Решение № 2-3309/2017 2-3309/2017~М-2886/2017 М-2886/2017 от 15 ноября 2017 г. по делу № 2-3309/2017

Дело № 2-3309/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 ноября 2017 года Рубцовский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего Федоровой Ю.Ю.,

при секретаре Редькиной М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, ИВС МО МВД России «Рубцовский» о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в ИВС,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд к ответчикам Министерству Финансов Российской Федерации, ИВС МО МВД России «Рубцовский» с требованиями о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в ИВС г. Рубцовска. В обоснование заявленных требований указал, что в период с *** по *** содержался в ИВС МО МВД России «Рубцовский» в камерах . За время содержания в камерах ИВС истцу причинен вред ввиду унижения и оскорбления человеческого достоинства, влекущих моральные переживания, страх за жизнь и здоровье. Не исполнялся Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». В указанных камерах ИВС отсутствовала канализация и слив. Естественные надобности приходилось справлять в неприспособленных для этого условиях – в бак для нечистот, при этом условия приватности не соблюдались. Таким образом, в камерах была антисанитария, сырость, зловоние, стены покрывала плесень. Площадь камер не соответствовала установленным нормам по количеству содержащихся в них лиц. Окна камер не открывались, отсутствовали форточки, в связи с чем, камеры не проветривались, а почти все заключенные были курящими. Кроме того, камеры плохо освещались. Практически отсутствовало дневное освещение. Имелась одна лампочка, горящая круглосуточно. Не выдавались, а также не продавались в торговой точке ИВС, предметы первой необходимости и личной гигиены. В камере одновременно с истцом находились больные гепатитом, сифилисом, ВИЧ-инфицированные и другие больные. Питание было плохим, качество приготовление пищи низким, в связи с чем, пища была непригодной к употреблению. Диетическое питание отсутствовало. Ссылаясь на ст.ст. 17, 21, 53 Конституции Российской Федерации, положения Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, просил взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации 2 500 000 руб. в качестве компенсации за вред, причиненный истцу.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству в соответствии со ст. 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по инициативе суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено МВД России, в соответствии со ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по инициативе суда к участию в деле в качестве третьих лиц на стороне ответчика, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора привлечены - ГУ МВД России по Алтайскому краю, МО МВД России «Рубцовский».

Истец ФИО1 в судебном заседании отсутствовал, о времени и месте судебного разбирательства извещен в установленном законом порядке, в настоящее время отбывает наказание в местах лишения свободы. Учитывая, что Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не предоставляют лицам, отбывающим по приговору суда наказание в исправительных учреждениях, право на личное участие в разбирательстве судами их гражданских дел (по которым они являются истцами, ответчиками, третьими лицами или другими участниками процесса), Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации предусматривает возможность этапирования осужденных из мест лишения свободы в следственные изоляторы лишь для участия в судебных разбирательствах по уголовным делам, следовательно, суды не имеют возможности этапировать указанных лиц к местам разбирательства гражданских дел с целью обеспечения их личного участия в судебных заседаниях.

Поскольку истец отбывает наказание в исправительном учреждении и с целью реализации прав ему разъяснялись в письменном виде права, обязанности, принцип состязательности сторон, в том числе и право на ведение дела через представителя, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца по имеющимся в деле доказательствам.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю – ФИО2, действующая на основании доверенности от ***, в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, поддержала доводы представленного суду письменного отзыва на исковое заявление, считает, что Министерство финансов Российской Федерации не является надлежащим ответчиком. В письменном отзыве указала, что учитывая, что Министерство финансов Российской Федерации не может быть надлежащим ответчиком по делу, действующим законодательством эта обязанность возложена на другой орган. Считает, что в ходе судебного разбирательства должны быть установлены общие основания ответственности за причинение вреда, предусмотренные статьей 1064 ГК РФ, а, именно: противоправность действий причинителя вреда, вина, причинно-следственная связь между противоправными действиями и причинением вреда, наличие вреда. При этом отсутствие одного из перечисленных выше элементов исключает наступление ответственности. В силу пункта 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Вина в данном случае является основным элементом ответственности. Ответственность государства по основаниям статьи 1069 ГК РФ наступает только за виновное поведение причинителя вреда. Вина лица в совершении правонарушения должна быть установлена путем привлечения такого лица к уголовной, административной или дисциплинарной ответственности. В судебном заседании должны быть установлены следующие обстоятельства: факт содержания истца в ИВС МО МВД России «Рубцовский» в указанный им период, вина должностных лиц МО МВД России «Рубцовский» в причинении вреда истцу. Считает, что истцом доказательства, подтверждающие обстоятельства причинения морального вреда, не представлены. Полагала, что заявленные истцом требования удовлетворению не подлежат. Просила в удовлетворении требований отказать в полном объеме.

Представитель ответчика – ИВС МО МВД России «Рубцовский» в судебном заседании отсутствовал, о времени и месте судебного разбирательства извещен в установленном законом порядке.

