Апелляционное определение № 33-598/2026 от 20 апреля 2026 г.

Судья Кужугет М.А. УИД № 17RS0017-01-2025-002718-75

Дело № 2-3407/2025 (33-598/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кызыл 21 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Тыва в составе:

председательствующего Ойдуп У.М.,

судей Кандана А.А., Кочергиной Е.Ю.,

при секретаре Чамзы Б.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Ойдуп У.М. гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, исключении имущества из состава общего имущества супругов, по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО3- ФИО4 на решение Кызылского городского суда Республики Тыва от 13 октября 2025 года,

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском, указав, что она являлся собственником имущества - жилого дома ** и земельного участка ** Имущество было приобретено им до брака с ФИО5 Уже в период брака последняя попросила помочь ее родственнице ФИО2, чтобы та могла получить средства материнского капитала, пообещав, что после получения денежных средств дом и земельный участок будут возвращены истцу. Тогда между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи от 15 августа 2022 на жилой дом и земельный участок по ** с целью обналичивания ответчиком ФИО2 средств субсидии. Денежных средств от сделки ФИО1 не получал, часть средств забрала ФИО2, остальную часть забрала ФИО5 путем снятия средств с его банковской карты. В последующем, после сделки, вместо того, чтобы вернуть имущество ему, ФИО2 произвела отчуждение дома и земельного участка в пользу ФИО5, тем самым добрачное имущество истца выбыло из его собственности. В настоящее время ФИО5 требует от истца выплаты стоимости имущества, от добровольного возврата имущества истцу отказывается. Обе сделки - от 15 августа 2022 и от 12 декабря 2022, по мнению истца, недействительные, поскольку стороны не имели намерений претворить их в реальность. В доме фактически до сих пор проживает истец. Он и ФИО5 расторгли брак, вместе не проживают. Дом и земельный участок - спорное имущество, из фактического владения истца не выбывало, фактически обе оспариваемые истцом сделки сторонами в какой-либо части не исполнены. Просит исключить из состава совместно нажитого имущества ФИО1, ФИО5 жилой дом ** и земельный участок **; признать недействительным договор купли продажи жилого дома ** и земельного участка **, заключенный 15.08.2022 между ФИО1 и ФИО2; признать недействительным договор купли продажи жилого дома ** и земельного участка ** заключенный 12.12.2022 между ФИО2 и ФИО5; применить последствия недействительности сделок купли-продажи недвижимого имущества от 15.08.2022 и от 12.12.2022 в виде исключения из ЕГРН записи о регистрации права собственности ФИО5 и ФИО2 на жилой дом ** и земельный участок **; взыскать с ответчиков судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 36 280 руб.

Решением Кызылского городского суда РТ от 13 октября 2025 года иск удовлетворен.

Признаны договор купли-продажи недвижимого имущества от 15 августа 2022 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2, и договор купли-продажи жилого дома с земельным участком от 12 декабря 2022 года, заключенный между ФИО2 и ФИО5, недействительными сделками.

Применить последствия недействительности сделок.

Прекращено право собственности ФИО5 на жилой дом ** и земельный участок **

Признано право собственности ФИО1 на жилой дом и земельный участок личной собственностью ФИО1.

Взысканы с ФИО5, ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 9000 руб. расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение неимущественных требований, 10 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение требования о принятии обеспечительных мер. Взыскание произвести в равных долях, то есть по 9500 руб. с каждой.

С указанным решением не согласилась представитель ответчика ФИО3 –ФИО4 в своей апелляционной жалобе указала, что свидетель стороны ответчика показала на то, что сам истец предложил сделку по продаже недвижимого имущества. Просит решение суда отменить и отказать в удовлетворении иска.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО4 поддержала апелляционную жалобу по изложенной в ней доводам. Признаков притворности, мнимости не имеется. Сделка заключена, акт приема-передачи имущества истцом подписан, денежные средства получены. Свободную волю свою он выразил.

Ходатайствовала о переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, так как не привлечено к участию в деле АО «**», часть денежных средств в виде субсидий ФИО2 получила оттуда по программе поддержка семей, имеющих детей.

Судебная коллегия, совещаясь на месте, определила отклонить данное ходатайство, так как сторона не представила доказательств того, что оспариваемым решением нарушены или затронуты права указанного лица- АО «**». Представитель ответчика пояснила, что кредитные обязательства ФИО2 погашены, и спорный объект ею продан обратно ФИО3

Ответчики ФИО6, ФИО2 поддержали апелляционную жалобу, указали следующее. Сделка была совершена с его же желания, денежные средства получены им на банковскую карточку. После ФИО2 заселилась в дом, а они (супруги) искали через риелторов себе другое жилье. Однако, пожив дней 15-20 ФИО2 передумала, ей не подошел дом, и они расторгли сделку, деньги ей по сделке полученные вернули. Просили отказать в удовлетворении иска, так как в настоящий момент ФИО3 делит совместно нажитое имущество с истцом, дело еще не рассмотрено, и потому он обратился в суд с таким иском.

