Апелляционное постановление № 22К-1479/2026 от 8 апреля 2026 г.

Судья Трошева Ю.В. Дело № 22К-1479/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 9 апреля 2026 года

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Нагаевой С.А.,

при секретаре судебного заседания Нелюбиной О.А.,

с участием прокурора Телешовой Т.В.,

заявителя К1.,

представителя К1., К2. - адвоката Савельевой Д.И.,

следователя Ш.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Савельевой Д.И., действующей в интересах К1. и К2., на постановление Свердловского районного суда г. Перми от 17 февраля 2026 года, которым

оставлена без удовлетворения жалоба адвоката Савельевой Д.И., действующей в интересах К1., К2., поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, о признании незаконным и необоснованным постановления старшего следователя второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю Ш. от 12 января 2026 года об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 167, п.п. «б, г» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием событий указанных преступлений по материалу проверки КРСП № 106 от 8 декабря 2025 года.

Изложив содержание обжалуемого постановления, существо апелляционной жалобы, заслушав заявителя К1., представителя заявителей - адвоката Савельевой Д.И., поддержавших доводы жалобы, мнение следователя Ш., прокурора Телешовой Т.В., возражавших против ее удовлетворения и об оставлении постановления без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

адвокат Савельева Д.И., действуя в интересах К1., К2., обратилась в Свердловский районный суд г. Перми с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ, о признании незаконным и необоснованным постановления старшего следователя второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю Ш. от 12 января 2026 года об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 167, п.п. «б, г» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием событий указанных преступлений, по материалу проверки КРСП № 106 от 8 декабря 2025 года, обязать должностных лиц устранить допущенные нарушения. В обоснование жалобы указала, что в постановлении должностного лица неверно указаны фактические обстоятельства, отличные от указанных в заявлении К2. и зафиксированных на видеозаписи с камер видеонаблюдения, также следователем существенно сокращены и искажены речевые высказывания с видеозаписи в протоколе ее осмотра. Постановление не отвечает требованиям законности, не соответствует ч. 3 и ч. 4 ст. 182 УПК РФ, так как следователем постановление суда, котором был разрешен обыск в доме К., получено и предъявлено не было; нарушена ст. 25 Конституции РФ, поскольку сотрудники, проводившие обыск, проникли на придомовую территорию и в жилище К. без получения от них соответствующего разрешения; ч. 6 ст. 182 УПК РФ, п. 2 ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 28.12.2010 № 403-ФЗ «О Следственном комитете РФ», поскольку супруги К. не были уведомлены о причинах и основаниях вхождения в их жилище и на придомовую территорию, добровольно открыть дверь для производства обыска им не предлагалось, входная калитка взломана сотрудниками правоохранительных органов безосновательно; ч. 5 ст. 165 УПК РФ, ст.ст. 7, 7.1 УПК РФ, так как прокурор и суд о проникновение в жилище К. уведомлены не были; ч. 6 ст. 182 УПК РФ, так как в отношении К1. при отсутствии предусмотренных законом поводов и оснований была применена физическая сила и спецсредства (наручники); ч.ч. 12-15 ст. 182 УПК РФ, так как протокол обыска составлен не был, присутствующим не предъявлен. Выражает несогласие с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 12 января 2026 года в связи с незаконностью проведенного в жилом помещении К1. и К2. обыска, обжалуемое постановление не содержит квалификации действий следователя А. и других сотрудников по вторжению в жилище и применения к ним мер процессуального принуждения, повреждения имущества. Полагает, что вывод следователя о том, что повреждение и приведение в негодность телефона К2. не связано с производством обыска, является заведомо ложным сообщением о совершенном преступлении, не соответствуют фактическим обстоятельствам. Указывает, что в нарушение ст.ст. 87, 88 УПК РФ следователь не сопоставила приведенные в постановлении доказательства и не дала каждому из них оценку, не привела факты, на основании которых пришла к выводу об отсутствии достаточных данных, указывающих на совершение следователем А. преступлений.

Постановлением Свердловского районного суда от 17 февраля 2026 года в удовлетворении данной жалобы было отказано.

