Решение № 2-214/2026 2-214/2026(2-4908/2025;)~М-4601/2025 2-4908/2025 М-4601/2025 от 25 марта 2026 г. по делу № 2-214/2026

Дело № 2-214/2026 (2-4908/2025)

73RS0001-01-2025-007477-87


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 марта 2026 года город Ульяновск

Ленинский районный суд г.Ульяновска в составе судьи Киреевой Р.Р.

при секретаре судебного заседания Пажинской А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному учреждению здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача ФИО2» о взыскании компенсации морального вреда

установил:

ФИО1 обратился с исковым заявлением к Государственному учреждению здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО2» о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что ФИО1 в период времени с ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в травматолого-ортопедическом отделении №4, с диагнозом: <данные изъяты>. После проведения указанной операции, у ФИО1 появилась слабость и онемение в левой кисти, ограничение движений в правой кисти, снижение мышечной силы в правой кисти, гипотрофия мышц правой кисти.

Ссылаясь на нормы действующего законодательства, просит суд взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО2» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Истец ФИО1 в предварительном судебном заседании и судебном заседании заявленные требования поддержал. Пояснил, что в апреле 2025 обратился в ГУЗ «Городская поликлиника №4» с жалобами на жидкость в правом локтевом суставе, ему было назначено лекарство «<данные изъяты>», <данные изъяты>, на что врачи ГУЗ «Городская поликлиника №4» пояснили, что она кристаллизировалась и необходимо проведение операции. ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «ЦК МСЧ им. заслуженного врача России ФИО3» была проведена первая операция по удалению суставной сумки, однако после ее проведения образовался свищ. После консультации с врачом БСМП – ФИО4 было принято решение понаблюдать за свищем в течении месяца. Боли нарастали, поднялась температура, шла кровь с нагноением, поэтом он был госпитализирован в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО2». ДД.ММ.ГГГГ врачом ФИО5 была проведена операция, при проведении которой накладывался жгут на верхнюю часть руки, была местная анестезия. После проведения операции возникло онемение правой руки, кисть не работала, однако, не смотря на это ФИО1 был выписан, поскольку врача невролога не было в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО2», он находился на больничном, поэтому никто осмотреть его не смог. Ввиду чего ФИО1 был вынужден обратиться в частную клинику, где ему был поставлен диагноз: компрессионно-ишемическая невропатия локтевого, лучевого и срединного нервов справа, что он связывает с проведенной операцией по удалению бурсита. Ввиду выявленного диагноза, ФИО1 вновь обратился в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача России ФИО2» к врачу ФИО5, который госпитализировал его в свое отделение, проводил ему рекомендованное неврологом лечение, после он был переведен в отделение реабилитации и выписан с наблюдение у невролога по месту жительства. До настоящего времени у ФИО1 присутствуют боли в правой руке, плече, имеется чувство онемения, физическая работоспособность минимальная, никакой нагрузки рука не выдерживает. У ФИО1 имелось заболевание сифилис, гепатит С, плече-лопаточный полиартрит о которых он предупреждал врача ФИО6, при этом согласно последних анализов гепатита С не обнаружено, он излечился. Имеющейся хондроз не связывает с возникшей невропатией правой руки. ФИО1 официально не трудоустроен, однако иногда делает ремонтные работы по заказам. В настоящее время чувствительность руки возвращается, однако иногда в кончиках пальцев ощущается онемение.

Представитель истца ФИО7 действующая на основании доверенности в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме. Полагала, что в соответствии с результатами судебной-медицинской экспертизы имеются все основания для удовлетворения заявленных требований.

Представитель ответчика ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признал, полагал, что медицинская помощь оказана качественно и своевременно. Поддержал пояснения данные в ходе предварительного судебного заседания. Относительно выводов проведённой по делу судебной экспертизы указал, что ФИО1 был госпитализирован при наличии результатов обследования. Повторное рентгенологическое обследование в послеоперационном периоде не требовалось (облучение крайне вредно). Учитывая кратковременность пребывания пациента в стационаре, консультация невролога была рекомендована в поликлинике по месту жительства. Кроме того, выявленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 никак не отразились на его состоянии здоровья.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требования относительно предмета спора ФИО5, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, представитель Министерства здравоохранения Ульяновской области, и прокурор Ленинского района г.Ульяновска в судебное заседание не явились, извещались.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы гражданского дела, суд находит исковые требования обоснованными по следующим основаниям.

