Определение № 33-5661/2026 от 15 апреля 2026 г.

Дело № 33-5661/2026

(№ 2-92/2025)

УИД: 66RS0020-01-2024-002154-76

Мотивированное
определение составлено 16.04.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 02.04.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего судьи Некрасовой А.С.,

судей Мехонцевой Е.М.,

Тяжовой Т.А.,

при помощнике ФИО7, рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску ФИО8, действующего в интересах несовершеннолетних ФИО, ФИО1, ФИО2, к ФИО9 о признании недействительными результатов межевания, установлении границ земельного участка,

по встречному исковому заявлению ФИО9 к ФИО8, действующему в интересах несовершеннолетних ФИО, ФИО1, ФИО2, об устранении нарушения прав собственника, не связанного с лишением владения,

по апелляционной жалобе ответчика ФИО9 на решение Белоярского районного суда Свердловской области от 30.10.2025.

Заслушав доклад судьи Тяжовой Т.А., объяснения ответчика ФИО9 и его представителя ФИО10 (доверенность от 16.09.2024 сроком на три года), поддержавших доводы жалобы, истца ФИО8 и его представителя ФИО11 (доверенность от 11.10.2024 сроком на три года), возражавших против доводов жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО8, действуя в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО, ФИО1, ФИО2, обратился в суд с иском к ответчику, с учетом уточнений просил признать недействительными результаты межевания части смежной границы земельных участков с кадастровыми <№>, расположенных по адресу: <адрес>А, и <адрес> соответственно, установленные в ЕГРН по координатам характерных точек: <...>, исключить из ЕГРН сведения о местоположении границы в указанных координатах, установить местоположение смежной границы участков в точках координат, содержащихся в заключении эксперта ФИО3 (н1-стб7-стб6-стб5-стб4-стб3-стб2-стб1).

Свои требования истец мотивировал тем, что истцы являются собственниками жилого дома с кадастровым <№> и земельного участка с кадастровым <№> площадью 821 кв.м, расположенных по адресу: <адрес> смежного земельного участка с кадастровым <№>, расположенного по адресу: <адрес>, является ответчик. В момент приобретения истцом земельного участка он был огорожен забором, смежная граница земельных участков с кадастровыми номерами <№> закреплена на местности частично деревянным забором, частично – металлическими столбами, на которых ранее крепилось заборное ограждение. В ходе выполнения кадастровых работ кадастровым инженером ФИО4 установлено, что фактическая граница земельного участка с кадастровым <№> накладывается на юридическую границу земельного участка с кадастровым <№> на площади 38 кв.м на расстоянии от 0,97 м до 1,22 м. Учитывая неизменность смежной границы как минимум с 2002 года и ее несоответствие сведениям ЕГРН, а также то, что границы исходных земельных участков с кадастровыми <№>, из которых в результате перераспределений образованы земельные участки истца и ответчика, были внесены в кадастр с ошибкой в координатах характерных точек, как смежной границы, так и иных – в части смежной границы между участками <№> со смещением границ в сторону участка <№>, при определении границ земельного участка с кадастровым <№> была допущена ошибка, которая на основании межевого дела от 2002 года была воспроизведена в ЕГРН, в дальнейшем при образовании участков <№> - перенесена и на их границы. С учетом того, что ни свидетельство о праве собственности на землю, ни свидетельство о государственной регистрации права (документы на основании которых, в том числе, проведены землеустроительные работы по участкам <№>), не содержат сведений о местоположении границ указанных участков, смежную границу следует определить по границе, существующей на местности 15 и более лет и закрепленной с помощью объектов искусственного происхождения (т.е. фрагментом ограждения и столбами ранее существовавшего ограждения).

В письменных возражениях ответчик указал, что проект межевого плана кадастрового инженера ФИО4 содержит предположительный вывод о наличии реестровой ошибки. Истцами не доказано нарушение их прав, а также ими пропущен срок исковой давности, подлежащий исчислению с 24.02.2014. Экспертом не установлен факт существования части деревянного забора и металлических столбов на местности 15 и более лет, истцом таких доказательств не представлено.

В процессе рассмотрения дела определением суда от 19.09.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены М.А.АА., ФИО9, кадастровый инженер ФИО12

ФИО9 предъявил встречный иск к ФИО8 как законному представителю несовершеннолетних ФИО, ФИО1, ФИО2, просил устранить препятствия в пользовании ФИО9 земельным участком с кадастровым номером 66:06:0401010:333 путем демонтажа газонного насаждения, мешковой мембраны, расположенных на земельном участке с кадастровым <№> по координатам смежной границы земельных участков в течение месяца со дня вступления в законную силу решения суда, взыскать судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 рублей, в обоснование которого указал, что ответчик положил на межу мешковую мембрану, вплотную к кустам малины, растущей на участке ФИО9 с покрытием части его участка, также на части участка ФИО9 насыпал газонной травы, уложил деревянные балки, тем самым создав препятствия в пользовании ФИО9 этой частью земельного участка.

