Апелляционное определение № 33-130/2026 33-2589/2025 от 18 января 2026 г.

Судья Ковунев А.В. Дело № 33-130/2026

УИД 44RS0001-01-2023-003416-62

№ дела в суде 1 инстанции 2-31/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кострома 19 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:

председательствующего Ильиной И.Н.

судей Ивановой О.А., Королевой Ю.В.

с участием прокурора Чегодаевой Е.В.

при секретаре Агафоновой М.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении убытков, взыскании компенсации морального вреда

с апелляционной жалобой представителя ФИО2 – ФИО3 на решение Свердловского районного суда г.Костромы от 24 марта 2025 года, которым исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Заслушав доклад судьи Ильиной И.Н., выслушав представителя ФИО2 ФИО3, поддержавшую апелляционную жалобу, ФИО1, возражавшую против удовлетворения апелляционной жалобы, а также заключение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО4 о взыскании убытков, компенсации морального вреда, штрафа.

В обоснование требований указала, что в апреле 2022 года впервые обратилась в салон красоты «М.», расположенный по адресу: <адрес> для записи на маникюр, была записана к мастеру ФИО2 (Маргарита). Посчитав, что услуга была оказана ей качественно, ФИО1 впоследствии с апреля по ноябрь 2022 г. неоднократно посещала данный салон и пользовалась услугами мастера Маргариты. В декабре 2022 г. истец записалась к другому мастеру, у которого делала маникюр ранее (постоянный мастер). При снятии покрытия гель-лак, сделанного в ноябре 2022 г. мастером ФИО2, постоянный мастер сообщила ФИО1 о том, что у неё повреждены ногтевые пластины на всех пальцах рук. На поверхности ногтевой пластины были видны сине-красные разводы. Мастер пояснила, что структура ногтя серьезно повреждена и требует восстановления, такие повреждения образуются при снятии старого покрытия с ногтей с использованием специализированного аппарата и при использовании дешевых материалов для последующего покрытия. Истец надеялась, что по мере роста ногтей ногтевая пластина восстановится, но 20.05.2023 обнаружила, что на пяти пальцах обеих рук ногтевая пластина отошла от ногтевого ложа, и по совету своего постоянного мастера в срочном порядке начала проводить профилактические мероприятия с целью недопущения заражения. 03.06.2023 ею совместно с мастером было принято решение о снятии омертвевших ногтей. Для установления диагноза и назначения лечения истец обратилась в многопрофильную клинику «З.», где ей поставили диагноз <данные изъяты>, врачом назначено лечение и даны разъяснения о том, что восстановительный процесс ногтей может занимать длительное время (более полугода). О случившемся истец сообщила мастеру ФИО2 в мессенджере «Вайбер» с приложением фото. В ходе переписки мастер ФИО2 вину признала, но претензии истца относительно некачественного оказания услуги и причинения вреда здоровью остались без удовлетворения.

Причиненный действиями сотрудника салона моральный вред истец оценивает в 30 000 руб. Также просит взыскать убытки в виде расходов на оплату услуги по маникюру в ноябре 2022 г., которая была оказана ненадлежащим образом, не отвечает стандартам качества в размере 1000 руб., расходы на отправку ответчику досудебной претензии 259 руб., на оплату услуг врача-дерматолога 900 руб., расходы по обращению в ОГБУ «Ц.» в размере 300 руб., расходы на приобретение лекарственных средств 1344,50 руб., компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.; штраф в размере 50% от взысканной суммы за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.

В ходе рассмотрения дела ФИО5 заменила ответчика на ФИО2, в связи с чем суд привлек ФИО2 в качестве ответчика, исключил ФИО4 из числа ответчиков и привлек её к участию в деле в качестве третьего лица.

Решением Свердловского районного суда г.Костромы от 24 марта 2025 г. исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении убытков, компенсации морального вреда, причиненного здоровью некачественным оказанием услуг, удовлетворены частично. С ФИО2, <данные изъяты>, в пользу ФИО1, <данные изъяты>, взыскана стоимость оказанной услуги в размере 1000 рублей, убытки в связи с обращением за получением медицинской помощи – 1200 рублей, компенсация морального вреда в размере 30000 рублей, штраф в размере 16100 рублей, судебные расходы на проведение экспертизы – 17354 рубля.