Согласно статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод и законных интересов.

Возможность судебной защиты гражданских прав служит одной из гарантий их осуществления. Право на судебную защиту является правом, гарантированным ст.46 Конституции Российской Федерации.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (ч.1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещёнными законом способами (ч.2).

Гражданским законодательством, в частности статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены способы защиты гражданских прав, однако данный перечень не является исчерпывающим.

Сторонам была разъяснена статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, судом были определены юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию сторонами.

Согласно статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Согласно статье 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

На основании статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Суд принимает решение, в силу статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах заявленных истцом требований.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Базовым нормативно-правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункт 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ).

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

В возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

Согласно статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Так, в соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, в период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. находился на стационарном лечение в хирургическом отделении ГУЗ «ЦК МСЧ имени заслуженного врача России ФИО3» с диагнозом «<данные изъяты>», куда поступил в плановом порядке по направлению ГУЗ «Городская поликлиника №4». (том 2 л.д.1-3)

Как следует из медицинской карты ГУЗ «ЦК МСЧ имени заслуженного врача России ФИО3» ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выполнено оперативное вмешательство - иссечение <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был выписан под наблюдение врача-хирурга в поликлиники по месту жительства, даны рекомендации: <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ. (том 2 л.д.2-3)

Согласно медицинской карты ГУЗ «Городская поликлиника №4», Многопрофильная больница ВМ CLINIC ФИО1 обращался на амбулаторные приёмы к врачам-хирургам с жалобами на ноющие боли в области <данные изъяты>. (том 1 л.д.144-156, том 2 л.д.10-17)

Как следует из медицинской карты ГУЗ «УОКЦСВМП» ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 госпитализирован в плановом порядке в травматолого- ортопедическое отделение №4 ГУЗ «УОКЦСВМП» по направлению врача-хирурга ГУЗ «Городская поликлиника №4» с диагнозом «<данные изъяты>

Рекомендовано оперативное лечение - <данные изъяты>.(том 2 л.д.4)

ДД.ММ.ГГГГ с 11:00 до 11:25 под проводниковой анестезией раствором ропивакаина (150 мг) проведено оперативное вмешательство: в положении лёжа на спине, после обработки операционного поля растворами антисептика, произведён разрез кожи в проекции локтевого отростка, остатки локтевой бурсы и рубцовая ткань иссечены единым блоком до кости, обработаны острым скальпелем, рана ушита наглухо, внутренние швы рассасывающиеся.

ДД.ММ.ГГГГ в 11:36, т. е. через 11 минут после проведённого оперативного вмешательства, у ФИО1 появились жалобы на онемение правой кисти, которые были зафиксированы в дневниковой записи врачебного осмотра, назначено лабораторное обследование (общеклинический анализ крови и мочи).

Травматологом-ортопедом проведён <данные изъяты>, при этом у пациента сохранялись жалобы на онемение правой кисти.

В послеоперационном периоде проводились осмотры лечащим врачом, перевязки раны до полного заживления, швы снять на 12–14-е сутки с момента операции, покой 14–21 день, фиксация по месту жительства. Рекомендовано: явка на приём ДД.ММ.ГГГГ, перевязки раны до полного заживления, фиксация конечности «косыночной» повязкой 14 дней.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был выписан на амбулаторное долечивание, что следует из выписного эпикриза. (том 2 л.д.8-9)

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в многопрофильную больницу BM CLINIC с жалобами на слабость и онемение в «левой» (по субъективному ощущению) кисти, в ходе сбора анамнеза пациент пояснил, что данные жалобы появились после оперативного вмешательства по поводу дуэкстоза «левой» локтевой кости ДД.ММ.ГГГГ

При осмотре: снижение чувствительности по проводниковому типу в зоне лучевого, <данные изъяты>.