Решением Белоярского районного суда Свердловской области от 30.10.2025 исковые требования ФИО8, действующего в интересах несовершеннолетних ФИО, ФИО1, ФИО2, к ФИО9 о признании недействительными результатов межевания, установлении границ земельного участка удовлетворены, исправлена реестровая ошибка в определении местоположения смежной границы земельных участков с кадастровыми <№> путем ее установления по фактическому пользованию по координатам характерных точек, приведенных в каталоге координат в заключении кадастрового инженера ФИО3:

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

В удовлетворении встречного иска ФИО9 к ФИО8, действующему в интересах несовершеннолетних ФИО, ФИО1, ФИО2, об устранении нарушения прав собственника, не связанного с лишением владения, отказано. Указано, что решение является основанием для внесения соответствующих сведений в Единый государственный реестр недвижимости.

Не согласившись с решением суда, ответчик ФИО9 в апелляционной жалобе просит об отмене решения суда с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении первоначального иска и удовлетворении встречного. В жалобе ссылается на то, что указанное истцом в иске предположение о наличии реестровой ошибки выводами эксперта не подтверждено, факт существования части деревянного забора и металлических столбов не установлен. Отсутствие ограждения земельного участка не дает оснований собственнику соседнего земельного участка претендовать на его территорию. Спорная часть территории участка ответчика истцом не используется. Местоположение смежной границы согласовано в 2005 году, до приобретения участка истцами, требования истцом продиктованы желанием увеличить площадь своего участка.

Истец в письменных возражениях просил решение суда оставить без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО9 и его представитель на доводах жалобы настаивали, ФИО8 и его представитель против доводов жалобы возражали.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО, третьи лица Филиала ПКК «Роскадастр» по УФО, ФИО13, кадастровый инженер ФИО12, ФИО9 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом посредством направления извещений, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда, в соответствии с ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Представитель третьего лица Филиала ПКК «Роскадастр» по УФО в письменном ходатайстве разрешение спора оставил на усмотрение суда, просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при установленной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно п. 3 ст. 6 Земельного кодекса Российской Федерации земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных настоящим Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи.

Описание границ земельного участка в установленном порядке и его постановка на кадастровый учет подтверждают существование такого земельного участка с характеристиками, позволяющими определить земельный участок в качестве индивидуально-определенной вещи, что позволяет земельному участку быть объектом сделок и участвовать в гражданском обороте.

Формирование земельного участка происходит посредством землеустройства и кадастрового учета (ст.ст. 69, 70 Земельного кодекса Российской Федерации).

Государственный кадастровый учет земельных участков осуществляется в порядке, установленном Федеральным законом от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (ст. 70 Земельного кодекса Российской Федерации).

Исходя из ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» характеристики объекта недвижимости, позволяющие определить такой объект недвижимости в качестве индивидуально-определенной вещи, а также характеристики, которые определяются и изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков, относятся к основным сведениям об объекте недвижимости.

В кадастр недвижимости в качестве основного сведения об объекте недвижимости вносится описание местоположения объекта недвижимости (п.3 ч. 4 ст. 8 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»).

В соответствии с ч. 8 ст. 22 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части. Площадью земельного участка, определенной с учетом установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом требований, является площадь геометрической фигуры, образованной проекцией границ земельного участка на горизонтальную плоскость (часть 9).

Порядок проведения кадастровых работ на тот момент определялся Инструкцией по межеванию земель, утвержденной Роскомземом 08.04.1996, Федеральным законом от 18.06.2001 N 78-ФЗ "О землеустройстве" и пунктом 7 статьи 36 Земельного кодекса Российской Федерации.

Федеральный закон от 02.01.2000 N 28-ФЗ "О государственном земельном кадастре" не содержал понятия кадастровой (реестровой) ошибки, однако, предусматривал возможность исправления технических ошибок, производство которых было допущено при ведении государственного земельного кадастра (статья 21 данного Закона).

Согласно пункту 1.1 Инструкции по межеванию земель, межевание представляет собой комплекс работ по установлению, восстановлению и закреплению на местности границ земельного участка, определению его местоположения и площади.

В соответствии с разделом 2 Инструкции межевание земель включает в числе прочего подготовительные работы по сбору и изучению правоустанавливающих, геодезических, картографических и других исходных документов; полевое обследование границ размежевываемого земельного участка с оценкой состояния межевых знаков; согласование и закрепление на местности межевыми знаками границ земельного участка с собственниками, владельцами и пользователями размежевываемых земельных участков.

В соответствии с пунктом 7 статьи 36 Земельного кодекса Российской Федерации в случае отсутствия кадастровой карты (плана) земельного участка орган местного самоуправления на основании заявления гражданина или юридического лица либо по обращению предусмотренного статьей 29 настоящего Кодекса исполнительного органа государственной власти на основании дежурной кадастровой карты (плана), содержащей сведения о местоположении земельного участка, и градостроительной документации в месячный срок со дня поступления указанных заявления либо обращения обеспечивает изготовление кадастровой карты (плана) земельного участка и утверждает проект его границ. Границы и размеры земельного участка определяются с учетом фактически используемой площади земельного участка в соответствии с требованиями земельного и градостроительного законодательства. Границы земельного участка устанавливаются с учетом красных линий, границ смежных земельных участков (при их наличии), естественных границ земельного участка.

Согласно действующей в настоящее время части 1.1 статьи 43 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в указанных документах сведений о местоположении границ земельного участка его границами считаются границы, существующие на местности пятнадцать лет и более. В этом случае допускается изменение площади такого земельного участка в соответствии с условиями, указанными в пунктах 32, 32.1 и 45 части 1 статьи 26 настоящего Федерального закона. В указанном случае в межевом плане приводится обоснование местоположения уточненных границ земельного участка.

Таким образом, как ранее, так и в настоящее время при проведении кадастровых работ учитывается фактическое землепользование.

По смыслу приведенных норм права, установление границ земельного участка, при отсутствии документах о местоположении этого участка, возможно по существующим на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Частью 3 статьи 61 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» предусмотрено, что реестровая ошибка – это воспроизведенная в Едином государственном реестре недвижимости ошибка, содержащаяся в межевом плане, техническом плане, карте-плане территории или акте обследования, возникшая вследствие ошибки, допущенной лицом, выполнившим кадастровые работы или комплексные кадастровые работы, или ошибка, содержащаяся в документах, направленных или представленных в орган регистрации прав иными лицами и (или) органами в порядке межведомственного информационного взаимодействия, а также в ином порядке, установленном настоящим Федеральным законом, либо в порядке, установленном для осуществления государственного кадастрового учета до дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Несоответствие юридической границы сложившемуся землепользованию, неправильное, ошибочное координирование исторических объектов искусственного происхождения, определявших границы такого землепользования на местности, в результате методологических, технических ошибок кадастрового инженера (геодезиста) свидетельствуют о реестровой ошибке.

Споры, не урегулированные в результате согласования местоположения границ, после оформления акта согласования границ разрешаются в судебном порядке (часть 5 статьи 40 Федерального закона от 24.07.2007 N 221-ФЗ "О кадастровой деятельности", статья 64 Земельного кодекса Российской Федерации).

Защита нарушенных или оспоренных гражданских прав согласно положениям статей 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляется в судебном порядке и путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. Аналогичное положение содержится в подпункте 4 пункта 2 статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 45, 47 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца.

Судом установлено, что несовершеннолетние истцы с 09.08.2022 являются равнодолевыми собственниками земельного участка площадью 821 ± 10 кв.м. с кадастровым <№>, расположенного по адресу: <адрес>, Белоярский городской округ <адрес> участок был образован из участка с кадастровым <№>.

Земельные участки с кадастровыми <№> на основании соглашения о перераспределении от 21.07.2022 (т. 1 л.д. 205-207) образованы из земельного участка с кадастровым <№>, имел адрес: <адрес>.

Согласно землеустроительного дела в отношении земельного участка по адресу: <адрес>, подготовленного в 2002 году кадастровым инженером ФИО12, граница со смежным земельным участком по адресу: <адрес> определялась по забору (т. 1 л.д. 78, 79).

Ответчик ФИО9 с 07.07.2023 является собственником земельного участка площадью 482 ± 7,68 кв.м. с кадастровым <№>, расположенного по адресу: <адрес>, который на основании соглашения о перераспределении от 22.06.2023 (т. 1 л.д. 186-188) образован из земельного участка с кадастровым <№>, имел аналогичный адрес (т. 1 л.д. 148-151). Кадастровые работы в отношении участка по указанному адресу проведены в 2005 году, смежная граница с земельным участком по адресу: <адрес> проходила по четырем точкам, которые представляли собой столбы забора, что следует из акта о сдаче межевых знаков на наблюдение за сохранностью (т. 2 л.д. 80, 81). Аналогичные сведения указаны и в землеустроительном деле в отношении того же земельного участка 2008 года (т. 1 л.д. 104, 105).

В подтверждение несоответствия фактических границ земельных участков с кадастровыми <№> юридическим, истец представил заключение специалиста кадастрового инженера ФИО4, согласно которому фактическая граница участка с кадастровым <№> накладывается на юридическую границу участка с кадастровым <№> на площади 38 кв.м на расстоянии от 0,97 м до 1,22 м. Первично кадастровые работы в отношении участков, существовавших до перераспределения, проводились в 2002 году кадастровым инженером ФИО12, граница земельного участка определена по фактическому пользованию от точки 1 до точки 6 по забору, от точки 6 до точки 12 по меже, от точки 12 до точки 1 по забору. Сопоставив сведения о фактической ширине участка (43,98 м), а также по данным на 2002 год (43,78 м), сведения о фактических границах участка с фасадной стороны с границами, отраженными в землеустроительном деле 2002 года, специалист пришел к выводу, что с фасадной стороны участка граница неизменна, а разница в размерах фактической ширины участков <№> не превышает погрешность характерных точек 0,2 м, определенных в 2002 году. При этом специалист учел картографический материал, отметил, что на момент проведения кадастровых работ в 2002 году граница участков являлась прямой, в то время как юридическая их граница по сведениям ЕГРН имеет излом около 1,22 м вглубь участка <№> (см. рис.2 и рис.7 проекта межевого плана). Специалистом сделан вывод о том, что границы исходных земельных участков с кадастровыми номерами <№> были внесены в кадастр с ошибкой в координатах характерных точек, как смежной границы, так и иных – в части смежной границы между участками <№> со смещением границ в сторону участка <№>, что впоследствии перенесено и на границы вновь образованных вышеуказанных участков.

Ввиду отсутствия в свидетельствах о праве собственности на землю, о государственной регистрации права сведений о местоположении границ вышеуказанных участков, то смежную границу следует определить по границе, существующей на местности 15 и более лет и закрепленной с помощью объектов искусственного происхождения (т.е. фрагментом ограждения и столбами ранее существовавшего ограждения).

В ходе рассмотрения дела судом назначена судебная землеустроительная экспертиза. Согласно заключению эксперта кадастрового инженера ФИО3 фактические границы земельных участков с кадастровыми <№> определены на местности по существующим ограждениям за исключением их общей смежной границы, которая условно проведена через зафиксированные на местности семь металлических столбов, на отрезке т6-т5-т4 фактическое ограждение соответствует внесенным в ЕГРН сведениям, на отрезке т.4-т3 через столбы 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7 фактическое разграничение земельных участков не соответствует сведениям ЕГРН, при этом внесенная в ЕГРН граница на местности не закреплен какими-либо объектами искусственного или естественного происхождения, расхождение фактического разграничения земельных участков от внесенных в ЕГРН сведений о границе варьируется в интервале от 0,58 м до 1,22 м.

Ни инвентаризационные описи, ни картографические изображения 1997 и 2006 года, ни технические паспорта БТИ 1998 и 2004 года не содержат сведений, с должной степенью достоверности позволяющих определить местоположений спорной границы между участками, как в соответствие с существующими сведениям ЕГРН, так и по установленным на местности части деревянного забора и металлическим столбам, ввиду чего не представляется возможным установить причину расхождения сведений о фактической и юридической границах.

Оценив в совокупности и взаимосвязи представленные сторонами в материалы дела доказательства, в том числе заключения специалиста и эксперта, показания свидетелей ФИО5, ФИО6, указавших на то, что граница участков определялась по забору, от которого остались металлические столбы, труба газопровода была возведена с отступом в сторону участка истца на 1 м., отклонив ссылки ответчика о том, что металлические столбы являлись креплением рам теплицы ввиду опровержения данных обстоятельств свидетелями, и неподтверждении соответствующих доводов ответчика никакими доказательствами, суд пришел к выводу о наличии реестровой ошибки в местоположении смежной границы, исправил ее путем установления ее местоположения по части забора и металлическим столбам, которые являлись межевыми знаками и поворотными точками границы, поскольку в неизменном виде граница оставалась с 2002 года. Учитывая выводы эксперта о том, что в точках т6-т5-т4 фактическая граница соответствует сведениям ЕГРН, а точка н1 является створной, между точками т.1 и т4 суд установил местоположение границы по координатам, соответствующим местоположению столбов.

