Решение № 2-139/2017 2-139/2017(2-2071/2016;)~М-2552/2016 2-2071/2016 М-2552/2016 от 24 мая 2017 г. по делу № 2-139/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Резолютивная часть оглашена 25.05.2017 г.

Мотивированное решение составлено 30.05.2017 г.

г. Усть-Лабинск

Усть-Лабинский районный суд Краснодарского края в составе:

судьи Анохина А.А.,

при секретаре Матвиенко А.В.,

с участием истца по первоначальному иску

(ответчика по встречному иску) ФИО1,

представителя истца по первоначальному иску

(ответчика по встречному иску) по доверенности А.А.С.,

ответчика по первоначальному иску

(истца по встречному иску) ФИО2,

ответчика по первоначальному иску

(третьего лица по встречному иску) ФИО3,

представителя ответчика ФИО2 по первоначальному иску

(истца по встречному иску) адвоката Ш.Г.С.

представителя третьего лица – территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Краснодарскому краю в Выселковском, Усть-Лабинском, Динском районах по доверенности Х.Е.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о взыскании солидарно задолженности по кредитному договору; процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов и по встречному иску ФИО2 к ФИО1, ФИО4; ПАО «Сбербанк России» о признании договоров уступки прав требований (цессии) недействительными;

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился 23.11.2016 г. в суд с иском к ФИО2 и ФИО3, в котором просил взыскать солидарно с ответчиков задолженность по кредитному договору № от 18.12.2012 г. в размере 296792 руб. 07 коп., из них: 254 303 руб. 24 коп. – сумма основного долга; 42 488 руб. 83 коп. проценты за пользование кредитом (л.д. 1-2).

В обоснование исковых требований истец ссылался на то, что 18 декабря 2012 года между ОАО «Сбербанк России» и ФИО2 был заключен кредитный договор №. В соответствии с условиями Договора, ФИО2 получил кредит в размере 300 000 (Триста тысяч) рублей под 19,5% годовых на срок до 18 декабря 2015г.

Кредитные средства были предоставлены путем зачисления денежных средств на банковский счет №, открытый в Усть-Лабинском отделении №1815 ОАО «Сбербанк России» на основании распоряжения на перечисление кредита исх. № 1 от 18.12.2012г.

На дату окончания действия Кредитного договора общая задолженность погашена не была и составляет 322 729 (Триста двадцать две тысячи семьсот двадцать девять) рублей 39 копеек, из них 254303 (Двести пятьдесят четыре тысячи триста три) рубля - сумма основного долга, 68426 (Шестьдесят восемь тысяч четыреста двадцать шесть) рублей 39 копеек - проценты за пользование кредитными средствами. В качестве обеспечения исполнения обязательств по Кредитному договору между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3 был заключен договор поручительства № от 18.12.2012г. В соответствии с которым, ФИО3 брала на себя обязательство солидарно отвечать перед ОАО «Сбербанк России» за исполнение ФИО2 всех обязательств по Кредитному договору.

30 сентября 2015 года между ПАО «Сбербанк России» и ФИО4 был заключен договор уступки прав (требований) от 30.09.2015г. №108/0. Согласно которому ПАО «Сбербанк России» уступил ФИО4 права требования по кредитным договорам, в том числе ФИО2 по кредитному договору № от 18.12.2012г.

ПАО «Сбербанк России», выдавший Ответчику кредит, имел право переуступить право требования по кредитным договорам другому лицу без согласия заемщика (Ответчика), что соответствует условиям кредитного договора. Согласно п. 4 ст. 421 Гражданского кодекса РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

13 сентября 2016 года между ФИО4 и ФИО1 был заключен договор уступки прав требования (цессии), согласно которому ФИО4 уступила Истцу права требования по кредитным договорам, в том числе к ФИО2 по кредитному договору № от 18.12.2012.