Выставлен диагноз: «<данные изъяты>». (том 2 л.д.14)

В период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном лечении в отделении медицинской реабилитации взрослых с нарушением функций периферической нервной системы и костно-мышечной системы ГУЗ «УОКЦСВМП» с диагнозом: «<данные изъяты>». (том 1 л.д.95-96)

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был выписан в удовлетворительном состоянии, рекомендовано продолжить занятия лечебной физкультурой, физиотерапевтическое лечение, массаж и т.п. (том 1 л.д.95-96)

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился к врачу-неврологу ГУЗ «Городская поликлиника №4» с жалобами на слабость и ограничение движений в правой кисти, при осмотре: гипестезия в зоне <данные изъяты>

Назначено лечение, рекомендованы консультация врача-нейрохирурга с результатом ЭНМГ и врача-невролога ГУЗ «УОКБ» с целью направления на ЭНМГ верхних конечностей по ОМС.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился к врачу-неврологу ГУЗ «УОКБ» с жалобами на слабость и ограничение движений в правой руке, от лечения отмечает улучшение, выставлен диагноз: «Нейропатия правого срединного и локтевого нервов в виде лёгкого пареза правой кисти с незначительным нарушением её функции».

Назначено лечение (медикаментозное, физиотерапевтическое, лечебная физкультура) и ЭНМГ в динамике через 6 месяцев, консультация нейрохирурга. (том 1 л.д.164)

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 консультирован врачом-нейрохирургом ГУЗ «УОКБ», выставлен диагноз: «<данные изъяты>». (том 1 л.д.165-166)

Истец, обращаясь в суд с иском, указал на то, что при проведении операции ДД.ММ.ГГГГ ввиду диагноза бурсит локтевого отростка правой локтевой кости, после установления жгута у него развилась нейропатия, ощущается онемение в конечностях, отсутствует чувствительность в пальцах, медицинская помощь оказывалась ненадлежащим образом.

С целью объективного и всестороннего рассмотрения дела судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, которая поручена Государственному казенному учреждению здравоохранения «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» согласно выводов, которой установлено что наложенный на правое плечо ФИО1 гемостатический жгут во время операции ДД.ММ.ГГГГ с большей долей вероятности не мог явиться причиной развития нейропатии правых срединного, локтевого и лучевого нервов с нарушением функции (парезом - снижением мышечной силы) правой кисти. Собственно операция (учитывая доступ, через который был произведён разрез и объём вмешательства) и положение ФИО1 на операционном столе, с большей долей вероятности не могли явиться причиной нейропатии правых срединного, локтевого и лучевого нервов с нарушением функции (парезом - снижением мышечной силы) правой кисти.

Комиссия полагает, что нейропатия правых срединного, локтевого и лучевого нервов с нарушением функции (парезом - снижением мышечной силы) правой кисти, наиболее вероятно, явилась следствием (осложнением) применённого в ходе оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ анестезиологического пособия - проводниковой анестезии, при этом, непосредственными причинами поражения нервов могли явиться:

-компрессия (сдавление) гематомой (например, при повреждение иглой кровеносного сосуда);

-эидоневральное введение местного анестетика (нарушение техники его введения); -ткаисвая токсичность местного анестетика, в том числе, при использовании клинических доз местно-анестезирующего средства (судя по протоколу течения анестезии пациенту была введена адекватная доза местного анестетика ропивакаина (150 мг) - инструкция по медицинскому применению лекарственного препарата ропивакаки - https/ grlsminndrav gov.ru ).

При оказании ФИО1 медицинской помощи в ГУЗ «УОКЦСВМП» с ДД.ММ.ГГГГ были допущены следующие недостатки:

-по результатам первичного осмотра пациента дежурным врачом не сформирован план обследования;

-и медицинской карте отсутствует протокол рентгенологического исследования правого локтевого сустава, данное исследование согласно листу назначений и листу учёта дозовых нагрузок было выполнено пациенту 07.10.2025, однако в плане обследования, которое было сформировано по результатам послеоперационного осмотра пациента, данное исследование не значится;

-при наличие у пациента жалобы на онемение правой кисти, возникшей практически сразу же после проведенной 07.10.2025 операции и сохранявшейся до момента выписки из стационара, лечащим врачом не была назначена консультация врача-невролога или (например, при отсутствие такового) врача-нейрохирурга, как следствие - диагноз нейропатия в ходе стационарного лечения выставлен не был и лечение его не назначено;

-в выписном эпикризе не указан перечень применённых лекарственных препаратов;

-раздел «рекомендации» в выписном эпикризе, вклеснным в медицинскую карту №№ и выданным пациенту на руки содержит разные сведения, в первом случае в перечне рекомендаций не указана консультация врача- невролога, во втором - указана.

С учётом вышеизложенного, комиссия приходит к выводу, что медицинская помощь ФИО1 в ГУЗ «УОКЦСВМП» с ДД.ММ.ГГГГ оказана была не в полном объёме.

Со слов ФИО1 после проведённой ДД.ММ.ГГГГ операции, в связи с онемением правой руки, он был осмотрен врачом анестезиологом-реаниматологом, который посоветовал ему пить витамины группы «В», если это соответствует действительности, то данный осмотр и рекомендации должны были быть оформлены соответствующей записью в медицинской карте №№, где отсутствуют указанные сведения.

Ввиду отсутствия объективных критериев, комиссия не рассматривает развывшуюся у ФИО1 нейропатию правых срединного, локтевого и лучевого нервов с нарушением функции (парезом - снижением мышечной силы) правой кисти как недостаток оказания медицинской помощи (проведения анестезиологического пособия - проводниковой анестезии), так как причиной её возникновения могло быть не только нарушение техники введения анестетика (эндоневральное введение), но и его тканевая токсичность или компрессия (сдавление) нервов гематомой.

Показаний для наложения ФИО1 гемостатического жгута с целью обескровливания конечности с учётом цели и объёма оперативного вмешательства, комиссия не усматривает.

Для снижения риска (профилактики) инфицирования медицинского персонала гемоконтактными инфекциями (инфекциями, передающимися при контакте с инфицированной кровью) применяются средства индивидуальной защиты, а также иные способы и средства, о чём подробно изложено в Постановление главного Государственного санитарного врача Российской Федерации от 28.01.2021 №4 «Об утверждении санитарных правил и норм СанПиН 3.3686-21 «Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней» (применение для этих целей гемостатического жгута - не регламентировано).

Каких-либо иных недостатков при оказании ФИО1 медицинской помощи в ГУЗ «УОКЦСВМП» с ДД.ММ.ГГГГ комиссией не выявлено, диагноз «<данные изъяты> был выставлен правильно, тактика лечения - избрана верно.

Недостатки, допущенные при оказании медицинской помощи в ГУЗ «УОКЦСВМП» с ДД.ММ.ГГГГ к каким-либо неблагоприятным последствиям для здоровья ФИО1 не привели.

Применённое в ходе оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ анестезиологическое пособие (проводниковая анестезия) осложнилось развитием нейропатии правых срединного, локтевого и лучевого нервов с нарушением функции (парезом - снижением мышечной силы) правой кисти.

Данное осложнение носило приходящий и полностью обратимый характер, что подтверждается результатами неврологического осмотра, проведённого в рамках настоящей экспертизы, где у ФИО1 не были выявлены убедительные клинические признаки нейропатии.

Жалоба на невозможность полного сгибания дистальной фаланги 2-го пальца правой кисти (на которую ФИО1 указывает при осмотре в рамках настоящей экспертизы) при сохранении полного сгибания в остальных пальцах, не характерна для нейропатии, может быть следствием иных причин, например, ранее полученной травмы и т.п.

Жалоба на тугоподвижность кожи по задней поверхности области правого локтевого сустава является следствием неоднократных оперативных вмешательств, не рассматривается комиссией как недостаток или неблагоприятное последствие оказанной ему медицинской помощи.

Жалоба на онемение в дистальных фалангах 1-3-го пальцев правой кисти не нашла своего подтверждения по результатам неврологического осмотра ФИО1, проведённого в рамках настоящей экспертизы, кроме того, данная жалоба беспокоила истца и ранее (с 2018 года) как проявление хронического дегенеративно-дистрофического заболевания (остеохондроза) шейного отдела позвоночника, о чём имеются соответствующие записи в осмотрах врача общей практики (семейного врача) ГУЗ «Городская поликлиника №4».

В тоже время, данное заболевание, а также иные дегенеративно-дистрофические заболевания, такие как импиджмент-синдром, остеоартроз правого плечевого сустава, артроз правого акромиально-ключичного сочленения, не могли явиться причиной остро возникшей у ФИО1 после проведённого ДД.ММ.ГГГГ оперативного вмешательства нейропатии правых срединного, локтевого и лучевого нервов с нарушением функции (парезом - снижением мышечной силы) правой кисти. (том 2 л.д.38-74)

Согласно статье 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Выводы экспертов могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными. Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта. Заключение судебной экспертизы содержит определенные выводы по поставленным судом вопросам.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.02.2003 № 23 «О судебном решении» и пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2008 №13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания, и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

Таким образом, экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Заключение судебно-медицинской экспертизы суд признает достоверным, допустимым, относимым доказательством по делу.

