Решение № 2-879/2017 2-879/2017~М-163/2017 М-163/2017 от 18 апреля 2017 г. по делу № 2-879/2017

Дело № 2 - 879/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 апреля 2017 года

Московский районный суд г. Калининграда

в составе председательствующего судьи Гуляевой И.В.,

при секретаре Казановской Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Мираторг Запад», САО «ВСК» о взыскании денежной компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей, возмещении судебных расходов,

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Мираторг Запад» о взыскании денежной компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей указав, что 02 ноября 2015 года принят на работу в ООО «Мираторг Запад» "...". 14 октября 2016 года при исполнении трудовых обязанностей с ним произошел тяжелый несчастных случай на производстве. В результате падения с высоты защитного кожуха вертикального транспортера, ему были причинены многочисленные телесные повреждения, в том числе, "...". Наличие полученных телесных повреждений потребовало срочной госпитализации, стационарного лечения с оперативным вмешательством, последовавшего лечения в амбулаторном порядке, нуждаемости в имплантации зубов, решения вопроса о косметических вмешательствах.

Полученные тесные повреждения, наряду с длящимися физическими мучениями, повлекли причинение истцу глубоких нравственных страданий, лишили его возможности вести активный образ жизни, заниматься боксом и другими видами спорта, нарушили привычный жизненный уклад. Поскольку в добровольном порядке работодатель не произвел никаких выплат, он был вынужден обратиться к услугам юриста, вести переписку с ООО «Мираторг Запад», обращаться в суд с настоящим иском.

Просит взыскать в свою пользу 700 000 руб. в счет денежной компенсации морального вреда и 100 000 руб. в возмещение расходов по оплате услуг своего представителя ФИО2

В предварительном судебном заседании 01 марта 2017 года по ходатайству представителя ответчика ООО «Мираторг Запад» и с согласия истца, судом к участию в деле в качестве соответчика привлечено САО «ВСК».

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель по доверенности от 23 января 2016 года в материалах дела (л.д. 8 т.1) ФИО2 предъявленные исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, дали пояснения, аналогичные изложенным выше. Истец указал, что после обращения в суд с настоящим иском, в марте 2017 года он получил страховое возмещение от САО «ВСК» в сумме "..." руб. Полученные денежные средства он расходует на необходимое после травмы стоматологическое лечение и протезирование зубов. Всего в связи с травмой он лишился "..." зубов, что не могло не сказаться отрицательно как на состоянии здоровья, так и на его внешнем виде. Моральный вред ему никем не компенсирован, равно как и расходы на оплату услуг представителя ФИО2. О наличии и содержании договора страхования истцу ранее не было известно. Настаивает на удовлетворении иска в полном объеме к надлежащему ответчику.

Представитель ответчика ООО «Мираторг Запад» по доверенности №147 от 07 февраля 2017 года в материалах дела (л.д. 177-178 т.1) ФИО3 просил отказать истцу в иске в части требований к ООО «Мираторг Запад». Пояснил, что в рамках договора, заключенного с САО «ВСК», ответственность ООО «Мираторг Запад» за причинение морального вреда работнику застрахована, равно как и судебные расходы. Не оспаривая факта и обстоятельств причинения вреда здоровью ФИО1, полагает заявленные истцом суммы компенсации морального вреда и судебных расходов завышенными.

Представитель соответчика САО «ВСК» по доверенности от 12 декабря 2016 года №7-ТД-2281-Д (л.д. 115 т.3) ФИО4 подтвердила, что страхователь ООО «Мираторг Запад» и страховщик САО «ВСК» состоят в договорных отношениях. Между ними имеется договор №1567027U00391 от 20 октября 2015 года о страховании гражданской ответственности ООО «Мираторг Запад», в том числе, за причинение вреда здоровью работников. Несчастный случай на производстве с ФИО1 произошел в период действия данного договора страхования и признан страховщиком страховым. По заявлению выгодоприобретателя ФИО1, в марте 2017 года страховой компанией ему было выплачено страховое возмещение в заявленной сумме "..." руб. на лечение. Денежная компенсация морального вреда не выплачивалась, судебные расходы ФИО1 не возмещались. Полагает суммы компенсации морального вреда и судебных расходов завышенными, не соответствующими требованиям разумности и справедливости.