При заключении договора уступки прав требований (цессии) от 13.09.2016г. между ФИО1 и правообладателем ФИО4 последняя произвела переуступку части прав требования в размере 296 792 (Двести девяносто шесть тысяч семьсот девяносто два) рубля 07 копеек, принадлежащих ей прав требований к Ответчикам по кредитному договору в размере 322729 (Триста двадцать две тысячи семьсот двадцать девять) рублей 39 копеек.

Исполняя условия договора, Истец направил в адрес ФИО2, ФИО3 уведомление от 16.09.2016 г. о передаче прав требования долга по кредитныму договору от 18.12.2012г. и договору поручительства от 18.12.2012 г.

В связи с истечением 18.12.2015 г. срока действия кредитного договора № от 18.12.2012 г. у Ответчиков возникла обязанность погасить задолженность перед новым Кредитором – ФИО1 в полном объеме 296 792 руб. 07 копеек, из них сумма основного долга по кредитному договору 254 303 руб. 24 копейки, 42 488 руб. 83 коп. – проценты за пользование кредитом.

Уведомление о передаче прав требования долга по кредитным договорам от 16.09.2016 г., направленное в адрес ответчиков, содержало в себе требование о погашении задолженности, которое исполнено не было. Тем самым истцом соблюден досудебный порядок урегулирования спора, в связи этим, единственным способом защиты нарушенного права является обращение ФИО1 в Усть-Лабинский районный суд <адрес> с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3 о солидарном взыскании задолженности по кредитному договору.

Исковое заявление ФИО1 было принято к производству Усть-Лабинским районным судом.

В последующем, истец ФИО1 увеличил размер заявленных исковых требований и в уточненном исковом заявлении от 28.03.2017 г. (л.д. 87) просил помимо взыскания солидарно с ответчиком задолженности по кредитному договору в размере 296792 руб. 07 коп., также взыскать солидарно с ответчиков проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 16 014 руб. 47 коп. за период с 13.09.2016 г. по 28.03.2017 г. и понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины в размере 6427 руб. 00 коп. (л.д. 87).

Определением Усть-Лабинского районного суда Краснодарского края от 28.03.2017 г. уточненное исковое заявление истца ФИО1 было принято к производству Усть-Лабинского районного суда.

Ответчик ФИО2 подал в суд встречное исковое заявление от 10.03.2017 г. к ответчикам ФИО1, ФИО4, ПАО «Сбербанк России», в котором просил признать недействительным договор уступки прав (требований) от 30.09.2015 г. № 108/0 между ПАО «Сбербанк России» в лице заместителя Председателя Юго-Западного банка ПАО «Сбербанк России» и ФИО4, а также признать недействительным договор уступки прав требований (цессии) от 13.09.2016 г. между ФИО4 в лице представителя по доверенности Р.А.А. и ФИО1.

В обоснование исковых требований по встречному исковому заявлению истец ФИО2 ссылался на то, что 23 ноября 2016 года ФИО1 было подано исковое заявление к ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору. Из текста иска ФИО1 следует, что 13 декабря 2012 года между ФИО2 и ОАО «Сбербанк России» был заключен кредитный договор №. В соответствии с условиями данного договора, он (ФИО2) получил кредит в размере 300000 (трехсот тысяч) рублей под 19,5 % годовых на срок до 18 декабря 2015 года.

В связи с затрудненным финансовым положением, им были пропущены сроки ежемесячных платежей.

Согласно договору уступки права требования (цессии) № 108/1 от 30.09.2015г. ОАО «Сбербанк России» передало ФИО4 права (требования) по просроченным кредитам, принадлежащим банку на основании кредитных договоров, заключенных банком с физическими и юридическими лицами.

Согласно акту приема-передачи прав требований по вышеуказанному договору от 01.10.2015г., ОАО «Сбербанк России» уступил ФИО4 право требования по кредитному договору № заключенному между ОАО «Сбербанк России» и ФИО2, 18 декабря 2012 года.

