Апелляционное определение № 33-2066/2026 от 16 апреля 2026 г.

Дело № 33-2066/2026 (2-4848/2025)

В суде первой инстанции дело рассмотрено судьей Анфиногеновой М.С.

УИД 27RS0004-01-2025-005490-55


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 апреля 2026 года город Хабаровск

Судебная коллегия по гражданским делам Хабаровского краевого суда в составе:

председательствующего Гвоздева М.В.,

судей Новицкой Т.В., Матвеенко Е.Б.

при секретаре Евтушенко М.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк» о признании недействительным кредитного договора, по встречному иску публичного акционерного общества социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору,

по апелляционной жалобе публичного акционерного общества социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк» на решение Индустриального районного суда г. Хабаровска от 26 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Новицкой Т.В., пояснения истца ФИО1, представителя истца ФИО1 – ФИО2, представителя ответчика ПАО СКБ «Примсоцбанк» ФИО3, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к ПАО СКБ «Примсоцбанк» о признании недействительным кредитного договора.

В обоснование заявленных требований указала на то, что 2 августа 2025 года она под влиянием неизвестных лиц, представившихся ей сотрудниками ФСБ, оформила кредитный договор в ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк». Она также обращалась в иные банки, но ей было отказано в оформлении кредитных договоров. При оформлении кредитного договора сотрудник банка попросила сообщить код с ее номера телефона, который истец ей сообщила, после чего сотрудник дала какие-то бумаги и отправила в кассу за деньгами, также сотрудником банка сделана отметка, что деньги выданы в выходной день. После получения денежных средств, на такси, ФИО1 привезли к банку «Альфа-Банк», следуя инструкции от сотрудника ФСБ, истец положила через банкомат денежные средства себе на карту, по телефону сотрудник ФСБ контролировал и давал указания, куда нажимать и куда вводить какие-то цифры. 6 августа 2025 года дочь истца приехала из-за границы и ФИО1 позвонила ей и обмолвилась, что сотрудничает с ФСБ по поимке мошенников, в тот же день истец подала в ОП № 2 заявление о мошенничестве, а также заявление в ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» с просьбой аннулировать кредитный договор. Истец считает кредитный договор № от 2 августа 2025 года является недействительным, поскольку он заключен путем введения четырехзначного цифрового кода, направленного банком в виде СМС-сообщения, а также путем введения в заблуждение, воля на заключение договора была сформирована под влиянием мошеннических действий. Кредитный договор подписан электронной подписью, в договоре отсутствует ее личная подпись.

Истец просит суд признать недействительным кредитный договор № от 2 августа 2025 года, заключенный между ФИО1 и ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» на сумму 359 000 рублей и дополнительное соглашение к нему от 2 августа 2025 года.

ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» обратилось со встречным иском к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору.

В обоснование встречных требований ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» указал, что 2 августа 2025 года между ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» и ФИО1 заключен кредитный договор № на сумму 440 000 рублей. ФИО1 ненадлежащим образом исполняет свои обязательства по возврату кредита и уплате процентов. По состоянию на 11 декабря 2025 года задолженность составляет 479 713 рублей 66 копеек, в том числе 440 000 рублей основной долг, 39 479 рублей 45 копеек проценты, 234 рубля 21 копейка пени за кредит.

Просили взыскать с ФИО1 в пользу ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» задолженность по кредитному договору № от 2 августа 2025 года в размере по состоянию на 11 декабря 2025 года составляет 479 713 рублей 66 копеек, в том числе 440 000 рублей основной долг, 39 479 рублей 45 копеек проценты, 234 рубля 21 копейка пени за кредит, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 14 493 рублей.

Определением Индустриального районного суда г. Хабаровска от 15 октября 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено УМВД России по г. Хабаровску.

Решением Индустриального районного суда г. Хабаровска от 26 декабря 2025 года исковые требования ФИО1 к ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» о признании недействительным кредитного договора удовлетворены. Постановлено признать недействительным кредитный договор от 2 августа 2025 года № и дополнительное соглашение к нему от 2 августа 2025 года, заключенные между ФИО1 и ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк».

Встречные исковые требования ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» оставлены без удовлетворения.

С ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» в доход муниципального образования городской округ «Город Хабаровск» взыскана государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

В апелляционной жалобе ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» просит отменить решение, вынести по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска ФИО1, встречный иск удовлетворить в полном объеме, взыскать расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы. В обоснование доводов апелляционной жалобы указали на неверное применение положений п. 3 ст. 178 ГК РФ, поскольку заблуждение относительно мотивов совершения сделки (каковым в данном случае является уверенность ФИО1 в том, что она действует по указанию «сотрудников ФСБ» для «помощи в расследовании» и что её действия не повлекут негативных последствий) не является основанием для признания сделки недействительной по смыслу указанной статьи. При оспаривании сделки по ст. 178 ГК РФ суд обязан исследовать и оценить, могла ли добросовестная сторона сделки распознать заблуждение своего контрагента (п. 5 ст. 178 ГК РФ). Как следует из правовой позиции Верховного суда РФ, изложенной в определении от 16.12.2025 № 5-КГ25-174-К2: «заблуждение относительно мотивов лица, полагавшего, что заключает оспариваемые договоры для пресечения совершаемых мошеннических действий, равно как и заблуждение относительно последствий заключаемой сделки, основанием для признания совершенной сделки недействительной являться не может». Суд первой инстанции не исследовал и не оценил поведение банка с точки зрения его добросовестности, не установил и не указал в решении, какие конкретно действия банка или его сотрудника свидетельствовали бы о том, что банк знал или должен был знать о «заблуждении» ФИО1, вызванном воздействием третьих лиц (мошенников), не дал правовой оценки тому, что ФИО1 добровольно сообщила банковскому сотруднику SMS-код (простой электронной подписи), подписала соглашение об обмене электронными документами, лично получила денежные средства и распорядилась ими. Также существенным нарушением норм материального права является неприменение судом первой инстанции последствий недействительности сделки в виде двусторонней реституции, неприменение судом положения о возврате полученной суммы нарушает баланс интересов сторон и принципы гражданского права.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу ФИО1 просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» ФИО3 в судебном заседании на доводах, изложенных в апелляционной жалобе, настаивал.

ФИО1, ее представитель ФИО2 в судебном заседании выразили согласие с решением суда первой инстанции.

Представитель УМВД России по г. Хабаровску в судебном заседании участия не принимали, о месте и времени судебного разбирательства извещались в установленном порядке, в том числе, путем размещения информации о дате и времени судебного разбирательства на официальном сайте Хабаровского краевого суда. Ходатайства об отложении судебного разбирательства в адрес суда не поступали.

На основании ч.ч. 3, 4 ст. 167, ч. 1 ст. 327 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 2 августа 2025 года между ФИО1 и ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» заключено соглашение об обмене электронными документами с использованием программы «Программа для ЭВМ «Сервис Безбумажный офис», в соответствии с п. 1.1 предметом которого являются условия и порядок электронного документооборота, в том числе использования Простой электронной подписи, а также присоединение Клиента к использованию Программы «Безбумажный офис F.Doc» на условиях Правил использования программы «Безбумажный офис F.Doc». Правила размещены в сети Интернет по адресу: https://servicebbo.ru. Стороны признают допустимость и согласны на использование при осуществлении электронного документооборота в Программе, обмена сообщениями, подписания Простых электронных документов с использованием Простой электронной подписи. Стороны пришли к соглашению, что Простая электронная подпись может использовать при подписании Простых электронных документов с использованием Программы, в том числе при совершении юридически значимых действий.

В п. 6 соглашения об обмене электронными документами от 2 августа 2025 года указан доверенный номер мобильного телефона №. Документ подписан собственноручно ФИО1

2 августа 2025 года между ФИО1 и ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» заключен договор потребительского кредита №, под 31,5 % годовых, на сумму 440 000 рублей, сроком действия договора – до полного возврата суммы основного долга, уплаты процентов и неустойки, сроком возврата кредита – до 2 августа 2030 года.

2 августа 2025 года к договору потребительского кредита № заключено дополнительное соглашение, согласно которому процентная ставка составила 25 % годовых.

2 августа 2025 года ФИО1 внесла полученные кредитные денежные средства двумя суммами через банкомат на счета неустановленных лиц, в 16:05:09 в размере 223 500 рублей, в 15:56:46 в размере 165 000 рублей, а также внесла 2 августа 2025 года в 21:15:14 и 5 августа 2025 года в 16:10:59 имеющиеся у нее ранее личные денежные средства в размере 120 000 рублей и 315 000 рублей на свою карту.

6 августа 2025 года по заявлению ФИО1 в СО ОП № 2 СУ УМВД России по г. Хабаровску возбуждено уголовное дело № в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, в связи с тем, что в ходе предварительной проверки было установлено, что с 1 августа 2025 года по 5 августа 2025 года неустановленное лицо, находясь в точно неустановленном месте, путем обмана похитило денежные средства в сумме 823 500 рублей, принадлежащие ФИО1, чем причинило последней ущерб в крупном размере.

Постановлением старшего следователя СО ОП № 2 СУ УМВД России по г. Хабаровску от 6 августа 2025 года ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу №.

6 августа 2025 года ФИО1 обратилась в ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» с заявлением об аннулировании договора потребительского кредита № от 2 августа 2025 года в сумме 400 000 рублей, в связи с тем, что в отношении нее были совершены мошеннические действия, а также повторно обратилась в банк 15 августа 2025 года с заявлением о предоставлении информации по результате ее обращения.

Обращения ФИО1 в банк от 7 августа 2025 года, 15 августа 2025 года оставлены ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» без рассмотрения.

Согласно представленной кредитной истории 2 августа 2025 года от ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» в БКИ поступило 5 запросов на предоставление нецелевого потребительского займа (кредита); 4 августа 2025 года 2 запроса из ПАО «Банк ПСБ», 2 запроса от ПАО «Сбербанк России», 2 запроса из ТКБ ПАО «Транскапиталбанк».

Постановлением ст.следователя СО ОМВД России по району имени Лазо Хабаровского края от 6 декабря 2025 года производство по уголовному делу приостановлено.

Разрешая исковые требования ФИО1, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 10, 153, 160, 168, 178, 179, 309, 310, 401, 420, 811, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ "Об электронной подписи", правовой позицией, изложенной в постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утв.Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019, Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 2669-0, оценив доказательства, представленные сторонами в обоснование заявленных требований и возражений, в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что сотрудник банка не предприняла меры для выяснения срочности получения кредитных средств наличными в выходной день (суббота), указав на то, что на видео с камер наблюдения, установленных в Банке видно, как ФИО1 выходит из зала, забывает свой телефон на столе у сотрудника банка, теряется при ответах на вопросы и т.п., а также, что сотрудник банка, взяв телефон ФИО1 сама вводила пин-код из СМС, направленных на телефон ФИО1 с целью подписания электронной подписью оспариваемого кредитного договора

Кроме того, суд первой инстанции указал на то, что доказательств того, что ФИО1 были сообщены условия кредитного договора и дополнительного соглашения, суду не представлено и из указанных видеозаписей не следует.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что материалы дела не содержат доказательств исполнения Банком возложенных на него обязанностей по выявлению возможных признаков совершения в отношении потребителя мошеннических действий.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, совокупность собранных по делу доказательств, с очевидностью свидетельствуют о допущении ответчиком, как исполнителем финансовой услуги, нарушений требований действующего законодательства в части обеспечения информирования Клиента, сохранности денежных средств истца, как потребителя, соблюдения прав истца на получение услуги надлежащего качества в соответствии с требованиями закона и условиями заключенного между сторонами договора.

Дополнительно суд первой инстанции указал, что фактически, ФИО1 не была предоставлена надлежащая информация об услуге и условиях кредита, не были согласованы индивидуальные условия договора, включая действия банка по заключению дополнительного соглашения.

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк», суд первой инстанции исходил из того, что спорный кредитный договор и дополнительное соглашение признаны недействительными и считаются таковыми со дня их совершения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия с такими выводами суда первой инстанции соглашается, находя их верными, основанными на правильном применении действующего гражданского законодательства и верном определении обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения спора.

Доводы апелляционной жалобы о неверное применение положений п. 3 ст. 178 ГК РФ, судебная коллегия отклоняет в связи необоснованностью.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума N 25).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Как указывала ФИО1, её воля на заключение кредитного договора отсутствовала, при этом Банк в нарушение правила о добросовестности и осмотрительности не установил действительное волеизъявление потребителя на заключение кредитного договора.

В статье 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, включая не только общие, но и индивидуальные условия договора потребительского кредита, при этом последние в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

В соответствии со статьей 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей) потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах) (пункт 1).

Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также статьей 10 Закона о защите прав потребителей.

Ссылаясь на надлежащее исполнение Банком обязанности при заключении и исполнении договора потребительского кредита, Банк не предоставил доказательств добросовестности своего поведения, обязанного учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность предоставления услуг, что имеет существенное значение для разрешения спора.

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Как следует из материалов дела ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, каким образом до заемщика была доведена информация об условиях кредитного договора, до его подписания путем ввода кода, направленного в СМС-сообщении, который был введен, согласно представленной видеозаписи сотрудником банка самостоятельно.

Кроме того, в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Таким образом, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не исследовал и не оценил поведение банка с точки зрения его добросовестности, не установил и не указал в решении, какие конкретно действия банка или его сотрудника свидетельствовали бы о том, что банк знал или должен был знать о «заблуждении» ФИО1, вызванном воздействием третьих лиц (мошенников), не дал правовой оценки тому, что ФИО1 добровольно сообщила банковскому сотруднику SMS-код (простой электронной подписи), подписала соглашение об обмене электронными документами, лично получила денежные средства и распорядилась ими, судебная коллегия отклоняет в связи с необоснованностью.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных Приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. N ОД-2525, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Ссылаясь на надлежащее исполнение Банком обязанностей при заключении и исполнении договора потребительского кредита, ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» не принял мер к приостановлению операции по выдачи наличных денежных средств незамедлительно после заключения спорного кредитного договора, учитывая возраст клиента (65 лет), и то обстоятельство, что такие операции не являлись для данного клиента типичными.

При этом судебная коллегия учитывает, что в отделении ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк», ФИО1 использовала два смартфона - один для заключения кредитного договора, другой для общения по телефону, в период ожидания подтверждения заявки на выдачу кредита, ФИО1 в 12 час. 15 мин., в 12 час. 32 мин., в 12 час. 46 мин, в 13 час. 00 мин., в 13 час. 08 мин., в 13 час. 14 мин., поступали звонки на телефон, при этом ФИО1 в 12 час. 19 мин., 12 час. 32 минуты, 12 час. 35 мин., 12 час. 59 мин., покидала отделение Банка на непродолжительное время.

Также согласно, представленной ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» видео записи с камер видео наблюдения, в 12 час. 35 мин. ФИО1 незамедлительно после возвращения в отделение банка, подошла окну сотрудника банка, взяла находящиеся там ручку и бумагу, начала делать записи (заметки) с телефона.

Кроме того, после одобрения заявки на получения кредита, до подписания индивидуальных условий ФИО1, находясь у окна обслуживания клиентов в 13 час. 14 мин., оставила телефон на столе у сотрудника банка, в связи с поступившим ей на другой телефон звонок, для ответа на которой ФИО1 незамедлительно отошла на дальнее расстояние от сотрудника банка.

Указанное поведение, возраст, требование выдачи заемных денежных средств в наличном виде, а так же тот факт, что клиент терялся при ответах на вопросы, при добросовестных действий банка, исходя из поведения ФИО1, для ответчика не могло быть ожидаемым, как от участника гражданского оборота.

Доводы апелляционной жалобы о необходимости применений последствий недействительности сделки в виде двусторонней реституции, предусматривающая возврат денежных средств, судебной коллегией отклоняется, так как основан на ошибочном применении норм материального права.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 4 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации суд в праве не применять последствия недействительности сделки в случае, если их применение будет противоречить основам правопорядка и нравственности.

С учетом изложенного, в данном случае, а именно совершение сделки в результате мошеннических действий третьих лиц, в отсутствие воли истца, правила двусторонней реституции неприменимы. Иное означало бы несоответствие задачам гражданского судопроизводства, закрепленным в статье 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия отмечает, что в целом, доводы апелляционной жалобы являлись предметом проверки и исследования при рассмотрении дела в суде первой инстанции и правильно признаны несостоятельными по мотивам приведенным в оспариваемом решении суда, не согласиться с которыми судебная коллегия оснований не находит, поскольку они фактически направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, и сводятся к оспариванию обоснованности выводов суда первой инстанции об установленных им обстоятельствах дела, основаны на субъективном восприятии обстоятельств дела, что не является основанием, предусмотренным ст. 330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда первой инстанции в апелляционном порядке.

В апелляционной жалобе не содержится новых обстоятельств, а также не представлены новые доказательства, опровергающие выводы судебного постановления, а потому не могут служить основанием для его отмены.

Ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Судебная коллегия полагает, что обстоятельства, имеющие значение для дела, судом определены правильно, его выводы соответствуют изложенным в решении обстоятельствам, нарушения или неправильного применения норм материального права либо норм процессуального права не установлено, поэтому решение суда первой инстанции следует признать законным и обоснованным, оснований к его отмене не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327.1, 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Индустриального районного суда г. Хабаровска от 26 декабря 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк» о признании недействительным кредитного договора, по встречному иску публичного акционерного общества социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору – оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк» – без удовлетворения.

Апелляционное определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 апреля 2026 года.