Заслушав пояснения лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав письменные материалы дела, обозрев медицинскую карту стационарного больного ФИО1, представленную по запросу суда ГБУЗ «ОКБ КО», оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к следующему.

Истец предъявил требование о взыскании в свою пользу денежной компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью, полученного им в результате трудового увечья.

Как следует из пояснений сторон и подтверждено материалами делам, по состоянию на 14 октября 2016 года ФИО1 работал в ООО «Мираторг Запад» "..." на основании трудового договора от 02 ноября 2015 года №КР0000143 (л.д.10-12 т.1).

14 октября 2016 года Семко Д..Ю., находясь при исполнении должностных обязанностей, получил производственную травму при обстоятельствах, отраженных в материалах расследования по факту несчастного случая на производстве, представленных суду.

Так, из содержания акта №1 от 17 ноября 2016 года о тяжелом несчастном случае на производстве (л.д. 14-17 т.1) усматривается, что расследование несчастного случая с ФИО1 проведено комиссионно. Названный акт составлен по форме Н-1 комиссией, с участием главного государственного инспектора труда ГИТ по Калининградской области ФИО5, заместителя председателя Калининградского областного объединения организаций профсоюзов ФИО6, начальника отдела страхования профессиональных рисков КРО ФСС РФ ФИО7, начальника отдела социально-трудовых отношений ГКУ «ЦЗН Калининградской области» ФИО8, руководителя юридического отдела ООО «Мираторг Запад» ФИО9, специалиста по охране труда ООО «Мираторг Запад» ФИО10, фельдшера ООО «Мираторг Запад» ФИО11.

Из содержания акта следует, что 14 октября 2016 года с 08-00 час. "..." ФИО1 находился при исполнении должностных обязанностей. Около 11-00 час. ФИО1 приступил к устранению неисправности вил на вертикальном транспортере коробов линии №2 участка вторичной упаковки. Выполнив ремонт вил, ФИО1 вышел за защитное ограждение и запустил в работу вертикальный транспортер подачи коробов линии №2, находясь в непосредственной близости к ограждению конвейерной линии. В этот момент с высоты 7 500 мм произошло самопроизвольное падение защитной стальной пластины транспортера, вес которой составляет 4, 6 кг, длина 1,25 м, толщина 2 мм. Пластина при падении попала в челюстно-лицевую область головы ФИО1, которому на месте была оказана первичная медицинская помощь, а в 11-30 час. каретой «Скорой помощи» он был направлен в лечебное учреждение.

Состояние Семко Д..Ю. до получения телесных повреждений и после травмы отображено на фотографиях в материалах дела (л.д. 19-26 т.1).

По заключению технической экспертизы №Э- 20-31/10-16 от 03 ноября 2016 года основной причиной несчастного случая являются конструктивные недостатки оборудования.

Все члены комиссии по результатам проведенного расследования пришли к единому мнению о причинах несчастного случая, указанных выше. Вины работника ФИО1 в несчастном случае на производстве не установлено.

Из содержания медицинской карты стационарного больного ФИО1 №18-21503 2016 года следует, что в период с 14 октября 2016 года по 25 октября 2016 года (11 койко-дней) ФИО1 находился на стационарном лечении в отделении челюстно-лицевой хирургии ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области», куда был госпитализирован с предварительным диагнозом "..." В отделение доставлен на кресле.

Диагноз клинический: "..."

В ходе нахождения на стационарном лечении пациенту ФИО1 14 октября 2016 года под местной анестезией выполнена "..."; 16 октября 2016 года – консультирован офтальмологром, нейрохирургом, ЛОР. Проводилась консервативная антибактериальная терапия. 17 октября 2016 года под местной анестезией наложена моношина на "...".

При выписке из стационара больницы рекомендовано: амбулаторное лечение у хирурга, стоматолога, невролога по месту жительства. Удаление моношины через месяц у хирурга-стоматолога по месту жительства. "..." на рубец в течение месяца. Решение вопроса о косметических вмешательствах на "..." не ранее, чем через 6 месяцев. Планируется "...".

После выписки из стационара больницы 25 октября 2016 года ФИО1, продолжил амбулаторное лечение в поликлинике Мамоновской городской больницы Калининградской области, что подтверждено копий медицинской карты амбулаторного больного № 3 01043 (л.д. 102-114 т.3).

Общий период временной нетрудоспособности ФИО1 в связи с полученной им травмой на производстве составил с 14 октября 2016 года (даты получения травмы) по 26 января 2017 года. К труду выписан с 27 января 2017 года (л.д. 111 т.3).

В период амбулаторного лечения ФИО1 был консультирован врачом челюстно-лицевым хирургом ГБУЗ «ОКБ КО» ФИО12 (л.д. 110 т.3), констатировавшим 16 января 2017 года, что у ФИО1 имеется дефект "...".

Как указано в описанных выше медицинских документах, ФИО1 нуждается после травмы в стоматологическом ортопедическом лечении. Истец обращался в ООО «Эргодент», где ему был определен план протезирования зубов (л.д. 69-72 т.1), определена примерная стоимость лечения. Также истец обращался к врачу ИП ФИО13 (л.д. 112-114 т.3) по вопросу протезирования зубов и коррекции рубцов лица.

По делу бесспорно доказано и ответчиками не оспаривались как характер полученной ФИО1 травмы на производстве, так и нуждаемость истца в последующем дорогостоящем лечении.

В соответствии с требованиями ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в действующей редакции) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (в том числе жизнь, здоровье).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и другим.

В силу ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Обязанность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на социальное страхование предусмотрены ст. 2 Трудового кодекса РФ.

Статья 237 Трудового кодекса РФ предусматривает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с ч. 1 ст. 184 Трудового кодекса РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяется федеральными законами.

Таким образом, названная норма закона гарантирует возмещение как утраченного заработка, так и дополнительных затрат на восстановление здоровья и трудоспособности.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами.

Вместе с тем, ч. 2 и 3 ст. 3 Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» от 27 ноября 1992 года №4015-1 предусмотрено, что страхование осуществляется как в форме обязательного, так и в форме добровольного (на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления).

Объектами личного страхования могут быть имущественные интересы, связанные с причинением вреда жизни, здоровью граждан (п.п.1) ч.1 ст. 4 Закона).

При осуществлении личного страхования страховая выплата производится страхователю, или лицу, имеющему право на получение страховой выплаты по договору страхования, независимо от сумм, причитающимся им по другим договорам страхования, а также по обязательному социальному страхованию, социальному обеспечению и в порядке возмещения вреда ( ч. 6 ст. 10 Закона).

В соответствии со ст. 934 Гражданского кодекса РФ по договору личного страхования страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую страхователем, выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица.

Заключением ГУ «КРО ФСС РФ» от 01 декабря 2016 года №184-16 несчастный случай с ФИО1 квалифицирован как страховой, однако страховое возмещение ФИО1 не выплачивалось, что подтверждено письмом от 15 февраля 2017 года№0014/3946-1857 (л.д. 73-74 т.1).

Несмотря на то, что, как установлено судом, ФИО14 не проходил освидетельствование в учреждении медико-социальной экспертизы на предмет установления инвалидности, несчастный случай на производстве признан тяжелым.

