Апелляционное определение № 10-1063/2026 от 4 марта 2026 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Челябинск 05 марта 2026 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Уфимцевой Е.Н.,

судей Боброва Л.В. и Домокуровой С.В.,

при ведении протокола помощником судьи Деревсковой Т.Н.,

с участием прокурора Гаан Н.Н.,

защитника – адвоката Азиева Ю.Н., действующего в защиту интересов осужденного ФИО3 на основании назначения,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Азиева Ю.Н. в защиту интересов ФИО3

на приговор Советского районного суда г. Челябинска от 24 октября 2025 года, в соответствии с которым

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <данные изъяты>, несудимый,

осужден по пп. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, с применением положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении, с испытательным сроком 1 (один) год, и возложением соответствующих обязанностей.

Мера пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную силу сохранена в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств. Принадлежащий ФИО3 мобильный телефон марки «<данные изъяты>» IMEI: №, № конфискован путем принудительного обращения в доход государства.

Этим же приговором осужден ФИО4 по преступлению, предусмотренному пп. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, в отношении которого приговор в апелляционном порядке никем не обжалован и апелляционное производство не возбуждалось.

Заслушав доклад судьи Боброва Л.В., выступления защитника – адвоката Азиева Ю.Н., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, а также мнение прокурора Гаан Н.Н., полагавшей приговор подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором ФИО5 признан виновным в совершении грабежа, то есть открытого хищения чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес> при подробно изложенных в приговоре обстоятельствах.

Этим же приговором осужден ФИО4, в отношении которого приговор в апелляционном порядке участниками судопроизводства не обжалован ввиду чего апелляционное производство не возбуждалось.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Азиев Ю.Н., действуя в интересах осужденного ФИО5, выражает несогласие с приговором суда, считает его подлежащим отмене по основаниям, предусмотренным пп. 1-4 ст. 389.15, ст. 389.16-389.18 УПК РФ.

Считает, что <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

С учетом приведенных доводов просит приговор Советского районного суда г. Челябинска от 24 октября 2025 года в отношении ФИО3 изменить: исключить предварительный сговор с ФИО2; категорию инкриминируемого ФИО3 преступления смягчить до преступления средней тяжести; от наказания ФИО3 освободить в связи с примирением сторон; отменить конфискацию в доход государства сотового телефона марки «<данные изъяты>», вернуть ФИО3 данный телефон.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Липатова М.А. указывает на законность, обоснованность постановленного приговора и несостоятельность доводов жалобы, в удовлетворении которой просит отказать.

Проверив представленные материалы уголовного дела, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Органом предварительного следствия в ходе расследования данного уголовного дела и судом при его рассмотрении существенных процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену приговора, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства либо иным путем повлияли или могли повлиять на принятое судом по существу дела итоговое решение, не допущено.

Виновность ФИО3 в совершении преступления, за которое он осужден, материалами дела установлена, действиям осужденного судом дана правильная правовая оценка.

Совокупность приведенных в приговоре в обоснование выводов о виновности ФИО3 доказательств проверена в ходе судебного следствия, суд дал им в приговоре надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал доказательства относимыми, допустимыми, достоверными, достаточными для разрешения дела. Одновременно суд указал основания, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

Вопреки доводам стороны защиты, виновность ФИО3 подтверждена исследованными судом доказательствами, которые в полном объеме приведены в приговоре, в их числе:

показания потерпевшего Потерпевший №1 <данные изъяты>

показания свидетеля – сотрудника полиции ФИО13, <данные изъяты>

показания свидетеля – сотрудника полиции ФИО11 <данные изъяты>

показания свидетеля – понятого ФИО14 <данные изъяты>

первоначальные признательные показания ФИО3, данные им при допросах неоднократно с участием защитника;

первоначальные признательные показания ФИО2, данные им при участии защитника;

протокол проведенного ДД.ММ.ГГГГ с участием Потерпевший №1 осмотра места происшествия, где было осмотрено место нападения и совершения в отношении потерпевшего преступления;

протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ года, согласно которому у участвующего в следственном действии ФИО3 изъят сотовый телефон марки «<данные изъяты>», IMEI: № и №;

протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому был осмотрен вышеуказанный сотовый телефон, в памяти которого имеются сведения о зачислении денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей на банковский счет ФИО1;

протоколы осмотров документов и предметов от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым осматривались данные о движении денежных средств по банковским счетам, открытым на имя Потерпевший №1 и ФИО1, соответственно, с фиксацией сведений о перечислении <данные изъяты> рублей со счета потерпевшего на счет осужденного;

акт судебно-медицинского освидетельствования и заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ с выводами, что у Потерпевший №1 обнаружены <данные изъяты>.

Как верно указал суд в приговоре, положенные в основу показания потерпевшего и свидетелей по существу согласуются между собой и подтверждены соответствующими материалами дела, судом не установлено наличие у потерпевшего и свидетелей объективных причин для оговора осужденного.

Суд указал мотивы, по которым принял в качестве достоверных показания, данные потерпевшим Потерпевший №1 в период производства по делу, объективно подтвержденные иными собранными по делу доказательствами.

Судом проверены и оценены в приговоре доводы защиты, а также данные ФИО3 и ФИО2 в суде показания об отсутствии сговора и о причинении повреждений потерпевшему в результате неприязненных отношений.

Со ссылкой на конкретные исследованные доказательства, суд признал недостоверными показания подсудимых в этой части и несостоятельными приведенные защитниками аргументы, о чем привел в приговоре убедительные выводы, в том числе отразив непоследовательность и противоречивость таких показаний ФИО3, ФИО2 в части обстоятельств совершенного преступления.

Со ссылками на конкретные доказательства и установленные свидетельства исключительно согласованного поведения осужденных, суд первой инстанции сделал обоснованный и правильный вывод о том, что ФИО3, выполняя отведенную ему роль, действовал в составе группы лиц по предварительному сговору.

Озвученная стороной защиты позиция со ссылками на показания осужденных ФИО3 и ФИО2, обоснованно отвергнута судом после тщательной проверки, с подробным анализом и надлежащей оценкой.

Принятые судом доказательства в их совокупности подтверждают тот факт, что действия ФИО3 и ФИО2 являлись совместными и согласованными, были направлены на достижение общей цели – хищение имущества у потерпевшего.

При этом действия соучастников, безусловно, носили очевидный характер для потерпевшего как в момент, когда к нему изначально подошли осужденные, так и в момент высказывания требований о перечислении денежных средств со счета потерпевшего на счет ФИО3, в связи с чем на основе норм уголовного права содеянное правильно квалифицировано как хищение чужого имущества открытым способом.

Для проверки сообщенных стороной защиты в суде сведений о наличии возникших неприязненных отношений к потерпевшему Потерпевший №1, суд первой инстанции с достаточной полнотой проанализировал как установленные фактические обстоятельства произошедших событий, так и показания допрошенных по делу лиц, сделав верный вывод, что признаков противоправного или аморального поведения со стороны потерпевшего не имелось.

Одновременно суд удостоверился в том, что при первоначальных допросах как ФИО3, так и ФИО2 на предварительном следствии в качестве подозреваемых и обвиняемых были соблюдены процессуальные нормы и права на защиту, они были предупреждены о том, что их признательные показания впоследствии могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и в случае последующего отказа от них.

Не вызывает сомнений и факт применения насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевшего Потерпевший №1, поскольку это подтверждается его показаниями, сообщенными свидетелями данными о наличии признаков повреждений, объективно которые были выявлены и зафиксированы при судебно-медицинском освидетельствовании и при проведении судебно-медицинской экспертизы.

Несогласие стороны защиты с данной судом оценкой показаний потерпевшего на правильность выводов суда о виновности ФИО3 в совершении открытого хищения имущества Потерпевший №1 с применением к последнему насилия, не опасного для жизни и здоровья, совершенного в составе группы лиц по предварительному сговору, не влияет, поскольку в судебном решении с достаточной полнотой приведено содержание показаний потерпевшего, данных им при производстве по делу, с отражением в них всех существенных обстоятельств, влияющих на правильность установления фактических обстоятельств по делу и на квалификацию действий осужденного.

