Апелляционное постановление № 22-876/2017 от 13 июня 2017 г. по делу № 22-876/2017

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Белгород 14 июня 2017 года

Апелляционная инстанция Белгородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Ремнёвой Е.В.,

с участием:

прокурора Емец С.И.,

осужденного ФИО1,

при ведении протокола секретарем Бондарь В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО1 на постановление Свердловского районного суда г. Белгорода от 18 апреля 2017 года, которым отказано в удовлетворении ходатайства осужденного

ФИО1, судимого:

- 25 сентября 2003 года (с учётом изменений, внесённых кассационным определением от 10 декабря 2003 года и постановлениями суда от 23 июня 2004 года и от 10 августа 2011 года) по ч. 1 ст. 222; ч. 2 ст. 162; п. «г» ч. 2 ст. 158; п. «г» ч. 2 ст. 161; п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы на срок 14 лет 9 месяцев в исправительной колонии строгого режима,

об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Заслушав доклад судьи Белгородского областного суда Ремнёвой Е.В., изложившей содержание обжалуемого постановления суда, доводы апелляционной жалобы, выступления: осужденного ФИО1, поддержавшего апелляционную жалобу, просившего об отмене постановления суда и об удовлетворении его ходатайства об условно-досрочном освобождении; прокурора Емец С.И., возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, просившей об оставлении постановления суда без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором Белгородского областного суда от 25 сентября 2003 года, с учётом изменений, внесённых кассационным определением Верховного Суда РФ от 10 декабря 2003 года, постановлением Валуйского районного суда Белгородской области от 23 июня 2004 года; постановлением Свердловского районного суда г. Белгорода от 10 августа 2011 года, ФИО1 осужден по ч. 1 ст. 222 УК РФ (в ред. ФЗ от 08 декабря 2003 года № 162); ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. ФЗ от 07 марта 2011 года № 26); п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ (в ред. ФЗ от 08 декабря 2003 года № 162); п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ (в ред. ФЗ от 07 марта 2011 года № 26); п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. ФЗ от 08 декабря 2003 года № 162), с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ, к лишению свободы на срок 14 лет 9 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Осужденный ФИО1 отбывает наказание в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Белгородской области.

Начало отбывания срока наказания – 20 февраля 2003 года, окончание срока наказания – 19 ноября 2017 года.

Постановлением Свердловского районного суда г. Белгорода от 18 апреля 2017 года отказано в удовлетворении ходатайства осужденного ФИО1 об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает постановление суда незаконным и необоснованным. Ссылается на своё трудоустройство и добросовестное отношение к труду, отсутствие непогашенных и неснятых взысканий, наличие ряда поощрений, полное погашение иска, а также на мнение администрации исправительного учреждения о целесообразности его условно-досрочного освобождения. Просит постановление суда отменить и вынести решение об удовлетворении его ходатайства об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения судебного решения.

В соответствии со ст. 79 УК РФ необходимым условием к условно-досрочному освобождению является установление и признание судом того обстоятельства, что для своего исправления осужденный не нуждается в полном отбывании назначенного ему судом наказания.

В соответствии с ч. 4.1 названной нормы права, при рассмотрении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания суд учитывает поведение осужденного, его отношение к учебе и труду, в том числе имеющиеся поощрения и взыскания, отношение осужденного к совершенному деянию, возмещение осужденным причинённого ущерба частично или полностью либо заглаживание иным образом вреда, причиненного в результате преступления, а также заключение администрации исправительного учреждения о целесообразности его условно-досрочного освобождения.

При этом вывод суда о возможности условно-досрочного освобождения осужденного должен быть основан на всестороннем учёте данных о его поведении за весь период отбывания наказания, а не только за время, непосредственно предшествующее его обращению в суд с соответствующим ходатайством.

При рассмотрении ходатайства суд исследовал представленные администрацией исправительного учреждения материалы личного дела ФИО1, которым дана надлежащая оценка в обжалуемом постановлении.

Мнение представителя администрации исправительного учреждения о целесообразности условно-досрочного освобождения осужденного от отбывания наказания проанализированы судом первой инстанции наряду с иными данными, характеризующими личность ФИО1, за весь период отбывания им лишения свободы.

Судом первой инстанции учтено отбытие осужденным более двух третей срока наказания, а также наметившуюся положительную тенденцию в поведении ФИО1 в течение последнего года, предшествующего его обращению в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении.

Так, в период с февраля 2016 года по март 2017 года к ФИО1 применено 5 поощрений за добросовестное отношение к труду, за хорошее поведение, а также по итогам работы и состоянию дисциплины в 4 квартале 2016 года. Взыскания к нему в этот период времени не применялись.

Такое поведение осужденного отмечено администрацией исправительного учреждения в характеристике, согласно которой по прибытию в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Белгородской области ФИО1 был трудоустроен, в настоящее время относится к труду добросовестно, погасил исполнительный лист, работы по благоустройству общежития и прилегающей к нему территории выполняет добросовестно, своевременно выполняет поручения администрации, бережно относится к имуществу колонии, внешний вид и своё спальное место содержит в надлежащем порядке, принимает активное участие в общественной жизни отряда, делает положительные выводы из проводимой с ним воспитательной работы, конфликтных ситуаций не создает, нетактичного поведения не допускает, поддерживает отношения с положительно характеризующимися осужденными, поддерживает отношения с родственниками, в беседах высказывает раскаяние в содеянном.

Однако, оценивая весь период отбывания осужденным наказания, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что поведение ФИО1 до 2016 года не отличалось стабильностью.

Согласно характеристике от 07 марта 2017 года (л.д. 3), ФИО1 начал отбывать назначенное ему наказание в ФКУ ИК-7 г. Валуйки УФСИН России по Белгородской области, где нарушал установленный порядок отбывания наказания, имел 2 дисциплинарных взыскания в 2005 году и в 2006 году, за каждое из которых к нему применялось наиболее строгое взыскание в виде помещения в ШИЗО на 15 суток.

По прибытии 17 декабря 2009 года в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Белгородской области ФИО1 в апреле и в сентябре 2010 года получил два поощрения за добросовестное отношение к труду и примерное поведение, однако уже в октябре 2010 года вновь водворён в ШИЗО на 15 суток за хранение неразрешённого предмета.

После этого в течение более двух лет в период с ноября 2010 года по май 2013 года поведение осужденного не было отмечено ни поощрениями, ни взысканиями.

16 мая 2013 года и 07 ноября 2013 года к ФИО1 применены два взыскания в виде водворения в ШИЗО на 5 суток за хранение неразрешённого предмета и в виде выговора за выход за переделы локального участка без разрешения администрации исправительного учреждения.

Поощрения к осужденному не применялись с 2010 года вплоть до 10 декабря 2014 года, когда за добросовестное отношение к труду в отношении ФИО1 вынесено поощрение.

Но уже 30 апреля 2015 года и 27 ноября 2015 года к ФИО1 вновь применены взыскания в виде выговора за недобросовестное отношение к труду и за хранение неразрешенного предмета в исправительном учреждении. Поощрения в отношении осужденного в 2015 году не выносились.

С учётом изложенного у суда первой инстанции не имелось оснований считать, что такое поведение ФИО1 в период с 2003 года по февраль 2016 года, то есть в течение 13 лет отбывания лишения свободы, носило исключительно положительный характер.

Наметившаяся положительная тенденция в поведении осужденного в течение последнего года, с учётом всего срока назначенного ему судом наказания, не может свидетельствовать о безусловном исправлении ФИО1 в настоящее время, чему судом первой инстанции дана надлежащая оценка в обжалуемом постановлении.

Выводы суда первой инстанции о нецелесообразности условно-досрочного освобождения ФИО1 мотивированы, основаны на материалах дела, исследованных судом, и оснований не согласиться с ними апелляционная инстанция не находит.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих изменение или отмену постановления суда, не установлено. При таких обстоятельствах апелляционная жалоба осужденного удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ст. ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Свердловского районного суда г. Белгорода от 18 апреля 2017 года в отношении ФИО1 – оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий судья Е.В. Ремнёва