Истец ФИО1, его представитель ФИО7 просили решение суда оставить без изменения. Дом является его добрачным имуществом, и не может делиться, как совместно нажитое имущество супругов.

Третьи лица ОСФР по Республике Тыва, КПК «Решение» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Рассмотрение дела произведено по правилам ст. 167 ГПК РФ в отсутствие лиц, надлежащим образом извещенных о дне рассмотрения дела.

Выслушав истца, его представителя, ответчиков и их представителя, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, суд апелляционной инстанции, руководствуясь правилами ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, жилой дом ** и земельный участок с ** начиная с 29 сентября 2019, являлись собственностью ФИО1

09 июля 2021 года ФИО1 вступил в брак с ФИО5 В последующем брак прекращен 24 августа 2024 года.

В период брака право собственности на спорное имущество - дом и земельный участок - перешло в пользу ФИО2, переход права собственности зарегистрирован 17 августа 2022 года на основании заключенного между ФИО1 и ФИО2 договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 15 августа 2022 года, предметом которого являются жилой дом ** и земельный участок **

По соглашению сторон объекты недвижимости оцениваются и продаются за 700 000 руб.: жилой дом продается за 500 000 руб., земельный участок за 200 000 руб..

В соответствии с пунктами 3.1.1 и 3.1.2 договора купли-продажи денежные средства в размере 250 000 руб. покупатель оплатил продавцу за счет собственных денежных средств в день подписания договора наличными денежными средствами. Оставшаяся денежная сумма в размере 450 000 руб. зачисляется кредитором на счет №, открытый на имя покупателя в АО «**», не позднее пяти рабочих дней с даты передачи документов для регистрации права собственности покупателя на недвижимое имущество и ипотеки в пользу кредитора.

В последующем между ФИО2 и ФИО8 заключен договор купли-продажи жилого дома с земельным участком от 12 декабря 2022 года, согласно которому ФИО2 продала ФИО8 жилой дом ** и земельный участок **. Переход права собственности на жилой дом и земельный участок к ФИО5 зарегистрирован 23 декабря 2022 года.

Согласно адресной справке МВД по РТ от 05.09.2024, ФИО1 зарегистрирован по месту жительства с 21 января 2020 по адресу: **

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции пришел к выводу, что цели сделки не достигнуты, правовые последствия не наступили, поэтому сделки недействительные, спорное имущество является личным имуществом истца.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на неправильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, и не соответствующими обстоятельствам дела, по следующим основаниям.

Согласно ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3 Постановления Пленума).

Согласно части 1 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

На основании части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или не совершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть 2 статьи 12 ГПК РФ).

Вышеуказанным требованиям оспариваемое решение не отвечает, так как спор рассмотрен с существенными нарушениями норм материального права.

В силу пунктов 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса РФ (далее- ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с ч. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (ч. 1 ст. 170 ГК РФ).

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (ч. 2 ст. 170 ГК РФ).

При применении положений указанной выше нормы права следует исходить из того, что в силу норм ст. 153 ГК РФ сделка представляет собой волевой акт. Этот акт имеет правовое значение только в случае, если воля будет выражена вовне, объективирована каким-либо способом. Таким способом является волеизъявление. Поэтому сделкой является действие, выражающее волю субъекта, направленную на достижение определенного правового результата путем волеизъявления.

Понятие ничтожной сделки содержит ст. 168 Гражданского кодекса, в соответствии с которой за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2).

Пункт 1 статьи 170 ГК РФ дает понятие мнимой сделки - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Указанная сделка ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы материального права, мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Сделки, которые являются мнимыми, совершаются лишь для того, чтобы создать ложное представление об их заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении.

Вместе с тем, в рассматриваемом правоотношении совокупность условий, предусмотренных ст. 170 ГК РФ, отсутствует. Оспариваемый договор купли-продажи 15 августа 2022 года заключен в надлежащей форме, жилой дом и земельный участок передан ФИО1 ФИО2 на основании акта приема-передачи от 15 августа 2022 года, договор купли-продажи зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии, внесены регистрационные записи о праве собственности ответчика ФИО2, расчет по сделке произведен следующим образом: 250 000 руб. перечислены сразу же в день подписания договора на банковский счет ФИО1, остальные средства в размере 450 000 руб. банком АО «**» перечислены в течение пяти дней.