Таким образом, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд установил все имеющие значение для дела фактические обстоятельства, на основе которых пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО3 в совершении инкриминируемого преступления.

Действия осужденного правильно квалифицировано судом по пп. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья человека.

Изложенные в приговоре выводы суда соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела, нарушений процессуальных требований закона не допущено, уголовный закон при квалификации действий применен правильно.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, нарушений уголовно - процессуального закона, ограничивающих права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятого в отношении ФИО3 судебного решения, нарушения права на защиту, на справедливое судебное разбирательство, принципа состязательности сторон либо обвинительного уклона в ходе расследования настоящего дела и рассмотрения его судом не допущено.

Как следует из материалов уголовного дела, в том числе из протоколов следственных действий, а также судебного заседания, дело расследовано и рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу допущено не было. Все ходатайства, заявленные участниками процесса, были судом рассмотрены, о чем свидетельствуют соответствующие, должным образом мотивированные постановления, имеющиеся в материалах дела. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом, либо следственным органом ходатайств, судом апелляционной инстанции не установлено.

Свидетельств, что обвинительное заключение не отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ, и исключается возможность постановления итогового судебного решения на его основе, не имеется. Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ у суда первой инстанции не имелось, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Приведенные в обоснование выводов защиты суждения о невозможности осуществления предварительного расследования по настоящему делу следователем ФИО15 в силу ст. 61 УПК РФ, т.к. свидетель ФИО11 является ее супругом, являются несостоятельными, поскольку основаны на неверном и искаженном понимании имевших место событий, приведены с отрывом от установленных при рассмотрении настоящего дела обстоятельств знакомства вышеуказанных лиц при расследовании указанного дела, их вступления в брак, в том числе рождения совместного ребенка, позднего направления дела в суд, что, вопреки доводам адвоката, указывает на отсутствие предусмотренных ст. 62 и 67 УПК РФ оснований для отвода следователя.

Так, в ходе допроса в суде апелляционной инстанции ФИО11 сообщил сведения, что на момент его участия в процессуальных и следственных действиях в ДД.ММ.ГГГГ году по настоящему делу он находился исключительно в служебных отношениях со следователем ФИО15, и на тот момент не было понимания, что сложатся дальнейшие личные взаимоотношения. Согласно данным паспорта гражданина Российской Федерации брак между вышеуказанными лицами был заключен ДД.ММ.ГГГГ, а совместный ребенок родился ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, с учетом сведений о датах утверждения обвинительного заключения и направления дела в суд, заявления защитника объективно ничем не подтверждены, поскольку отсутствуют данные о том, что следователь ФИО10 вступила в брак с ФИО11, действительно допрошенным по делу в качестве свидетеля, в тот период, когда дело находилось в ее производстве.

Нарушений в судебном разбирательстве положений ст. 14 УПК РФ не допущено, требования закона о презумпции невиновности судом первой инстанции соблюдены. Противоречий в исследованных доказательствах, которые могут быть истолкованы в пользу осужденного, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Не соглашается суд апелляционной инстанции и с доводами о том, что суд не учел всех обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда, поскольку суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о достаточности доказательств для постановления приговора и разрешения вопросов в соответствии с положениями ст. 299 УПК РФ. Вопреки доводам жалобы, противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными в основу приговора, не имеется.

Доводы жалобы о необоснованности вынесенного судом первой инстанции приговора, нарушении судом норм уголовно-процессуального закона, выразившегося в игнорировании представленных доказательств по делу и доводов стороны защиты, являются несостоятельными, поскольку все доводы, в том числе и стороны защиты, были проверены судом и им дана надлежащая правовая оценка, выводы суда подтверждены ссылками на исследованные материалы уголовного дела и правовые нормы.

Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, соответствуют им. Указанные и иные доказательства полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре, поэтому приговор суда является законным и обоснованным, так как выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Как видно из приговора, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировал свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими.