Представитель ответчика – Министерства внутренних дел Российской Федерации в лице ГУ МВД России по Алтайскому краю в судебном заседании отсутствовал, о времени и месте судебного разбирательства извещен в установленном законом порядке. Представил суду письменные возражения относительно заявленных требований, в которых указал, что МВД России, ГУ МВД России по Алтайскому краю не обосновано привлечены в качестве соответчиков по данному делу. Министерство финансов Российской Федерации, действующее на основании Положения о Минфине России, утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 329, наряду с другими своими функциями осуществляет исполнение федерального бюджета. Все же иные органы, финансируемые за счет средств федерального бюджета, не относятся к финансовым органам в том понимании, как это предусмотрено ст. 1071 ГК РФ. Так, МВД России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел (Положение о МВД России, утверждённое Указом Президента Российской Федерации от 01.03.2011 № 248). В данном случае, требование истца о взыскании компенсации морального вреда не вытекает из требований об оспаривании действий (бездействия) должностных лиц ИВС ввиду неисполнения или ненадлежащего исполнения своих служебных обязанностей во время содержания истца в ИВС. Доказательств того, что истец обжаловал в установленном порядке действия (бездействие) сотрудников ИВС, представлено не было. Считает, что только недостаточное выделение денежных средств из федеральною бюджета на реконструкцию и капитальный ремонт ИВС могло послужить тому, что условия содержания в ИВС могли не соответствовать требованиям действующего законодательства, в связи с чем, вина должностных лиц ИВС в причинении вреда истцу в результате ненадлежащих условий содержания в ИВС (если таковые будут установлены судом) отсутствует. Поскольку вина сотрудников ИВС в причинении нравственных страданий в периоды содержания истца в ИВС на сегодняшний день не установлена, следовательно, обязанность по возмещению вреда причиненного истцу не может быть возложена на МВД России как на главного распорядителя бюджетных средств. Кроме того, в исковом заявлении истец не предъявляет исковых требований к МВД России и не просит возложить на него ответственность по возмещению вреда. Пояснила, что в соответствии с п. 1 ст. 242.2 БК РФ, исполнение судебных актов в Российской Федерации по данной категории дел производится Минфином России, а не главным распорядителем бюджетных средств (МВД России) и не за счёт средств федерального бюджета, выделенных главному распорядителю для осуществления своей деятельности. Считает, что надлежащим ответчиком по делу является Российская Федерация в лице Министерства финансов Российской Федерации. Указала, что ст. 219 КАС РФ предусмотрено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, стало известно нарушении его прав, свобод и законных интересов. Однако за период *** года истец обратился в суд только в *** году, то есть с пропуском трёхмесячного срока установленного для оспаривания действий (бездействия) органа государственной власти и должностных лиц. При этом доказательств в подтверждение уважительности причин пропуска установленного для обращения в суд срок, истцом представлено не было. Истец в исковом заявлении указывает на то, что в период его содержания в ИВС в результате ненадлежащих условий содержания ему был причинён моральный вред. При этом каких-либо доказательств, в обоснование своих доводов, истцом представлено не было. Считает, что все негативные для личности истца переживания от применения ограничительных мер (арест, допросы, обыски, и проч.) были сопряжены с расследованием преступление, ответственность за которые устанавливается приговором суда. Так как применяемые в ход следствия меры объективно являются принудительными для подследственного (подозреваемого, обвиняемого), то несение им физических и нравственных ограничена неизбежны. Однако такое положение вещей не означает, что истец имеет право на возмещена морального вреда. Просила учесть, что ФИО1 в настоящее время отбывает наказание в местах лишения свободы (ФКУ ИК-3). Обратила внимание суда на то, что истец содержался в ИВС в связи с тем, что подозревался в совершении преступления, и если он и испытывал нравственные страдания, то нелогично было бы думать, что они были вызваны ни фактом привлечения его к уголовной ответственности и лишением свободы, а тем, что со слов истца, в камере были ненадлежащие условия содержания. Кроме того, истец содержался в ИВС в *** году, при этом с иском обратился в суд только в *** году, что вызывает сомнение в причинении ему морального вреда именно ненадлежащими условиями во время содержания в ИВС, к тому же им не представлены доказательства наличия препятствий для своевременной защиты своих нарушенных прав. Просила в удовлетворении требований отказать в полном объеме. Дело рассмотреть в отсутствие представителя МВД России, ГУ МВД России по Алтайскому краю.