Истец не представил доказательств, подтверждающих, что совершенная сделка носила мнимый характер, поскольку договор заключен в требуемой форме, соответствующие правовые последствия сделки наступили, в частности, право собственности ответчика зарегистрировано. При этом сам по себе факт владения истцом спорной квартирой не подтверждает факт мнимости сделки, а свидетельствует о реализации собственником своих правомочий, в том числе, на предоставление жилого помещения для проживания истцу.

Доводы истца об отсутствии доказательств оплаты по договору отклоняется, указанное обстоятельство не является основанием для признания сделки недействительной, влечет иные правовые последствия.

Кроме того, истец пояснил в суде, что его банковская карта находилась с его согласия у супруги ФИО8 и она распоряжалась денежными средствами, как суд устанавливает с его согласия, так как она была в тот момент его законной супругой.

Вопреки доводам истца в материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих отсутствие со стороны ФИО2 воли на приобретение жилья в собственность; каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО2 не желала наступления последствий, характерных для сделки купли-продажи, материалы дела не содержат;

Истец не мог не знать, что его супруга ФИО8 оформила сделку с ФИО2, вернув ей денежные средства за спорный объект, жилой дом и земельный участок. Таких данных материалы дела не содержат.

Суд же предполагает, что супруги, находясь в законном браке, ведя общее совместное хозяйство, получают совместные доходы, и осуществляют совместные расходы, и действуют с согласия супруга.

Судебная коллегия отмечает, что в период с 15 августа 2022 года по день расторжения брака истец не оспаривал данные сделки. При этом он не мог не знать о тех последствиях, которые наступили при заключении сделки и последующие по возврату имущества ФИО2 по договору от 12 декабря 2022 года.

Приводимый им довод о том, что основанием для заключения сделки было обналичивание средств материнского капитала для ФИО2 не могут судом быть положены в основу выводов о недействительности сделки, совершение действий в целях обхода законных правил не указывает на мнимость и притворность сделки.

Оспаривание истцом данных сделок началось тогда, когда был инициирован вопрос о разделе совместно нажитого имущества бывшими супругами, до этого момента он не оспаривал их.

Между тем, при заключении обеих сделок истец был в зарегистрированном браке с ФИО8, что согласно правилам Семейного Кодекса РФ определяет, совместное получение доходов, осуществление расходов на нужды семьи.

Как следует из существа правоотношений, складывающихся по поводу купли-продажи жилого помещения, правовой целью вступления покупателя в правоотношения по купле-продаже является приобретение права собственности на недвижимое имущество, поскольку наступающий вследствие исполнения такой сделки правовой результат влечет для покупателя возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь продавец жилого помещения, заинтересован как в продаже имущества, так и в получении денежных средств от продажи недвижимого имущества (правовая цель).

Правовая цель при заключении договора купли-продажи от 15 августа 2022 года между его сторонами была достигнута, покупатели приобрели право собственности на спорный объект недвижимости, являющийся предметом данной сделки. Переход права собственности на спорное имущество в пользу ФИО2 по договору купли-продажи жилого дома и земельного участка прошел государственную регистрацию.

ФИО2 пояснила в суде, что заселилась в приобретенный дом, прожила в нем некоторое время, установив, что он её семье не подходит, решила вернуть его продавцам. Данное обстоятельство указывает на реальность совершения и заключение сделки. В данном случае, исполнение договора одной из сторон – покупателем, уже свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

Обратного стороной истца не доказано.

Договора купли-продажи от 15 августа 2022 года, 12 декабря 2022 года не содержат признаков мнимой сделки, поскольку воля сторон была направлена на переход права собственности на спорное имущество, сделка по форме и содержанию соответствует закону. Истцом не представлено достаточных доказательств, с достоверностью подтверждающих мнимость совершенной сделки.

Истец не доказал, что не понимал значения своих действий и не мог руководить ими при заключении договора купли-продажи дома и участка. Относимых и допустимых доказательств введение его в заблуждение, обман, суду не показано. Убедительных доказательств достоверно свидетельствующих об обмане истца не представлено, равно как не установлено, что он был введен в заблуждение относительно предмета сделки, ее правовой природы, существенных условий сделки, последствий ее совершения, которые он предполагал при подписании оспариваемого договора.

Напротив, из собранных по делу доказательств видно, что он обладал свободой выбора, выразил желание на заключение договора и согласие со всеми условиями договора, произвел отчуждение принадлежащего ему имущества. Текст договора о продаже имущества однозначно определенный, четко указывающий, на что он соглашался. Он длительное время не платил налоги на данное имущество, что подтверждает его знание о том, что имущество было отчуждено им по его доброй воле.

При водимый им доводы о том, что сделки заключались с целью обналичивания материнского капитала указывает на участие его в противозаконной схеме получения средств государственной поддержки. В таких случаях суд имеет право отказать в судебной защите (ст. 10 ГК РФ), с учетом того, что установлена недобросовестность самого истца, который в своем же иске указал на то, что от ФИО2 его супруга ФИО8 получила часть денежных средств, а с последней он тогда вел совместное хозяйство, имел общий семейный бюджет.

Проживание истца в спорном жилом помещении после его отчуждения не свидетельствует о недействительности сделки. Напротив, подчеркивают, что он мог и должен был знать о том, что ФИО2 вернула имущество по договору купли-продажи от 12 декабря 2022 года.

Оспаривая сделки и прося применить суд последствия недействительности сделок истец, злоупотребляя правом, не указывает на то, что по сделкам стороны должны быть приведены в первоначальное положение, то есть при передаче имущества он должен вернуть стоимость имущества покупателю.

Суд первой инстанции в нарушение вышеприведенных правил ГК РФ о применении последствий недействительности сделки также данный вопрос никак не разрешил.

При этом простое отрицание неполучение денег от покупателя судом не могло быть принято, как невозможность применения последствий недействительной сделки.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что стороной истца не представлено доказательств совершения обеими сторонами указанных сделок лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, судом установлено, что заключением оспариваемых договоров купли-продажи стороны данного договора имели намерение достигнуть именно тот результат, который подразумевался условием сделки, а потому признаками мнимости она не обладает. Следовательно, исковые требования о признании недействительными (ничтожными) договоров купли-продажи от 15 августа 2022 года и 12 декабря 2022 года в силу мнимости сделки и применении последствий недействительности ничтожной (мнимой) сделки не подлежат удовлетворению.

По исковым требованиям об исключении спорного имущества из состава совместно нажитого имущества судебная коллегия приходит к следующему.

В силу статей 33, 34, 39 Семейного кодекса Российской Федерации и статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации совместная собственность супругов возникает в силу прямого указания закона. Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. При разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

На основании статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", следует, что не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши (статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из приведенных выше положений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, исключает такое имущество из режима общей совместной собственности.

Поскольку ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации установлена презумпция возникновения режима совместной собственности супругов на приобретенное в период брака имущество, следовательно, обязанность доказать обратное и подтвердить факт приобретения имущества в период брака за счет личных денежных средств возложена на супруга, претендующего на признание имущества его личной собственностью.

Как следует из материалов дела, жилой дом и земельный участок до продажи их истцом в августе 2022 года были его личным имуществом. Однако, как установлено судом, он, продав свое личное имущество, получил от покупателя денежные средства, которые были им внесены в семейный бюджет. Это следует из его пояснений и бывшей супруги ФИО8, что банковской картой и перечисленными денежными средствами покупателя распоряжалась она. После этого, жилой дом и земельный участок продан ФИО2 супруге истца ФИО8, как уже указывалось выше, этом не могло быть без согласия супруга ФИО1, который не мог не знать о таком действии. Следовательно, он выразил свою волю в том, чтобы жилой дом и земельный участок были оформлены на супругу, а не него, то есть фактически распорядился об изменении режима владения вещью с единоличного на общей супружеский. Да, регистрация право собственности на имя супруга не исключает того, что имущество может быть личной собственностью одного из них. Между тем, в суде истец не доказывал, что рассчитался с ФИО2 23 декабря 2022 года своими личными средствами, а не семейными, что полученные по сделке 15 августа 2022 года денежные средства он не направлял на общие нужды семьи. Доказательств того, что ФИО8, покупая у ФИО2, владел только личными средствами истца, не общими семейными суду не представлено.

Судебная коллегия, считает нужным отметить, что супруги действовали по обоюдной воле покупая, продавая спорное имущество, при этом введение его в заблуждение, обман не нашел своего подтверждения в суде, а в настоящий момент с учетом расторжения брака и деления совместно нажитого имущества, вывод спорного жилого дома и земельного участка из совместно нажитого имущества таким способом судом признается не допустимым способом.

Таким образом, исковые требования об исключении спорного имущества из состава совместно нажитого имущества также не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 330 ГПК РФ, судебная коллегия,

определила:

решение Кызылского городского суда Республики Тыва от 13 октября 2025 года отменить, принять новое решение следующего содержания.

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2, ФИО5 о признании недействительными сделки от 15 августа 2022 года и 23 декабря 2022 года по продаже жилого дома и земельного участка, ** об исключении имущества из состава совместно нажитого имущества, применении последствий недействительности сделки в виде исключения сведений из ЕГРН о регистрации прав собственности, взыскании судебных расходов отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) через Кызылский городской суд Республики Тыва в течение трёх месяцев со дня изготовления в мотивированном виде.

Мотивированное апелляционное определение будет изготовлено в течение десяти рабочих дней.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 апреля 2026 года.