После чего, 13 сентября 2016 года ФИО4 заключила договор уступки прав требований с ФИО1, согласно которому последний принимает права требования по кредитным обязательствам, вытекающие из договора №108/1 от 30.09.2015г., заключенного между ПАО «Сбербанк России» и ФИО4.

Однако, Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года "О защите прав потребителей" не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителями (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении. Кредитным договором от 18.12.2012 г. не установлено данное условие, которое было бы согласовано сторонами при его заключении.

Исходя из пункта 6.1 Условий предоставления кредита в соответствии с которыми 18.12.12г. между ОАО «Сбербанк России» и ФИО2, заключен кредитный договор, не предусмотрено право банка передавать право требования к заемщику, третьим лицам, не имеющим лицензии на право осуществление банковской деятельности, поскольку указанный пункт не содержит таких условий, согласованных сторонами.

Признавая необходимость повышенной защиты интересов граждан как потребителей соответствующих финансовых услуг при заключении ими кредитных договоров, Верховный Суд Российской Федерации в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. №17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" указал, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Согласно ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации, уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Для кредитных правоотношений характерен особый субъектный состав, при котором право требования может быть передано лишь субъектам, осуществляющим банковскую и кредитную деятельность, то есть имеющим лицензию на осуществление такой деятельности. Данных о том, что ФИО4 и ФИО1 являются кредитными организациями и имеют лицензии на право осуществления банковской деятельности, в деле не имеется.

ФИО4 и ФИО1, не предоставив подтверждения об имеющейся у них лицензии на право осуществления банковской деятельности, не могут заменить банк в качестве нового кредитора, равнозначного кредитной организации по объему прав и обязанностей, поскольку не входят в число лиц, перечисленных в статье 857 ГК Российской Федерации и в статье 26 ФЗ "О банках и банковской деятельности", которым в соответствии с законом могут передаваться сведения, составляющие банковскую тайну.

Уступка ОАО «Сбербанк России» права требования по кредитному обязательству ФИО4, то есть лицу, не имеющему лицензии на осуществление банковской деятельности, а в последствии и ФИО1, противоречат закону и не влечет юридических последствий и является ничтожным, а соответственно договор уступки прав требований заключенный между ОАО «Сбербанк России» и ФИО4 № от 30.09.2015г., а так же между ФИО4 и ФИО1 от 13.09.2016г., являются недействительными (ничтожными), поскольку в силу ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Определением Усть-Лабинского районного суда Краснодарского края от 10.03.2017 г. встречное исковое заявление ФИО2 принято к производству Усть-Лабинским районным судом для одновременного рассмотрения с первоначальным иском ФИО1 (л.д. 82).

В судебном заседании истец ФИО1 просил его исковые требования к ответчикам ФИО2 и ФИО3 удовлетворить в полном объеме, но давать объяснения по иску отказался.

Представитель истца ФИО1 по доверенности А.А.С. в судебном заседании просил исковые требования истца ФИО1 к ответчикам ФИО2 и ФИО3 удовлетворить в полном объеме по тем же основаниям, что и в исковом заявлении. Кроме того, представитель истца пояснил, что он не может подтвердить или опровергнуть то, действительно ли ответчик ФИО2 внес последний раз платеж по возврату кредита 25.07.2013 г. Он просит отказать в удовлетворении письменного заявления ответчика ФИО2 и ФИО3 от 04.05.2017 г. о применении исковой давности, так как согласно п. 10 Кредитного договора от 13.12.2012 г. между ОАО «Сбербанк России» и ФИО2 срок действия этого кредитного договора заканчивается только его исполнением.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск ФИО1 не признал, давать объяснения по иску отказался и просил удовлетворить его заявление от 04.05.2017 г. о применении исковой давности и в иске отказать.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск ФИО1 не признала, давать объяснения по иску отказалась и просила удовлетворить её заявление от 04.05.2017 г. о применении исковой давности и в иске отказать.

Представитель ответчика ФИО2 – адвокат Ш.Г.С. в судебном заседании просила в иске отказать в связи с пропуском истцом ФИО1 срока исковой давности, который истек в июле 2016 г. Кроме того, представитель ответчика пояснила, что (…………………………….)

Представитель третьего лица на стороне ответчика ПАО «Сбербанк России» будучи своевременно и надлежащим образом извещен о месте и времени судебного заседания, в судебное заседание не явился, об уважительности причин не явки не сообщил, и не просил рассмотреть дело без его участия. При таких обстоятельствах и с учетом мнения участников процесса, суд посчитал возможным рассмотреть дело без участия представителя третьего лица – ПАО «Сбербанк России».

Третье лицо на стороне ответчиков – ФИО4 неоднократно извещалась о явке в суд судебными повестками, направленными по её месту жительства, указанному в договорах уступки прав – <адрес>, но все судебные повестки вернулись обратно с отметкой отделения почтовой связи о невручении в связи с истечением срока хранения, то есть ФИО4 не явилась за ними на почту. При таких обстоятельствах и с учетом мнения участников процесса суд посчитал возможным рассмотреть дело без участия третьего лица ФИО4

Истец по встречному иску ФИО2 в судебном заседании просил удовлетворить его встречный иск по тем же основаниям, что и во встречном исковом заявлении. Кроме того, ФИО2 пояснил, что если ПАО «Сбербанк России» имел желание уступить его долг по кредитному договору от 18.12.2012 г. то он должен был уступить этот долг только организации, имеющей лицензию на право осуществления банковской деятельности.

При подписании им кредитного договора от 18.12.2012 г. и Приложения к этому кредитному договору он не ознакомился с п.6.1 Приложения к Кредитному договору. Он не может объяснить почему подписал приложение к Кредитному договору на той странице, где имеется п. 6.1.

При подписании кредитного договора он давал согласие банку на обработку персональных данных. На момент рассмотрения гражданского дела судом, он свое согласие на обработку персональных данных не отозвал.

Он отказывается отвечать на вопрос о том, извещался он или нет в 2015г. о переходе прав кредитора от ПАО «Сбербанк России» к ФИО4

В 2016 г. он не получал извещения ФИО1 о состоявшейся переуступке прав требования по кредитному договору к ФИО1 В почтовом извещении от 28.09.2016 г. о получении извещения ФИО1 имеется не его (ФИО2) подпись, а подпись его жены ФИО3, которая ему не сообщила о том, что получила извещение ФИО1 о переуступке прав требования. О наличии нового кредитора ФИО1 ему стало известно только в суде.

Он не интересовался у своей жены ФИО3 тем, почему она не сообщила ему о получении извещения нового кредитора ФИО1

Представитель истца по встречному иску адвокат Ш.Г.С. в судебном заседании просила встречный иск ФИО2 удовлетворить в полном объеме по тем же основаниям, что и во встречном исковом заявлении. Кроме того, адвокат Ш.Г.С. пояснила, что ФИО2 давал свое согласие на переуступку только Банку или организации, имеющей лицензию на право осуществления банковской деятельности.

Ответчик по встречному иску ФИО1 в судебном заседании просил отказать во встречном иске по основаниям, приведенным им в его письменных возражениях от 03.05.2017 г., которые приобщены к материалам гражданского дела. Кроме того, ответчик по встречному иску пояснил, что как договор уступки прав (требований) № 108/0 от 30.09.2015 г., так и договор уступки прав требований (цессии) от 13.09.2016 г. заключены законно с соблюдением требований действующего законодательства. От ФИО4 ему известно, что кредитный договор от 18.12.2012 г. между ОАО «Сбербанк России» и ФИО2 и договор поручительства от 18.12.2012 г. между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3 перешли к ней по договору уступки прав (требований) от 30.09.2015 г. и Приложения к нему. Затем подлинник кредитного договора от 18.12.2012 г. между ОАО «Сбербанк России» и ФИО2 с приложением к нему и подлинник Договора поручительства от 18.12.2012г. между ОАО «Сбербанк России» и ФИО3 перешли к нему (ФИО1) по договору уступки прав требований (цессии) от 13.09.2016 г. и подлинники всех этих документов он готов предоставить суду на обозрение.

