Решение № 2-2107/2017 2-2107/2017~М-1350/2017 М-1350/2017 от 15 октября 2017 г. по делу № 2-2107/2017

№ 2 - 2107 / 2017 года. (публиковать).


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 октября 2017 года.

Первомайский районный суд города Ижевска Удмуртской Республики в составе:

председательствующего – судьи Обуховой М.А.,

при секретаре – Алиевой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Казне РФ в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указывает, что по приговору мирового судьи от <дата> он был оправдан, и за ним было признано право на реабилитацию. Учитывая то, что материалы уголовного дела были рассмотрены в соответствии с ч. 1 ст. 241 УПК РФ, следовательно, он был публично обвинен в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, а с учетом приговора от <дата> данное обвинение является клеветой, сопряженной в публичном выступлении. Преступное действие выражено публично (гласно), которое порочит его честь, достоинство, репутацию. В отношении истца была избрана мера принуждения – обязательство о явке. В связи с незаконным уголовным преследованием истец потерял уважение в лице знакомых, родственников, что негативно повлияло на душевное состояние, испытывал при этом моральные и нравственные переживания. Просит взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации в свою пользу 6 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

В дальнейшем от истца поступили письменные пояснения, в которых указывается следующее. На протяжении всего времени судебного разбирательства по уголовному делу ФИО1 неоднократно делалось заявление, что явка с повинной была написана им под давлением со стороны сотрудников ОП «Красногорское». Обвинительный акт содержит фундаментальные нарушения уголовно-процессуального законодательства. Предварительное расследование длилось всего три дня, в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о возмещении истцом ущерба от преступления, которого он не совершал. В судебном заседании появились свидетели, которые не фигурировали в досудебном производстве по уголовному делу. Все это негативно сказалось на нервном и психическом состоянии. Испытывал моральные и нравственные страдания, когда прокурор обвиняла истца в присутствии знакомых, близких людей в совершении преступления. Доказательством является неоднократная запись на амбулаторный прием к врачу-психиатру во время нахождения в ФКУ СИЗО-2 г. Глазова. Кроме того, дознаватель ФИО2 сфальсифицировал протокол допроса истца в качестве подозреваемого, дата и время составления не соответствуют действительности. Записи на амбулаторный прием к врачу-психиатру являются доказательством того, что на протяжении времени незаконного уголовного преследования в отношении истца, он испытывал нервные и психические расстройства, моральные страдания, прописывались курсы лечения в виде успокоительных таблеток.

Определением суда от <дата> к участию в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований привлечены МВД УР, Прокуратура УР, а также исключен из числа третьих лиц без самостоятельных требований Судебный участок Красногорского района УР.

Определением суда от <дата> произведена замена ответчика на надлежащего ответчика – Казну РФ в лице Министерства Финансов РФ, а также к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований привлечено должностное лицо, проводившее дознание по уголовному делу – ФИО2

Определением суда от <дата> к участию в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований привлечены должностные лица Ушакова Н.Р., утвердившая обвинительный акт, ФИО3, занимавший на тот момент должность начальника Отделения Полиции «Красногорское».

В судебном заседании представитель истца ФИО4, действующий на основании ордера, на исковых требованиях настаивал в полном объеме, полностью поддержал доводы искового заявления. Суду пояснил, что истец ФИО1 достаточно полностью мотивировал и обосновал свои исковые требования. Органами власти были нарушены требования законодательства. Судом признано за истцом право на реабилитацию. Имеются все основания для удовлетворения требований о компенсации морального вреда в указанном размере. Просит не принимать во внимание тот факт, что в настоящее время истец отбывает другое наказание в исправительном учреждении. В связи с перенесенными страданиями, у истца появились заболевания, которых ранее у него не было. На вопросы суда представитель истца пояснил следующее. Во время следствия в отношении ФИО1 была избрана мера принуждения в виде обязательства о явке. Ранее он был судим. Сначала истец признал свою вину, потом начал отрицать. Размер вреда обосновывается обращениями к психологу, в медицинской карте имеются об этом записи. Со слов истца обращение к психологу связано именно с этим фактом. Иных доказательств не имеется, указанные считает достаточными.

В судебном заседании представитель ответчика Министерства финансов РФ ФИО5, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал полностью. Суду пояснил, что заявленные исковые требования не признает полностью. Согласно законодательству, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих доводов. Стороной истца не представлены доказательства того, что ФИО1 причинены какие-либо страдания. Имела место явка с повинной, мера пресечения в отношении истца не избиралась. Имел место самооговор. В период расследования истец находился в ФКУ СИЗО-2 по другим уголовным делам. Суду не представлено доказательств того, что истец обращался к психиатрам, именно в связи с обвинением в совершении преступления по ст. 158 УК РФ. Доводы истца не являются допустимым доказательством. Размер заявленных исковых требований необоснован, ГК РФ не регламентирует данные требования, расчет истца неверен.

Представитель третьего лица МВД УР ФИО6, действующий на основании доверенности, с исковыми требованиями не согласен, считает их не обоснованными. Пояснил, что мера пресечения по данному уголовному делу в отношении ФИО1 не избиралась. На тот момент он находился под стражей по другим уголовным делам. Истец сам изначально признавал свою вину в совершении указанного преступления, была явка с повинной. В ходе дознания ФИО1 сам себя оговорил, данные действия были произведены в присутствии адвоката. В настоящий момент истцом не представлено доказательств в обоснование своих исковых требований. Из сведений медицинской карты не усматривается причинно-следственная связь между действиями сотрудников МВД, проводивших расследование, и ухудшением здоровья. Считает, что данное обстоятельство не может быть положено в основу для компенсации морального вреда. Действия самого истца, такие как, явка с повинной, признание вины на стадии дознания, и повлекли привлечение к ответственности.

Представитель Прокуратуры УР, Прокуратуры Красногорского района УР и третье лицо Ушакова Н.Р. с исковыми требованиями не согласна, суду пояснила, что истец неоднократно судим за совершение корыстных преступлений, находился под следствием по другим эпизодам. По данному уголовному делу предварительное расследование было приостановлено, затем возобновлено при явке ФИО1 с повинной. Он дал признательные показания, сотрудничал со следствием, по факту его заявления производились проверки, срок дознания в течение одного месяца. Моральные страдания истца, обращение к психиатру в связи с именно производством по данному уголовному делу не подтверждаются представленными доказательствами. Довод истца о том, что он был лишен возможности трудоустроиться, не обоснован, поскольку ему было назначено только обязательство о явке, а мера пресечения в виде ареста была избрана по совсем другому уголовному делу. Доводы истца не нашли свое подтверждение, просит в иске отказать.

Третье лицо ФИО2 с исковыми требованиями не согласен, в судебном заседании пояснил, что уголовное дело было расследовано в сжатые сроки - 7 суток, поскольку ФИО1 признавал свою вину, при этом присутствовал его адвокат, истец согласился на особый порядок рассмотрения уголовного дела, мера пресечения была избрана в виде обязательства о явке.

Дело рассмотрено в отсутствие третьего лица ФИО3, представившего заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, представителя третьего лица Отделения Полиции «Красногорское» ГУ МВД России «Игринский», и истца извещенных о рассмотрении дела надлежащим образом.

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовного дела судебного участка Красногорского района УР суд приходит к следующему.

<дата> и.о. дознавателя ОП «Красногорское» ФИО7 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ.

<дата> начальником ОП «Красногорское» ФИО3 вынесено постановление о передаче уголовного дела и.о. дознавателя ОП «Красногорское» ФИО2

<дата> и.о. дознавателя ОП «Краногорское» ФИО2 вынесено постановление о принятии уголовного дела № к своему производству.

<дата> производство дознания по уголовному делу приостановлено, поручено провести оперативно-розыскные мероприятия, направленные на установление лица, причастного к совершению данного преступления.

<дата> О/У ОГ ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по УР ФИО8 составлен протокол о явке с повинной ФИО1

<дата> предварительное расследование по уголовному делу № было возобновлено.

<дата> ФИО1 был допрошен в качестве свидетеля.

<дата> вынесено постановление о назначении ФИО1 адвоката.

<дата> ФИО1 вручено уведомление о подозрении его в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ.

<дата> ФИО1 допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу.

<дата> в отношении ФИО1 избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке по вызовам дознавателя или в суд.

<дата> составлен протокол проверки показаний на месте.

<дата> начальником ОП «Красногорское» ФИО3 утвержден обвинительный акт по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, с которым ФИО1 был ознакомлен <дата>

<дата> составлен протокол ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела.

<дата> ФИО1 подписано заявление о рассмотрении уголовного дела в особом порядке.

<дата> заместителем прокурора Красногорского района Ушаковой Н.Р. данный акт был утвержден.

<дата> мировым судьей судебного участка Красногорского района УР вынесено постановление о назначении открытого судебного заседания по уголовному делу. Мера принуждения оставлена прежней в виде обязательства о явке.

<дата> мировым судьей судебного участка Красногорского района УР вынесено постановление о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении открытого судебного заседания в общем порядке, в связи с тем, что подсудимый просил особый порядок прекратить, вину в содеянном не признал. Мера принуждения оставлена без изменения в виде обязательства о явке.

<дата> приговором мирового судьи судебного участка Красногорского района УР ФИО1, обвиняемый в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, оправдан в связи с непричастностью к совершению преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию. Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке в отношении ФИО1 отменена.

Приговор мирового судьи вступил в законную силу.

Данные обстоятельства следуют из текста искового заявления, пояснений участников процесса, материалов уголовного дела № в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 158 УК РФ в 3-х томах, участниками процесса не оспариваются.

Истцом заявлены требования к ответчику о компенсации морального вреда.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации гарантировано право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен УПК РФ (ст.ст. 133 - 139, 397 и 399).

В силу п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Исходя из содержания данных статей, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований. При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).

В судебном заседании установлено, что по приговору мирового судьи судебного участка Красногорского района УР от <дата> ФИО1, обвиняемый в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, оправдан в связи с непричастностью к совершению преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию. Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке в отношении ФИО1 отменена. Приговор мирового судьи вступил в законную силу.

Указанное обстоятельство представителем ответчика казны РФ в лице Министерства финансов РФ и представителем третьего лица МВД УР, третьими лицами не оспаривается. Таким образом, доводы ответчика и третьего лица об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований о возмещении морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, суд не принимает, считая их несоответствующими установленным при рассмотрении настоящего дела обстоятельствам.

Также в качестве доводов возражений на исковое заявление приводится, что со стороны ФИО1 имел место самооговор. В связи с этим суд обращает внимание на следующее.

Статья 53 Конституции РФ, ст. 133, 135 УПК РФ, ст. 1070, 1100 ГК РФ не предусматривают самооговор как препятствие к возмещению вреда, причиненного реабилитированному лицу незаконным привлечением его к уголовной ответственности. Даже в случае если обвиняемый написал явку с повинной, следственные органы до предъявления обвинения, обязаны принять все необходимые следственные действия к сбору доказательств виновности лица, чего сделано не было и, как следствие, послужило причиной вынесения оправдательного приговора суда. Установление факта незаконного уголовного преследования, в случае оправдания подсудимого, уже является основанием к возложению на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда и является достаточным условием для удовлетворения иска.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.

В силу ст.56 ГПК РФ на истца возложена обязанность по предоставлению доказательств в обоснование заявленных исковых требований, в том числе, наличия вреда, в чем он выразился, его степени, а также размера компенсации морального вреда, наличия причинной связи между действиями государственных органов по осуществлению незаконного уголовного преследования и наступившими последствиями.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств, материалов уголовного дела, суд приходит к выводу о том, что истец необоснованно подвергся уголовному преследованию по ч. 1 ст. 158 УК РФ.

В обоснование заявленных требований о компенсации морального вреда истец указывает на то, что вследствие незаконного привлечения к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 158 УК РФ истцу причинены нравственные и физические страдания, поскольку он потерял уважение в лице знакомых, родственников, что негативно повлияло на душевное состояние. Все это негативно сказалось на нервном и психическом состоянии. Доказательством является неоднократная запись на амбулаторный прием к врачу-психиатру во время нахождения в ФКУ СИЗО-2 г. Глазова. Записи на амбулаторный прием к врачу-психиатру являются доказательством того, что на протяжении времени незаконного уголовного преследования в отношении истца, он испытывал нервные и психические расстройства, моральные страдания, прописывались курсы лечения в виде успокоительных таблеток.

При этом мера пресечения в отношении истца в виде содержания под стражей или подписки о невыезде не избиралась, была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке по вызовам дознавателя или в суд.

Истцом указывается на грубые нарушения законодательства со стороны дознавателей, проводивших расследование. Однако, суду представлены постановления от <дата>, <дата> об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенные межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета РФ по УР по факту совершения противоправных действий сотрудниками ОП «Красногорское» в отношении ФИО1

Законом (ст.1070 ГК РФ) ответственность за вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу не ставится в зависимость от вины должностных лиц органов следствия и других государственных органов. Суд исходит из того, что факт незаконного привлечения к уголовной ответственности, который уже установлен в судебном заседании и ответчиком, третьими лицами не оспаривается, безусловно, причиняет нравственные страдания, сопряженные, в частности, с переживанием по поводу обвинения в совершении преступления, которого лицо не совершало.

Суд полагает, что сам факт незаконного уголовного преследования в отношении истца нарушил личные неимущественные права истца, принадлежащие ему от рождения: достоинство личности, личную неприкосновенность, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которое он не совершал, в связи с чем, требования истца в целом являются обоснованными. Наличие морального вреда в данном случае презюмируется.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В силу п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсации должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При определении размера компенсации, суд принимает во внимание характер и тяжесть обвинения в отношении истца (преступление, в совершении которого он обвинялся, относится к категории преступлений небольшой тяжести – ч. 1 ст. 158 УК РФ, кража, то есть тайное хищение чужого имущества), длительность уголовного преследования по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ (менее 1 года, т.е 8 месяцев 10 дней с момента - явки с повинной). По мнению суда, на протяжении всего периода производства по уголовному делу истец испытывала переживания от осознания того, что подозревается и обвиняется в совершении преступления, которого он не совершал. Вину ФИО1 в судебном заседании не признавал.

Судом также учитываются индивидуальные особенности личности истца. ФИО1 ранее судим за преступления корыстной направленности, о чем в материалах уголовного дела имеются копии приговоров, во время производства по данному уголовному делу ФИО1 находился в следственном изоляторе в качестве обвиняемого по другому уголовному делу, в последующем был вынесен обвинительный приговор.

Вместе с тем, суд также исходит из фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о том, что в отношении истца, мера пресечения в виде заключения под стражу по данному уголовному делу не избиралась, подписка о невыезде не отбиралась, а была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке по вызовам дознавателя или в суд.

Также суд при определении размера компенсации морального вреда обращает внимание на тот факт, что имел место самооговор.

Также следует учесть, что из доказательств размера компенсации морального вреда истец ФИО1 ссылается только на свои доводы, показания представителя, а также на записи об амбулаторном приеме у врача-психиатра в ФКУ СИЗО-2 в период расследования. Иных доказательств, которые бы свидетельствовали об ухудшении состояния здоровья истца, и которое было бы связано с проведением расследования именно по данному уголовному делу, суду не представлено.

Исследовав медицинскую карту ФИО1, суд не может установить то обстоятельство, что обращения к врачу-психиатру во время нахождения в ФКУ СИЗО-2 были связаны с переживаниями при проведении расследования и именно по данному уголовному делу по обвинению его по ч.1 ст. 158 УК РФ и при нахождении его под стражей по другому уголовному делу. Суд обращает внимание на тот факт, что ФИО1 была избрана только мера процессуального принуждения, в виде обязательства о явке, а находился он в ФКУ СИЗО-2, поскольку ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу при производстве расследования по другому уголовному делу, и по которому в последствии был вынесен обвинительный приговор. В соответствии с законом его не этапировали в исправительную колонию, поскольку необходимо было обеспечивать его явку на судебный участок Красногорского района УР, для рассмотрения данного уголовного дела.

Вышеуказанные обстоятельства суд считает основаниями для снижения заявленного размера компенсации морального вреда.

Также суд отмечает, что доказательств наступления каких-либо тяжких последствий, и при этом находящихся в прямой причинной связи с незаконным уголовным преследованием ФИО1 по ч. 1 ст. 158 УК РФ, истец суду не представил, в связи с чем, указанный истцом размер компенсации морального вреда представляется суду явно несоразмерным перенесенным физическим, и нравственным страданиям, и чрезмерно завышенным.

Полагая с учетом выше изложенного, что указанная истцом сумма в размере 6 000 000 руб. является завышенной, не отвечающей требованиям ст. 1101 ГК РФ – разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 158 УК РФ, подлежащей взысканию в пользу ФИО1 с казны Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ, в размере 10 000 рублей. Во взыскании компенсации морального вреда в большем размере необходимо отказать, с учетом установленных по делу обстоятельств.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, поскольку как истец, так и ответчик освобождены от уплаты госпошлины, издержки по рассмотрению дела относятся на счет федерального бюджета.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к Казне РФ в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с Казны Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд УР (через Первомайский районный суд г.Ижевска) в течение 1 месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение изготовлено: 10 ноября 2017 года.

Судья : М.А. Обухова