Исходя из того, что судом исправлена реестровая ошибка в местоположении смежной границы, а газонные насаждения, мешковой мембраны, об освобождении участка от которых заявил во встречном иске ФИО9, расположенных в пределах юридических границ участка истцов, суд не нашел оснований для удовлетворения встречного иска.

Выводы суда об установлении местоположения смежной границы участков сторон в соответствии с фактическим землепользованием, сложившимся более пятнадцати лет, являются правильными, соответствуют установленным по делу обстоятельствам, при разрешении спора нормы материального права применены судом правильно.

По смыслу положений ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 настоящего Кодекса отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами. Однако это не означает право суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Таким образом, экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Проанализировав содержание экспертного заключения, которое согласуется с заключением специалиста, судебная коллегия приходит к выводу, что оно отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют, то есть оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Заключение судебной экспертизы оценено судом в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами.

Вопреки доводам жалобы ответчика, вывод суда о наличии реестровой ошибки подтвержден совокупностью исследованных судом и согласующихся между собой доказательств. Специалистом ФИО4 отмечено, что смежная граница при согласовании правообладателями на момент проведения кадастровых работ в 2002 году определялась по прямой, однако по данным ЕГРН спорная граница имеет излом, что также подтверждается экспертом (том 1 л.д. 37, том 2 л.д. 163, 164), ортофотопланами (том 1 л.д. 130, 131). При этом со стороны <адрес> определенная смежными землепользователями граница по ограждению соответствует имеющимся в ЕГРН сведениям о ее местоположении, что также указывает на то, что с момента проведения кадастровых работ в 2002 году местоположение ограждения в данной части не менялось. Представленными в материалы дела фотографиями разных лет подтверждается, что пользование земельными участками правообладателями осуществлялось именно по столбам, определявших границу участков сторон, со стороны участка истца по границе у столбов посажены кусты малины (том 1 л.д. 166-176, том 2 л.д. 93-101). Действительно, на момент проведения кадастровых работ местоположение смежной границы согласовано правообладателями по ограждению, однако имеющиеся в ЕГРН сведения не соответствуют местоположению границы в согласованном собственниками месте.

Указание в жалобе на самовольное возведение ответчиком ограждения, местоположение которого соответствует сведениям ЕГРН, выводы суда не опровергает, напротив, специалистом соотнесены линейные размеры ширины участков на момент проведения кадастровых работ и на момент проведения исследования, разница составила 0,18 м., что не превышает погрешность характерных точек по состоянию на 2002 год (том 1 л.д. 36).

Утверждения ответчика об отсутствии реестровой ошибки со ссылками на выводы эксперта, указавшего на невозможность достоверно установить причину расхождения сведений о местоположении фактической и юридической границы, основанием для иной оценки доказательств по делу не являются. Экспертом обозначено, что при установлении судом факта существования на местности 15 и более лет смежной границы по части деревянного забора и металлическим столбам, такой факт может быть квалифицирован как реестровая ошибка, т.к. расхождение планового местоположения части деревянного забора, а также металлических столбов относительно внесенных в ЕГРН координат соответствующих им поворотных точек будет превышать допустимую погрешность. Такой факт судом установлен на основании анализа представленных в материалы дела доказательств, пояснений участников спора, предыдущего правообладателя участка истцов – свидетеля ФИО5, а также свидетеля ФИО6 Со стороны ответчика никаких доказательств того, что на месте границы в спорной части, сведения о которой содержатся в ЕГРН, когда-либо имелось ограждение, в материалы в дела в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Доводы ответчика о предъявлении истцами иска, основанного на предположении, при том, что в ходе рассмотрения дела нашло подтверждение указание истцами на наличие реестровой ошибки, основанием к отмене постановленного судом решения не являются.

Правомерно в соответствии с положениями статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации отклонены судом ссылки ФИО9 о владении истцами участком менее 15 лет, а также и заявленное им ходатайство о применении срока исковой давности. Спор об установлении границ является разновидностью негаторного иска, которым устраняются препятствия в пользовании имуществом смежного землепользователя, выраженные, в данном случае, в неправильном определении характерных точек границ земельного участка. В силу ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности на заявленное истцом требование не распространяется. Аналогичная правовая позиция содержится в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.03.2018 N 310-ЭС18-981.

В целом, доводы апелляционной жалобы не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность постановленного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с той оценкой исследованных доказательств, которая дана судом первой инстанции, а также к иному толкованию норм материального права.

Безусловных оснований для отмены судебного постановления суда первой инстанции, предусмотренных ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по делу не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Белоярского районного суда Свердловской области от 30.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий А.С. Некрасова

Судьи Е.М. Мехонцева

Т.А. Тяжова