Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Архангельской области и Ненецкому автономному округу в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В остальной части решение Коряжемского городского суда Архангельской области от 02 февраля 2026 г. оставить без изменения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 04 мая 2026 г.

Председательствующий

Е.М. Бланару

Судьи

Е.А. Горишевская

А.В. Зайнулин