В апелляционной жалобе адвокат Савельева Д.И. считает постановление суда незаконным, необоснованным, указывает, что 14 октября 2025 года в период с 06:58 до 07:12 часов в частном доме, принадлежащем К2. и К1. по адресу: ****, следователем третьего отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю А. совместно с понятыми О., Ц., оперуполномоченными УФСБ России по Пермскому краю Ф., В., а также 2-мя неустановленными лицами силовой поддержки УФСБ России по Пермскому краю, проведен обыск. Считает производство данного обыска незаконным, поскольку обыск был проведен с грубой ошибкой в адресе, который был указан в постановлении Дзержинского суда г. Перми: было дано разрешение на проведение обыска по адресу: **** у гражданина З., который проживает в соседнем доме, членом семьи К. не являлся и в их доме не находился. В нарушение требований, содержащихся в ч. 3 и ч. 4 ст. 182 УПК РФ, следователем постановление суда, которое разрешало обыск в доме К., получено и предъявлено не было. В нарушение ст. 25 Конституции России сотрудники, проводившие обыск, проникли на придомовую территорию и в жилище К. без получения от них соответствующего разрешения. В нарушение ч. 6 ст. 182 УПК РФ, п. 2 ч. 1 ст. 7 Федерального закон от 28.12.2010 № 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации», без устного уведомления супругов К. о причинах и основаниях вхождения в их жилище и на придомовую территорию, без личного представления, без озвучивания предложения добровольно открыть вход для производства обыска, сотрудниками, проводившими обыск, сразу же после прибытия в 06:58 часов к дому К., безосновательно была взломана входная калитка, при этом использовались опасные способы и средства. В отношении К1. при входе в калитку были применены физическая сила и специальные средства - наручники. Следователем сразу, при входе в дом, был принудительно изъят телефон К2. и был поврежден, чтобы не дать возможность вызвать полицию и адвоката. В нарушение ч. 5 ст. 165 УПК РФ прокурор и суд о силовом проникновении в жилище К. уведомлены не были. В нарушение ч. 6 ст. 182 УПК РФ при проведении обыска следователем умышленно причинялись физические и нравственные страдания в отношении владельцев жилого помещения. В отсутствие предусмотренных законом поводов и оснований была применена физическая сила и спецсредства (наручники) в отношении владельца дома - К1. В нарушение ч. 12-15 ст. 182 УПК РФ протокол обыска составлен не был, присутствующим не предъявлен, в связи с чем не были задокументированы факты принудительного вторжения в жилище, применения физической силы и спецсредств, а также повреждения имущества.

Постановлением следователя Ш. в возбуждении уголовного дела по заявлению К2., обратившейся в порядке ст. 144-145 УПК РФ по указанным выше обстоятельствам, было отказано.

Полагает, что суд первой инстанции не дал оценки доводам о том, что следователем проигнорированы установленные в ходе проверки обстоятельства, не устранены противоречия между показаниями лиц, проводившими обыск и показаниями супругов К., со сведениями, полученными с камер видеонаблюдения, протоколами осмотра сломанной калитки и телефона, осмотра и экспертизы также поврежденного телефона.

Обращает внимание, что следователь в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела посчитала достоверными показания следователя А. и понятых о том, что они в дом К. не входили, и обыск не проводили, при том, что видеозаписью зафиксированы обысковые мероприятия именно в доме К., в ходе которых был изъят и удерживался в течение 10 минут телефон К2., а К1. находился во время обыска в наручниках, с тряпкой на голове. Суд не принял во внимание существенные повреждения калитки, зафиксированные при осмотре места происшествия, а также аудиозаписью с камеры видеонаблюдения, свидетельствующей о том, что сразу после приезда к дому К. (через несколько секунд) калитка начала взламываться с применением специального инструмента, в отсутствие озвученных предложений открыть ее и разъяснений целей визита, с предоставлением документов на обыск.

Не согласна с выводами суда об обоснованности довода следователя в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела о том, что дома К. и ФИО1 находились на одном земельном участке, вход на который осуществлялся только через калитку К., поскольку протоколом осмотра места происшествия установлено, что домовладения К. и ФИО1 имеют разные адреса с указанием табличек, разные заборы и разные входные калитки, что также подтверждается данными о геолокации.

Оспаривает вывод, содержащийся в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела о том, что причиной применения спецсредств - наручников и физической силы в отношении К1. была его агрессия, нежелание открыть калитку, нецензурные выражения в адрес представившихся по форме сотрудников следственного комитета, предъявивших соответствующие удостоверения и постановление о производстве обыска. Считает, что данный вывод опровергается видеофайлом, полученным с видеокамеры, установленной на доме З., на котором не зафиксировано ни представления, ни сообщения о том, что сотрудники СК РФ приехали для производства обыска, нецензурные выражения произносили сотрудники, взламывавшие калитку, при этом все прибывшие были без специальной формы и опознавательных знаков.