При таких обстоятельствах, само по себе, требование истца о взыскании денежной компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей является законным, обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Не вызывает сомнений факт длящихся физических страданий истца, "..." (л.д. 85 т.1), не по своей вине получившего травму в молодом возрасте, накануне "..." юбилея, который ФИО1 был вынужден провести в болезненном состоянии здоровья, после оперативного вмешательства. После травмирования во внешности истца также произошли видимые негативные изменения, что, несомненно, в свою очередь, явилось причиной нравственных страданий молодого человека. Помимо нуждаемости истца в длящемся стационарном и амбулаторном лечении, а у ФИО1 был нарушен привычный уклад жизни, он лишился на неопределенный период возможности заниматься спортом. При том, что ранее ФИО1 занимался контактными видами спорта "..." справкой Мамоновской городской больницы (л.д. 28 т.1) занятие таким видом спора запрещено.

Учитывая указанные обстоятельства, исходя из характера полученной истцом травмы, продолжительного периода временной нетрудоспособности, подтвержденной медицинскими документами нуждаемости в лечении в будущем, с учетом принципов разумности и справедливости, суд находит необходимым и достаточным установить размер денежной компенсации морального вреда равным сумме 350 000 руб.

Из материалов дела следует, что 20 октября 2015 года между страховщиком САО «ВСК» и страхователем ООО «Мираторг Запад», на основании Правил страхования гражданской ответственности от 05 февраля 2014 года №27/4 (л.д. 215-235 т.3) заключен договор страхования гражданской ответственности №1567027U00391 (л.д. 163-202 т.3).

В соответствии с п. 5. 1 договора страхования (л.д. 170 т.3) объектом страхования являются не противоречащие законодательству Российской Федерации имущественные интересы Страхователя, связанные с его обязанностью в порядке, предусмотренном законодательством, возместить вред, причиненный третьим лицам вследствие осуществления страхователем застрахованной деятельности. Исходя из п. 5.3 договора под третьими лицами понимаются работники страхователя.

Согласно п. 6.5 договора застрахованной деятельностью является деятельность страхователя-работодателя по обеспечению безопасных условий труда для своих работников. Страховая сумма установлена равной "..." руб. (п. 6.6 договора).

В рамках данного договора, в пределах указанного выше лимита страховой ответственности, страховщиком САО «ВСК» выгодоприобретателю ФИО1 выплачено страховое возмещение в сумме "..." руб., что подтверждено платежным поручением от 14 марта 2017 года №58851 (л.д. 118 т.3), а ранее выплачено "..." руб. платежным поручением от 03 февраля 2017 года №23904 (л.д. 116 т.3). Выплаты произведены на основании заявления ФИО1 (л.д. 247), представленных им медицинских и платежных документов (л.д. 247, 120-162 т.3), вследствие события, квалифицированного страховщиком, как «причинение ущерба здоровью третьих лиц» по страховому риску «ответственность за ущерб здоровью третьих лиц», что подтверждено страховым актом №1567027U00391- S000004N (л.д. 119 т.3) и страховым актом №1567027U00391- S000004N (л.д. 117 т.3).

Вместе с тем, исходя из содержания п. 7.5. 3 договора в сумму страхового возмещения входит также сумма компенсации морального вреда. Лимит страховой ответственности составляет 500 000 руб. по другому страховому риску, а именно: - риску причинения морального вреда (п. 8.4.4 договора).

Истец в досудебном порядке отдельным заявлением (л.д. 37 т.1) просил работодателя выплатить ему компенсацию морального вреда в сумме "..." руб.. Данное заявление передано на рассмотрение страховщику (л.д. 38 т.1). Как следует из переписки между страховщиком и страхователем ( л. д. 6-7 т.2) страховая компания в письме от 28 февраля 2017 года №185 указывала, что в отношении выплаты страхового возмещения за причиненный ФИО1 моральный вред САО «ВСК» не имеет правовых оснований для осуществления выплаты в досудебном порядке, поскольку согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом.

Как установлено судом, по состоянию на дату рассмотрения дела, денежная компенсация морального вреда истцу не выплачена.

При таких обстоятельствах суд полагает, что денежная компенсация морального вреда в установленном судом размере 350 000 руб. подлежит взысканию в пользу ФИО1 с САО «ВСК».

Что касается расходов истца по оплате услуг его представителя ФИО2, суд приходит к следующему.

Истцом заявлена ко взысканию сумма 100 000 руб. в возмещение затрат на оплату услуг ФИО2, который в суде действовал в интересах истца по доверенности от 23 января 2017 года (л.д. 8-9 т.1).

В материалы дела представлена подлинная квитанция на сумму "..." руб. АБ №000300 (л.д. 1 т.2). Оплата произведена ФИО1 23 января 2017 года за ведение гражданского дела в суде по иску к ООО «Мираторг Запад». Также истцом представлена копия квитанции АБ №000207 от 17 октября 2016 года (л.д. 39 т.1) на сумму "..." руб. за юридическую помощь в ходе расследования несчастного случая на производстве от 14 октября 2016 года в ООО «Мираторг Запад».

Исходя из условий п. 7.5.2, п. 8.4.2 договора страхования (л.д. 17, 179 т.3), п. 10.5.3 Правил страхования САО «ВСК» (л.д. 233 т.3), страховая компания возмещает документально подтвержденные расходы и издержки страхователя и застрахованного лица, в связи с наступлением страхового случая, понесенные в процессе судебной защиты по исковому требованию, а также расходы и издержки, связанные с подачей документов в суд, исключая все административные расходы страхователя (застрахованного лица). Лимит страховой ответственности страховщика составляет "..." руб. согласно п. 8.4.2 договора страхования (л.д. 179 т.3).

По смыслу ч. 1 и ч. 2 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенной части иска, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 и ст. 94 Гражданского процессуального кодекса РФ расходы на оплату услуг представителей относят к издержкам, связанным с рассмотрением дела, то есть к судебным расходам.

Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Право гражданина на получение квалифицированной юридической помощи является одной из предпосылок надлежащего осуществления правосудия, обеспечивая его состязательный характер и равноправие сторон. В силу диспозитивного характера гражданско-правового регулирования, лица, заинтересованные в оказании им юридических услуг, вправе самостоятельно решать вопрос о возможности и необходимости заключения договора возмездного оказания юридических услуг, определяя взаимоприемлемые условия их оплаты.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя.

С учетом общего объема проведенной ФИО2 работы в интересах ФИО1, принимая во внимание количество судебных заседаний с его участием (одно предварительное и одно основное), небольшую степень сложности гражданского дела, суд полагает необходимым и достаточным взыскать в пользу ФИО1 в возмещение затрат, понесенных на оплату услуг ФИО2 сумму 10 000 руб.. При этом факт оплаты ФИО1 представительских услуг в гораздо большем размере является правом лица, но не служит безусловным основанием для возмещения понесенных им затрат в полном объеме.

Таким образом, исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

Согласно ст. 393 Трудового кодекса РФ, п.п. 2) ч. 1 ст. 33336 Налогового кодекса РФ, ФИО1 при обращении в суд с настоящим иском освобожден от уплаты госпошлины, размер которой по требованию о взыскании денежной компенсации морального вреда, как требованию неимущественного характера, в соответствии с п.п. 3) ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ равен 300 руб.

Таким образом, в порядке ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ указанная сумма подлежит взысканию с САО «ВСК» в доход местного бюджета ГО «Город Калининград».

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО1 к ООО «Мираторг Запад», САО «ВСК» о взыскании денежной компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей, возмещении судебных расходов, - удовлетворить в части.

Взыскать с САО «ВСК» в пользу ФИО1 350 000 руб. в счет денежной компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей, 10 000 руб. в возмещение судебных расходов.

В остальной части иск оставить без удовлетворения.

Взыскать с САО «ВСК» госпошлину в сумме 300 руб. в доход местного бюджета ГО «Город Калининград».

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 24 апреля 2017 года.

Судья Гуляева И.В.