Проанализировав заключение судебной экспертизы с точки зрения допустимости и достоверности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что указанные доказательства могут быть положены в основу решения.

Согласно пункта 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Как указано в пункте 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Согласно пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

С учетом установленных обстоятельств дела, суд приходит к выводу о том, что доводы истца о некачественно оказанной ФИО1 медицинской помощи в ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача ФИО2» нашли свое подтверждение, так согласно судебно-медицинской экспертизы установлен факт наличия дефектов ведения медицинской документации сотрудниками ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача ФИО2», при этом, предоставление медицинской помощи пациентам подлежит обязательному документированию, поскольку предполагает возможность использования пациентом данных документов при последующем лечении, в том числе в другой организации, а следовательно ненадлежащее ведение медицинской документации безусловно нарушает права пациента. Кроме того учитывается наличие дефектов лечебно-диагностических мероприятий в нарушение клинических рекомендаций, при этом суд принимает во внимание, что применённое в ходе оперативного вмешательства 07.10.2025 анестезиологическое пособие (проводниковая анестезия) которое осложнилось развитием нейропатии правых срединного, локтевого и лучевого нервов с нарушением функции (парезом - снижением мышечной силы) правой кисти, носило приходящий и полностью обратимый характер, и допущенные при оказании медицинской помощи в ГУЗ «УОКЦСВМП» с 07.10.2025 по 10.10.2025 к каким-либо неблагоприятным последствиям для здоровья ФИО1 не привели.

Суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований в части взыскания компенсации морального вреда, так как прогноз исхода любого заболевания складывается от многих условий - как от индивидуальных особенностей пациента, так и от соматической патологии - характера заболеваний, стадии развития и степени тяжести, наличия сочетанной патологии и своевременного оказания показанной, своевременной и правильно подобранной терапий, которая является условием для благоприятного прогноза заболевания.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца с ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача ФИО2», суд учитывает фактические обстоятельства, при которых ФИО1 были причинены нравственные страдания.

Принимая во внимание вышеизложенное, нормы материального права, регулирующие порядок определения размера компенсации морального вреда, разъяснения Пленума Верховного Суда РФ по их применению, принцип разумности и справедливости, суд считает, что с ГУЗ «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача ФИО2» в пользу истца подлежит взысканию 150 000 руб.

Закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда, стоимость человеческих страданий не высчитывается.

Компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм, и ее размер определяется судом с учетом характера причиненных потерпевшему физических или нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

Такой размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

По этим правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда в определенном истцом размере (500 000 руб.), суд не усматривает, указанная сумма является завышенной и подлежит снижению до указанных ранее размеров.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом ФИО1 при подаче искового заявления была уплачена государственная пошлина в размере 3000 руб., которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

При разрешении спора по существу суд разрешает ходатайство Государственного казенного учреждения здравоохранения «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» о взыскании расходов по оплате экспертизы, стоимость экспертизы составляет 56 388 руб. 20 коп., из которых расходы по производству судебной экспертизы 51 170 руб., расходы на оплату услуг привлеченных специалистов ФИО13 2609 руб. 10 коп., ФИО14 2609 руб. 10 коп.

Поскольку требования истцов признаны судом обоснованными, указанная стоимость экспертизы подлежит взысканию с ответчика в пользу Государственного казенного учреждения здравоохранения «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» расходы по производству судебной экспертизы в размере56 388 руб. 20 коп.

В силу конституционного положения об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (ст. 123 Конституции Российской Федерации) суд по данному делу обеспечил равенство прав участников процесса представлению, исследованию и заявлению ходатайств.

При рассмотрении дела суд исходил из представленных сторонами доказательств

Руководствуясь статьями 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача ФИО2» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача ФИО2» (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №) в качестве компенсации морального вреда 150 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 руб.

В удовлетворении остальной части требований о компенсации морального вреда в большем размере - отказать.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Ульяновский областной клинический центр специализированных видов медицинской помощи имени заслуженного врача ФИО2» (ИНН №) в пользу Государственного казенного учреждения здравоохранения «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» (ИНН №) расходы по производству судебной экспертизы 56 388 руб. 20 коп.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Ленинский районный суд г. Ульяновска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Р.Р. Киреева

Мотивированное решение изготовлено 26.03.2026.