Также указывает, что на видеозаписи, произведенной с камеры видеонаблюдения в доме К., содержатся признаки речевой агрессии в форме угроз и оскорбительных действий, но не со стороны К1., а со стороны следователя А., в том числе зафиксированы физические угрозы, унизительные требования. При этом в высказываниях лиц производящих обыск, отсутствует разъяснение целей и причин проникновения в жилище, разъяснение прав и обязанностей лиц, участвующих в производстве обыска. Отмеченное предупреждение о применении физической силы и спецсредств высказано лишь в составе угрозы. Ознакомление с постановлением суда о производстве обыска и представление жильцам дома следователем А. были проведены в нарушение правил, не сначала появления около калитки и в доме, а лишь через некоторое время, после разбирательств.

По ее мнению, осмотр видеофайлов проведен следователем формально, без точного изложения всех речевых высказываний, что свидетельствует о заинтересованности следователя Ш. в умышленном искажений обстоятельств дела, и в заведомо незаконном освобождении от ответственности своих коллег и незаконном привлечении К2. к уголовной ответственности за заведомо ложный донос, каким она признала заявление К2., выделив материалы для возбуждения уголовного дела и возбудив уголовное дело по ст. 306 УК РФ.

Считает, что ссылка суда на достаточность для принятия законного решения протоколов опроса заинтересованных лиц - следователя А., понятых - О., Ц., прибывших к месту производства обыска в одной автомашине совместно со следователем, о том, что обыск в жилище К. не проводился, в их дом они не входили, А. не брала в руки телефон К2., является необоснованной, поскольку из представленной в суд видеозаписи обыска 14 октября 2025 года, которую суд отказался исследовать, достоверно установлено, что А., О., Ц., Ф., В. против воли К1. и К2. с использованием силы проникли в их жилище, при этом видеозаписью зафиксировано, что сразу же после вторжения в жилище К2. телефон у нее был изъят сотрудником силовой поддержки и на протяжении последующих 10 минут А. не только держала в руках телефон К2., но и производила с ним различные манипуляции.

Также полагает, что видеозаписью установлено отсутствие оснований для взлома калитки, применения в отношении К1. физической силы и спецсредств, и несостоятельности доводов лиц, проводивших обыск, что К1. вел себя «агрессивно».

На основании изложенного, считает, что суд проигнорировал положения ст. 25 Конституции России, ст. 12 УПК РФ, предусматривающих, что осмотр жилища производится только с согласия проживающих в нем лиц, а обыск в жилище могут производиться на основании судебного решения, и сотрудники, проводившие обыск, проникли на придомовую территорию и в жилище К. без получения от них соответствующего разрешения. Суд не сопоставил содержание постановления об отказе в возбуждении уголовного дела с событиями, реально имевшими место, выводы следователя о неустановлении фактов повреждения имущества, с имеющимся заключением эксперта, которым такие повреждения не только были установлены, но и соответствуют заявлению К2. Суд не принял во внимание наличие противоречий в обжалуемом постановлении: при наличии показаний А. о том, что в жилище К. они не вторгались, к делу приобщено постановление о производстве обыска с подписью К2. Из копии протокола обыска, приобщенной к материалу проверки, следует, что он предъявлялся К2. для подписания, однако он якобы от проставления такой подписи отказалась. Вместе с тем из двух видеозаписей однозначно следует, что протокол обыска в момент производства обыска не составлялся, на подпись К2. не предъявлялся, и, по ее мнению, записи об отказе от его подписи со стороны К2. являются сфальсифицированными.

Полагает, что протокол осмотра видеозаписи обыска, составленный следователем однозначно опровергает выводы постановления об отказе в возбуждении уголовного дела о том, что А., О., Ц., Ф., В. незаконно в жилище К. не вторгались и обыск не проводили.