Представитель ответчика ФИО1 по встречному иску по доверенности А.А.С. в судебном заседании просил отказать во встречном иске по тем же основаниям, которые были приведены ответчиком ФИО1 в его письменных возражениях от 03.05.2017 г., которые приобщены к материалам дела.

Представитель ответчика по встречному иску ПАО «Сбербанк России» был своевременно и надлежащим образом извещен о месте и времени судебного заседания, но в судебное заседание не явился, об уважительности причин неявки не сообщил и не просил о рассмотрении дела его отсутствие.

Суд, на основании ч.4 ст. 167 ГПК РФ и с учетом мнения участников процесса, посчитал возможным рассмотреть дело без участия представителя ответчика по встречному иску ПАО «Сбербанк России».

Ответчик по встречному иску ФИО4 неоднократно вызывалась в судебное заседание повестка, которые направлялись ей по месту жительства, указанному в договорах уступки прав (требований), но эти судебные повестки вернулись обратно с отметкой отделения почтовой связи о невручении в связи с истечением срока хранения, то есть ответчик по встречному иску ФИО4 не явилась на почту для получения повестки. При таких обстоятельствах и с учетом мнения участников процесса, суд посчитал возможным рассмотреть дело без участия ответчика ФИО4

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании просила удовлетворить встречный иск ФИО2, но какие-либо пояснения по встречному иску она давать отказалась. При этом, ФИО3 подтвердила, что она подписывала договор поручительства № от 18.12.2012г. и Приложение к этому договору поручительства.

Представитель третьего лица – Территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Краснодарскому краю в Выселковском, Усть-Лабинском, Кореновском, Динском районах по доверенности Х.Е.Н. в судебном заседании просила встречный иск ФИО2 удовлетворить по основаниям, приведенным ею в письменном заключении от 24.05.2017 г. №, которое приобщено к материалам гражданского дела.

Выслушав участников процесса, изучив материалы гражданского дела суд приходит к следующему.

18.12.2012 г. между ОАО «Сбербанк России» (в настоящее время наименование этого юридического лица ПАО «Сбербанк России») – «Кредитор» и гражданином ФИО2 – «Заемщик» был заключен кредитный договор №, по которому Кредитор предоставил Заемщику Кредит в сумме 300 000 руб. 00 коп. на срок по 18.12.2015 г. путем зачисления суммы кредита на счет Заемщика по вкладу «Универсальный» в Усть-Лабинском отделении № ОАО «Сбербанк России», а Заемщик обязуется возвратить Кредитору полученный кредит и уплатить проценты за пользование им по ставке 19,5 % годовых и другие платежи в размере, сроки и на условиях Договора.

В соответствии с п. 7 вышеуказанного кредитного договора в качестве обеспечения своевременного и полного возврата кредита, и уплаты процентов и внесения иных платежей, предусмотренных Договором, Заемщик обеспечивает предоставление Кредитору – Поручительство ФИО3 в соответствии с Договором поручительства № от 18.12.2012 г.

Согласно договора поручительства № от 18.12.2012 г., заключенного между ОАО «Сбербанк России» (в настоящее время наименование этого юридического лица ПАО «Сбербанк России») – «Банк» и ФИО3 – «Поручитель», «Поручитель» обязуется ответчать перед Банком за исполнением ФИО2 – «Заемщик» всех обязательств по Кредитному договору № от 18.12.2012 г., заключенному между Банком и Заемщиком.