В апелляционной жалобе представитель ФИО2 ФИО3 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Полагает, что суд неверно распределил бремя доказывания. Со ссылкой на ст.ст. 151, 1064, 1095 ГК РФ, ст.56 ГПК РФ, правовую позицию Верховного Суда РФ указывает, что потребитель должен доказать факт причинения вреда его здоровью в момент оказания услуг, а также то, что именно ответчик является причинителем вреда. Таких доказательств истцом не представлено. Фактически суд сделал вывод о том, что предполагается не только вина причинителя вреда, но и сам причинитель вреда, только лишь на основании пояснений истца.

Также указывает, что истец в обоснование требований о компенсации вреда ссылалась на некачественное оказание услуг ответчиком, а суд обосновал решение нормами Закона о защите прав потребителя о предоставлении недостоверной информации об услуге, т.е. фактически изменил основание иска. Данные основания имеют разную правовую природу и являются самостоятельными основаниями для наступления ответственности, суд же в нарушение норм материального права соединил эти понятия.

Кроме того из пояснений истца следует, что боль появилась после того, как она снова обратилась к другому мастеру по маникюру. Вместе с тем согласно заключению экспертизы реакция на термический или химический ожог (острая боль, жар или жжение) проявляется сразу или спустя несколько часов, т.е. истец, делая маникюр у ответчика, не могла не обратить внимание на такие симптомы, но в тот период их не было, они появились только тогда, когда новый мастер снимала покрытие с ногтей. Также еще до отхождения ногтевой пластины истец занималась самолечением, т.к. проводила лечение, которое ей назначила её мастер А., не имеющая медицинского образования. За установлением диагноза ФИО1 обратилась спустя год после последней оказанной ответчиком услуги по маникюру. Истец ссылалась на то, что в результате действий ответчика у неё возникло заболевание <данные изъяты>, однако, как установлено экспертизой, у неё имелось другое заболевание, причины которого не исследовались. Заключением эксперта вина мастера ФИО2 и салона красоты «М.» не установлена, но суд это обстоятельство проигнорировал. Также суд в решении отразил пояснения ответчика о том, что «во время проведения процедуры у истца замечала красные разводы», однако таких пояснений ответчик не давала.

В возражениях на апелляционную жалобу старший помощник прокурора г.Костромы Михина Д.А. просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие ответчика ФИО2, третьего лица ФИО4, надлежаще извещенных о дате и времени рассмотрения дела.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно неё, выслушав явившихся в судебное заседание лиц, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

ФИО2 является самозанятой и на постоянной основе оказывает услуги маникюра которые рекламирует на сайте «<данные изъяты>» (л.д.53 т.1).

Как следует из материалов дела и установлено судом, в апреле 2022 г. ФИО1 с целью записи на оказание услуги по маникюру обратилась по телефону в салон «М.», расположенный по адресу: <адрес>.

ФИО1 была записана к мастеру ФИО2 (самозанятая), которая осуществляла свою деятельность в салоне «М.» на основании заключенного ею с ИП ФИО4 (ссудодатель) договора безвозмездного пользования рабочего места от ДД.ММ.ГГГГ, то есть являлась предоставителем услуги. Это обстоятельство сторонами не оспаривается.

В период с апреля по ноябрь 2022 года ФИО2 неоднократно оказывала ФИО1 услуги по маникюру.

За оказанную косметическую услугу 18.11.2022 истец оплатила ответчику ФИО6 денежные средства в размере 1000 руб., что сторонами признается.

Согласно пояснениям истца, в декабре 2022 г. она записалась к своему прежнему мастеру А., у которой она делала маникюр на протяжении нескольких лет до обращения в салон «М.». После снятия покрытия «гель-лак», сделанного в ноябре 2022 г. мастером ФИО2, было обнаружено повреждение ногтевых пластин на всех пальцах рук. А. пояснила, что такое повреждение характерно при снятии старого покрытия с ногтей с использованием специализированного аппарата и использовании дешевых материалов для последующего покрытия. 20.05.2023 ФИО1 обнаружила, что на пяти пальцах обеих рук ногтевая пластина отошла от ногтевого ложа. 03.06.2023 ею совместно с мастером принято решение о снятии омертвевших ногтей. Об этих обстоятельствах с предоставлением фото истец сообщила ФИО2 через мессенджер «Вайбер», предъявив претензию, которая осталась без удовлетворения. 07.06.2023 истец направила претензию на адрес салона красоты «М.».

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля А. (л.д.71-72 т.1) пояснила, что ФИО1 пришла к ней в декабре 2022 года за снятием старого покрытия и нанесением нового. При снятии старого покрытия свидетель обнаружила, что ногтевая пластина на 6 пальцах повреждена, воспалена, имеет следы термического ожога, поэтому после снятия покрытия маникюр с использованием гель-лака делать не стала. После этого маникюр ФИО1 не делала, только наблюдала за ногтями, в мае обнаружили, что некоторые ногти отошли и скрутились.

Также по делу видно, что 12.06.2023 ФИО1 обратилась в многопрофильную клинику «З.» за оказанием медицинской помощи, где ей был поставлен диагноз <данные изъяты> и даны рекомендации по лечению заболевания, выдано направление на сдачу анализа. За оказанные медицинские услуги ФИО1 уплатила 900 руб. (т.1 л.д.8). 14.06.2023 обратилась в ОГБУЗ «Ц.» для сдачи анализа (<данные изъяты>), за предоставленную услугу уплатила 300 руб. (т.1 л.д. 121-123).

В целях установления причины возникновения у ФИО1 заболевания <данные изъяты> и причинной связи заболевания с действиями ответчика ФИО2 судом была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы ОГБУЗ «<данные изъяты>» от 29.11.2024 №, эксперты пришли к выводу о том, что в данном конкретном случае, с большей долей вероятности, у гр. ФИО1 имело место патологическое изменение ногтевой пластины вследствие многолетнего (<данные изъяты>), практически непрерывного применения при гигиеническом маникюре искусственного полимерного покрытия гель-лака, который в своем составе и в технологии содержит агрессивные компоненты, без проведения профилактических и восстановительных мероприятий. Смена мастера могла повлечь за собой и смену материалов и оборудования, которые могли являться провоцирующим фактором в манифестации патологического процесса. По причине отсутствия объективно подтвержденной связи между развитием патологического процесса ногтевой пластины у ФИО1 и оказанием услуг маникюра в салоне красоты «М.» степень тяжести вреда, причиненного здоровью, экспертами не устанавливалась. Эксперты указали, что зафиксированная при осмотре клиническая картина, результат лабораторного обследования и назначенное лечение соответствуют заболеванию: <данные изъяты>. Заболевание <данные изъяты>, установленное ФИО1 врачом ООО «З.», достоверными данными не подтверждено и судебно-медицинской оценке не подлежит.

Также, отвечая на вопрос о том, был ли причинен вред здоровью истца действиями ответчика ФИО2, эксперты указали, что ожог ногтевого ложа – наиболее частое осложнение при применении искусственного полимерного покрытия гель-лака. Ожог возникает из-за одномоментной термической реакции, которая происходит во время полимеризации в ультрафиолетовой или ЛЭД дампе. В этот момент выделяется большое количество тепла, которое может воздействовать на ногтевую пластину и вызывать ожог. Дополнительно по время полимеризации происходит химическая реакция, которая тоже может приводить к ожогу ногтевой пластины. Это состояние может возникнуть у любого человека, чаще всего оно встречается у женщин, которые регулярно делают маникюр. В последнее время <данные изъяты> встречается часто на фоне использования гель-лака. Наиболее частым симптомом повреждения ногтей при маникюре является <данные изъяты>. В большинстве случаев это неопасно, и самое неприятное – это испорченный ноготь, который будет отрастать в течение нескольких месяцев.

Допрошенная судом эксперт Е., разъясняя содержание заключения, пояснила, что повреждение ногтевой пластины у истца могло возникнуть как в результате длительного применения аппаратного маникюра с использованием лампы и гель-лака, так и после однократной процедуры у любого мастера, в том числе и у мастера ФИО2

Установив приведенные обстоятельства, оценив представленные в дело доказательства, в т.ч. пояснения сторон, свидетеля А., заключение судебной экспертизы и пояснения судебного эксперта Е., суд пришел к выводу о том, что ответчик обязана возместить истцу ущерб и компенсировать моральный вред, причиненный в результате услуги ненадлежащего качества.

При этом суд исходил из того, что ответчиком ФИО2, на которой в силу ст.1098 ГК РФ, п.28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» лежит обязанность доказать, что оказанные ею истцу косметические услуги соответствовали качеству и не повлекли для истца последствий в виде заявленного повреждения здоровья, таких доказательств не представлено.

В связи с этим суд, руководствуясь ст.29, 15 Закона РФ от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей», п.1 ст.1085, ст.151, 1099, 1101 ГК РФ, разъяснениями, приведенными в п.45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», п.27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 стоимость оказанной ответчиком истцу услуги ненадлежащего качества в размере 1000 руб., убытки в виде расходов по оплате медицинских услуг 1200 руб. и компенсацию морального вреда 30000 руб., размер которой определил с учетом конкретных обстоятельств дела, степени вины ответчика, характера и объема допущенных им нарушений, степени физических и нравственных страданий истца, его индивидуальных особенностей.

Также суд на основании ч.6 ст.13 Закона РФ «О защите прав потребителей» взыскал с ответчика в пользу истца штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 32200 руб.

Кроме того суд в соответствии со ст.ст.88, 94, 98 ГК РФ суд взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы на проведение судебной экспертизы в размере 17354 руб., подтвержденные документально (л.д.185 т.1).

Оснований не согласиться с приведенными выводами суда первой инстанции коллегия не усматривает.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 1 статьи 730 данного кодекса по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным Гражданским кодексом Российской Федерации, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними (пункт 3).

На правоотношения истца и ответчика ФИО2 распространяются положения Закона Российской Федерации № 2300-I от 7 февраля 1992 г. «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей), поскольку услугу маникюра истец получала для удовлетворения личных бытовых потребностей, а ответчик оказывала платно на регулярной основе различным лицам, обратившимся к ней за этой услугой.

В соответствии со статьей 721 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 1 и 2 статьи 4 Закона о защите прав потребителей исполнитель обязан выполнить работу, качество которой соответствует договору; при отсутствии в договоре условий о качестве работ, исполнитель обязан выполнить работу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям и пригодной для целей, для которых работа такого рода обычно используется.

Пункт 1 статьи 29 Закона о защите прав потребителей также предусматривает право потребителя на полное возмещение убытков, причиненных ему в связи с выполнением работы и (или) оказанием услуги ненадлежащего качества (абзац восьмой).

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу, если обнаружит, что материал, оборудование, техническая документация или переданная для переработки (обработки) вещь непригодны или некачественны. Подрядчик, не предупредивший заказчика о таком обстоятельстве или продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии - разумного срока для ответа на предупреждение, или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (пункт 2 указанной статьи).

Также в силу положений пункта 1 статьи 7 Закона о защите прав потребителей потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке.

На основании пункта 1 статьи 36 Закона о защите прав потребителей исполнитель обязан своевременно информировать потребителя о том, что соблюдение указаний потребителя и иные обстоятельства, зависящие от потребителя, могут снизить качество выполняемой работы (оказываемой услуги) или повлечь за собой невозможность ее завершения в срок.

В силу приведенных выше норм права на ответчике лежала обязанность предупредить истца о высоком риске возможных неблагоприятных последствиях в виде повреждения ногтевой пластины (ониходистрофии) в связи с длительным использованием гель-лака. Однако ответчик об этом ФИО1 не предупредила и продолжала делать ей полимерное покрытие ногтей на протяжении шести месяцев без перерыва и восстановления ногтей.

Помимо того, что ответчик не довела необходимую информацию об услуге и возможных её последствиях до истца, она также не учла состояние ногтевых пластин истца, в силу чего в ходе выполнении маникюра в ноябре 2022 года произошел ожог ногтевых пластин.

Согласно профессиональному стандарту «Специалист по предоставлению маникюрных и педикюрных услуг», утв. приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 25 декабря 2014 г. № 1126н, к трудовым действиям специалиста относится в том числе визуальный осмотр, оценка состояния ногтей и кожи кистей рук клиента, определение и согласование с клиентом выбора комплекса услуг маникюра, объяснение целесообразности рекомендуемого комплекса услуг, подбор профессиональных средств и материалов для выполнения маникюра.

Следует отметить, что хотя напрямую к рассматриваемому спору этот нормативный документ не применяется, однако из его содержания можно сделать вывод о том, как должны оказываться соответствующие бытовые услуги, и какая информация должна доводиться до получателя этих услуг.

Также следует отметить, что и федеральный государственный образовательный стандарт среднего профессионального образования специальности 43.02.04 «прикладная эстетика» (утв. приказом Минобрнауки России от 07.05.2014 № 468 (ред. от 21.10.2019) указывает, что дисциплина «технология маникюра» предполагает, что специалист будет уметь проводить обследование поверхности кожных покровов на наличие противопоказаний для реализации услуг маникюра (педикюра); предлагать потребителям спектр имеющихся услуг маникюра, педикюра; объяснять потребителям целесообразность рекомендуемого комплекса и программы услуг; профессионально и доступно давать характеристику кожи и ногтей потребителей и рекомендации по домашнему профилактическому уходу.

Принимая во внимание, что ответчик неоднократно проходила обучение по технике маникюра, что подтверждается представленными в материалы дела копиями сертификатов (т.1 л.д.201-203), этими знаниями она должна была обладать, и должна была применять их на практике.

Факт повреждения ногтевых пластин на руках истца в результате оказания услуги ответчиком кроме объяснений истца подтверждается также показаниями свидетеля А., оснований не доверять которым не имеется. В совокупности данные доказательства коллегия, вслед за судом первой инстанции, находит достаточными для вывода о ненадлежащем качестве оказанной услуги.

В связи с повреждением ногтевых пластин у истца произошло их инфицирование (вторичное), что подтверждено врачом «З.», и именно в отношении вторичного инфицирования и проводилось лечение, на что указано в заключении экспертизы.

То обстоятельство, что <данные изъяты> и <данные изъяты> эксперты называют не заболеванием, а симптомом, не означает, что они являются естественным состоянием ногтевой пластины. Эксперты подтвердили, что данные состояния вызывают различные неудобства, как эстетические, так и бытовые.

В соответствии с пунктом 1 статьи 12 Закона о защите прав потребителей в случае нарушения права потребителя на получение информации о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, а также потребовать возврата уплаченной за товар сумм.

В силу пункта 1 статьи 14 Закона о защите прав потребителей вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Согласно ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 28 июня 2012 г. «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере). Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 31 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности.

По смыслу указанных правовых норм на исполнителя возлагается ответственность за убытки, причиненные потребителю вследствие недостатков выполненной работы. При этом на потребителе лежит обязанность доказать наличие договора на оказание услуг, а также факт причинения ущерба и его размер. Исполнитель услуг при несогласии с необходимостью выплаты возмещения ущерба обязан доказать наличие обстоятельств, с которыми закон или договор связывают возможность освобождения его от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства.

Такая позиция о распределении бремени доказывания содержится в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2024 № 69-КГ23-18-К7 (УИД 86RS0004-01-2021-012686-14).

Поскольку истцом доказан факт заключения с ответчиком договора на оказание услуг, факт причинения вреда, заключающегося в повреждении ногтевых пластин (ожоге, дистрофии), моральных страданий в связи с этим, расходов на получение медицинской помощи в связи с возникновением заболевания, спровоцированного повреждением ногтевой пластины, суд обоснованно взыскал с ответчика стоимость некачественной услуги, компенсацию морального вреда и расходы на прием врача и диагностические услуги.

Ответчик не доказал, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил гигиены, как не доказал и того обстоятельства, что после ноября 2022 года и выявления повреждения ногтей истец продолжала покрывать их гель-лаком у другого мастера (сама истица это обстоятельство опровергает).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, необходимость доведения информации об услуге, оценка состояния ногтя, разъяснение клиенту возможных последствий применения тех или иных способов маникюра и материалов входит в понятие надлежащего оказания услуги. Кроме того, под основанием иска, на которые должен сослаться истец – физическое лицо, понимаются фактические обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, а не их правовая квалификация. Таким образом, при разрешении спора, указывая на непредоставление ответчиком истцу надлежащей информации, суд не вышел за пределы исковых требований.

Размер компенсации морального вреда определен судом исходя из характера повреждений, повлекших для истца затруднения бытового характера (при выполнении домашней работы), эстетический дефект внешности; длительности восстановительного периода ногтей; развития в связи с повреждением ногтей заболевания, требующего лечения. Оснований полагать взысканную сумму завышенной не имеется.

Штраф взыскан судом в пользу потребителя в соответствии с положением пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, поскольку требования потребителя о возмещении вреда не были удовлетворены добровольно.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Свердловского районного суда г.Костромы от 24 марта 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО2 ФИО3 – без удовлетворения.

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба во Второй кассационный суд общей юрисдикции через Свердловский районный суд г.Костромы в течение трех месяцев со дня составления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20 января 2026 года