Также полагает, что суд уклонился от дачи оценки соблюдения следователем требований ч. 4 ст. 7 УПК РФ в части соответствия вынесенного постановления фактическим обстоятельствам дела, так как как из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, так и из обжалуемого решения суда, не ясно, на основании каких нормативных актов следует признать законным описанное в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела силовое вторжение в жилище в отсутствие судебного решения, взлом калитки, ограничение передвижения супругов К., применение физической силы в отношении К1. и спецсредств, изъятие телефона у К2. Отсутствие в материале проверки рапортов сотрудников СК РФ об ошибке в адресе проведения обыска, о взломе калитки, о применении спецсредств и физической силы - вопреки мнению суда не является полнотой проведенной проверки и достаточности оценки следователем законности и правильности действий своих коллег. Следователь не вправе безусловно принимать как достоверные только показания своих коллег о законности обыска, без сопоставления их с другими полученными-доказательствами, и тем более не вправе отрицать реально установленные факты путем их сокрытия, составляя протокол осмотра видеозаписи, исключая из него все речевые высказывания лиц, присутствовавших при обыске, а также признавая законным и достоверным протокол производства обыска, который фактически в месте производства обыска и в указанные даты и время не составлялся. Незаконно отказывая в возбуждении уголовного дела, искажая фактические обстоятельства производства обыска, скрывая грубое нарушение конституционных прав К. на неприкосновенность жилища, частной жизни и личной свободы, следователь грубо нарушила основные принципы уголовного судопроизводства, в соответствии с которым назначение уголовного судопроизводства это защита прав потерпевших от преступлений, а также защита личности от незаконного и необоснованного обвинения или осуждения, закрепленная в ст. 6 УПК РФ. Считает, что обжалуемым постановлением нарушены права К. на обращение в суд о взыскании морального и материального вреда в отношении К2. заведомо незаконно возбуждено уголовного дело по ст. 306 УК РФ, Пермским районным судом отказано в приеме заявления, поданного о возмещении материального ущерба.

Просит отменить постановление суда, признать постановление старшего следователя второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю Ш. об отказе в возбуждении уголовного дела от 12 января 2026 года незаконным.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ст. 145 УПК РФ по результатам рассмотрения сообщения о преступлении может быть принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

Согласно требованиям ст. 148 УПК РФ решение об отказе в возбуждении дела выносится при отсутствии основания для возбуждения уголовного дела, которым, согласно требованиям ст. 140 УПК РФ, является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

В соответствии со ст. 125 УПК РФ судья проверяет законность и обоснованность решений, действий (бездействие) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа, прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства, либо затруднить доступ граждан к правосудию.

Проверяя законность и обоснованность постановления об отказе в возбуждении уголовного дела (ч.1 ст. 148 УПК РФ), судья обязан выяснить, соблюдены ли нормы, регулирующие порядок рассмотрения сообщения о совершенном или готовящемся преступлении (ст.ст. 20, 144, 145 и 151 УПК РФ), рассмотрены ли доводы заявителя о фактических обстоятельствах, которые, по его мнению, указывают на признаки преступления, принято ли уполномоченным должностным лицом решение об отказе в возбуждении уголовного дела при наличии к тому законных оснований и соблюдены ли при его вынесении требования ст. 148 УПК РФ.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену или изменение обжалуемого постановления суда, не установлено.

Изучив доводы жалобы заявителя, исследовав материал проверки и обжалуемое постановление следователя, заслушав мнение прокурора, суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы адвоката, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ.

Как следует из материалов дела, 26 ноября 2025 года К2. обратилась в Следственный комитет РФ по Пермскому краю с заявлением о привлечении к уголовной ответственности следователя А. и неустановленных лиц за совершение в отношении нее и ее супруга К1. преступления, предусмотренного п.п. «б, г» ч. 3 ст. 286 УК РФ, которое было зарегистрировано в КРСП и материал проверки передан для принятия решения в порядке ст. 144-145 УПК РФ во второй отдел по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю, где зарегистрирован в КРСП № 106 8 декабря 2025 года.

В ходе проведенной проверки следователем был выполнен достаточный объем проверочных мероприятий, необходимый для установления значимых для проверки обстоятельств, а именно опрошена следователь А., а также иные лица, которым могли быть известны проверяемые обстоятельства, в том числе понятые О., Ц., оперуполномоченные УФСБ России по Пермскому краю Ф., В., а также заявители К2., К1., приобщены копии документов из уголовного дела № 12402570032000031, в рамках которого было разрешено проведение обыска по адресу: ****, осмотрено места происшествия, мобильный телефон К2., истребованы документы на следователя А., осмотрен диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения, представленных К1. с гостиной своего дома, а также с дома З., проведена экспертиза поврежденного телефона.