В соответствии с договором уступки прав (Требований) № 108/0 от 30.09.2015 г. заключенного между ПАО «Сбербанк России» - «Цедент» и ФИО4 – «Цессионарий», «Цедент» передает а Цессионарий принимает права (требования) по просроченным кредитам в объеме и на условиях существующих к моменту перехода прав (требований). Права (требования) принадлежат Цеденту на основании: кредитных договоров, договоров, обеспечивающих исполнение обязательств по кредитным договорам заключенных между Цедентом и Должниками (заемщики, поручители).

Пунктом 1.2 Договора от 30.09.2015 г. предусмотрено, что перечень и размер передаваемых прав (требований), указывается в Реестре уступаемых прав (требований), сформированном на 17.07.2015 г., который является приложением № 2 в Договору.

В Акте приема-передачи прав (требований) от 01.10.2015 г. являющимся приложением № 2 к Договору уступки прав (требований) № 108/0 от 30.09.2015 г. указано, что Цедент передает, а Цессионарий принимает следующие Права (требования) по кредитным договорам, и в нем под № 13 указан должник ФИО2, номер Кредитного договора № от 18.12.2012 г., общая сумма уступленных прав 322 729 руб. 39 коп., в том числе сумма основного долга по кредитному договору 254 303 руб. 24 коп.

Пунктом 4.2.1 Договора уступки прав (требований) № 108/0 от 30.09.2015 г. была предусмотрена обязанность Цессионария уведомить должников (т.е. и ФИО2) о состоявшемся переходе к Цессионарию прав (требований), в течение двух календарных месяцев с момента перехода прав (требований) и предоставить в Банк письмо с подтверждением выполнения данного условия.

В соответствии с договором уступки прав требований (цессии) от 13.09.2016 г. заключенного между ФИО4, в лице её представителя по доверенности Р.А.А. – «Цедент» и ФИО1 «Цессионарий», цедент передает, а цессионарий принимает и оплачивает на условиях Договора, принадлежащие Цеденту права требования по договору уступки прав (требований) № 108/0 от 30.09.2015 г., заключенного между ПАО «Сбербанк России» и ФИО4

Согласно пункта 1.3 Договора от 13.09.2016 г. права требования переходят к Цессионарию в том объеме и на тех условиях, которые существовали на момент заключения Договора. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права.

Согласно Акта приема-передачи прав (требований) от 13.09.2016 г., являющегося приложением № 2 к договору уступки прав (Требований) от 13.09.2016 г. в нем под номером 13 указан должник ФИО2 по кредитному договору № от 18.12.2012 г., по которому общая сумма уступаемых прав 296792 руб. 07 коп., в том числе сумма основного долга 254303 руб. 24 коп.

В уведомлении от 16.09.2016 г. новый Кредитор ФИО1 известил Заемщика по Кредитному договору от 18.12.2012 г. ФИО2 и поручителя по договору поручительства от 18.12.2012 г. ФИО3 о состоявшейся передаче прав требования по договору уступки прав требований (цессии) от 13.09.2016 г. к нему. Данное уведомление было получено ФИО2 и ФИО3 28.09.2016 г.

Ответчики ФИО2 и ФИО3 в письменном заявлении от 04.05.2017 г. просили применить исковую давность и отказать истцу в иске в связи с пропуском срока исковой давности. При этом они ссылались на то, что ФИО2 произвел последний платеж по кредитному договору 25.07.2013г., а иск был предъявлен 23.11.2016 г., т.е. после истечения трехлетнего срока исковой давности.

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с ч.1 ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Согласно ч.2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно ч.1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч.1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п.24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (с изменениями и дополнениями), по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

В соответствии с кредитным договором № от 18.12.2012 г. исполнение обязательств по Договору в том числе начисленных процентов, осуществляются ежемесячно «18» числа каждого месяца, а если указанная дата приходится на нерабочий (выходной, праздничный) день, платеж может быть произведен в период с указанной даты по первый рабочий день, следующий за нерабочим днем, на который приходится дата погашения соответствующей суммы кредита.

Как следует из копии книжки вкладчика ФИО2 ОП2035598 по вкладу «Универсальный» по счету № № ПАО «Сбербанк России» (подлинник этого документа исследован в судебном заседании), последний платеж по кредитному договору был произведен ФИО2 – 25.07.2013 г.

Согласно ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

На момент заключения договора уступки прав требований (цессии) от 13.09.2016 г. между ФИО4 и ФИО1, в том числе по кредитному договору от 18.12.2012 г. с ФИО2, трехлетний срок исковой давности уже истек еще в июле 2016 г.

Истец ФИО1 не просил о восстановлении срока исковой давности.

Согласно ч.1 ст. 207 ГК РФ, с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

В связи с тем, что доводы ответчиков, содержащиеся в их письменном заявлении от 04.05.2017 г. о пропуске истцом ФИО1 срока исковой давности нашли подтверждение в судебном заседании, то в иске ФИО1 к ответчикам ФИО2 и ФИО3 о взыскании солидарно 296 792 руб. 07 коп. следует отказать в связи с пропуском срока исковой давности.

Исковые требования истца ФИО1, содержащиеся в уточненном исковом заявлении от 28.03.2017 г. о взыскании с ответчиком процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 16014 руб. 47 коп. за период с 13.09.2016 г. по 28.03.2017 г. не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Истец ФИО1, в своем уточненном исковом заявлении ссылался на то, что ответчики не возвращают ему денежные средства в размере 296792 руб. 07 коп. по кредитному договору от 18.12.2012 г. №, права требования по которому перешли к нему по договору уступки прав требований (цессии) с ФИО4, то с них подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами, вследствии их неправомерного удержания.

Настоящим решением отказано в иске ФИО1 к ответчикам ФИО2 и ФИО3 о взыскании с них солидарно 296792 руб. 07 коп., составляющих задолженность по кредитному договору № от 18.12.2012 г., и потому ответчики не пользовались этими денежными средствами с 13.09.2016 г. по 28.03.2017 г.

Встречный иск ФИО2 к ответчикам ФИО1, ПАО «Сбербанк России» и ФИО4 не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Во встречном исковом заявлении истец ФИО2 ссылался на то, что он в кредитном договоре с ПАО «Сбербанк России» не давал согласия Банку передавать право требования к заемщику, третьим лицом, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, личность кредитора имеет существенное значение для должника, и потому уступка требования без согласия должника не допускается; ни ФИО4, ни ФИО1 не являются кредитными организациями и не имеют лицензии на право осуществления банковской деятельности и им не могли передаваться сведения, составляющие банковскую тайну.

Согласно ч.1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с ч.2 ст. 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно ч.1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

В соответствии с ч.2 ст. 388 ГК РФ не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Согласно ч.1 ст. 389 ГК РФ уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

В соответствии со ст. 389.1 ГК РФ взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются настоящим Кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка.

Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Если иное не предусмотрено договором, цедент обязан передать цессионарию все полученное от должника в счет уступленного требования.

Следовательно действующее законодательство не содержит запрета на уступку банком прав (требований) по кредитным обязательствам должника, в пользу нового кредитора, не являющимся кредитной организацией и не имеющим лицензии на занятие банковской деятельностью, в отсутствие соответствующего условия в договоре и согласия заемщика.

Согласно п. 51 Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» предусматривается, что разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Согласно абз. 3 п. 6.1 Общих условий предоставления и обслуживания кредитов, которое является Приложением №1 к кредитному договору № от 18.12.2012 г. с ФИО2, Кредитор (ПАО «Сбербанк России») вправе полностью или частично переуступить свои права и обязательства по Договору, а также по сделкам, связанным с обеспечением возврата кредита другому лицу без согласия Заемщика (л.д. 8).

Следовательно кредитный договор от 18.12.2012 г. между ПАО «Сбербанк России» и ФИО2, содержал в себе условия, предоставляющие кредитору уступать права требования по указанному кредитному договору новому кредитору без согласия заемщика (должника), в том числе физическим лицам.

Как установлено в судебном заседании новые кредиторы (ФИО4, ФИО1) не осуществляли деятельность, связанную с выдачей кредитных средств, начислению и учету процентов по кредитному договору от 18.12.2012 г. и требующую в соответствии с Федеральным законом «О банках и банковской деятельности» наличия лицензии на право осуществления банковской деятельности.

Согласно ч. 1 и ч.2 статьи 857 Гражданского кодекса Российской Федерации банк гарантирует тайну банковского счета и банковского вклада, операций по счету и сведений о клиенте. Сведения, составляющие банковскую тайну могут быть предоставлены только самим клиентам или их представителям а также представлены в бюро кредитных историй на основаниях и в порядке, которые предусмотрены законом. Государственным органам и их должностным лицам такие сведения могут быть предоставлены исключительно в случаях и порядке, которые предусмотрены законом.

В соответствии с частью 1 статьи 26 Федерального закона "О банках и банковской деятельности" кредитная организация, Банк России, организация, осуществляющая функции по обязательному страхованию вкладов, гарантируют тайну об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов и корреспондентов. Все служащие кредитной организации обязаны хранить тайну об операциях, о счетах и вкладах ее клиентов и корреспондентов, а также об иных сведениях, устанавливаемых кредитной организацией, если это не противоречит федеральному закону.

Согласно п. 3.5 приложения №1 к кредитному договору № от 18.12.2012г. Общих условий предоставления и обслуживания кредитов, Заемщик ФИО2 дал согласие на предоставление третьим лицам информации и документов, подтверждающих права кредитора по договору, в том числе о предоставленном заемщику кредите, размере задолженности заемщика по договору, условиях договора и договора поручительства, а также информации о заемщике и поручителе, в том числе содержащую их персональные данные.

Следовательно вытекающая из кредитного договора от 18.12.2012 г. уступка требования (по договору от 30.09.2015 г. и договору от 13.09.2016 г.) не нарушает положения о банковской тайне, поскольку переход прав требования по кредитному договору от кредитора к цессионарию не нарушает прав должника ФИО2 на банковскую тайну, а также на тайну его (должника) персональных данных, так как при передаче прав требования у должника сохраняются все гарантии, предусмотренные специальным законодательством, включая право на банковскую тайну.

Право кредитора (ПАО «Сбербанк России») на передачу прав третьему лицу предусмотрено кредитным договором, а обязательство заемщика перед кредитором не носит личноrо характера, поскольку уплата заемщиком определенной денежной суммы в срок признается надлежащим исполнением такого обязательства независимо от личности кредитора.

При уступке права требования сведения о банковском счете и банковском вкладе не передаются цессионарию, а информация о должнике и о сумме долга к объектам банковской тайны не относится.

При таких обстоятельствах доводы истца ФИО2 о нарушении ответчиками требований ст. 857 ГК РФ и ст. 26 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» о банковской тайне своего подтверждения не нашли.

Учитывая, что в иске ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 отказано, то требования истца ФИО1 о взыскании с ответчиков судебных расходов в размере 6427 руб. 00 коп. удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В иске ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о взыскании солидарно задолженности по кредитному договору; процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, отказать.

Во встречном иске ФИО2 к ФИО1, ФИО4, ПАО «Сбербанк России» о признании недействительным договора уступки прав (требований) № от 30.09.2015 г. заключенного между ПАО «Сбербанк России» в лице заместителя председателя Юго-Западного Банка ПАО «Сбербанк России» и ФИО4, признании недействительным договора уступки прав требований (цессии) от 13.09.2016 г. заключенного между ФИО4 в лице представителя по доверенности Р.А.А. и ФИО1, отказать.

Копию решения направить ФИО4, ПАО «Сбербанк России».

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Усть-Лабинский районный суд в течение месяца.

Председательствующий: А.А. Анохин