Решение № 2-2987/2021 2-2987/2021~М-1850/2021 М-1850/2021 от 27 июля 2021 г. по делу № 2-2987/2021

Дело № 2-2987/2021

УИД 42RS0019-01-2021-003626-48


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Центральный районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе: председательствующего судьи Ижболдиной Т.П.,

с участием помощника прокурора района Труновой Н.А.,

при секретаре: Пономаревой Ю.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Новокузнецке 28 июля 2021 года дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу "Алтай-Кокс" о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО "Алтай-Кокс" о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Требования мотивированы тем, что истец, с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ работал на различных должностях акционерного общества «АЛТАЙ-КОКС». Согласно санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденной Главным государственным санитарным врачом по <адрес>, работа истца в АО «АЛТАИ-КОКС» была связана с взаимодействием вредных производственных факторов - длительным воздействием шума. Время воздействия - 100 % рабочей смены. В период его работы на рабочем месте с 2009 г. до 2014 г. было установлено превышение предельно-допустимого эквивалентного уровня шума от 20 до 23 дБА. Согласно акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного и.о. Главного государственного санитарного врача по <адрес> истцу установлено профессиональное заболевание с заключительным диагнозом: <данные изъяты> Как следует из указанного акта, заболевание является профессиональным и возникло при условии несовершенства технологии производственного процесса. Вина работника отсутствует. В связи с профессиональным заболеванием истцу Бюро № ГБ МСЭ <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ установлено 10 % утраты профессиональной трудоспособности бессрочно. На основании медицинских заключений ФИО1 прописаны регулярные курсы принятия препаратов в рамках программы реабилитации. В результате причиненного профессиональным заболеванием, вреда здоровью истца, он испытывает нравственные и физические страдания. Результатом продолжительной работы в условиях повышенного шума у ФИО1 ухудшился слух. Нарушение слуха влечет затруднения во взаимоотношения окружающими, что в свою очередь приводит к чувству изолированности и отверженности. Инстинктивно развивается уклонение от групповых ситуаций и бесед. Подобные тенденции приводят к обращению внутрь себя, ограничению социальных контактов и ощущению собственной непризнанности или непонятности. Совместное влияние этих тенденций препятствует попыткам заставить человека обратиться за помощью. Иными словами, возникшие в результате тугоухости психосоциальные нарушения препятствуют своевременному обращению за помощью и усугубляют психологический фон, снижают качество жизни истца. В сложившейся ситуации медиками проводится консервативная терапия заболевания, то есть прописываются препараты, снижающие болевой синдром, поддерживающие текущее состояние. Улучшений в состоянии здоровья истца не происходит, а с возрастом приобретенные в результате профессиональной деятельности заболевания усугубляются, эффективность препаратов снижается повышается толерантность к лекарствам. Вышеуказанные обстоятельства и их необратимый характер лишили истца физического и психологического благополучия, вызвали душевные потрясения страдания.

Просит взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда в сумме 400 000 руб., судебные расходы за удостоверение нотариальной доверенности в сумме 2 377 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещен, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель ответчика АО "Алтай-Кокс" в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещен, причины неявки не сообщил, направил в суд возражения.

Выслушав заключение помощника прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд находит требования истца подлежащими удовлетворению в части, исходя из следующего.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно части восьмой статьи 220 и статье 237 ТК РФ, работодатель обязан компенсировать моральный вред, причиненный повреждением здоровья работника, в порядке и на условиях, предусмотренных федеральными законами. Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с положением ст. 227-231 ТК РФ, связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работал с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в АО «Алтай-Кокс» в должности машиниста газодувных машин, что подтверждается трудовой книжкой.

Согласно санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, работа ФИО1 в АО «Алтай-Кокс» была связана с взаимодействием вредных производственных факторов - длительным воздействием шума (время воздействия - 100 % рабочего времени) – п. 4.1 и 6.1.2 характеристики. Согласно п. 10.1 характеристики с 2009 г. до 2014 г. было установлено превышение предельно-допустимого эквивалентного уровня шума от 20 до 23 дБА.

Актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты> Согласно п. 17 указанного акта, профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: несовершенства технологии производственного процесса, механизмов, оборудования. Согласно п. 20 акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что на основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологии производственного процесса, механизмов, оборудования. Непосредственной причиной заболевания послужило: работа в контакте с шумом. Наличия вины истца не установлено. Согласно п. 21 данного акта, лицом, допустившим нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является администрация АО «Алтай-Кокс».

Как следует из дела освидетельствования в бюро МСЭ, согласно заключению экспертной комиссии НФ ГБУЗ «КККД им. Акад. Л.С. Барбараша» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10%. Диагноз: <данные изъяты> заболевание профессиональное, подтверждено повторно. Истцу прописаны лекарственные средства. ДД.ММ.ГГГГ филиалом ФКУ "ГБ МСЭ по <адрес>-Кузбассу" Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № истцу была разработана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (ПРП) сроком на 2 года заочно. ФИО1 впервые был освидетельствован бюро МСЭ № ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России ДД.ММ.ГГГГ (профессиональное заболевание от ДД.ММ.ГГГГ). По результатам освидетельствования ФИО1 на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлено 10 % утраты профессиональной трудоспособности (акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ). По результатам очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на 1 год до ДД.ММ.ГГГГ установлено 10-30 % утраты профессиональной трудоспособности (профессиональное заболевание от ДД.ММ.ГГГГ). По результатам очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 бессрочно установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности (профессиональное заболевание от ДД.ММ.ГГГГ).

Между работниками ОАО «Алтай-Кокс» и ОАО «Алтай-Кокс» заключен коллективный договор на 2014-2016 гг., согласно п. 10.13 которого установлено, что работодатель обязуется возмещать работникам, получившим трудовое увечье или профзаболевание (установленное первично) в период действия коллективного договора, моральный вред за перенесенные физические и нравственные страдания.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился к ОАО «Алтай-Кокс» с заявлением о компенсации морального вреда по п. 10.13 коллективного договора.

На основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 выплачено 27 954,90 руб. в качестве компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Суд, исходя из ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и ст. 237 ТК РФ, вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Обязанность возместить моральный вред работодатель несет при условии наличия в его действии (бездействии) вины, которая, как указано выше, установлена представленными в материалы дела доказательствами, в том числе актом о случае профессионального заболевания, заключением врачебной экспертной комиссии.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом, объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда, вследствие нравственных страданий и физической боли, причиненных истцу в результате получения им профессионального заболевания.

Определяя размер компенсации морального вреда в соответствии с требованиями статей 151, 1101 ГК РФ, суд исходит из того, что факт наличия у ФИО1 профессионального заболевания подтвержден материалами дела; принимая во внимание характер и степень физических и нравственных страданий истца, прохождение лечения, невозможность полноценного ведения прежнего образа жизни, изменение качества жизни, необратимость причиненного вреда и невозможность восстановления здоровья истца, учитывая отсутствие вины истца, процент утраты профессиональной трудоспособности (10 %), с учетом выплаты ответчиком возмещения морального вреда в досудебном порядке, суд считает, что компенсация морального вреда в размере 40 000 руб. отвечает требованиям разумности и справедливости, степени причиненного вреда, обстоятельствам, при которых был причинен вред.

Довод ответчика о том, что размер компенсации морального вреда истцу должен быть рассчитан на основании соглашения между ОАО «Алтай-Кокс» и работникам на 2014-2016 годы (составляет 27 954,90 руб.), суд считает несостоятельным.

В силу ст. 9 ТК РФ, коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Предусмотренная соглашением единовременная компенсация морального вреда в случае причинения вреда работнику профессиональным заболеванием в сумме 27 954,90 руб., по своему размеру меньше определенной судом компенсаций морального вреда в соответствии со статьями 151, 1101 ГК РФ, что свидетельствует о снижении уровня компенсаций, установленных гражданским законодательством Российской Федерации.

Возмещение морального вреда, выплаченное работодателем в размере 27 954,90 руб. в соответствии с соглашением сторон не лишает истца права согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации обратиться в суд с требованием об определении размера компенсации морального вреда.

На основании изложенного, суд находит, что следует взыскать с АО "Алтай-Кокс" в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 40 000 руб.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: другие признанные судом необходимыми расходы.

Истец понес расходы по оплате удостоверения нотариальной доверенности в размере 2 377 рублей, что подтверждается квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные расходы не подлежат взысканию, так как, доверенность в оригинале не передана в материалы дела, что не исключает ее использование в дальнейшем.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

На этом основании, суд полагает, что с АО "Алтай-Кокс" в местный бюджет должна быть взыскана госпошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Акционерного общества "Алтай-Кокс" в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 40 000 руб.

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу "Алтай-Кокс" о взыскании стоимости нотариальной доверенности в полном объеме.

Взыскать Акционерного общества "Алтай-Кокс" в местный бюджет госпошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский облсуд в течение месяца с момента принятия решения судом в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья Т.П. Ижболдина