На основании анализа вышеуказанных документов и объяснений объективных данных, указывающих на совершение А. и иными должностными лицами, явившимися 14 октября 2025 года для производства обыска по адресу: ****, противоправных действий, явно выходящих за пределы их полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов заявителей К2. и К1., а также умышленного повреждения имущества, повлекшего причинение значительного ущерба, следователем Ш. не выявлено.

На основании материалов доследственной проверки было установлено, что 14 октября 2025 года около 7 часов старший следователь третьего отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Пермскому краю А. с понятыми О., Ц., оперуполномоченными УФСБ России по Пермскому краю Ф., В., двумя лицами силовой поддержки прибыли по адресу **** с целью проведения обыска в жилище З. на основании постановления Дзержинского районного суда г. Перми, где по картам мобильного приложения постучались в двери калитки частного дома для обеспечения доступа на территорию дома З., однако дверь калитки никто не открыл и сотрудниками силовой поддержки дверь калитки была вскрыта. На шум из дома № ** по ул. **** д. Большая Мось вышел проживающий в нем К1., который вел себя агрессивно, оказывал неповиновение требованиям прибывших для производства обыска сотрудников, в связи с чем к нему были применены физическая сила в виде загиба руки за спину и специальные средства – наручники. После чего следователь А. в помещении дома 9 предъявила постановление о разрешении обыска, при этом К1. пояснил, что З. проживает в соседнем доме, после чего должностные лица и понятые покинули помещение дома К., не проводя обыск в их жилище.

Указанные выводы следователя подтверждаются материалами проверки. При этом сделан обоснованный вывод, что в связи с воспрепятствованием обеспечению доступа в жилище для производства обыска в соответствии с требованиями Федерального закона от 3 апреля 1995 года № 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности, ст. 182 УПК РФ было совершено вскрытие двери калитки и применены в отношении К1. физическая сила и спецсредства – наручники. В данном случае и при входе в дом К., изъятии мобильного телефона у К2. должностные лица, участвовавшие в проведении обыска, действовали в рамках имеющихся у них полномочий, а также сложившейся на тот момент обстановке в целях обеспечения безопасности участников следственного действия.

Согласно требований закона следователь при производстве обыска наделен правом принудительно вскрывать любые двери для обеспечения доступа в помещение, подвергающееся обыску. В ходе проверки было установлено, что дверь калитки дома № ** фактически также обеспечивает доступ и в дом З., поэтому повреждение двери калитки вызвано отказом в добровольном предоставлении входа на территорию домовладения и наличия у следователя А. оснований полагать, что промедление с проведением обыска может привести к утрате находящихся в жилище предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела. Данных об умышленном повреждении А. мобильного телефона К2. не установлено. При этом, после предъявления постановления суда проживающим там лицам и осознав, что ошибочно вошли в жилое помещение иных лиц, должностные лица его сразу покинули, фактически обыск в жилище К. не проводили.

По результатам проверки сообщения заявителя старшим следователем второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю Ш. 12 января 2026 года вынесено мотивированное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 167, п.п. «б, г» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием событий указанных преступлений, которое в установленный срок было направлено К2.

По смыслу закона, поводом для признания в порядке ст. 125 УПК РФ незаконным и необоснованным постановления об отказе в возбуждении уголовного дела могут служить неполнота и односторонность доследственной проверки, неправильное применение уголовного и уголовно-процессуального законов.

Исследуя по жалобе заявителя представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что должностным лицом при вынесении оспариваемого постановления об отказе в возбуждении уголовного дела соблюдены процессуальные нормы, регулирующие порядок рассмотрения сообщения о преступлении, решение принято уполномоченным на то должностным лицом в рамках компетенции, предоставленной ему уголовно-процессуальным законом. При проведении проверки нарушений уголовно-процессуального закона не установлено.

Кроме того, судом первой инстанции оценивались все доводы заявителя, в том числе о неполноте проведенной проверки, неверной оценке следователем материалов проверки, которые суд обоснованно не признал в качестве оснований для отмены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 12 января 2026 года, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции, поскольку имеющиеся в материале объяснения лиц, а также письменные доказательства отвечают критериям достаточности и позволили следователю по результатам проведенной проверки вынести постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, которое является обоснованным и мотивированным.

При этом оснований полагать, что доследственная проверка проведена неполно либо односторонне, судом не установлено, оснований полагать, что постановление следователя затрудняет доступ заявителя к правосудию, либо причиняет ущерб его конституционным правам и свободам не имеется.

Выводы суда, положенные в основу принятого по жалобе решения, с указанием установленных в ходе судебного заседания фактов и обстоятельств, надлежаще мотивированы в постановлении и не вызывают у суда апелляционной инстанции сомнений в их правильности, поскольку соответствуют материалам дела и требованиям закона.

Судебное решение об отказе в удовлетворении жалобы, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, основано на исследованных в судебном заседании материалах проверки КРСП № 106 от 8 декабря 2025 года и иных объективных данных, содержащихся в представленных материалах.

Каких либо существенных данных, влияющих на существо принятого решения не установлено.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона судом не установлено. Выводы об отсутствии оснований для возбуждения уголовного дела, основанные на проверке доводов, как заявителя, так и иных заинтересованных лиц, судом проверены и являются обоснованными.

Всем доводам заявителя, в том числе основанным на субъективном восприятии об искажении следователем фактических обстоятельств произошедшего, судом дана надлежащая оценка, они являются несостоятельными, исследованные в ходе проверки доказательства отвечают критериям достаточности и позволили следователю по результатам проведенной проверки вынести законное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, которое является в должной степени мотивированным и обоснованным.

Проверяя законность и обоснованность постановления об отказе в возбуждении уголовного дела суд проверил соблюдение требований закона при рассмотрении сообщения о преступлении, всех доводов заявителя о фактических обстоятельствах, которые, по его мнению, указывают на признаки преступления, убедился, что решение об отказе в возбуждении уголовного дела уполномоченным должностным лицом принято при наличии к тому законных оснований и соблюдении требования ст. 148 УПК РФ.

Правильность оценки следователем материалов проверки при принятии решения сомнений не вызывает. Протокол осмотра видеозаписей соответствует требованиям ст. 164, ч. 1 ст. 176, чч.1-4 ст. 177 УПК РФ, в нем в достаточном объеме отражены имеющие для дела обстоятельства.

Каких-либо заслуживающих доверия данных, свидетельствующих о фальсификации доказательств и применении сотрудниками полиции незаконных методов ведения проверки, неверном изложении следователем фактических обстоятельств произошедшего, материалы не содержат.

Тот факт, что данная следователем оценка не совпадает с позицией заявителей не свидетельствует о нарушении органом следствия, а впоследствии и судом, требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене постановления суда. Причинение материального и морального вреда сами по себе не являются основаниями для отмены обжалуемых решений.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену постановления суда, а также нарушений прав участников судебного разбирательства при рассмотрении жалобы, а также ограничений доступа к правосудию и нарушений способных причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства, судом первой инстанции допущено не было.

Выходящие за пределы поданной в порядке ст. 125 УПК РФ жалобы заявителя доводы, в том числе о незаконности постановления от 19 января 2026 года о возбуждении уголовного дела в отношении К2. по ч. 2 ст. 306 УК РФ, судом обоснованно оставлены без рассмотрения, поскольку могут являться самостоятельным предметом обжалования в порядке ст. 125 УПК РФ, при этом вопрос о возмещении причиненного К1., К2. имущественного ущерба и морального вреда также разрешается в ином установленном законом порядке, при этом реализация такого права, как верно отмечено судом, не связана с фактом возбуждения уголовного дела.

Судебное решение об отказе в удовлетворении жалобы, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, основано на исследованных в судебном заседании материалах проверки и иных объективных данных, содержащихся в представленных материалах.

Таким образом, жалоба адвоката Савельевой Д.И. удовлетворению не подлежит, поскольку вывод следователя Ш. об отсутствии оснований для возбуждения уголовного дела, изложенный в обжалуемом постановлении основан на материалах проведенной проверки.

Постановление Свердловского районного суда г. Перми от 17 февраля 2026 года, которым заявителю отказано в удовлетворении жалобы, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, соответствует требованиям ст. 7 ч. 4 УПК РФ, является законным, обоснованным, оснований для его изменения или отмены не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Свердловского районного суда г. Перми от 17 февраля 2026 года, которым оставлена без удовлетворения жалоба адвоката Савельевой Д.И., действующей в интересах К1., К2., поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Савельевой Д.И. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Челябинск), с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись