Решение № 2-1639/2024 2-51/2025 от 16 января 2025 г. по делу № 2-1639/2024

Производство № 2-51/2025 №

УИД №


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<адрес><дата>

Белогорский городской суд <адрес> в составе:

судьи Летник В.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Королевой О.А. (до перерыва), помощником судьи Семайкиной Е.П. (после перерыва),

с участием представителя ответчика – Администрации ФИО7 муниципального округа ФИО1, действующего на основании доверенностей от <дата> №, от <дата> №,

представителя ответчика – ООО «Районный водоканал» ФИО2, действующего на основании доверенностей от <дата> №, от <дата> №,

представителя ответчика – ООО «Районный водоканал» ФИО3, действующего на основании доверенности от <дата> №, от <дата> №,

представителя ответчика ФИО4 – ФИО5, действующего на основании доверенности <дата> №,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Приамурского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования к Администрации ФИО7 муниципального округа, ООО «Районный водоканал», ФИО6 о возмещении вреда, причиненного окружающей среде,

установил:

Приамурское межрегиональное управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (далее – Приамурское межрегиональное управление Росприроднадзора, Управление) обратилось в Арбитражный суд <адрес> в Белогорский городской суд <адрес> с исковым заявлением к Администрации ФИО7 муниципального округа, в котором просило взыскать с ответчика в пользу бюджета ущерб, причиненный окружающей среде, а именно: ее компоненту – почве, в размере <данные изъяты>.

В обоснование заявленных требований истцом указано, что на основании задания на проведение контрольного (надзорного) мероприятия без взаимодействия с контролируемым лицом от <дата> № Управлением совместно со специалистами филиала ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» - ЦЛАТИ по <адрес> (далее – ЦЛАТИ по <адрес>), было проведено выездное обследование окрестностей <адрес> ФИО7 муниципального округа <адрес>, по результатам которого установлено следующее. В точке с географическими координатами <данные изъяты><данные изъяты>"" обнаружено место слива жидких бытовых отходов (далее – ЖБО) на почву, присутствовал характерный запах ЖБО, имелись следы шин автомобилей, ЖБО на поверхности почвы представляло собой лед.

Специалистами ЦЛАТИ по <адрес><дата> отобраны пробы почвы в месте слива и доставлены автотранспортом в испытательную лабораторию для исследования. Каждая проба отобрана в полиэтиленовую емкость, стекло помещено в термос t4°С, доставлены автотранспортом в испытательную лабораторию для исследования.

Метод отбора ГОСТ <данные изъяты>, ГОСТ <данные изъяты>. Тип отбора: точечная, объединенная. Заложены 4 контрольные площадки по 10х10 м. каждая.

Согласно заключению по результатам отбора проб (образцов), лабораторных исследований (испытаний) и измерений в рамках обеспечения государственного контроля (надзора) в сфере природопользования и охраны окружающей среды от <дата> № установлено наличие превышения концентрации загрязняющих веществ относительно проб №, №, а именно: - по нефтепродуктам в пробе № в 1,95 раз, в пробе № в 2,2 раза, в пробе № в 2 раза, в пробе № в 2,25 раз, в пробе № в 9 раз, в пробе № в 9 раз; - по кобальту (валовая форма) в пробе № в 2,2 раза, в пробе № в 2,4 раза, в пробе № в 2,2 раза, в пробе № в 2,4 раза; - по нитритам в пробе № в 1,6 раз, в пробе № в 1,6 раз; - по марганцу (подвижная форма) в пробе № в 1,11 раз, в пробе № в 1,3 раз, в пробе № в 2,6 раз, в пробе № в 2,6 раз, в пробе № в 2,2 раза.

Управлением в администрацию ФИО7 муниципального округа направлен запрос № от <дата> о категориях земельных участков, расположенных в указанных географических координатах. Согласно ответу администрации ФИО7 муниципального округа от <дата> № земельные участки с указанными географическими координатами относятся к категории земель «земли населенных пунктов», в связи с чем, Приамурское межрегиональное управление Росприроднадзора пришло к выводу о том, что собственником проверенного земельного участка является администрация ФИО7 муниципального округа, которым в нарушение требований действующего законодательства Российской Федерации не приняты меры по недопущению загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения земель и почв и иного негативного воздействия на земли и почвы.

Расчет ущерба выполнен на основании Методики исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной приказом Минприроды России от <дата> №, и составил <данные изъяты> рублей.

Управлением в адрес администрации ФИО7 муниципального округа направлено претензионное письмо от <дата> №, в котором предложено добровольно в тридцатидневный срок со дня получения данного претензионного письма возместить вред, причиненный окружающей среде, которое получено адресатом <дата>, соответственно, последний срок его исполнения – <дата>.

Однако данная претензия администрацией ФИО7 муниципального округа оставлена без исполнения, в адрес Управления не представлена информация и документально не подтверждено о самостоятельном возмещении вреда земельным ресурсам, причиненного ответчиком, о ликвидации последствий ненадлежащей эксплуатации, загрязнения окружающей среды, а именно ее компоненты – почвы, веществами и их соединениями, превышающими нормативы допустимого воздействия, что создает опасность для здоровья человека и окружающей среды.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора в суд с настоящими исковыми требованиями.

Определением Арбитражного суда <адрес> от <дата> данное исковое заявление принято к производству суда, возбуждено производство по делу №, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО».

На основании определения Арбитражного суда <адрес> от <дата> по делу № к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены МО МВД России «Белогорский», министерство природных ресурсов <адрес>.

Определением Арбитражного суда <адрес> от <дата> по делу № к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Районный водоканал», ООО «Белогорское», МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа», индивидуальный предприниматель ФИО6.

В соответствии с определением Арбитражного суда <адрес> от <дата> по делу № ООО «Районный водоканал», ФИО6 привлечены к участию в деле в качестве соответчиков. В связи с прекращением ФИО6 деятельности индивидуального предпринимателя <дата>, указанным определением Арбитражного суда <адрес> дело № передано по подсудности в Белогорский городской суд <адрес>.

Определением ФИО7 городского суда <адрес> от <дата> данное гражданское дело принято к производству суда.

На основании определений от <дата>, от <дата>, от <дата> к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены МКУ «Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации ФИО7 муниципального округа», Управление Роспотребнадзора по <адрес>, МКУ «Финансовое управление Администрации ФИО7 муниципального округа».

Определением председателя ФИО7 городского суда <адрес> от <дата> срок рассмотрения дела продлен на один месяц.

В судебных заседаниях представитель ответчика Администрации ФИО7 муниципального округа ФИО1 с иском не согласился в полном объеме по доводам, приведенным в письменных возражениях по делу, дополнительно указал, что в материалах дела отсутствуют сведения о том, что администрация округа, либо юридические лица, учрежденные администрацией округа осуществили слив ЖБО на почву на участке местности в районе <адрес> в точке с географическими координатами №"/№".

Также в материалах дела отсутствуют сведения о том, что земельный участок в районе <адрес>, на котором осуществлялся несанкционированный слив ЖБО, является муниципальной собственностью ФИО7 <адрес>.

Согласно имеющимся в материалах дела сведениям предоставленных МКУ «КУМИ Администрации БМО» от <дата> спорный земельный участок поставлен на кадастровый учет, расположен в кадастровом квартале № и относится к землям, государственная собственность на которые не разграничена.

В исковом заявлении Управление Росприроднадзора не указывает нормы права, в соответствии с которыми у администрации округа возникает обязанность нести обязанности ответственность по содержанию земельных участков, не находящихся в муниципальной собственности, и государственная собственность на которые не разграничена.

С учетом того обстоятельства, что в материалах дела отсутствуют сведения о том, земельный участок на участке местности <адрес>, с географическими координатами <данные изъяты>"/<данные изъяты>", является муниципальной собственностью ФИО7 муниципального округа, исковые требования Управления Росприроднадзора не основаны на нормах действующего законодательства и противоречат правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в постановлении от <дата> №-П.

Суду предоставлены доказательства наличия участка местности, на котором расположено место размещения несанкционированной свалки. Однако координаты, предоставленные истцом, получены им из неизвестного источника.

Использованный истцом способ указания местоположения земельного участка не позволяет установить его действительное местонахождение, поскольку не представляется возможным установить, от каких именно границ поименованного населенного пункта осуществлялась привязка, где местоположение указанных границ, какими средствами измерения осуществлялся замер расстояния. Привязка относительно смежных земельных участков и каких-либо неподвижных ориентиров, существующих на местности, отсутствует.

Также представитель ответчика просил суд учесть, что из представленных истцом материалов не следует о том, что в отношении измерительного прибора проводились периодические поверки, как того требует положения ч. 1 ст. 1 5 Федерального закона от <дата> № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений».

В нарушение ч. 4 ст. 1 Федерального закона от <дата> № 221-Ф5 «О кадастровой деятельности» к участию в проверке не был привлечен кадастровый инженер, обладающий специальным правом на осуществление кадастровой деятельности.

При определении истцом участка местности, на котором на котором осуществлялся несанкционированный слив ЖБО, координаты местности получены с нарушением порядка их определения, предусмотренным п. 7 ч. 2 ст. 7 Федерального закона от <дата> № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» и правилами определения координат, утвержденными приказом «Росреестра» от <дата> № «Об утверждении порядка установления местных систем координат».

Таким образом, данные доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Кроме того, представителем ответчика ФИО1 указано, что ЛН*, утвердившая схему слива ЖБО, не являлась должностным лицом Администрации ФИО7 муниципального округа, поскольку в штатном расписании данной организации отсутствует такая должность, она являлась должностным лицом – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа». Утвержденная ею схема не отвечает признакам нормативного правового акта, в связи с чем, не могла быть принята к исполнению участниками гражданского оборота, которыми исполнялись обязанности по сливу ЖБО на спорный земельный участок.

Также представитель ответчика отметил, что истец в силу ст. 46 Бюджетного кодекса Российской Федерации обязан взыскать с ответчиков ущерб в пользу бюджета муниципального образования ФИО7 муниципального округа, что предполагает уплату суммы ущерба администрацией ФИО7 муниципального округа в свой бюджет, что является нелогичным.

Представитель ответчика пояснил, что истцом при проведении контрольного (надзорного) мероприятия нарушен порядок его проведения, не велась его видеозапись, акт и иные материалы проверки в администрацию не направлялись, основания для проведения проверки без взаимодействия с контролируемым лицом отсутствуют, с момента отбора проб до привлечения к административной ответственности прошел год.

Представителем ответчика также указано на недопустимость доказательств, представленным МО МВД России «Белогорский», поскольку по результатам проведенных мероприятий процессуального акта не принято, вступившее в законную силу постановление об административном правонарушении либо приговор суда отсутствуют, вина участников процесса и время причинения ущерба не доказаны, протокол осмотра составлен в отсутствие понятых, невозможно определить дату и время проведения данного осмотра, БВ*, указывающий на место слива ЖБО, процессуального статуса не имеет.

В связи с изложенным, представитель ответчика полагает, что администрация ФИО7 муниципального округа не является надлежащим ответчиком по делу, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований просит отказать в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Районный водоканал» ФИО2 в судебных заседаниях не согласился с заявленными требованиями в полном объеме по доводам письменного отзыва, поддержал возражения представителя ответчика Администрации ФИО7 муниципального округа, дополнительно указав, что истцом не представлены доказательства вины общества, в связи с чем, не может возникнуть имущественная ответственность. Также истцом не представлено доказательств состояния почвы на спорном земельном участке до слива ЖБО. Факт обнаружения Управлением Росприроднадзора места загрязнения окружающей среды не подтверждает, что данный слив осуществлен ответчиками.

Проверяющими не представлены в материалы дела доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) солидарных ответчиков и последствиями в виде причинения вреда окружающей среде.

По мнению представителя ответчика ООО «Районный водоканал», истцом допущены нарушения при проведении контрольного (надзорного) мероприятия, а именно: не велась видео-фиксация проверки, которая проведена без взаимодействия с контролируемым лицом, что лишило ответчика провести свои мероприятия, направленные на установление виновных лиц, лиц, участвующих в деле. От дачи объяснений по делу представитель истца уклонился, сославшись на материалы проверки МО МВД России «Белогорский», которые имеют статус отказного материала. Оснований для возникновения у ответчиков обязанности по возмещению ущерба истцом не доказано. Указанные обстоятельства в совокупности с фактом проведения проверки без взаимодействия с контролируемым лицом, свидетельствуют о том, что фактически проверка Управлением Росприроднадзора не проводилась, документы, необходимые для ее проведения у ответчиков не запрашивались. Истец не представил доказательств, что в месте отбора проб имел место слив именно ЖБО, в связи с чем, факт причинения ущерба окружающей среде не подтвержден относимыми и допустимыми доказательствами.

Факт наличия договорных отношений между ООО «Районный водоканал» и ФИО6 не свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между их действиями (бездействием) и вредом, причиненным окоряющей среде.

Также представитель ответчика ФИО2 пояснил, что сбор и слив ЖБО в <адрес> осуществлялся на основании договора субподряда, заключенного управляющей компанией ООО «Тандем», которая занимается обслуживанием домов в <адрес> и в расположенном с ним рядом <адрес>, с ООО «Районный водоканал». Ответчик, в свою очередь, заключил договор на оказание услуг по сбору и вывозу ЖБО с самозанятой ФИО6 До <дата>. места, где осуществлялся слив ЖБО, были согласованы с главами сельских администраций по утвержденным схемам. С <дата> ФИО6 был заключен договор с ООО «Водоканал <адрес>», и слив ЖБО осуществляется в его системы канализации.

Представитель ответчика ООО «Районный водоканал» ФИО2 просил суд в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

В судебных заседаниях представитель ООО «Районный водоканал» ФИО3 также возражал против удовлетворения исковых требований по доводам письменного отзыва и представителя ответчика Администрации ФИО7 муниципального округа, сообщив суду, что в целях исполнения природоохранного законодательства, упорядочения и соблюдения правил благоустройства и охраны окружающей среды на территории ФИО7 муниципального округа <адрес> в соответствии с Федеральным Законом от <дата> № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», начальником МКУ Кустанаевская администрация и начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения ФИО7 муниципального округа» утвержден земельный участок и место слива жидких бытовых отходов. Самостоятельно ООО «Районный водоканал» никаких схем с местами слива ЖБО не утверждало, самостоятельно жидкие бытовые отходы не вывозило, а заключило договор с ФИО6, зарегистрированной в качестве самозанятой, у которой имеется заключенный договор на прием сточных вод с ООО «Водоканал <адрес>».

В материалах настоящего дела отсутствует сведенья о том, что ООО «Районный водоканал» привлекалось к административной ответственности по ст. 8.2. КоАП РФ, за осуществление слива ЖБО на почву в окрестности <адрес>. Ни одного факта обнаружения слива ЖБО в точках с географическими координатами, указанными в исковом заявлении не зафиксировано.

Основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающегося в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности, ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях. Однако, на территории <адрес> и ее окрестностях указанные факты не фиксировались. Истец утверждает, что слив ЖБО производился с <дата>, однако это ничем не подтверждено и не зафиксировано.

К приложенным истцом снимкам представитель ответчика ООО «Районный водоканал» просил суд отнестись критически, поскольку из них невозможно установить дату их происхождения, них даты отсутствуют. Кроме того, из снимков непонятно, где находится угнетенная растительность и деградированная почва, также не видно какой-либо промоины. Из снимков видно, что рядом расположены разрушенные строения, что находилось ранее на этом месте, ответчику не известно.

Согласно п. 1 «Обзора судебной практики по вопросам применения законодательства об охране окружающей среды» утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации <дата>, основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающегося в негативном изменении состояния окружающей среды. Однако, каких-либо жалоб или претензий по причиненному ущербу в иные органы в отношении ООО «Районный водоканал» не поступали.

Представитель ответчика полагает, что поскольку в материалы дела истцом не представлены доказательства привлечения ООО «Районный водоканал» и его должностных лиц к административной ответственности по сливу ЖБО, отсутствуют доказательства вины общества в загрязнении почвы, то оснований для привлечения его к имущественной ответственности не имеется.

Отбор проб и проведение экспертизы проводилось без участия ООО «Районный водоканал», также не производился отбор проб из шамбо, обслуживаемых ООО «Районный водоканал». Выявленные химические элементы, обнаруженные в пробах грунта, теоретически не могут содержаться в отходах жизнедеятельности человека в сфере жилищно-коммунальных услуг.

В материалах дела имеется экспертное заключение по результатам отбора проб, однако, согласно информации, размещенной на официальном сайте ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО», данная организация имеет аккредитацию на взятие проб анализов (т.е. лаборатория), но отсутствует лицензия (аккредитация) на проведение и дачу экспертных заключений, в связи с чем, просил суд к данному доказательству стоит отнестись критически.

Представитель ФИО6 – ФИО5 против удовлетворения исковых требований возражал, дополнительно указав, что претензия истца ответчику ФИО6 не вручалась.

Определением Арбитражного суда <адрес> от <дата> установлено, что в <дата> ЛН* занимала должность заместителя главы ФИО7 муниципального округа, в котором производится сбор и утилизация ЖБО в четырех населенных пунктах. Как должностное лицо, ЛН* утвердила слив ЖБО на территориях <адрес> в утвержденных местах в соответствии со схемой расположения места сбора и утилизации ЖБО, что подтверждено ЛН* лично. Начиная с даты утверждения схем – <дата> до <дата> слив и утилизация ЖБО производилось непосредственно на рельеф почвы. Сбор и утилизацией ЖБО отходов на территории <адрес> осуществляло ООО «Районный водоканал», которое не имеет право осуществлять деятельность по обращению с ЖБО.

Согласно сведениям реестра объектов негативного воздействия на окружающей среду, на территории <адрес> расположен объект негативного воздействия на окружающей среду – Территория №. Городские очистные сооружения (№), эксплуатируемые ООО «Водоканал <адрес>», подлежащий региональному надзору. Вместе с тем, официальных постановлений об утверждении мест слива ЖБО главой ФИО7 муниципального округа не издавалось, а также официальных договорных отношений между ООО «РВК» и МКУ Управление жизнеобеспечения БМО не имелось, что подтверждается объяснениями ЛН* от <дата>. Размещение отходов и ЖБО должно осуществляться на специализированных площадках. На территории ФИО7 муниципального округа допускается размещение отходов, в том числе и ЖБО на полигоне, принадлежащем ООО «Автосити». Лицензию по обращению с ЖБО на территории ФИО7 муниципального округа имеет ООО «Крепость». Факт утилизации (слива) ЖБО в <адрес> в соответствии с утвержденными схемами главой администрации ФИО7 муниципального округа подтверждается объяснениями генерального директора ООО «Районный водоканал» ТК* от <дата>. Утверждая выделенные участки под слив ЖБО и выдавая разрешение в отведенных местах (<адрес>), не обустроил отведенное место в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. Из объяснений БВ* от <дата> и объяснений генерального директора ООО «Районный водоканал» ТК* от <дата> следует, что с <дата>. сбор и вывоз на утилизацию ЖБО отходов, собранных в населенных пунктах <адрес> осуществлялось ФИО6, как гражданином, зарегистрированным в качестве самозанятого, на основании договора на оказание услуг по сбору и вывозу ЖБО отходов №, заключенного с ООО «Районный водоканал».

В соответствии с данным договором ответчик ФИО6 приняла на себя обязательства по откачке и вывозу ЖБО с территории и от объектов ООО «Районный водоканал»), расположенных в <адрес>. Вывоз ЖБО осуществляется в места, указанные заказчиком, которые определены органом местного самоуправления.

Таким образом, ответчик ФИО6, действовала добросовестно и в интересах заказчика во исполнение поручений последнего.

Права и обязанности ответчика ФИО6 по откачке и вывозу ЖБО определены указанным договором. Именно ООО «Районный водоканал» определял конкретный пункт утилизации жидких бытовых отходов, именно для него данное обстоятельство имело значения.

Пункты утилизации жидких бытовых отходов определялись ООО «Районный водоканал» самостоятельно, что подтверждается п. 1.2 договора. Исполнителю ФИО6 заказчиком была представлена схема расположения места сбора и утилизации ЖБО. Заказчик, указывая исполнителю на места вывоза ЖБО, ссылался на утвержденные выделенные участки под слив ЖБО и выданные главой ФИО7 муниципального округа разрешения на эти отведенные места.

При этом ответчику ФИО6 не известно, насколько законны и официальны были представленные ей ответчиком ООО «Районный водоканал» постановления об утверждении мест слива ЖБО, изданные администрацией ФИО7 муниципального округа, а также схемы расположения места сбора и утилизации ЖБО. О наличии или отсутствии официальных договорных отношений между ООО «Районный водоканал» и МКУ Управление жизнеобеспечения БМО ФИО6 до настоящего времени ничего не известно.

О том, что утверждая выделенные участки под слив ЖБО и выдавая разрешение на данный слив в отведенных местах, Администрация ФИО7 муниципальное округа не обустроил отведенное место в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, ФИО6 никто не сообщал. Специалистом в области правил и норм обустройстве специальных мест для слива ЖБО ФИО6 не является.

Вина ФИО6 в причинении ущерба окружающей среде с разумной степенью достоверности причинно-следственной связи между ее действиями (бездействием) и причиненным вредом, истцом не доказана. Также не доказана совокупность обстоятельств, позволяющих суду прийти к выводу о виновности данного ответчика. Доказательства наличия оснований для возникновения солидарной ответственности Управлением Росприроднадзора в материалы дела не представлено.

Кроме того, представителем ответчика ФИО5 указано, что истцом при проведении контрольного (надзорного) мероприятия допущены грубые нарушения: отсутствовали основания для проведения проверки без взаимодействия с контролируемым лицом, место отбора проб выбрано истцом произвольно, порядок и сроки проведения проверки не соблюдены, контролируемое лицо и солидарные ответчики с его результатами не ознакомлены, в досудебном порядке ФИО6 оплатить размер ущерба не предлагалось, грубо нарушен порядок привлечения специалистов к проведению контрольного (надзорного) мероприятия. Указанные обстоятельства, по мнению представителя ответчика ФИО6, свидетельствуют о недопустимости доказательств причинения ущерба окружающей среде.

Также представитель ответчика ФИО5 пояснил, что взыскание ущерба, причиненного окружающей среде, в доход местного бюджета приводит к совпадению в одном лице причинителя вреда и получателя компенсации, что является недопустимым.

Таким образом, представитель ответчика ФИО5 считает, что ФИО6 является ненадлежащим ответчиком по делу, в связи с чем просил суд в удовлетворении требований к данному ответчику отказать.

В судебные заседания не явились представители истца Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора, ответчик ФИО6, представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО», МО МВД России «Белогорский», министерства природных ресурсов <адрес>, ООО «Белогорское», МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа», ООО «Белогорское», МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа», МКУ «Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации ФИО7 муниципального округа», Управления Роспотребнадзора по <адрес>, МКУ «Финансовое управление Администрации ФИО7 муниципального округа», о времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом, не представили доказательств уважительности неявки в судебное заседание, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявили.

Представитель Управления Роспотребнадзора по <адрес> представил суду письменное заключение и просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Учитывая положения статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Представитель истца Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора ФИО8 в судебных заседаниях по делу на заявленных требованиях настаивала по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнениях к нему, просила суд удовлетворить их в полном объеме, взыскав в солидарном порядке с ответчиков Администрации ФИО7 муниципального округа, ООО «Районный водоканал», ФИО6 в пользу Управления, как федерального органа исполнительной власти, ущерб, причиненный окружающей среде, а именно: ее компоненту – почве, в размере <данные изъяты>.

Дополнительно представителем истца указано, что контрольное (надзорное) мероприятие проведено в соответствии с требованиями Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре и муниципальном контроле в Российской Федерации». Заявляя доводы о нарушениях процедуры проведения проверки, ответчиками не приводятся положения действующего законодательства, которым они не соответствуют.

Доводы ответчиков о недостоверности определения истцом места расположения спорного земельного участка заявлены с целью ввести суд в заблуждение, поскольку именно на основании сведений, представленных Администрацией ФИО7 муниципального округа, Управлением определено, что место обследованное слива ЖБО в окрестностях <адрес> относится к землям населенных пунктов. В материалы дела представлена схема слива ЖБО в окрестностях <адрес>, утвержденная заместителем главы администрации ФИО7 муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа» ЛН*, куда ответчиками ООО «Районный водоканал» и ФИО6 осуществлялся слив ЖБО, и где Управлением проведено данное контрольное (надзорное) мероприятие, в ходе которого отобраны пробы и установлено превышение концентрации загрязняющих веществ, то есть выявлен причиненный вред окружающей среде.

По мнению представителя истца, Управлением доказаны все необходимые элементы возникновения у ответчиков солидарной ответственности по возмещению вреда, причиненного окружающей среде.

Принимая во внимание установленную презумпцию вины причинителя вреда, ответчиками не доказано, что слив ЖБО ими осуществлялся в иных местах и на основании иных схем.

Также представителем истца ФИО8 указано, что правовая позиция, изложенная в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации №-П, к данному спору не применима, поскольку возложение пропорциональной обязанности по ликвидации несанкционированных свалок на земельных участках, государственная собственность на которые не разграничена, на органы федеральной, региональной власти и местного самоуправления допускается лишь в тех случаях, когда лицо, виновное в организации такой свалки, не установлено. Однако, применительно к обстоятельствам данного гражданского дела, виновные лица установлены, доказательств вины иных лиц, как и наличия договорных отношений, региональным оператором по ликвидации места слива ЖБО, материалы дела не содержат.

Представитель истца Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора ФИО8 просила иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель третьего лица ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» ФИО9 в письменном отзыве заявленные Управлением Росприроднадзора исковые требования поддержала в полном объеме, изложила обстоятельства проведения контрольного (надзорного) мероприятия и выявленные по его результатам нарушения, которые отражены в протоколе осмотра от <дата> №, в акте выездного обследования от <дата> № и в исковом заявлении.

Согласно представленному Управлением Роспотребнадзора по Амурской письменному заключению, органы местного самоуправления в соответствии с требованиями Федерального закона от <дата> «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» должны обеспечить соблюдение на территории соответствующего муниципального образования соблюдение всеми субъектами деятельности по сбору, накоплению, транспортировке, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов производства и жизнедеятельности требований санитарных норм и правил. Также на органы местного самоуправления и на субъекты, занятые в мероприятиях по сбору, транспортировке и утилизации ЖБО, возложена обязанность по соблюдению санитарно-эпидемиологических требований по содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий, утвержденных постановлением Главного Государственного санитарного врача Российской Федерации от <дата> № (СанПиН <данные изъяты>).

При этом удаление и транспортировка ЖБО должны производиться указанными хозяйствующими субъектами с использованием транспортных средств, специально оборудованных для забора, слива и его транспортировки в централизованные системы водоотведения или иные сооружения, предназначенные для приема и (или) отчистки ЖБО (п. 23 СанПиН <данные изъяты>). Объекты, предназначенные для приема и (или) отчистки ЖБО, должны соответствовать требованиям Федерального закона от <дата> № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», санитарным правилам и санитарно-эпидемиологическим требованиям по профилактике инфекционных и паразитарных болезней, а также к организации и проведению санитарно-противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий (п. 24 СанПиН <данные изъяты>). Не допускается вывоз ЖБО в места, не предназначенные для приема и (или) отчистки ЖБО.

Выслушав объяснения представителей ответчиков, исследовав материалы настоящего гражданского дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В статье 42 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением.

Статьей 1 Федерального закона от <дата> № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее – Федеральный закон от <дата> № 7-ФЗ, Закон об охране окружающей среды) предусмотрено, что почва является одним из компонентов природной среды. Под вредом окружающей среде понимается негативное изменение окружающей среды в результате ее загрязнения, повлекшее за собой деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов.

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от <дата> № 7-ФЗ объектами охраны окружающей среды от загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения и иного негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности являются: земли, недра, почвы.

Природоохранное законодательство, устанавливая общие требования в области охраны окружающей среды при осуществлении хозяйственной и иной деятельности, исходит из презумпции экологической опасности указанной деятельности, которая оказывает или может оказывать прямое или косвенное негативное воздействие на окружающую среду, и возлагает на ведущих ее лиц обязанность осуществлять свою деятельность в соответствии с требованиями в области охраны окружающей среды, проводить мероприятия по охране окружающей среды, в том числе по обеспечению экологической безопасности, предотвращению негативного воздействия на окружающую среду и ликвидации последствий такой деятельности (абз. 9 ст. 3, п. 1, 2 ст. 34 Закона об охране окружающей среде).

Статьей 42 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) установлено, что собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, помимо прочего, обязаны: использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту; осуществлять мероприятия по охране земель, лесов, водных объектов и других природных ресурсов, в том числе меры пожарной безопасности; соблюдать при использовании земельных участков требования градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов; не допускать загрязнение, истощение, деградацию, порчу, уничтожение земель и почв и иное негативное воздействие на земли и почвы; выполнять иные требования, предусмотренные данным Кодексом, федеральными законами.

Целями охраны земель являются предотвращение и ликвидация загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения земель и почв и иного негативного воздействия на земли и почвы, а также обеспечение рационального использования земель, в том числе для восстановления плодородия почв на землях сельскохозяйственного назначения и улучшения земель (ст. 12 ЗК РФ).

В силу ч. 1 ст. 13 ЗК РФ охрана земель представляет собой деятельность органов государственной власти, органов местного самоуправления, юридических и физических лиц, направленную на сохранение земли как важнейшего компонента окружающей среды и природного ресурса.

Согласно ч. 3 ст. 13 ЗК РФ мероприятия по охране земель проводятся в соответствии с названным Кодексом, Федеральным законом от <дата> № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды».

В соответствии с ч. 1 ст. 34 Федерального закона от <дата> № 7-ФЗ хозяйственная и иная деятельность, которая оказывает или может оказывать прямое или косвенное негативное воздействие на окружающую среду, осуществляется в соответствии с требованиями в области охраны окружающей среды.

Статьей 75 Закона об охране окружающей среды предусмотрено, что за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды устанавливается имущественная, дисциплинарная, административная и уголовная ответственность в соответствии с законодательством.

На основании п. 1 ст. 77 Федерального закона от <дата> № 7-ФЗ юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» разъяснено, что основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях (ст. 1, 77 Закона об охране окружающей среды).

Нормы природоохранного законодательства о возмещении вреда окружающей среде применяются с соблюдением правил, установленных общими нормами гражданского законодательства, регулирующими возмещение ущерба, в том числе внедоговорного вреда. Доказывание таких убытков производится в общем порядке, установленном ст. 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 1 ст. 78 Закона об охране окружающей среды компенсация вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется добровольно либо по решению суда или арбитражного суда. Определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды.

В пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» разъяснено, что вред, причиненный окружающей среде, а также здоровью и имуществу граждан негативным воздействием окружающей среды в результате хозяйственной и иной деятельности юридических и физических лиц, подлежит возмещению в полном объеме (п. 1 ст. 77, п. 1 ст. 79 Закона об охране окружающей среды).

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» разъяснено, что по смыслу ст. 1064 ГК РФ, ст. 77 Закона об охране окружающей среды лицо, которое обращается с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, представляет доказательства, подтверждающие наличие вреда, обосновывающие с разумной степенью достоверности его размер и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом.

По смыслу приведенных выше норм правовое регулирование отношений, возникающих из причинения вреда окружающей среде, осуществляется на основе гражданско-правового института внедоговорных (деликтных) обязательств.

При обращении в суд с иском о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, заинтересованное лицо устанавливает с разумной степенью достоверности круг хозяйствующих субъектов и иных лиц, осуществляющих эксплуатацию производственных объектов и (или) выступающих источником образования загрязняющих веществ, попадающих в почвы на соответствующем земельном участке.

При этом, учитывая презумпцию экологической опасности хозяйственной деятельности, невозможность с безусловностью установить, какие именно действия повлекли за собой загрязнение окружающей среды, не должно выступать обстоятельством, исключающим ответственность за вред.

В силу ст. 1079 ГК РФ, с учетом разъяснений п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №, при рассмотрении требований о возмещении экологического вреда именно на лиц, осуществляющих хозяйственную деятельность, возлагается обязанность по доказыванию надлежащего проведения ими мероприятий по охране окружающей среды, обеспечения экологической безопасности осуществляемой деятельности, за исключением случаев, когда лицо ведет деятельность, создающую повышенную опасность для окружающих.

Таким образом, в ситуации, когда истцом по делу о возмещении вреда представлены доказательства, подтверждающие с разумной степенью вероятности, что загрязнение окружающей среды связано, прежде всего, с хозяйственной деятельностью ответчика, то именно привлекаемое к ответственности лицо должно доказать свои возражения.

Определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды.

Методика исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды утверждена приказом Минприроды России от <дата> №.

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из приведенных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в гражданско-правовых отношениях установлена презумпция вины в причинении вреда, в том числе, когда таковая заключается в необеспечении мер охраны окружающей среды при содержании своего имущества лицами, уполномоченными владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии (ч. 2 ст. 71 ГПК РФ).

Судом установлено и следует из материалов дела, что письмом МО МВД России «Белогорский» от <дата> сообщено, что в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий установлено, что в <дата> г. – <дата> г. ресурсоснабжающей организацией ООО «Районный водоканал», в отсутствие в Белогорском муниципальном округе специально оборудованных мест, слив ЖБО осуществлялся в места по схемам, утвержденным заместителем главы администрации ФИО7 муниципального округа – начальника МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа», чем причинен вред природе.

Перечень оснований для проведения контрольных (надзорных) мероприятий предусмотрен статьей 57 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон от <дата> № 248-ФЗ, Закон № 248-ФЗ), к числу которых относятся: наличие у контрольного (надзорного) органа сведений о причинении вреда (ущерба) или об угрозе причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям с учетом положений ст. 60 настоящего Федерального закона.

Сведения о причинении вреда (ущерба) или об угрозе причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям контрольный (надзорный) орган получает, в том числе при поступлении обращений (заявлений) граждан и организаций, информации от органов государственной власти, органов местного самоуправления, из средств массовой информации (п. 1 ч. 1 ст. 58 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ).

В соответствии п. 3 ч. 1 ст. 60 Закона № 248-ФЗ решение контрольного (надзорного) органа о проведении контрольного (надзорного) мероприятия, предусматривающего взаимодействие с контролируемым лицом, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 57 настоящего Федерального закона, принимается при наличии достоверной информации о причинении вреда (ущерба) или непосредственной угрозе причинения вреда (ущерба) окружающей среде, которые влекут административное наказание за совершение административного правонарушения в области охраны окружающей среды, природопользования и обращения с животными, предусмотренного Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

На основании указанного письма МО МВД России «Белогорский», являющегося в силу ст. 57, 60 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон от <дата> № 248-ФЗ, Закон № 248-ФЗ) поводом для принятия решения о проведении контрольного (надзорного) мероприятия, руководителем Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора <дата> выдано задание № на проведение контрольного (надзорного) мероприятия без взаимодействия с контролируемым лицом: выездное обследование, задачами которого являются: предупреждение, выявление и пресечение нарушений в области охраны окружающей среды, место проведения: <адрес>; срок проведения контрольного мероприятия: <дата>.

Частью 3 ст. 56 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ предусмотрен исчерпывающий перечень контрольных (надзорных) мероприятий, проводимых уполномоченным органом без взаимодействия с контролируемым лицом, к числу которых относится выездное обследование (п. 2).

Учитывая изложенное, доводы представителей ответчиков об отсутствии у истца оснований и нарушения им формы проведения контрольного мероприятия без взаимодействия с контролируемым лицом не основаны на установленном Федеральным законом от <дата> № 248-ФЗ правовом регулировании.

Управлением в ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» <дата> направлена заявка № на экспертное сопровождение (отбор проб (образцов), лабораторные исследования (испытания) и измерения) в рамках обеспечения государственного контроля (надзора) в сфере природопользования и охраны окружающей среды.

Как следует из сведений Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), размещенных на официальном сайте Федеральной налоговой службы (https://egrul.nalog.ru/), ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» обладает лицензией от <дата> № на осуществление деятельности в области гидрометрологии и в смежных с ней областях (за исключением указанной деятельности, осуществляемой в ходе инженерных изысканий, выполняемых для подготовки проектной документации, строительства, реконструкции объектов капитального строительства), выданная Федеральной службой по гидрометрологии и мониторингу окружающей среды.

Согласно сведениям, размещенным на официальном сайте ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» (<данные изъяты>/), филиал ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» - ЦЛАТИ по <адрес> имеет аттестат аккредитации испытательной лаборатории (центра) от <дата> №, выданный Федеральной службой по аккредитации.

Вопреки доводам представителя ответчика Администрации ФИО7 муниципального округа, в соответствии с условиями аккредитации в составе филиала ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» - ЦЛАТИ по <адрес> осуществляют профессиональную деятельность эксперты, имеющие лицензии в области проведения экспертиз в сфере природопользования и охраны окружающей среды.

На основании задания на проведение контрольного (надзорного) мероприятия без взаимодействия с контролируемым лицом от <дата> № и заявки на экспертное сопровождение (отбор проб (образцов), лабораторные исследования (испытания) и измерения) в рамках обеспечения государственного контроля (надзора) в сфере природопользования и охраны окружающей среды от <дата> №, Управлением совместно со специалистом филиала ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» - ЦЛАТИ по <адрес><дата> было проведено контрольное (надзорное) мероприятие без взаимодействия с контролируемым лицом: выездное обследование окрестностей <адрес>, целью которого послужило предупреждение, выявление и пресечение нарушений в области охраны окружающей среды.

Согласно ч. 1 ст. 75 Закона № 248-ФЗ под выездным обследованием понимается контрольное (надзорное) мероприятие, проводимое в целях оценки соблюдения контролируемыми лицами обязательных требований. Выездное обследование проводится без информирования контролируемого лица (ч. 4 ст. 75 Закона № 248-ФЗ).

В ходе выездного обследования на общедоступных (открытых для посещения неограниченным кругом лиц) производственных объектах могут совершаться следующие контрольные (надзорные) действия: 1) осмотр; 2) отбор проб (образцов); 3) инструментальное обследование (с применением видеозаписи); 4) испытание; 5) экспертиза (ч. 3 ст. 75 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ).

В соответствии с ч. 1 ст. 81 Закона № 248-ФЗ под отбором проб (образцов) понимается совершаемое инспектором, экспертом или специалистом контрольное (надзорное) действие по изъятию (выборке) проб (образцов) воды, почвы, воздуха, сточных и (или) дренажных вод, выбросов, сбросов загрязняющих веществ, отходов производства и потребления, продукции (товаров), иных предметов и материалов в соответствии с утвержденными документами по стандартизации, правилами отбора проб (образцов) и методами их исследований (испытаний) и измерений, техническими регламентами или иными нормативными техническими документами, правилами, методами исследований (испытаний) и измерений и иными документами для направления указанных проб (образцов) на испытания и (или) экспертизу в контрольный (надзорный) орган и (или) экспертную организацию в целях проведения оценки соблюдения контролируемым лицом обязательных требований.

В силу ч. 2 ст. 81 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ отбор проб (образцов) осуществляется в присутствии контролируемого лица или его представителя и (или) с применением видеозаписи.

Отбор проб (образцов) осуществляется в количестве, необходимом и достаточном для проведения инструментального обследования, испытания, экспертизы (ч. 3 ст. 81 Закона № 248-ФЗ).

На основании ч. 3 ст. 81 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ по результатам отбора проб (образцов) инспектором или привлеченным им лицом составляется протокол отбора проб (образцов), в котором указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы инспектора, эксперта или специалиста, составивших протокол, сведения о контролируемом лице или его представителе, присутствовавших при отборе проб (образцов), использованные методики отбора проб (образцов), иные сведения, имеющие значение для идентификации проб (образцов).

Частью 1 ст. 83 Закона № 248-ФЗ определено, что под испытанием в целях настоящего Федерального закона понимается контрольное (надзорное) действие, совершаемое инспектором или специалистом по месту нахождения контрольного (надзорного) органа, его структурного подразделения с использованием специального оборудования и (или) технических приборов, предусмотренных ч. 2 ст. 82 настоящего Федерального закона, для исследования проб (образцов) воды, почвы, воздуха, сточных и (или) дренажных вод, выбросов, сбросов загрязняющих веществ, отходов производства и потребления, продукции (товаров), иных предметов и материалов по вопросам, имеющим значение для проведения оценки соблюдения контролируемым лицом обязательных требований

По результатам испытания инспектором или специалистом составляется протокол испытания, в котором указываются дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы инспектора или специалиста, составивших протокол, сведения о контролируемом лице, предмет испытания, используемое специальное оборудование и (или) технические приборы, применяемые методики испытания, результат испытания, нормируемое значение показателей, подлежащих контролю при проведении испытания, и выводы о соответствии этих показателей установленным нормам, иные сведения, имеющие значение для проведения оценки результатов испытаний (ч. 3 ст. 83 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ).

В силу ч. 1 ст. 84 Закона № 248-ФЗ под экспертизой в целях настоящего Федерального закона понимается контрольное (надзорное) действие, заключающееся в проведении исследований по вопросам, разрешение которых требует специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства или ремесла и которые поставлены перед экспертом или экспертной организацией инспектором в рамках контрольного (надзорного) мероприятия в целях оценки соблюдения контролируемым лицом обязательных требований.

Экспертиза осуществляется экспертом или экспертной организацией по поручению контрольного (надзорного) органа (ч. 3 ст. 84 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ). Результаты экспертизы оформляются экспертным заключением (ч. 9 ст. 84 Закона № 248-ФЗ).

Согласно ч. 1 ст. 87 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ к результатам контрольного (надзорного) мероприятия относятся оценка соблюдения контролируемым лицом обязательных требований, создание условий для предупреждения нарушений обязательных требований и (или) прекращения их нарушений, восстановление нарушенного положения, направление уполномоченным органам или должностным лицам информации для рассмотрения вопроса о привлечении к ответственности и (или) применение контрольным (надзорным) органом мер, предусмотренных п. 2 ч. 2 ст. 90 Закона № 248-ФЗ.

Оформление акта производится на месте проведения контрольного (надзорного) мероприятия в день окончания проведения такого мероприятия, если иной порядок оформления акта не установлен Правительством Российской Федерации (ч. 3 ст. 90 Закона № 248-ФЗ).

Как следует из протокола осмотра от <дата> №-П, составленного старшим государственным инспектором Российской Федерации в области охраны окружающей среды Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора АС*, в ходе проведения контрольного (надзорного) мероприятия произведено фотографирование, отбор проб с использованием технических средств: сотовый телефон <данные изъяты> модели <данные изъяты>, навигатор <данные изъяты> (сертификат о калибровке от <дата> №), рулетка измерительная металлическая <данные изъяты> № (свидетельство о поверке средства измерения №, действительно до <дата>).

Также из протокола осмотра от <дата> №-П, фототаблицы и плана-схемы № к нему (приложения к протоколу) судом установлено, что при проведении данного контрольного (надзорного) мероприятия на земельном участке, расположенном в окрестностях <адрес> ФИО7 муниципального округа, с географическими координатами <данные изъяты>""/<данные изъяты> обнаружено место слива жидких бытовых отходов на почву, присутствовал характерный запах ЖБО, имелись следы шин автомобилей, обнаружены замерзшие ЖБО в виде льда.

Специалистами ЦЛАТИ по <адрес><дата> отобраны пробы почвы в месте слива и доставлены автотранспортом в испытательную лабораторию для исследования. Каждая проба отобрана в полиэтиленовую емкость, стекло помещено в термос t4°С, доставлены автотранспортом в испытательную лабораторию для исследования.

Метод отбора ГОСТ <данные изъяты>, ГОСТ <данные изъяты>. Тип отбора: точечная, объединенная. Заложены 4 контрольные площадки по 10х10 м. каждая.

Из фототаблицы и плана-схемы № к протоколу осмотра от <дата> №-П судом установлено и не опровергнуто ответчиками, что местом обследования и отбора проб послужило: <адрес>, съезд с <адрес>, географические координаты местности <данные изъяты>""/<данные изъяты>.

Установленные старшим государственным инспектором Российской Федерации в области охраны окружающей среды Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора АС*, с участием привлеченных специалистов филиала ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» - ЦЛАТИ по <адрес> – начальника отдела водных ресурсов, загрязнения почв и биотестирования ТА* и инженера лаборанта 1 категории отдела водных ресурсов, загрязнения почв и биотестирования ШД*, в ходе выездного обследования обстоятельства зафиксированы в акте выездного обследования от <дата> №.

Согласно протоколу отбора проб от <дата> №ГК, составленному начальником отдела водных ресурсов, загрязнения почв и биотестирования филиала ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» - ЦЛАТИ по <адрес> ТА* в присутствии инспектора Управления АС*, утвержденному <дата> экспертом СИ*, местом отбора проб послужило: <адрес>, съезд с <адрес>, объект исследования: почва, характер проб: точечная, объединенная. На данном земельном участке были отобраны объединенные пробы на площади 10х10 кв.м.: проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>"", проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>", проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>, проба № с координатами <данные изъяты>.

В каждой объединенной пробе также были отобраны по 6 точечных проб с соответствующими географическими координатами.

Каждая проба в месте слива ЖБО отобрана специалистами ЦЛАТИ по <адрес><дата> в полиэтиленовую емкость, стекло помещено в термос t4°С, все пробы доставлены автотранспортом в испытательную лабораторию для исследования.

Как следует из схемы отбора (приложение № к протоколу отбора проб от <дата> №ГК) и плана отбора (приложение № к протоколу отбора проб от <дата> №ГК), измерительные приборы, которые использовались специалистами Управления и ЦЛАТИ по <адрес>, прошли поверки, сроки действия которых истекали в <дата> г.

Учитывая совокупность изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что должностными лицами Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора и филиала ФГБУ «ЦЛАТИ по ДФО» - ЦЛАТИ по <адрес> достоверно определено расположение обследуемого земельного участка и контрольных точек в его границах.

Принимая во внимание сформулированный в п. 2 ст. ст. 1064 ГК РФ и в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» принцип презумпции вины причинителя вреда, ответчиками в нарушение ст. 56 ГПК РФ в обоснование своего довода доказательств недостоверности определения истцом географических координат не представлено.

По результатам исследования должностным лицом испытательной лаборатории <дата> составлены протоколы испытаний (измерений и исследований) №, №, экспертные заключения от <дата> №, №.

Согласно экспертному заключению по результатам отбора проб (образцов), лабораторных исследований (испытаний) и измерений в рамках обеспечения государственного контроля (надзора) в сфере природопользования и охраны окружающей среды от <дата> № установлено наличие превышения концентрации загрязняющих веществ относительно объединенных проб №, №, а именно: - по нефтепродуктам в пробе № в 1,95 раз, в пробе № в 2,2 раза, в пробе № в 2 раза, в пробе № в 2,25 раз, в пробе № в 9 раз, в пробе № в 9 раз; - по кобальту (валовая форма) в пробе № в 2,2 раза, в пробе № в 2,4 раза, в пробе № в 2,2 раза, в пробе № в 2,4 раза; - по нитритам в пробе № в 1,6 раз, в пробе № в 1,6 раз; - по марганцу (подвижная форма) в пробе № в 1,11 раз, в пробе № в 1,3 раз, в пробе № в 2,6 раз, в пробе № в 2,6 раз, в пробе № в 2,2 раза.

При таких обстоятельствах, в ходе выездного обследования Управлением совершены следующие контрольные (надзорные) действия: осмотр, отбор проб (образцов), испытание, экспертиза.

Материалы настоящего дела не содержат сведений о проведении <дата> в ходе контрольного (надзорного) мероприятия такого действия, как инструментальное обследование, в связи с чем, доводы представителей ответчиков об отсутствии видеозаписи, которая обязательна при совершении данного контрольного действия, подлежат отклонению судом.

Исчерпывающий перечень оснований, с которыми федеральный законодатель связывает недействительность результатов контрольного (надзорного) мероприятия, выразившуюся в его проведении с грубым нарушением требований к организации и осуществлению, и влекущую их отмену вышестоящим контрольным (надзорным) органом или судом, предусмотрен ч. 2 ст. 91 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ.

Так, к грубыми нарушениями требований к организации и осуществлению государственного контроля (надзора) являются: 1) отсутствие оснований проведения контрольных (надзорных) мероприятий; 2) отсутствие согласования с органами прокуратуры проведения контрольного (надзорного) мероприятия в случае, если такое согласование является обязательным; 3) нарушение требования об уведомлении о проведении контрольного (надзорного) мероприятия в случае, если такое уведомление является обязательным; 4) нарушение периодичности проведения планового контрольного (надзорного) мероприятия; 5) проведение планового контрольного (надзорного) мероприятия, не включенного в соответствующий план проведения контрольных (надзорных) мероприятий; 6) принятие решения по результатам контрольного (надзорного) мероприятия на основании оценки соблюдения положений нормативных правовых актов и иных документов, не являющихся обязательными требованиями; 7) привлечение к проведению контрольного (надзорного) мероприятия лиц, участие которых не предусмотрено настоящим Федеральным законом; 8) нарушение сроков проведения контрольного (надзорного) мероприятия; 9) совершение в ходе контрольного (надзорного) мероприятия контрольных (надзорных) действий, не предусмотренных настоящим Федеральным законом для такого вида контрольного (надзорного) мероприятия; 10) непредставление контролируемому лицу для ознакомления документа с результатами контрольного (надзорного) мероприятия в случае, если обязанность его предоставления установлена настоящим Федеральным законом; 11) проведение контрольного (надзорного) мероприятия, не включенного в единый реестр контрольных (надзорных) мероприятий, за исключением проведения наблюдения за соблюдением обязательных требований и выездного обследования; 12) нарушение запретов и ограничений, установленных п. 5 ст. 37 настоящего Федерального закона.

Учитывая приведенное правовое регулирование, а также изложенные выше обстоятельства проведения истцом в установленный в задании на его проведение срок (<дата>) контрольного (надзорного) мероприятия без взаимодействия с контролируемым лицом в форме выездного обследования, судом грубых нарушений требований к его организации и осуществлению не установлено, доказательств обратного в нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиками не представлено.

Приамурским межрегиональным управлением Росприроднадзора <дата> был направлен в Администрацию ФИО7 муниципального округа запрос №, которым ответчику предложено представить информацию о категории земельного участка, расположенного на участке местности <адрес>, с географическими координатами <данные изъяты>". При этом в указанном запросе истцом сообщено ответчику о проведении <дата> выездного обследования без взаимодействия, отражены результаты данного контрольного (надзорного) мероприятия, зафиксированные в акте выездного обследования от <дата> №.

При таких обстоятельствах, доводы представителя ответчика Администрации ФИО7 муниципального округа о не информировании его истцом о результатах проведенного <дата> выездного обследования не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Сам по себе факт невручения акта выездного обследования в силу ч. 2 ст. 91 Федерального закона от <дата> № 248-ФЗ не является основанием, которое может повлечь недействительность результатов контрольного (надзорного) мероприятия. К тому же, ответчиком не приведено мотивов и доказательств, какие препятствия для реализации им своих процессуальных прав повлек факт невручения акта выездного обследования от <дата> № при очевидной его информированности о результатах проведения <дата> данного контрольного мероприятия.

Согласно ответу главы ФИО7 муниципального округа от <дата> № участок местности в <адрес> с географическими координатами <данные изъяты>" относится к категории земель «земли населенных пунктов».

Оснований ставить под сомнение сведения, отраженные в ответе главы ФИО7 муниципального округа от <дата> № на запрос контролирующего органа у суда не имеется. Данный ответ Администрацией ФИО7 муниципального округа из контрольного органа не отозван, иной информации о категории земельного участка, расположенного на участке местности <адрес>, с географическими координатами <данные изъяты>", ответчиком в Приамурское межрегиональное управление Росприроднадзора не направлялось, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Представленные Администрацией ФИО7 муниципального округа в материалы дела сканированные образы конвертера географических координат, с которыми он связывает свои доводы о расположении места проведения выездного обследования на ином земельном участке, собственность на который не разграничена, отклоняются судом, поскольку в нарушение ст. 56, 60 ГПК РФ ответчиком не представлено допустимых доказательств об использованной им системе координат, способе, о наличии оснований и о порядке конвертирования определенных истцом координат спорного земельного участка и мест отбора проб.

В свою очередь, представитель истца в дополнении к иску указал, что им использована мировая геодезическая система координат <данные изъяты>, в подтверждение представил сканированные образы спутниковых снимков места расположения земельного участка на участке местности <адрес>, который являлся объектом выездного обследования, с нанесением координат места слива ЖБО и точек отбора проб, соответствующих тем, которые отражены в протоколе осмотра от <дата> №-П и в приложениях к нему, в протоколе отбора проб от <дата> №ГК и приложениях к нему, в акте выездного обследования от <дата> №, в протоколах испытаний (измерений и исследований) №, №, в экспертных заключениях от <дата> №, №.

К тому же, достоверность определения истцом координат и их соответствие месту расположения спорного земельного участка подтверждается письмом Администрации ФИО7 муниципального округа от <дата>, которым она информировала Управление о том факте, что на земельном участке с координатами <данные изъяты>", кадастровый квартал № от перекрестка <адрес> и <адрес>, на расстоянии 650 м., в районе бывшей животноводческой фермы, площадью около 100 кв.м., имеется несанкционированное место размещения отходов.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что участок местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>" в районе бывшей животноводческой фермы относится к категории земель «земли населенных пунктов». Относимых и допустимых доказательств обратного, в нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиками в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание совокупность установленных и подтвержденных материалами дела фактических обстоятельств, с учетом выше приведенного правового регулирования и разъяснений постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу, что материалами проведенного Приамурским межрегиональным управлением Росприроднадзора <дата> контрольного (надзорного) мероприятия доказано наличие вреда, причиненного окружающей среде, а именно: ее компоненту – почве на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>".

С учетом установленной природоохранным законодательством презумпции экологической опасности при осуществлении хозяйственной и иной деятельности, суд приходит к выводу, что Администрацией ФИО7 муниципального округа не принято достаточных мер по охране земельного участка, отнесенного к категории «земли населенных пунктов», направленных на недопущение загрязнения, порчи, уничтожения почвы либо иного негативного воздействия, в связи с чем, ответчик несет ответственность за неисполнение на территории указанного земельного участка требований федерального законодательства в области охраны окружающей среды, положений Земельного кодекса Российской Федерации.

Претензионным письмом от <дата> № Приамурское межрегиональное управление Росприроднадзора потребовало от Администрации ФИО7 муниципального округа уплаты ущерба, причиненного окружающей среде, в размере <данные изъяты> рублей.

При исследовании вопросов установления вины в действиях (бездействии) ответчиков за причиненный окружающей среде вред и наличии между их действиями (бездействием) и причиненным вредом причинно-следственной связи, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 58 Конституции Российской Федерации каждый обязан сохранить природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона «Об охране окружающей среды» от <дата> № 7-ФЗ, (далее – Федеральный закон от <дата> № 7-ФЗ), ст. 8 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от <дата> № 52-ФЗ (далее – Федеральный закон от <дата> №) граждане имеют право на благоприятную окружающую среду, на ее защиту от негативного воздействия, вызванного хозяйственной и иной деятельностью, чрезвычайными ситуациями природного и техногенного характера, на достоверную информацию о состоянии окружающей среды и на возмещение вреда окружающей среде.

В силу п. 11, 24, 32 и Устава Администрации ФИО7 муниципального округа на данное лицо возложены обязанности по организации мероприятий по охране окружающей среды в границах муниципального округа, в том числе организация и проведение в соответствии с законодательством в области охраны окружающей среды общественных обсуждений планируемой хозяйственной и иной деятельности на территории соответствующего муниципального округа; участие в организации деятельности по накоплению (в том числе раздельному накоплению), сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, захоронению твердых коммунальных отходов; осуществление мероприятий по охране их жизни и здоровья людей.

Частью 1 ст. 1 ЗК РФ установлен, в частности, приоритет охраны земли как важнейшего компонента окружающей среды.

Целями охраны земель являются предотвращение и ликвидация загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения земель и почв и иного негативного воздействия на земли и почвы, а также обеспечение рационального использования земель, в том числе для восстановления плодородия почв на землях сельскохозяйственного назначения и улучшения земель (ст. 12 ЗК РФ).

Пунктами 1, 3 ст. 13 ЗК РФ предусмотрено, что в целях охраны земель собственники земельных участков, землепользователи, землевладельцы и арендаторы земельных участков обязаны проводить мероприятия по сохранению почв и их плодородия и защите сельскохозяйственных угодий от зарастания деревьями и кустарниками, сорными растениями, а также защите растений и продукции растительного происхождения от вредных организмов (растений или животных, болезнетворных организмов, способных при определенных условиях нанести вред деревьям, кустарникам и иным растениям).

Собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением и принадлежностью к той или иной категории земель и разрешенным использованием способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту; осуществлять мероприятия по охране земель; соблюдать при использовании земельных участков требования градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов; не допускать загрязнение, захламление, деградацию и ухудшение плодородия почв на землях соответствующих категорий; выполнять иные требования, предусмотренные указанным кодексом, федеральными законами (ст. 42 ЗК РФ).

Санитарно-эпидемиологические требования к почвам, содержанию территорий городских и сельских поселений, промышленных площадок определены в ст. 21 Федерального закона от <дата> №, согласно которой в почвах городских и сельских поселений и сельскохозяйственных угодий содержание потенциально опасных для человека химических и биологических веществ, биологических и микробиологических организмов, а также уровень радиационного фона не должен превышать предельно допустимые концентрации (уровни), установленные санитарным правилам.

Содержание территорий городских и сельских поселений, промышленных площадок должно отвечать санитарным правилам.

В силу части 1 статьи 22 Федерального закона от <дата> № отходы производства и потребления подлежат сбору, накоплению, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению, условия и способы которых должны быть безопасными для здоровья населения и среды обитания и которые должны осуществляться в соответствии с санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Пунктом 7 статьи 12 Федерального закона «Об отходах производства и потребления» от <дата> № 89-ФЗ предусмотрен запрет размещения отходов на объектах, не внесенных в государственный реестр объектов размещения отходов.

Согласно статье 13 Федерального закона от <дата> № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» территории муниципальных образований подлежат регулярной очистке от отходов в соответствии с экологическими, санитарными и иными требованиями.

Понятие несанкционированной свалки отходов содержится в пункте 4.13 ГОСТа <данные изъяты> «Межгосударственный стандарт. Ресурсосбережение. Обращение с отходами. Термины и определения», введенного постановлением Госстандарта России от <дата> №, - территории, используемые, но не предназначенные для размещения на них отходов.

На основании пункта 7.8 ГОСТа <данные изъяты> собственником отходов является юридическое лицо, индивидуальный предприниматель, производящие отходы, в собственности которых они находятся, которые намерены осуществлять заготовку, переработку отходов и другие работы по обращению с отходами, включая их отчуждение.

Если это лицо не установлено, собственником отходов являются органы местного самоуправления, юридические лица или индивидуальные предприниматели, ответственные за территории, на которых эти отходы находятся (Примечание к пункту 7.8 ГОСТа <данные изъяты>).

Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от <дата> № утверждены Санитарные правила и нормы СанПиН 2<данные изъяты> «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», обязательные для исполнения органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, юридическими лицами и гражданами, в том числе индивидуальными предпринимателями.

Согласно п. 23 СанПиН <данные изъяты> удаление ЖБО должно проводиться хозяйствующими субъектами, осуществляющими деятельность по сбору и транспортированию ЖБО, в период с 7 до 23 часов с использованием транспортных средств, специально оборудованных для забора, слива и транспортирования ЖБО, в централизованные системы водоотведения или иные сооружения, предназначенные для приема и (или) очистки ЖБО.

Пунктом 23 СанПиН <данные изъяты> установлено, что объекты, предназначенные для приема и (или) очистки ЖБО, должны соответствовать требованиям Федерального закона от <дата> № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», санитарных правил и санитарно-эпидемиологическим требованиям по профилактике инфекционных и паразитарных болезней, а также к организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий.

Не допускается вывоз ЖБО в места, не предназначенные для приема и (или) очистки ЖБО.

Из анализа указанных правовых норм следует, что органы местного самоуправления обязаны оперативно устранять причины образования несанкционированных свалок, выявлять лиц, в результате деятельности которых незаконно размещаются отходы, привлекая их к ответственности.

Вместе с тем, органы местного самоуправления, пока не установлены иные лица, ответственные за ликвидацию последствий негативного воздействия на окружающую среду, самостоятельно осуществляют деятельность по ликвидации таких последствий – несанкционированных свалок.

Из материалов дела следует, что объекты водоснабжения и водоотведения, находящиеся на территории ФИО7 муниципального округа переданы ООО «Районный Водоканал» по концессионным соглашениям.

Данные обстоятельства подтверждаются решением ФИО7 городского суда <адрес> от <дата> № по исковому заявлению Благовещенского межрайонного природоохранного прокурора, действующего в интересах неопределённого круга лиц к администрации ФИО7 муниципального округа, ООО «Районный водоканал», которым на ответчиков возложена обязанность по организации водоотведения, обеспечивающего сбор, отведение и очистку сточных вод на территории <адрес> ФИО7 муниципального округа, и исключающее их сброс на рельеф, в соответствии с требованиями санитарно-эпидемиологического законодательства и законодательства об охране окружающей среды, исходя из недопустимости превышения нормативов допустимого воздействия на поверхностные водные объекты.

На основании ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные указанным решением суда, вступившим в законную силу <дата>, не подлежат доказыванию вновь.

Из писем МКУ «Управление жизнеобеспечения Администрации ФИО7 муниципального округа» от <дата> №, Администрации ФИО7 муниципального округа» от <дата> № и от <дата> №, протокола рабочего совещания от <дата> следует, что обслуживанием домов в <адрес> и в расположенном с ним рядом <адрес> осуществляется управляющей компанией ООО «Тандем». На основании концессионных соглашений и договора субподряда, заключенного управляющей компанией с ООО «Районный водоканал», услуги по откачке, транспортировке, вывозу и утилизации ЖБО на территории ФИО7 муниципального округа возложены на ООО «Районный водоканал».

ООО «Районный водоканал» <дата> заключен договор на оказание услуг №/с/2023 с ФИО6, которая приняла на себя обязательства по откачке и вывозу ЖБО с территории и объектов, обслуживаемых ООО «Районный водоканал». Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании указал, что в рамках указанного договора также осуществлялся сбор и вывоз ЖБО из домов <адрес>, расположенного рядом с селом Томичи.

Вывоз ЖБО осуществлялся ФИО6 в места, указанные ООО «Районный водоканал», которые определены органом местного самоуправления (п. 1.2 договора от <дата> №).

Несмотря на то обстоятельство, что в письме МКУ «Управление жизнеобеспечения Администрации ФИО7 муниципального округа» от <дата> № сообщается об отсутствии на территории ФИО7 муниципального округа оборудованных в соответствии с санитарными и техническими требованиями мест утилизации ЖБО, в материалы дела МО МВД России «Белогорский» представлена схема маршрута и расположения мест слива жидких бытовых отходов в <адрес>, утвержденная в <дата> заместителем главы администрации ФИО7 муниципального округа – начальника МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа» ЛН*

Из объяснения ЛН* от <дата>, представленного МО МВД России «Белогорский», следует, что данная схема утверждена ею для того, чтобы ресурсоснабжающая организация ООО «Районный водоканал» понимала точное место слива жидких бытовых отходов. Каких-либо постановлений об утверждении данных схем органом местного самоуправления не издавалось.

Вопреки возражениям представителя ответчика ФИО1 о том, что ЛН* не является должностным лицом администрации ФИО7 муниципального округа, судом установлено и следует из распоряжения Главы ФИО7 муниципального округа от <дата> №, а также из сведений Единого государственного реестра юридических лиц, что ЛН* замещает должность заместителя главы администрации ФИО7 муниципального округа – начальника МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа».

Из объяснения генерального директора ООО «Районный водоканал» ТК* от <дата>, представленного МО МВД России «Белогорский», следует, что в связи с нежелательностью роста тарифа для населения, по согласованию с заместителем главы администрации ФИО7 муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа» ЛН*, начальниками МКУ сельских администраций совместно с сотрудником общества БТ* проведены замеры мест утилизации жидких бытовых отходов, составлены схемы, которые были утверждены ЛН*

Согласно объяснениям главного инженера ООО «Районный водоканал» БТ*, в связи с отсутствием в Белогорском муниципальном округе очистных сооружений, утилизация ЖБО осуществляется в места, установленных в схемах, согласованных с начальниками МКУ сельских администраций и утвержденных заместителем главы администрации ФИО7 муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа» ЛН* Для разработки данных схем БТ* выезжала вместе с начальниками МКУ сельских администраций на территории поселений, главы администрации показывали ей места слива, она производила замеры и привязку к местности.

Несмотря на то обстоятельство, что указанные объяснения были отобраны МО МВД России «Белогорский» в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, и по их результатам до настоящего времени не приняты процессуальные решения, вопреки доводам ответчиков, у суда не имеется оснований ставить под сомнение достоверность отраженных в них сведений, которые являются последовательными о подтверждаются доказательствами по настоящему делу.

При таких обстоятельствах, судом установлено и подтверждается материалами дела, что, независимо от того факта, что нормативным правовым актом санкционированное место слива ЖБО Администрации ФИО7 муниципального округа не определялось, ООО «Районный водоканал» и непосредственным исполнителем ФИО6 фактически слив ЖБО осуществлялся в соответствии с утвержденной заместителем главы администрации ФИО7 муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа» ЛН* в <дата>. схемой маршрута и расположения мест слива жидких бытовых отходов в <адрес>, где по результатам проведенного Приамурским межрегиональным управлением Росприроднадзора <дата> контрольного (надзорного) мероприятия выявлено причинение вреда окружающей среде, а именно: ее компоненту – почве на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>".

Доводы представителей ответчиков об утилизации ЖБО с <дата> исполнителем ФИО6 в систему коммунальной канализации <адрес> (КНС «Мостопоезд №», <адрес>) на основании заключенного ей с ООО «Водоканал <адрес>» договора на прием сточных вод от <дата> отклоняются судом, поскольку в нарушение ст. 56 ГПК РФ и п. 1.1 данного договора ими не представлено доказательств, свидетельствующих об объемах вывоза из <адрес> ЖБО и их приема предприятием ООО «Водоканал <адрес>», а также подтверждена оплата за прием соответствующих объемов ЖБО в систему коммунальной канализации <адрес>.

Сведений об иных лицах, непосредственно осуществлявших загрязнение спорного земельного участка, тем самым, причинивших вред окружающей среде, также в нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиками суду не представлено, доказательств обращения Администрации ФИО7 муниципального округа в правоохранительные органы по факту несанкционированного слива ЖБО на участок местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>" материалы дела не содержат.

Учитывая изложенное, судом установлено, подтверждается материалами дела и не опровергнуто ответчиками, что уполномоченным должностным лицом Администрации ФИО7 муниципального округа, а именно заместителем главы администрации ФИО7 муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа» ЛН*, в отсутствие на территории ФИО7 муниципального округа оборудованных в соответствии с санитарными и техническими требованиями мест утилизации ЖБО, неправомерно утверждена схема маршрута и расположения мест слива жидких бытовых отходов в <адрес>, и доведена для исполнения в ООО «Районный водоканал», в ведении которого находится оказание услуг по водоснабжению и водоотведению на территории ФИО7 муниципального округа, которым, в свою очередь, на основании договора поручено непосредственному исполнителю ФИО6 осуществлять слив ЖБО в место, определенное указанной схемой, и фактический слив последней ЖБО на почву на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>

Аргументы ответчиков ООО «Районный водоканал» и ФИО6 об их неосведомленности о степени законности доведенной к их исполнению схемы маршрута и расположения мест слива жидких бытовых отходов в <адрес>, при наличии факта причинения вреда окружающей среде – ее компоненту почве, основаны на неправильном толковании норм материального права и иной оценке доказательств, противоречит установленной статьей 1064 ГК РФ презумпции виновности, и определенной в абз. 9 ст. 3, п. 1, 2 ст. 34 Закона об охране окружающей среде презумпции экологической опасности, которая ответчиками не опровергнута в порядке статьи 56 ГПК РФ.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства в совокупности с вышеприведенным правовым регулированием, и с учетом законодательно установленной презумпции вины в причинении вреда окружающей среде, в том числе, когда таковая заключается в необеспечении мер по ее охране, суд приходит к выводу, что материалами дела в указанных действиях ответчиков достоверно подтверждается вина за причиненный окружающей среде (почве) вред, и установлено наличие причинно-следственной связи между их действиями и причиненным вредом.

Вопреки доводам ответчиков, в силу абз. 2 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» не привлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не исключает возможности возложения на него обязанности по возмещению вреда окружающей среде. Равным образом привлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не является основанием для освобождения лица от обязанности устранить допущенное нарушение и возместить причиненный им вред.

Рассматривая доводы ответчиков о недопустимости взыскания ущерба, причиненного окружающей среде, в доход местного бюджета, приводящего к совпадению в одном лице причинителя вреда и получателя компенсации, суд исходит из следующего.

Из разъяснений, содержащихся в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», следует, что присужденные судом суммы компенсации по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, подлежат зачислению в бюджеты муниципальных районов, городских округов, городских округов с внутригородским делением, городов федерального значения Москвы, Санкт-Петербурга и Севастополя по месту причинения вреда окружающей среде по нормативу 100 процентов (абз. 2 п. 6 ст. 46 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 22 ст. 46 Бюджетного кодекса Российской Федерации платежи по искам о возмещении ущерба, а также платежи, уплачиваемые при добровольном возмещении ущерба, причиненного государственному или муниципальному имуществу (за исключением имущества, закрепленного за бюджетными (автономными) учреждениями, унитарными предприятиями), подлежат зачислению в бюджеты публично-правовых образований, в собственности которых находится указанное имущество, по нормативу 100 процентов.

Поскольку ответчиками, независимо от их организационно-правовой формы, был причинен вред почвам, как объекту охраны окружающей среды, расположенным на территории ФИО7 муниципального округа, истцом правомерно заявлены требования о зачислении суммы причиненного ущерба в бюджет ФИО7 муниципального округа (ОКТМО №).

Принимая во внимание установленную судом с разумной степенью достоверности вину ответчика Администрации ФИО7 муниципального округа, уполномоченным должностным лицом которого в отсутствие оборудованных в соответствии с санитарными и техническими требованиями мест утилизации ЖБО утверждена схема их слива в <адрес> на почву и доведена для исполнения ответчику ООО «Районный водоканал», в силу ст. 77 Федерального закона от <дата> № 7-ФЗ является основанием для возмещения причиненного вреда окружающей среде в полном объеме.

Более того, использование средств от платежей по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде вследствие нарушений обязательных требований, регламентировано статьей 78.2 Закона об охране окружающей среды.

Указанной нормой предусмотрено, что зачисленные в бюджеты субъектов Российской Федерации и местные бюджеты средства от платежей по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, направляются на выявление и оценку объектов накопленного вреда окружающей среде и (или) организацию работ по ликвидации накопленного вреда окружающей среде в случае наличия на территории субъекта Российской Федерации (муниципального образования) объектов накопленного вреда окружающей среде, а в случае их отсутствия - на иные мероприятия по предотвращению и (или) снижению негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду, сохранению и восстановлению природной среды, рациональному использованию и воспроизводству природных ресурсов, обеспечению экологической безопасности (пункт 1). Данные средства носят целевой характер и не могут быть использованы на иные цели (пункт 5).

По смыслу приведенных норм платежи по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, имеют целевое назначение, поскольку их взыскание обязывает субъект Российской Федерации или муниципальное образование провести за счет взысканных средств работы по выявлению и оценке объектов накопленного вреда окружающей среде, ликвидации накопленного вреда, иные мероприятия в области защиты окружающей среды.

На основании изложенного, обязанность органа публичной власти возместить вред окружающей среде не прекращается, если в одном лице совпадают причинитель вреда и получатель компенсации за этот вред (п. 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации <дата>).

Доводы представителя ответчика Администрации ФИО7 муниципального округа о несоответствии заявленных исковых требований правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-П, отклоняются судом по следующим основаниям.

Так, представитель Администрации ФИО7 муниципального округа ФИО1 в судебных заседаниях настаивал на том, что спорный земельный участок в кадастровом квартале № относится к землям, собственность на которые не разграничена, в связи с чем, ответственность за вред, причиненный окружающей среде, подлежит возмещению из федерального бюджета и бюджета субъекта Российской Федерации (в равных долях).

Между тем, указанное обстоятельство не создало препятствий в утверждении должностным лицом данного ответчика, в отсутствие в Белогорском муниципальном округе специально оборудованных мест утилизации ЖБО, неправомерно утвердить схему расположения места слива ЖБО на почву спорного земельного участка.

С учетом фактических обстоятельств настоящего гражданского дела, при рассмотрении установлено, что именно вследствие действий ответчика Администрации ФИО7 муниципального округа, ответчиками ООО «Районный водоканал» и ФИО6 осуществлялся слив ЖБО на почву на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>" по утвержденной заместителем главы администрации ФИО7 муниципального округа – начальником МКУ «Управление жизнеобеспечения администрации ФИО7 муниципального округа» ЛН* схеме. Ввиду отсутствия на территории ФИО7 муниципального округа оборудованных в соответствии с санитарными и техническими требованиями мест утилизации ЖБО, об указанных обстоятельствах ответчику Администрации ФИО7 муниципального округа не могло быть неизвестно.

К тому же об информированность Администрации ФИО7 муниципального округа о том, что спорный земельный участок является несанкционированным местом размещения отходов, подтверждается письмом данного ответчика в Приамурское межрегиональное управление Росприроднадзора от <дата> №.

При таких обстоятельствах, поскольку судом установлено, что возникновение и функционирование места слива ЖБО на почву на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>" вызвано умышленными неправомерными действиями должностного лица органа местного самоуправления, то исковые требования Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора соответствуют правовой позиции, изложенной в абзацах 3, 4 пункта 1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-П.

Представленные истцом доказательства в нарушение ст. 56, 59, 60 ГПК РФ ответчиками относимыми и допустимыми доказательствами не опровергнуты, приведенные ими при рассмотрении спора доводы не влекут недействительности результатов государственного контроля (надзора), отраженных в протоколе осмотра от <дата> №-П (приложениях к протоколу), акте выездного обследования от <дата> №-А, протоколе отбора проб от <дата> №ГК (приложений к протоколу), экспертном заключении от <дата> №, и не ставят под сомнение обстоятельства, установленные данными контрольными документами.

Заключение о почвенно-агроэкологическом состоянии земельного участка, подготовленное ФГБУ «Станция агрохимической службы «Белогорская» <дата> в силу ст. 60 ГПК РФ не может быть принято судом в качестве допустимого доказательства, поскольку из данного заключения не представляется возможным установить, кем и на каком основании, когда и на каком именно участке местности <адрес>, а также при каких обстоятельствах отобраны доставленные в ФГБУ САС «Белогорская» почвенные образцы, количество отобранных проб, их глубина, порядок и условия их транспортировки. Указанные обстоятельства с разумной степенью достоверности не опровергают установленный Приамурским межрегиональным управлением Росприроднадзора в ходе контрольно-надзорного мероприятия факт причинения окружающей среде вреда и его размер.

Ответчиком Администрацией ФИО7 муниципального округа <дата> заявлено ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы почвы на спорном земельном участке. Однако от данного ходатайства представитель ответчика ФИО1 в судебном заседании <дата> отказался.

Суд изучил представленный истцом расчет ущерба, причиненного окружающей среде, размер которого составил <данные изъяты> рублей, находит его правильным, соответствующим требованиям приказа Минприроды России от <дата> № «Об утверждении Методики исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды», выполненным при верном применении исходных данных, полученных при проведении контрольно-надзорного мероприятия, с учетом применяемого значения коэффициента дефлятора на <дата>, поэтому принимает его. Каких-либо мотивированных возражений в части неверности представленного расчета от ответчиков не поступило.

Таким образом, представленный истцом расчет ущерба, причиненного окружающей среде (почве) на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>", в сумме <данные изъяты> рублей признается судом с разумной степенью достоверности подтверждающим размер такого ущерба.

Доводы представителей ответчиков ООО «Районный водоканал», ФИО6 о том, что им истцом претензионное письмо от <дата> № не направлялось, отклоняются судом, поскольку сведения о фактическом сливе ими ЖБО на спорный земельный участок были представлены ответчиком Администрацией ФИО7 муниципального округа лишь при рассмотрении настоящего дела. К тому же, ответчиками, достоверно осведомленными в ходе судебного разбирательства о сути и размере требований Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора, отраженных как в указанном претензионном письме, так и с иске, в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств создания объективных препятствий для реализации ими своих прав фактом неполучения данной претензии, а равно не доказано частичное или полное возмещение ими суммы взыскиваемого ущерба, причиненного окружающей среде (почве) на участке местности в <адрес> с координатами <данные изъяты>", в сумме <данные изъяты> рублей.

Согласно п. 1 ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (п. 1 ст. 323 ГК РФ).

Таким образом, основанием для привлечения к солидарной ответственности являются нормы закона или условия заключенного договора.

Принимая во внимание, что в силу положений Закона об охране окружающей среды и Земельного кодекса Российской Федерации правовое регулирование отношений, возникающих из причинения вреда окружающей среде, осуществляется на основе гражданско-правового института внедоговорных (деликтных) обязательств, суд приходит к выводу о наличии оснований для возникновения у ответчиков Администрации ФИО7 муниципального округа, ООО «Районный водоканал», ФИО6 солидарной ответственности в силу закона.

При таких обстоятельствах, учитывая, что действующим законодательством устанавливается возможность возмещения ущерба, причиненного окружающей среде, размер ущерба, подтвержден материалами дела, ответчиками не оспорен, суд приходит к выводу о необходимости взыскания в солидарном порядке с ответчиков Администрации ФИО7 муниципального округа, ООО «Районный водоканал», ФИО6 в качестве ущерба, причиненного окружающей среде, <данные изъяты> рублей.

В соответствии с требованиями ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет.

Таким образом, с ответчиков в солидарном порядке в доход бюджета <адрес> подлежит взысканию госпошлина в размере <данные изъяты> рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования Приамурского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования к Администрации ФИО7 муниципального округа, ООО «Районный водоканал», ФИО6 о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, – удовлетворить полностью.

Взыскать с Администрации ФИО7 муниципального округа (ОГРН №, ИНН №), ООО «Районный водоканал» (ОГРН №, ИНН №), ФИО6 (родилась <дата> в <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации: №, выдан Белогорским РОВД <адрес><дата>, код подразделения <данные изъяты>) в солидарном порядке в пользу Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора (ОГРН №, ИНН №) ущерб, причиненный окружающей среде, а именно: ее компоненту – почве, в размере 2 419 657 рублей 50 копеек.

Взыскать с Администрации ФИО7 муниципального округа (ОГРН <данные изъяты>, ИНН <данные изъяты>), ООО «Районный водоканал» (ОГРН <данные изъяты>, ИНН <данные изъяты>), ФИО6 (родилась <дата> в <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации: №, выдан Белогорским РОВД <адрес><дата>, код подразделения <данные изъяты>) в солидарном порядке в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 20 298 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Белогорский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья В.А. Летник

Решение в окончательной форме принято <дата>.