Представитель третьего лица - МО МВД России «Рубцовский» в судебном заседании отсутствовала, о времени и месте судебного разбирательства извещена в установленном законом порядке. Представила суду письменные возражения, в которых указала, что прием подозреваемых и обвиняемых, поступивших в ИВС, производится круглосуточно дежурным ИВС, который проверяет наличие документов, дающих основание для приема лица, доставленного в ИВС, проводит опрос данного лица и сверяет его ответы со сведениями, указанными в процессуальном документе, послужившем основанием для задержания или взятия под стражу этого лица, а также с документами, удостоверяющими его личность (при наличии) и регистрирует факт приема в книге учета лиц, содержащихся в ИВС. Согласно приказу МВД СССР от 10.08.1988 № 172, а в последствии Перечню документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, организаций и предприятий системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения, утвержденному приказом МВД России от 19.11.1996 № 615, срок хранения книг учета лиц, содержащихся в ИВС, составлял 3 года (в настоящее время 10 лет). Таким образом, МО МВД России «Рубцовский» не может предоставить суду информацию о нахождении ФИО1 в ИВС в период времени с *** по ***. Учитывая, что истец не представил доказательств, подтверждающих нахождение его в ИВС в заявленный период времени, следовательно, исковые требования удовлетворению не подлежат. В исковом заявлении ФИО1 указывает на то, что вред ему был причинен нарушением требований Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». При этом, он указывает, что содержался в ИВС в период времени с *** по ***, то есть до издания Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ. Следовательно, ссылки ФИО1 на нарушение данного нормативного документа не обоснованы. Согласно техническому паспорту ИВС построен в 1950 году. Канализация в камерах ИВС в *** годах отсутствовала, в связи с низким расположением системы слива центральной канализационной системы. Вывод спецконтингента в туалет производится покамерно, при проведении утренних и вечерних санитарно-гигиенических мероприятий. В течение дня орготходы собирались в биотуалеты и выбрасывались в выгребную яму, после чего баки обрабатывались 3 % раствором хлорной извести. Таким образом, отсутствие камерного санитарного узла не противоречило действующему законодательству, поскольку в соответствии с п. 6.2 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 26.01.1996 № 41, подозреваемые и обвиняемые обязаны были соблюдать правила гигиены и санитарии. Дежурный по камере обязан выносить и мыть бочек для оправки естественных надобностей. В соответствии с ч.ч. 2, 5 ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым должно предоставляется индивидуальное спальное место, норма санитарной площади в камере на одного человека должна быть в размере четырех квадратных метров. Однако в статье ст. 52 указанного Федерального закона определено, что ч.ч. 2, 5 ст. 23 в отношении подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в изоляторах временного содержания и следственных изоляторах, которые вступают в силу с момента создания соответствующих условий, но не позднее ***. Несмотря на то, что в *** годах санитарная норма площади на одного человека в камере не была установлена действующим на том момент законодательством, подозреваемые и обвиняемые размещались в камерах с учетом предоставления площади на одно лицо в размере 4 кв.м., что и в дальнейшем было законодательно закреплено. Пояснила, что ведение покамерного учета лиц, содержащихся в ИВС, законодательством не предусмотрено, соответственно, не представляется возможным установить, в каких камерах содержались конкретные лица. Согласно техническому паспорту в камерах ИВС имеется вентиляция как естественная (оконный проем) так и искусственная (приточно-вытяжная) вентиляция. Приточно-вытяжная вентиляция работает эффективно и включается каждый час на 15 минут. Освещение в камерах ИВС совмещенное, естественное (имеется оконный проем, который был укреплен металлической решеткой) и искусственное (электролампы расположены в нише над дверным проемом и изолированы ограждением из пропускающего свет антивандального материала). Освещение в камерах присутствовало всегда и в достаточном количестве. Для общего пользования в камеры, в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц, выдавались мыло хозяйственное, бумага для гигиенических целей, зубная паста, зубная щетка, одноразовый станок и средства личной гигиены выдавались по просьбе подозреваемых и обвиняемых. Лица, задержанные по подозрению в совершении преступления, размещались в камерах ИВС с учетом требований ст. 9 Положения о порядке кратковременного задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления, утвержденного Указом Президиума ВС СССР от 13.07.1976 № 4203-IX. Сообщила, что в настоящее время не только не представляется возможным установить факт содержания истца в ИВС с инфекционно-больными подозреваемыми и обвиняемыми, но и вообще факт его нахождения в ИВС в заявленный период времени. Обеспечение питанием лиц, содержащихся в ИВС, до 2011 года осуществлялось в соответствии с требованиями Постановления Правительства Российской Федерации от 01.12.1992 № 935 «Об утверждении норм суточного довольствия осужденных к лишению свободы, а также лиц, находящихся в следственных изоляторах, лечебно-трудовых, воспитательно-трудовых и лечебно-воспитательных профилакториях Министерства внутренних дел Российской Федерации» на основании ежегодно заключаемых возмездных договоров. Однако, согласно Перечню документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, организаций и предприятий системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения, утвержденному приказом МВД России от 19.11.1996 № 615, срок хранения первичной бухгалтерской документации, в том числе и хозяйственных договоров, составлял 5 лет, МО МВД России «Рубцовский» не может предоставить суду соответствующие договоры. Отметила, что истец сам себе противоречит, так как ссылается на то, что его (здорового) помещали в камеру совместно с инфекционно- больными, при этом указывает, что в ИВС не получал необходимого ему по медицинским показаниям питания. Считает, что требование истца о компенсации морального вреда вытекает из требований об оспаривании действий должностных лиц органов внутренних дел, которые являются государственными органами исполнительной власти. При этом в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 1 КАС РФ суды рассматривают и разрешают подведомственные им административные дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, в том числе административные дела об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, иных государственных органов, органов военного управления, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих. В ст. 219 КАС РФ предусмотрено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов. Однако истец обратился в суд только в 2017 году, то есть с пропуском трёхмесячного срока, установленного для оспаривания действий (бездействия) органа государственной власти и должностных лиц. При этом доказательств в подтверждение уважительности причин пропуска установленного для обращения в суд срока истцом не представлено. Считает, что истцу необходимо доказать факт причинения ему физических и нравственных страданий, подтвердив их соответствующими средствами доказывания. Сам факт каких-либо нарушений не свидетельствует о наличии морального вреда. Обязательным условием для возмещения вреда является незаконность действий государственных органов или должностных лиц этих органов. Просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Суд на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, оценив представленные по делу доказательства, рассматривая данный иск в пределах заявленных истцом требований, суд находит требования истца подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина-обязанность государства.

Согласно статье 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года (далее Конвенция), требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдании в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Согласно ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Права и свободы человека и гражданина, в силу ст. 18 Конституции Российской Федерации, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).

В силу ст. 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан. Право заинтересованного лица на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов предусмотрено ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Между тем, впервые ответственность за моральный вред, причиненный гражданину неправомерными действиями, установлена в Основах гражданского законодательства Союза ССР и республик № 2211-1 от 31 мая 1991 года (ст.ст. 127, 131), которые введены в действие на территории Российской Федерации с 03 августа 1992 года.

В своем Определении от 01.04.1996 № 44-О Конституционный суд Российской Федерации указал, что возложение обязанности возместить моральный вред, причиненный гражданину неправомерными действиями, стало возможным как общее правило лишь с введением в действие с 3 августа 1992 года на территории Российской Федерации сначала Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик от 31 мая 1991 года, не применявшихся к тем правоотношениям, которые возникли до введения названных Основ в действие, а впоследствии - с принятием частей первой и второй нового Гражданского кодекса Российской Федерации.

Аналогичная позиция изложена в пункте 1 Постановления Верховного Совета Российской Федерации «О некоторых вопросах применения законодательства Союза ССР на территории Российской Федерации», согласно которому Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик применяются на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 года к тем гражданским правоотношениям, которые возникли после указанной даты. По гражданским правоотношениям, возникшим до 3 августа 1992 года, Основы гражданского законодательства применяются к гражданским правам и обязанностям, которые возникли после 3 августа 1992 года.

Кроме того, ст. 12 Федерального закона от 26.01.1996 № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что действие статей 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации распространяется также на случаи, когда причинение вреда потерпевшему имело место до 1 марта 1996 года, но не ранее 1 марта 1993 года, и причиненный вред остался невозмещенным.

В изоляторах временного содержания в случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РСФСР, могут временно содержаться подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу.

Нормативным документом, регулирующим порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в *** году являлся Закон СССР от 11 июля 1969 года «Об утверждении Положения о предварительном заключении под стражу» и Указ Президиума Верховного Совета СССР от 13 июля 1976 года «Об утверждении Положения о порядке кратковременного задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления», в силу которого лица, задержанные по подозрению в совершении преступления, содержатся в камерах для задержанных, а в отдельных случаях и в иных помещениях, специально оборудованных для этих целей и отвечающих требованиям Положения.

Согласно ст. 11 Закона СССР от 11.07.1969 № 4075-VII, действовавшего до 17.07.1995, лицам, заключенным под стражу, обеспечиваются необходимые жилищно-бытовые условия, соответствующие правилам санитарии и гигиены.

Лицам, заключенным под стражу, предоставляются бесплатно по установленным нормам питание, индивидуальное спальное место, постельные принадлежности и другие виды материально-бытового обеспечения. В необходимых случаях им выдаются одежда и обувь установленного образца.

Медицинское обслуживание, а также лечебно-профилактическая и противоэпидемическая работа в местах предварительного заключения организуются и проводятся в соответствии с законодательством о здравоохранении.

Порядок оказания лицам, задержанным по подозрению в совершении преступления, медицинской помощи, использования для этой цели лечебных учреждений органов здравоохранения и привлечения их медицинского персонала определяется Министерством внутренних дел СССР и Министерством здравоохранения СССР.

Аналогичные положения содержались в ст. 11 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 13.07.1976 № 4203-IX.

В соответствии со ст. 4 Положения, местами предварительного заключения для содержания лиц, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, являются следственные изоляторы. В отдельных случаях эти лица могут содержаться в тюрьме, камере предварительного заключения, а также на гауптвахте. В камере предварительного заключения лица, заключенные под стражу, могут содержаться не более трех суток. Если доставка заключенных в следственный изолятор невозможна из-за отдаленности или отсутствия надлежащих путей сообщения, законодательством союзных республик может быть установлен более длительный срок содержания в камере предварительного заключения, но не свыше 30 суток. В этих случаях, а также при содержании в тюрьме заключенных под стражу в качестве меры пресечения, порядок их содержания определяется настоящим Положением.

Порядок содержания лиц, заключенных под стражу, в камере предварительного заключения до трех суток, а также на гауптвахте определяется законодательством Союза ССР.

Если лица, отбывающие наказание в местах лишения свободы, привлекаются к уголовной ответственности за совершение другого преступления и в отношении их в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, они по постановлению лица или органа, в производстве которого находится дело, могут содержаться в штрафном изоляторе исправительно-трудовой колонии либо в дисциплинарном изоляторе воспитательно-трудовой колонии.

Обеспечение порядка содержания под стражей лиц в местах предварительного заключения возлагается на администрацию мест предварительного заключения. Администрация мест предварительного заключения осуществляет свою деятельность в соответствии с настоящим Положением и другим законодательством Союза ССР и союзных республик. (ст. 5 Положения).

Статьей 6 Положения установлено, что лица, содержащиеся в местах предварительного заключения, несут обязанности и имеют права, установленные законодательством для граждан СССР, с ограничениями, предусмотренными настоящим Положением и вытекающими из режима содержания под стражей.

В статье 9 Положения, закреплены права лиц, заключенных под стражу, а именно, они имеют право: пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью один час; получать один раз в месяц передачу или посылку весом до пяти килограммов; получать денежные переводы; покупать по безналичному расчету продукты питания и предметы первой необходимости на сумму до десяти рублей в месяц; пользоваться своей одеждой и обувью; иметь при себе документы и записи, относящиеся к уголовному делу; пользоваться настольными играми и книгами из библиотеки места предварительного заключения; обращаться с жалобами и заявлениями в государственные органы, общественные организации и к должностным лицам в порядке, установленном статьей 13 настоящего Положения. Лица, отбывающие наказание в местах лишения свободы, в случае избрания в отношении их в качестве меры пресечения заключения под стражу в связи с производством по другому делу, содержатся в соответствии с правилами, установленными настоящим Положением. Право получать посылки и передачи, а равно покупать продукты питания и предметы первой необходимости устанавливается для этих лиц в соответствии с правилами, установленными законодательством Союза ССР и союзных республик для вида режима исправительно-трудовой колонии, назначенного им по приговору, определению или постановлению суда.

В соответствии с Минимальными стандартными Правилами обращения с заключенными (Приняты в г. Женеве 30.08.1955) в помещениях, где живут и работают заключенные, окна должны иметь достаточные размеры для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и должны быть сконструированы так, чтобы обеспечивать доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции; искусственное освещение должно быть достаточным для того, чтобы заключенные могли читать или работать без опасности для зрения (п. 11)

Санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности (п. 12).

Банные установки и количество душей должно быть достаточным для того, чтобы каждый заключенный мог и был обязан купаться или принимать душ при подходящей для каждого климата температуре и так часто, как того требуют условия общей гигиены, с учетом времени года и географического района, то есть во всяком случае хотя бы раз в неделю в умеренном климате (п. 13).

Все части заведения, которыми заключенные пользуются регулярно, должны всегда содержаться в должном порядке и самой строгой чистоте (п. 14).

От заключенных нужно требовать, чтобы они содержали себя в чистоте. Для этого их нужно снабжать водой и туалетными принадлежностями, необходимыми для поддержания чистоты и здоровья (п. 15).

Одежда должна содержаться в чистоте и исправности. Стирку и выдачу свежего белья следует обеспечивать в соответствии с требованиями гигиены (п. 17).

Каждому заключенному следует обеспечивать отдельную койку в соответствии с национальными или местными нормами, снабженную отдельными спальными принадлежностями, которые должны быть чистыми в момент их выдачи, поддерживаться в исправности и меняться достаточно часто, чтобы обеспечивать их чистоту (п. 19).

Тюремное управление должно в обычные часы обеспечивать каждому заключенному пищу, достаточно питательную для поддержания его здоровья и сил, имеющую достаточно хорошее качество, хорошо приготовленную и поданную.

Каждый заключенный должен располагать питьевой водой, когда он испытывает в ней потребность (п. 20).

Все заключенные, не занятые работой на свежем воздухе, имеют ежедневно право по крайней мере на час подходящих физических упражнений на дворе, если это позволяет погода (п. 21).

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» указано, что к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Под унижающим достоинство обращением и наказанием понимается, в числе прочего, ненадлежащие условия содержания под стражей, психического и физическое воздействия на подозреваемого, обвиняемого или осужденного, неоказание ему медицинской помощи и т.п.

В соответствии с приказом ГУ МВД России по Алтайскому краю от 14.07.2011 № 325 «О реорганизации Управления внутренних дел по г. Рубцовску, Отдела внутренних дел по Рубцовскому району, отдела внутренних дел по Егорьевскому району, Отдела внутренних дел по Угловскому району», Управление внутренних дел по г. Рубцовску реорганизовано, путем присоединения к нему с 01.08.2011 ОВД по Рубцовскому району, ОВД по Егорьевскому району, ОВД по Угловскому району. Управление внутренних дел по г. Рубцовску Алтайского края переименовано в Межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации «Рубцовский».

В силу ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Материалами дела установлено следующее.

Согласно сведениям Информационного центра ГУ МВД России по Алтайскому краю на дату проверки *** ФИО1, *** года рождения, был арестован Рубцовским РОВД Алтайского края *** по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ст. 144 ч. 2 УК РСФСФ, осужден *** Рубцовским городским судом к лишению свободы сроком на 2 года.

Из ответа на запрос ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю от *** следует, что ФИО1, *** года рождения, с *** содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю. Арестован *** ГУВД г. Рубцовска. По постановлению ГУВД г. Рубцовска от *** уголовное дело отменено, лицо из-под стражи освобождено. При этом этапировался в Рубцовский ГОВД в период с *** по ***, *** этапирован в Рубцовский ГОВД. Кроме того, ФИО1 с *** содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю. Этапировался в Рубцовский народный суд в период с *** по ***. *** убыл из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю в ИТК-3 г. Барнаула.

Согласно ответу ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Алтайскому краю от *** ФИО1, *** года рождения, в указанном учреждении не содержался.

Таким образом, анализируя представленные доказательства по делу, суд приходит к выводу о том, что за заявленный истцом период, последний находился в ИВС г. Рубцовска: с *** по ***, с *** по ***, то есть всего истец содержался в ИВС – 23 дня.

Доказательств того, что истец содержался и находился в ИВС в заявленный им период с *** по *** в иные дни, истцом суду не представлено, материалами дела не установлено, таким образом, суд рассматривает иск в переделах заявленных требований.

Медицинское обслуживание, а также лечебно-профилактическая и противоэпидемическая работа в местах предварительного заключения организуются и проводятся в соответствии с законодательством о здравоохранении.

В соответствии с п. п. 11, 17, 21 Минимальных стандартных Правил обращения с заключенными (Приняты в г. Женеве 30.08.1955), в помещениях, где живут и работают заключенные окна должны иметь достаточные размеры для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и должны быть сконструированы так, чтобы обеспечивать доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции; искусственное освещение должно быть достаточным для того, чтобы заключенные могли читать или работать без опасности для зрения. Одежда должна содержаться в чистоте и исправности. Стирку и выдачу свежего белья следует обеспечивать в соответствии с требованиями гигиены. Каждому заключенному следует обеспечивать отдельную койку в соответствии с национальными или местными нормами, снабженную отдельными спальными принадлежностями, которые должны быть чистыми в момент их выдачи, поддерживаться в исправности и меняться достаточно часто, чтобы обеспечивать их чистоту. Все заключенные, не занятые работой на свежем воздухе, имеют ежедневно право по крайней мере на час подходящих физических упражнений на дворе, если это позволяет погода.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Факт ненадлежащего содержания ФИО1 под стражей с *** по ***, с *** по *** в ИВС г. Рубцовска в части отсутствия канализации и санузла, а также не соблюдения норм приватности при отправлении естественных надобностей, подтверждается материалами дела: техническим паспортом изолятора временного содержания от ***, письменным возражениям ответчика МО МВД России «Рубцовский», согласно которым ИВС построен в 1964 году. Канализация в камерах ИВС отсутствовала, в связи с низким расположением системы слива центральной канализационной системы. Вывод спецконтингента в туалет производился покамерно, при проведении утренних и вечерних санитарно-гигиенических мероприятий. В течение дня орготходы собирались в биотуалеты (баки) и выбрасывались в выгребную яму, после чего баки обрабатывались 3 % раствором хлорной извести.

Доказательств того, что в спорные периоды времени требования приватности при оборудовании санузлов в каждой камере изолятора были соблюдены, ответчиками суду не представлено.

Исходя из правовых позиций Европейского суда по правам человека, вынужденность лица жить, спать и ходить в туалет в одной и той же камере, является достаточным для того, чтобы причинить душевные страдания и переживания, превышающие неизбежный уровень страданий, причиняемых помещением под стражу, и вызвать чувство беспокойства и неполноценности, способные унизить и оскорбить человека.

Однако, суд критически оценивает доводы истца о том, что в период содержания его в ИВС г. Рубцовска в камерах ИВС г. Рубцовска была антисанитария, сырость, стены покрывала плесень, площадь камер не соответствовала установленным нормам по количеству содержащихся в них лиц, камеры не проветривались, плохо освещались, не выдавались, а также не продавались в торговой точке ИВС, предметы первой необходимости и личной гигиены, в камере одновременно с истцом находились больные гепатитом, сифилисом, ВИЧ-инфицированные и другие больные, питание было плохим, поскольку данные доводы не подтверждены какими-либо допустимыми доказательствами и опровергаются материалами дела: паспортом изолятора временного содержания от ***, согласно которому, в здании ИВС имеется: отопление, водопровод, электроосвещение (хорошее), вентиляция; освещение в камерах совмещенное (искусственное и естественное). В каждой камере имеется оконный проем, электролампы расположены в нише над дверным проемом и изолированы плафоном из пропускающего свет антивандального материала. Освещение в камерах присутствует всегда и оно в достаточном количестве. Внутренняя отделка - штукатурка, побелка, окраска.

Кроме того, из письменных возражений представителя МО МВД России «Рубцовский», а также согласно техническому паспорту в ИВС имеется естественная и принудительная (приточно-вытяжная) вентиляция. Принудительная вентиляция работает эффективно, включается на 10-15 минут каждый час.

Кроме того, согласно справке главного бухгалтера МО МВД России «Рубцовский» от ***, ежегодно МО МВД России «Рубцовский» (ранее - УВД по г. Рубцовску) заключал договоры с ФГУЗ «...» на проведение дератизационных, дезинсекционных и дезинфекционных работ в ИВС, с ООО «...» на обработку белья, с МУП «...» на вывоз ТБО и откачку ЖБО, на обеспечение питанием лиц, содержащихся в ИВС. Однако, согласно Перечню документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, организаций и предприятий системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения, утвержденному приказом МВД России от 19Л1Л996 № 615 (в настоящее время действует Перечень, утвержденный приказом МВД России от 30.06.2012 № 655), срок хранения первичной бухгалтерской документации, в том числе хозяйственных договоров, составляет 5 лет. В связи с чем, договоры и котловые ордера за *** года уничтожены по истечению срока хранения.

Из справки начальника ИВС ПиО МО МВД России «Рубцовский» от *** следует, что предоставить информацию о содержании в конкретных камерах ИВС и количество лиц, содержащихся в них не представляется возможным, поскольку книга покамерного содержания подозреваемых и обвиняемых не предусмотрена правовыми нормативными документами.

Сам истец никаких доказательств, подтверждающих вышеуказанные обстоятельства и в этой связи причинения ему действиями государственных органов и их должностных лиц морального вреда, суду не представил.

При этом судом были направлены запросы об истребовании документов, подтверждающих его позицию. Между тем, доказательств, подтверждающих именно данные факты, судом не добыто. Вся документация, журналы и ведомости за *** годы, как указано выше, уничтожены.

Организация питания подозреваемых и обвиняемых подчинена задаче поддержания их хорошего физического состояния и здоровья во время содержания под стражей. Для этого подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

Нормы питания подозреваемых и обвиняемых, находящихся в местах содержания под стражей уголовно-исполнительной системы, а также в следственных изоляторах ФСБ России, определены Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.12.1992 № 935 «Об утверждении норм суточного довольствия осужденных к лишению свободы, а так же лиц, находящихся в следственных изоляторах, лечебно-трудовых, воспитательно-трудовых и лечебно-воспитательных профилакториях МВД России».

Питание подозреваемых и обвиняемых дифференцируется в зависимости от возраста, состояния здоровья, наличия беременности и малолетних детей у женщин, содержащихся под стражей, и других факторов.

Нормы питания не ставятся в зависимость от характера и тяжести совершенного преступления, количества судимостей и других уголовно-правовых признаков. Они также не различаются в зависимости от признаков пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений и других обстоятельств, что свидетельствует о реализации принципа равенства всех граждан, в том числе подозреваемых и обвиняемых, перед законом.

Обеспечение питанием лиц, содержащихся в ИВС в *** году осуществлялось в соответствии с требованиями Постановления Правительства Российской Федерации от 01.12.1992 № 935 «Об утверждении норм суточного довольствия осужденных к лишению свободы, а так же лиц, находящихся в следственных изоляторах, лечебно-трудовых, воспитательно-трудовых и лечебно-воспитательных профилакториях МВД России « на основании ежегодно заключаемых возмездных договоров. Однако, предоставить договоры не представляется возможным, т.к. срок хранения первичной бухгалтерской документации в том числе договоров и котловых ордеров, согласно приказу МВД России от 30.06.2012 № 655 составляет 5 лет и вся документация за *** год уничтожена.

Кроме того, при рассмотрении заявленных требований, суд принимает во внимание, что пребывание под стражей в изоляторе временного содержания неизбежно связано не только с ограничениями прав и свобод, но и с лишениями бытового характера.

Надзор за исполнением законов в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых осуществляют Генеральный прокурор Российской Федерации и подчиненные ему прокуроры в соответствии с Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации» (ч. 1 ст. 51).

При этом, суд учитывает, что доказательств того, что в периоды нахождения истца в ИВС он обращался с какими-либо жалобами по вопросу условий содержания в ИВС, по доводам и основаниям, указанным в иске, суду не представлено. Обращения истца в период его содержания в ИВС при УВД по г. Рубцовску на ненадлежащие условия содержания не установлены. В установленный судом период от ФИО1 каких-либо заявлений, жалоб или предложений не поступало. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Суд полагает, что действовавший на момент содержания истца ФИО1 в *** году в ИВС г. Рубцовска Закон СССР от 11.07.1969 № 4075-VII «Об утверждении Положения о предварительном заключении под стражу» должен был применяться с соблюдением норм Конституции Российской Федерации, однако, условия содержания ФИО1 в указанные периоды не соответствовали конституционным требованиям и общепризнанным принципам и нормам международного права.

Факт ненадлежащего содержания ФИО1 под стражей в указанные периоды в ИВС в части отсутствия канализации и санузла, несоблюдение норм приватности при отправлении естественных надобностей, подтверждается материалами дела техническим паспортом изолятора временного содержания от ***, согласно которому в ИВС отсутствовала канализация. Вывод спецконтингента в туалет производился покамерно при проведении утренних и вечерних санитарно-гигиенических мероприятий. В течение дня орготходы собирались в биотуалеты (баки) и выбрасывались в выгребную яму на территории изолятора, после чего баки обрабатываются 3 % раствором хлорной извести. При этом, в соответствии с техническим паспортом от ***, в комнате имеется общий туалет, пользование которым осуществляется при осуществлении санитарно-гигиенических мероприятий.

Нахождение бака для органических отходов в камерах, косвенно подтверждает присутствие в камерах постоянного запаха нечистот.

Требования об оборудовании камер санузлом с соблюдением требований приватности были введены Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России № 41 от 26.01.1996.

Суд отмечает, что в любом случае находящийся в камере санузел или биотуалет (бак) должен быть оборудован таким образом, чтобы не нарушалось достоинство подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, содержащихся под стражей.

Несоблюдение требований приватности в период содержания истца в ИВС г. Рубцовска противоречит положениям, закрепленным в Конституции Российской Федерации, о том, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Таким образом, судом установлено, что в ИВС МО МВД РФ «Рубцовский» в *** году не были обеспечены надлежащие условия содержания граждан под стражей.

В этом заключается вина органов власти, за которую и возлагается ответственность в виде компенсации морального вреда.

Суд учитывает, что в соответствии со ст. 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемого под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающими достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подвергалось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Суд считает необходимым отметить, что именно длительное не обращение истца в суд (более 20 лет) за защитой нарушенного права повлекло за собой бремя неблагоприятных последствий, связанных с объективной и естественной утратой доказательств в обоснование заявленных требований.

Также суд принимает во внимание, что «Европейский Суд по правам человека своим Постановлением от 8 ноября 2005 года по делу «Худоёров против России» признал нарушением ст. 3 Конвенции тот факт, что «заявитель был вынужден жить, спать и ходить в туалет в одной и той же камере, в которой на него приходилось так мало личного пространства и счел этот факт достаточным для того, чтобы причинить душевные страдания и переживания, превышающие неизбежный уровень страданий, причиняемых помещением под стражу, и вызвать у него чувства беспокойства и неполноценности, способные унизить и оскорбить его».

Исходя из положений ст.ст. 17-21 Конституции Российской Федерации и ст. 9-10 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что установленные выше обстоятельства свидетельствуют о нарушении ст. 3 Конвенции о защите прав и основных свобод граждан, в связи с нарушением требований санитарных норм и правил, и это могло вызывать у истца тревогу за своё здоровье и причинить ему нравственные страдания. При этом, истец не освобожден от обязанности, согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснения Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 10 от 20.12.1994, подтвердить какие именно нравственные страдания перенесены потерпевшим, чем причинены, их последствия и т.п.

Определяя размер денежной компенсации, суд принимает во внимание, что в данном случае возмещение морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации), также учитывает, на основании статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации степень нравственных страданий истца, выразившиеся в причинении ему страданий из-за унижающих достоинство условий содержания под стражей, личность истца, неоднократно привлекавшегося к уголовной ответственности, с учетом времени нахождения истца в ИВС (23 дня). Исходя из требований разумности и справедливости, длительности и условий содержания, личности истца, суд считает, что денежная компенсация в размере 1 200 рублей является соразмерной степени нравственных страданий истца.

В силу ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии со ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями должностного лица государственного органа, от имени казны Российской Федерации выступает главный распорядитель бюджета по ведомственной принадлежности.

Как разъяснено в Постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2000 № 185пв-2000пр, согласно ст. 16 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки, причиненные гражданину в результате незаконных действий государственных органов, подлежат возмещению Российской Федерацией. Учитывая нормы ст. 124, п. 1 ст. 126, п. 4 ст. 214, ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, источником возмещения таких убытков является казна Российской Федерации, которую образуют бюджетные средства и иное государственное имущество, не закрепленное за государственными предприятиями и учреждениями.

В соответствии с Положением о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 № 699, МВД России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, а также полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета (подпункт 100 пункта 11 Положения).

По смыслу приведенных норм и положений по искам о возмещении причиненного в результате действий (бездействия) сотрудников полиции вреда за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает Министерство внутренних дел Российской Федерации как главный распорядитель бюджетных средств.

Таким образом, надлежащим ответчиком по настоящему делу является Министерство внутренних дел Российской Федерации, в связи с чем, в удовлетворении требований к ИВС МО МВД России «Рубцовский», Министерству Финансов Российской Федерации, а также в удовлетворении остальных требований суд полагает необходимым отказать.

Судом отклоняются доводы представителей МО МВД России «Рубцовский», ГУ МВД России по Алтайскому краю о пропуске истцом установленного ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации срока для обращения в суд с требованиями о взыскании компенсации морального вреда, которые он обосновывает ненадлежащими условиями содержания в ИВС, а данные требования вытекают из требований об оспаривании действий должностных лиц органов внутренних дел, которые являются государственными органами исполнительной власти.

В соответствии с частями 1, 5 статьи 129 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов. Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании.

Одной из целей института исковой давности является обеспечение своевременной защиты прав и законных интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в случае, если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом. В случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

В данном случае требования истца о компенсации морального вреда вытекают из нарушения его личных неимущественных прав и других нематериальных благ, в связи с чем, на него в силу ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 200 рублей.

В остальной части требований ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации отказать.

В удовлетворении требований ФИО1 к Изолятору временного содержания Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Рубцовский», Министерству Финансов Российской Федерации отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Рубцовский городской суд.

Председательствующий: Ю.Ю. Федорова

.