Суд первой инстанции, тщательно исследовав и проанализировав представленные стороной обвинения доказательства, пришел к обоснованному выводу о том, что все представленные и исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства получены в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального закона, надлежащими должностными лицами, в пределах предоставленных им полномочий и в пределах процессуального срока расследования.

Доводы о недоказанности вины ФИО3 в части предъявленного обвинения, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, были подробно исследованы и мотивированно отвергнуты, как противоречащие совокупности исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, объективно подтвержденных материалами уголовного дела, которым дана надлежащая оценка, не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

При назначении ФИО3 наказания, вопреки доводам жалобы защитника, судом в соответствии со ст. 6, 43, 60 УК РФ учтены обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, смягчающие обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, установленные по делу данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на исправление и на условия жизни семьи.

В качестве смягчающих наказание ФИО3 обстоятельств суд учел: <данные изъяты>

Все заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе предусмотренные положениями пп. «г, и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ и ч. 2 ст. 61 УК РФ, учтены судом при решении вопроса о назначении ФИО3 наказания.

Вопреки доводам жалобы защитника, оснований для признания смягчающими наказание иных обстоятельств, в том числе на наличие которых обращено внимание в жалобе, не имеется. Суждения защитника о том, что приговором от ДД.ММ.ГГГГ не учтены надлежащим образом смягчающие наказание обстоятельства, учитываемые ранее вынесенными приговорами, являются несостоятельными. Так, мнение потерпевшего, не настаивавшего на назначении строгого наказания, учтено судом, на что прямо указано в приговоре. По смыслу закона такое смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, как добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, имеет место и может быть учтено лишь в случае полного возмещения потерпевшему такого ущерба и вреда, ввиду чего указание в тексте приговора на «полное возмещение» свидетельством ненадлежащего учета заслуживающих внимание и подлежащих учету обстоятельств, не является.

Положения ч. 1 ст. 62 УК РФ и применение льготных правил при назначения наказания ФИО3 судом применены.

Не усмотрев исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведения во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, а с учетом тяжести и характера преступления – к выводу о необходимости назначения наказания в виде лишения свободы.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что, исходя из личности ФИО3, его исправление возможно без реального отбывания наказания и с применением в соответствии со ст. 73 УК РФ положений закона об условном осуждении.

Выводы суда о необходимости назначения наказания в виде лишения свободы с применением закона об условном осуждении и без дополнительных видов наказаний, а равно невозможности применения положений ч. 6 ст. 15 и ст. 64 УК РФ в приговоре мотивированы, не согласиться с ними оснований не имеется. Также суд обоснованно счел возможным не применять положения ч. 2 ст. 53.1 УК РФ.

Не усматривает оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ и суд апелляционной инстанции, учитывая, что само по себе наличие смягчающих обстоятельств не является безусловным основанием для применения указанных положений закона.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пп. 1, 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 мая 2018 года № 10 «О практике применения судами положений части 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации», разрешая данный вопрос, суд принимает во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, роль подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, вид умысла либо вид неосторожности, мотив, цель совершения деяния, характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности. Вывод о наличии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ может быть сделан судом, если фактические обстоятельства совершенного преступления свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.

Изменение категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ позволяет обеспечить индивидуализацию ответственности осужденного за содеянное и является реализацией закрепленных в ст. 6 и 7 принципов справедливости и гуманизма.

Вопреки доводам автора жалобы об обратном, решение суда об отсутствии оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ является правильным и надлежащим образом мотивировано, что соответствует вышеприведенным требованиям закона и его разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ.

Кроме того, следует обратить внимание также на следующее, что согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 25 сентября 2014 года № 2053-О, положения ст. 6 УК РФ во взаимосвязи со ст. 60 УК РФ не называют мнение потерпевшего в качестве обстоятельств, учитываемых при назначении наказания. Такое право принадлежит только государству в лице его законодательных и правоприменительных органов, вид и мера ответственности лица, совершившего правонарушение, должны определяться исходя из публично-правовых интересов, а не частных интересов потерпевшего.

