Решение № 2-2882/2017 2-2882/2017~М-2046/2017 М-2046/2017 от 15 октября 2017 г. по делу № 2-2882/2017

Дело № 2-2882/17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 октября 2017 года г. Черкесск

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего судьи Хохлачевой С.В.,

при секретаре судебного заседания Алчаковой А.А.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей по доверенности,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика адвоката Дураевой Н.Х.-А., действующей по ордеру,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отарову Аремну Крым-Гериевичу, ФИО4 о признании недействительными договоров дарения нежилого помещения, применении последствий недействительности указанных сделок, приведении сторон в первоначальное положение, признании недействительным и отменить зарегистрированное право собственности на нежилое помещение,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО5 о признании недействительным договора дарения от 12.05.20016г. нежилого помещения общей площадью <данные изъяты> кв.м., номера на поэтажном плане <данные изъяты>, расположены на 1 этаже с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, заключенного между дарителем ФИО3 и одаряемым ФИО5, зарегистрированным в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> 21.05.2016г., признании недействительным договора дарения от 02.06.2016г. нежилого помещения общей площадью <данные изъяты> кв.м., номера на поэтажном плане <данные изъяты> расположены на 1 этаже с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, заключенного между дарителем ФИО5 и одаряемым ФИО3, зарегистрированным в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> 15.06.2016г., применении последствий недействительности указанных сделок, приведении сторон в первоначальное положение, признании недействительным и отменить зарегистрированное 15.06.2016г. право собственности на нежилое помещение общей площадью <данные изъяты> кв.м., номера на поэтажном плане <данные изъяты>, расположены на 1 этаже с кадастровым номером № по адресу: <адрес>.

В обоснование иска указала, что в 2016г. ей стало известно о том, что ее бывший супруг ФИО3 12.05.2016г. подарил приобретенное в период брака нежилое помещение в <адрес>, своему отцу ФИО5, а 02.06.2016г. отец подарил помещение обратно своему сыну на основании договора дарения от 02.06.2016г. О совершении указанных сделок она ранее не знала, о совершении сделок он не ставил ее в известность, нотариально заверенного согласия супруги на отчуждение имущества материалы регистрационного дела правоустанавливающих документов на объект недвижимого имущества по <адрес>, не содержат. Полагает, что договоры дарения должны быть признаны недействительными, в период действия (заключения) оспариваемых договоров между супругами имелись разногласия, семья была на грани развода. Ответчик ФИО3 произвел отчуждение имущества в пользу своего ближайшего родственника (отца), заключив с ним договор дарения. Безвозмездное отчуждение спорного имущества близкому родственнику, при том, что оно затем вновь подарено сыну обратно, свидетельствует о недобросовестности ответчика при заключении соответствующих договоров. При таких обстоятельствах. Полагает, что сделки дарения являются мнимыми, заключенными без намерения создать соответствующие правовые последствия, а действительной целью данных сделок являлось сохранение имущества от раздела между супругами, поскольку оно было нажито в период брака, что является злоупотреблением права и прямо запрещено ст. 10 ГК РФ.

В настоящем судебном заседании представитель истца поддержала исковые требования, просила удовлетворить в полном объеме.

В материалах дела имеется заявление истца о рассмотрении данного гражданского дела в ее отсутствие.

Ответчик и его представитель возражали против исковых требований, просили в их удовлетворении отказать, ссылаясь на доводы письменных возражений.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, извещался о времени и месте судебного заседания.

Суд на основании п. 3 ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав представителя истца, ответчика, представителя ответчика, изучив материалы дела, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Согласно п. 3 ст. 17 Конституции российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (п. 5 ст. 10 ГК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 10 СК РФ по общему правилу права и обязанности супругов (в том числе имущественные) возникают со дня государственной регистрации брака в органах записи актов гражданского состояния.

В соответствии со ст. 2 СК РФ, семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Согласно п. 1 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Общим имуществом супругов является любое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено (пункт 2).

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (пункт 2 ст. 35 СК РФ).

Пунктом 2 статьи 35 СК РФ, пунктом 2 статьи 253 ГК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Согласно пункту 2 статьи 253 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Статья 10 ГК РФ определяет, что не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, в так же иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Таким образом, договор дарения является одним из способов распоряжения имуществом и передачи права собственности на него иному лицу в безвозмездном порядке, то есть в дар.

Пунктом 3 ст. 1 ГК РФ установлено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В случае несоблюдения приведенных выше требований, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления, отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Под несоответствием сделки требованиям закона понимаются случаи совершения сделок с нарушением положений п. 1 ст. 10 ГК РФ, запрещающих злоупотребление правом.

По смыслу приведенных норм права, для признания договора дарения мнимой сделкой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ),

В соответствии с пунктом 8 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ к сделке совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

В соответствии с положениями п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации сделки не препятствует квалификации такой сделки ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Учитывая изложенные выше положения закона фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле (ч. 1 ст. 57 ГК РФ).

Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела (ст. 59 ГПК РФ).

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 68 ГПК РФ объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами. В случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

В силу ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Согласно п. 13 разъяснений Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 года № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», исходя из принципа процессуального равноправия сторон и учитывая обязанность истца и ответчика подтвердить доказательствами те обстоятельства, на которые они ссылаются, необходимо в ходе судебного разбирательства исследовать каждое доказательство, представленное сторонами в подтверждение своих требований и возражений, отвечающее требованиям относимости и допустимости (ст. 59, 60 ГПК РФ).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 и ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года состояли в браке. На основании решения мирового суда от 01 декабря 2016 года брак между ними расторгнут, что подтверждается свидетельством о расторжении брака от 11 января 2017 года.

Истец является сотрудником уголовно-исполнительной системы по КЧР с 21.06.2001 года, что следует из представленных представителем истца доказательств.

Судом установлено и сторонами по делу не оспаривается, что в период брака сторонами приобретено имущество: нежилое помещение площадью 290,4 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>.

Оспариваемые истцом договора дарения нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, заключенные ДД.ММ.ГГГГ, и ДД.ММ.ГГГГ, то есть тогда, когда Отаров А.К.Г. и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Спорное нежилое помещение было приобретено в период брака ФИО3 на основании договора инвестирования № (A-F) строительства торгово-офисных помещений в многоквартирном доме, расположенном по <адрес>, заключенного с ООО «МЕГАПОЛИС» 15 ноября 2008 года, с подписанием акта приема-передачи от 20 октября 2009 года. О чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28.03.2011 года сделана запись № и получено свидетельство о государственной регистрации права.

12 мая 2016 года между ФИО3 и ФИО5-Г.Х. был заключен договор дарения нежилого помещения, общей площадью 290,4 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 21.05.2016 года сделана запись регистрации № и получено свидетельство о государственной регистрации права.

02 июня 2016 года между ФИО5-Г.Х. и ФИО3 был заключен договор дарения нежилого помещения, общей площадью 290,4 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 15.06.2016 года сделана запись регистрации № и получено свидетельство о государственной регистрации права.

Суд полагает, что указанные договора дарения являются мнимыми, заключенными ФИО3 и ФИО5 лишь для вида, без намерения создать соответствующие сделке правовые последствия.

Совершая данные сделки дарения, стороны хотели создать лишь видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав или обязанностей, которые вытекают их этих сделок.

Согласно ч. 1, 2, 3 СК РФ, владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Часть 1 ст. 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч. 2, 3 ст. 163 ГК РФ, нотариальное удостоверение сделок обязательно в случаях, указанных в законе; в случаях, предусмотренных соглашением сторон, хотя бы по закону для сделок данного вида эта форма не требовалась. Если нотариальное удостоверение сделки является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность.

В нарушение требований пункта 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что на момент подписания оспариваемого договора дарения ФИО1 было известно об отсутствии ее согласия на совершение данной сделки, материалы дела не содержат. Ответчики скрыли факт нахождения ФИО3 в зарегистрированном браке с истцом ФИО1

Суд пришел к выводу, что оспариваемый договор дарения спорного имущества прошел государственную регистрацию в Управлении Росреестра по Ставропольскому краю, согласие истца на совершение данной сделки отсутствует, поскольку соблюдение формы сделки еще не свидетельствует о наличии воли истца на ее совершение.

При этом в регистрационном деле сведения о семейном положении ФИО3 отсутствуют.

ФИО3 без нотариально удостоверенного согласия истца, произвел отчуждение спорного имущества в пользу К.Г.-Х., заключив с ним договор дарения. Безвозмездное отчуждение спорного имущества близкому родственнику, при том, что имущество затем было вновь подарено обратно, свидетельствует о недобросовестности ФИО7 и ФИО5 при заключении соответствующих договоров.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что оспоренные истцом договоры дарения являются мнимыми сделками, заключенными без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а действительной целью данных сделки являлось сохранение данное имущества от раздела между бывшими супругами ФИО7 и ФИО1, поскольку оно было приобретено в период брака, что является злоупотреблением правом и прямо запрещено ст. 10 ГК РФ.

Судом установлено, что заключая договор дарения от 12 мая 2016 года и 15 июня 2016 года со своим отцом ответчик ФИО3 преследовал цель изменить режим собственности отчуждаемого имущества в общей совместной собственности на индивидуальную, что в дальнейшем исключило бы для ФИО1 возможность выдела доли.

Доводы ответчика ФИО3 о том, что с истцом в фактических брачных отношениях они не состоят с 2009 года, несостоятельны. Так как договор инвестирования был заключен во время брака истца с ответчиком. А именно 15 ноября 2008 года, проживание в браке подтверждается и свидетельством о рождении сына супругов – ФИО8, родившегося ДД.ММ.ГГГГ года, где в графе отец указан ответчик. К данному выводу пришла в своем апелляционном определении от 06 июля 2017 года Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики по гражданскому делу № 2-571/17 по иску ФИО1 к ФИО3 о разделе совместно нажитого имущества и взыскании алиментов на содержание детей.

Доводы ответчика ФИО3 о том, что спорное имущество не может являться совместно нажитым, поскольку приобретено на денежные средства, полученные в дар ему от отца по договору дарения от 03.09.2009 года, и в данной ситуации в согласии «формальной» супруги на распоряжение имуществом не было необходимости, не соответствуют требованиям действующего гражданского законодательства.

Материалами дела установлено, что 06 сентября 2009 года между ФИО5 и ФИО3 был заключен договор дарения денежных средств на сумму 5 000 000 рублей. Из представленных ответчиком доказательств следует, что ООО «Мегаполис» по договору инвестирования строительства торгово-офисных помещений ФИО3 было перечислено 21.11.2008 года 250 000 руб., затем 19.01.2010 года 3 000 000 руб., затем 24.11.2011 года – 918 520,80 руб., 01.12.2011 года – 377 687,68 руб. Актом приема-передачи от 20.10.2009 года данное спорное здание было передано от заказчика инвестору и на основании справки ООО «Мегаполис» № 197 от 15.03.2011 года о полной стоимости «нежилых помещений» в размере 4 356 000 руб., а 28.03.2011 года зарегистрировано право собственности на спорное помещение за ФИО3

Поскольку ФИО1 не давала нотариально удостоверенного согласия на совершение ФИО3 сделки дарения (в материалах регистрационного дела оно отсутствует), договор дарения от 12.05.2016 года, заключенный между ФИО3 и ФИО5, является недействительным, таким образом, и договор дарения, заключенный между ФИО5 и ФИО3 от 15.06.2016 года также является недействительным.

Согласно ч. 3 ст. 166 ГК РФ, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо, имеющее охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

С учетом выше указанных правовых норм, требования истца к ответчикам о признании договоров дарения недействительными, подлежат удовлетворению.

Требование истца о признании недействительным и отменить зарегистрированное право собственности ФИО3 на нежилое помещение, является производным от удовлетворенных исковых требований о признании договоров дарения недействительными, и подлежит удовлетворению.

Поэтому требование о применении последствия недействительности указанных сделок и приведения сторон в первоначальное положение подлежит удовлетворению, путем исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационной записи о праве собственности ФИО3 на спорное нежилое помещение.

На основании выше изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Отарову Арсену Крым-Гериевичу, ФИО4 – удовлетворить.

Признать недействительным договоров дарения от 12.05.2016 года нежилого помещения общей площадью <данные изъяты> кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, заключенного между Отаровым Арсеном Крым-Гериевичем и ФИО4.

Признать недействительным договоров дарения от 02.06.2016 года нежилого помещения общей площадью <данные изъяты> кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, заключенного между Отаровым Арсеном Крым-Гериевичем и ФИО4.

Применить последствия недействительности указанных сделок, приведя стороны в первоначальное положение в виде исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационной записи о праве собственности Отарова Арсена Крым-Гериевича на нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>.

Признать недействительным и отменить зарегистрированное право собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>.

Данное решение является основанием для погашения в ЕГПП произведенной записи о государственной регистрации права собственности Отарова Арсена Крым-Гериевича на указанное имущество и восстановления записи государственной регистрации, произведенной 28.03.2011 года.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Карачаево-Черкесской Республики с подачей апелляционной жалобы через Черкесский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. Мотивированно решение изготовлено 03.11.2017 года.

Судья С.В. Хохлачева