С учетом вышеизложенного, вопреки доводам жалобы адвоката и заявленным суждениям о наличии достигнутого примирения и имеющегося в деле ходатайства потерпевшего о прекращении уголовного дела за примирением сторон, оснований, предусмотренных законом, для принятия решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, у суда первой инстанции не было, и не имеется таковых у суда апелляционной инстанции, поскольку преступление, за совершение которого ФИО3 признан виновным и осужден, относится к категории тяжких преступлений, в связи с чем положения ст. 76 УК РФ, а равно ст. 25 УПК РФ не могут быть применены.

Оснований для признания назначенного осужденному ФИО3 наказания несправедливым вследствие его чрезмерной суровости, для смягчения назначенного наказания не имеется, поскольку оно назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом всех имеющих значение сведений, характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела и данных о личности осужденного, является соразмерным как содеянному, так и данным о его личности.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств судом разрешен.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции обращает внимание на следующие обстоятельства.

Согласно п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора имущества, в том числе, орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, принадлежащих обвиняемому.

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», к орудиям, оборудованию или иным средствам совершения преступления следует относить предметы, которые использовались либо были предназначены для использования при совершении преступного деяния или для достижения преступного результата. При этом оборудованием или иными средствами совершения преступления могут быть признаны различные электронные устройства: персональные компьютеры (включая ноутбуки и планшеты), мобильные телефоны, смартфоны и другие устройства, в том числе позволяющие подключиться к сети «Интернет», с использованием которых обвиняемый подыскал соучастников преступления, вступил с ними в сговор и обсуждал детали преступления; приобретал или сбывал оружие, взрывчатые вещества, наркотические средства; распространял порнографические или иные запрещенные материалы; совершал развратные действия; осуществлял обман потерпевшего в целях хищения принадлежащего ему имущества и т.д.

Как следует из установленных судом обстоятельств и материалов дела, потерпевший Потерпевший №1, опасаясь за свою жизнь и здоровье вследствие примененного в отношении него соучастниками физического насилия, под их контролем, используя свой мобильный телефон, произвел действия по перечислению со своего банковского счета, открытого в <данные изъяты>, денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей на банковский счет, открытый на имя ФИО3 в <данные изъяты>, после того как последний продиктовал потерпевшему абонентский номер к которому привязан банковский счет. При этом мобильный телефон марки «<данные изъяты>», принадлежащий ФИО3, который признан вещественным доказательством в связи с наличием в нем информации о зачислении на банковский счет денежных средств, соучастниками для выполнения объективной стороны преступления не использовался.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что вывод суда первой инстанции о том, что мобильный телефон марки «<данные изъяты>», принадлежащий ФИО3, является средством совершения преступления, не соответствует установленным фактическим обстоятельствам дела, ввиду чего решение о его конфискации в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ в собственность государства представляется ошибочным, и имеются правовые основания для удовлетворения доводов жалобы защитника в указанной части путем исключения решения о конфискации вышеуказанного вещественного доказательства, с принятием решения о его возвращении осужденному по принадлежности.

С учетом вышеизложенных выводов, оснований для удовлетворения иных доводов апелляционной жалобы адвоката Азиева Ю.Н. не имеется и они удовлетворению не подлежат. Каких-либо оснований, влекущих отмену судебного решения, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Правовых оснований для вмешательства в приговор суда в соответствии с положениями ч. 2 ст. 389.19 УПК РФ не имеется.

Руководствуясь положениями ст. 389.13, 389.15, 389.16 – 389.18, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Советского районного суда г. Челябинска от 24 октября 2025 года в отношении ФИО3 изменить:

- исключить решение о конфискации в доход государства мобильного телефона марки «<данные изъяты>», IMEI: №, №, хранящегося в камере хранения вещественных доказательств <данные изъяты>, возвратив его по принадлежности осужденному ФИО3 либо иному лицу, действующему в его интересах.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Азиева Ю.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных жалоб, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалоб, представления, лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела.

Председательствующий:

Судьи: