Решение № 2-3079/2019 2-3079/2019~М-2678/2019 М-2678/2019 от 25 декабря 2019 г. по делу № 2-3079/2019

07RS0№-44

Дело №2-3079/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<адрес> 25 декабря 2019 года

Нальчикский городской суд Кабардино-Балкарской Республики в составе: председательствующего судьи – Тхазаплижевой Б.М., при секретаре – Аттоевой ФИО14

с участием представителя истца - ФИО1 ФИО15., действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной нотариусом Нальчикского нотариального округа ФИО5,

представителя ответчика - Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Республиканская клиническая больница» - ФИО7, выступающей по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №,

представителей ответчика Федеральное государственное казенное учреждение здравоохранения «2 Военный клинический госпиталь войск Национальной гвардии Российской Федерации» -ФИО8, выступающего по доверенности №Д-19/3 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9, действующего по доверенности №Д-19/1 от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 ФИО16 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Республиканская клиническая больница» Министерства здравоохранения КБР и Федеральному государственному казённому учреждению здравоохранения «2 Военный клинический госпиталь войск Национальной гвардии Российской Федерации» о компенсации морального вреда за ненадлежащее оказание медицинской услуги и штрафа за неисполнение требований в добровольном порядке,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ в Нальчикский городской суд КБР поступило исковое заявление ФИО2 ФИО17 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Республиканская клиническая больница» Министерства здравоохранения Кабардино-Балкарской Республики, в котором он просил суд взыскать в его пользу компенсацию морального вреда, причинённого в результате ненадлежащего оказания медицинской услуги в размере 3 000 000 рублей и штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований в размере 50% от суммы, присужденной судом в его пользу.

В дальнейшем истец ДД.ММ.ГГГГ дополнительно указал в качестве ответчика Федеральное государственное казённое учреждение здравоохранения «2 Военный клинический госпиталь войск Национальной гвардии Российской Федерации», просил суд взыскать в его пользу с каждого из ответчиков компенсацию морального вреда, причиненного в результат ненадлежащего оказания медицинской услуги в размере 3 000 000 рублей и штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований в размере 50% от суммы, присужденной судом в его пользу.

В обоснование своих требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ после дорожно-транспортного происшествия он был доставлен в тяжелом состоянии в ГБУЗ «Республиканская клиническая больница» Министерства здравоохранения Кабардино-Балкарской Республики, где ему была оказана первая медицинская помощь. В ГБУЗ РКБ Минздрава КБР находился с 07.09.2017г. по 29.09.2017г. Там ему была выполнена операция (трахеостомия) в результате которой в его теле осталось инородное тело.

ДД.ММ.ГГГГг. в тяжелом состоянии он был переведен во 2 ВКГ ВНГ России (2 военный клинический госпиталь Войск национальной гвардии России). Начали проявляться признаки воспаления раны в области средней линии шеи, образовался инфильтрат (после операционный окрепший рубец от ранее выполненной трахеостомии). Выполнено вскрытие, принято решение о выполнении повторной трахеостомии с целью обеспечения проходимости дыхания. В ходе операции трахеостомия от 30.11.2017г. на дне раны под перешейком щитовидной железы был выявлен марлевый тампон, проникающий в ранее выполненное отверстие в трахеи (выписной эпикриз История болезни №).

Таким образом, в результате некачественной медицинской услуги, оказанной в период нахождения в ГБУЗ РКБ Минздрава Кабардино-Балкарской Республики, а именно оставлением инородного тела (марлевый тампон) на дне раны под перешейком щитовидной железы в выполненное отверстие в трахеи его здоровью причинен значительный вред. Он испытал физические и нравственные страдания, получил эмоциональный стресс. В результате появившегося удушения находился между жизнью и смертью, чуть было не умер. И только экстренное повторное хирургическое вмешательство, в результате которого извлечен марлевый тампон спасло его.

Истец указал, что специалистами 2 ВКГ ВНГ России также в полной мере и надлежаще не были оказаны весь спектр медицинских услуг при данных обстоятельствах: своевременно не было диагностировано наличие инородного тела, после проведения операции по извлечению инородного тела не был проведён гистологический анализ.

Впоследствии для восстановления своего здоровья и исправления некачественной медицинской услуги он неоднократно обращался в лечебные учреждения, где проходил реабилитационные мероприятия.

Истец мотивировал свои требования нормами ст.ст.1095, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 7,13,14,15 Закона «О защите прав потребителей».

В судебное заседание истец, будучи надлежаще извещен о времени и месте рассмотрения дела, не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Суд, на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации посчитал возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель истца ФИО1 ФИО18. исковые требования поддержал по основаниям, указанным в иске, а также ввиду указаний судебной экспертизы, подтвердившей факт некачественного оказания медицинской помощи.

Представитель ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Республиканская клиническая больница» - ФИО3 ФИО19 исковые требования не признала, поддержала возражения на исковое заявление, полагала, что доказательств того, что РКБ была осуществлена ненадлежащая помощь истцу экспертиза не установила, других доказательств этого также не представлено, полагает, что ему была оказана качественная медицинская помощь, которая сохранила ему жизнь.

В возражении указано, что ДД.ММ.ГГГГ доставлен в приемное отделение ГБУЗ «Республиканская клиническая больница» Минздрава КЬР после ДТП, где был госпитализирован в Отделение реанимации и интенсивной терапии № (далее - ОРИТ №) в связи с тяжестью полученных травм: Тяжелая сочетанная травма. 04МТ (открытая черепно-мозговая травма). Ушиб головного мозга средней тяжести. Острая эпидуральная гематома малого объема справа. Перелом костей свода и основания черепа. Скрытая травма грудной клетки. Перелом 2-6.9,10 ребер справа. Правосторонний гемотевматорокс. Малый пневмоторакс слева. Ушиб обоих легких. Закрытый перелом левой ключицы со смещением фрагментов. Зарытый перелом правой лопатки со смещением фрагментов. ЗПСМТ. Перелом тела L4 позвоночника без смещения. Открытый диафизарный перелом костей левой голени со смещением фрагментов.

В ОРИТ № проходил стационарное лечение в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ после чего для долечивания переведен в 2 ВКГ ВНГ России <адрес>.

На время прохождения стационарного лечения в ОРИТ № ГБУЗ «Республиканская клиническая больница» Минздрава КБР ФИО2 ФИО21. оказана специализированная медицинская помощь в полном объеме, в соответствии с утвержденными Министерством здравоохранения РФ, клиническими рекомендациями и стандартами оказания медицинской помощи по острой сочетанной травме.

Сама тяжесть полученной ФИО2 ФИО20. сочетанной травмы снижает компенсаторные, иммунологические, защитные силы организма. Последствия таких состояний (сочетанных травм) - непредсказуемы. По статистическим данным Всемирной организации здравоохранения летальность при тяжелых сочетанных травмах, полученных в результате ДТП, составляет 68-80 % и занимает 3-е место.

В период лечения ФИО2 ФИО22 все оперативные вмешательства проводились в критическом состоянии, по жизненным показаниям, в экстренном порядке.

09.09.2017 ФИО2 ФИО23. проведена трахеостомия по жизненным показаниям в крайне неблагоприятных условиях надлежащим образом, согласно утвержденному алгоритму ведения больных с трахеостомией, который предполагает эндоскопический контроль санационного режима ни менее 1 раза в неделю.

Операционный доступ при классической трахеостомии искусственную полость не формирует, что не предполагает возможность оставить в ране инородное тело, при наличии которого невозможно будет установить трахеостомическую трубку.

ДД.ММ.ГГГГ проведена прямая ларингоскопия перед деканюляцией, после чего удалена трахеостомическая трубка, дыхание после этого было самостоятельное 18 в/ мин, сатурация 95%.

ДД.ММ.ГГГГ на основании договора о сотрудничестве медицинских учреждений между ГБУЗ «Республиканская клиническая больница» Минздрава КБР и Национальной гвардией РФ, в связи со стабилизацией состояния ФИО2 ФИО24 был переведен на дальнейшее лечение и медсанчасть в сопровождении врачей реаниматологов-анестезиологов 2 ВКГ ВНГ России в <адрес>, не имея никаких угрожающих жизни осложнений, что подтверждается рентгенологическими и клиническими исследованиями, без признаков нарушения проходимости верхних дыхательных путей и воспалительных явлений в области шеи. В случае наличия каких-либо симптомов послеоперационных осложнений, врачами реаниматологами-анестезиологами ГБУЗ «Республиканская клиническая больница» Минздрава КБР были бы предприняты всевозможные методы их устранения.

В судебном заседании представители ответчика Федерального государственного казенного учреждения здравоохранения «2 Военный клинический госпиталь войск Национальной гвардии Российской Федерации» -ФИО4 ФИО25 и ФИО6 ФИО26 исковые требования не признали, просили в иске к 2 ВКГ ВНГ России отказать, так как истцу в этом учреждении была оказана качественная медицинская помощь, инородное тело могло быть оставлено только во время лечения в РКБ, а тот факт, что до ноября она не беспокоила объясняется курсами антибиотиков, которые не позволяли ей загноится.

Представители ответчика поддержали возражение на исковое заявление.

В возражении указано, что послеоперационный рубец размером 10,0 х 0,8 см., заживший вторичным натяжением, без признаков воспаления. Находясь но лечении во 2 ВКГ ВИГ России, ДД.ММ.ГГГГ впервые диагносцированы признаки воспаления в области послеоперационной раны шеи, в тот же день дежурным хирургом гнойник вскрыт, получен гной, выполнен туалет и дренирование раны. Рана по стандартам медицинской помощи как лигатурный свищ абсцедированием, но для исключения других осложнений проводился диагностический поиск, в связи с чем было выполнено: Фибробронхоскопия протокол № от ДД.ММ.ГГГГ, где описываются участки грануляционных тканей с инфильтрацией до 1д 1,5см в диаметре перекрывающие просвет трахеи до 1/3. Устье свища данной моделью бронхоскопа не удалось рассмотреть. Видеоэзофагогастродуоденоскапия протокол № от 07.11.2017г., без патологии, КТ — фистулография шеи от ДД.ММ.ГГГГ: заключение признаки гнойной полости в мягких тканях передней поверхности шеи, с двумя рядом расположенными свищевыми ходами. Рубец передней стенки трахеи умеренно суживающий ее просвет. Посев на микрофлору и чувствительность к антибиотикам ДД.ММ.ГГГГ.

В возражении указано, что инородное тело не было диагностировано так как его невозможно было технически распознать.

Дальнейшая тактика лечения велась по типу лигатурного свища с абсцедированием, гипергранулированием слизистой трахеи в месте трахеостомы (показаний для срочного оперативного лечения на этот момент не было). На фоне проводимой терапии отмечалась положительная динамика, в виде купирования местных признаков воспаления но сохранялось отделяемое с раны. ДД.ММ.ГГГГ, в состоянии больного отмечается отрицательная динамика, стал отмечать затрудненное дыхание (осмотрен ЛОР врачом, выполнена непрямая ларингоскопия, получал необходимую терапию с предположительным диагнозом отека трахеи на фоне гнойной раны), отмечал положительную динамику. В 9 часов утра ДД.ММ.ГГГГ на фоне компенсации дыхательной функции, состояние внезапно ухудшилось: развилась картина дыхательной недостаточности 2ст. По неотложным показаниям выполнено: КТ шеи от ДД.ММ.ГГГГ, - КТ признаки полости с гнойным содержимым в мягких тканях области состоявшейся трахеостомы, с пролабированием в просвет трахеи, формированием грануляций, и вызывающая ее субтотальный стеноз. Экстренно взят в операционную: под местной анестезией выполнена повторная трахеостомия. В ходе операций (протокол операции № история болезни №) обнаружено инородное тело (ослизненный, покрытый фибрином, частично спаянный с окружающими тканями марлевый тампон), который пролабировал в ранее выполненное отверстие на трахее. Тампон удален, клиника дыхательной недостаточности моментально купировалась, больной отметил резкое улучшение дыхания. Марлевый тампон был визуально идентифицирован операционной бригадой (оператор ФИО10, асс. ФИО13 ВН-, опер- сестра ФИО11, находившимся в операционной врачом анестезиологом ФИО12). О находке доложено НМЧ госпиталя, который лично осмотрел найденый тампон. С целью профилактики в ранее выполненное трахеостомическое отверстие была введена трахеостомическая трубка, пациент переведен в отделение реанимации в удовлетворительном состоянии, где сутки провел с положительной динамикой. На утро трахеостомическая трубка удалена, рана обработана, наложена асептическая повязка. ДД.ММ.ГГГГ с целью динамического контроля выполнена фибротрахеоскопия Протокол №: грануляции шейного отдела трахеи. Дыхание в полном объеме через естественные пути. Рана на шее зажила вторичным натяжением, без осложнений.

В соответствии с требованиями пункта 8 приложения № к приказу Министерства Здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «О правилах проведения патолого - анатомических исследований» - предметом прижизненного патолого-анатомического исследования является изучение Макро- и Микроскопических изменений фрагментов тканей, органов или последов. Так как марлевый тампон не является биологической тканью, данный инородный предмет не подлежит направлению на биопсию. В соответствии с требованиями инструкций и правил проведения операций - данный марлевый тампон был определен на специальное хранение в течении месяца в помещении операционного блока, на случай изъятия или требования его правоохранительными или судебными органами (в том числе судмедэкспертами). После истечения месячного срока хранения материал был установленным порядком утилизирован.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы гражданского дела, суд полагает исковые требования ФИО2 ФИО27. подлежащими удовлетворению частично.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Для привлечения к гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В данном случае по ходатайству ответчиков по делу назначалась судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению МЦЭО № ответить на вопросы о том, имелись ли абсолютные показания к трахеостомии, качественно, в соответствии со стандартами, правилами и обычаями было проведено хирургическое вмешательство – трахеостомия, была ли она выполнена в полном объеме и надлежащего качества, проводилось ли послеоперационное (после выполнения трахеостомии) наблюдение, эксперты не смогли ответить по причине отсутствия в представленных материалах сведений о дате проведения трахеостомии и описания хода оперативного вмешательства (протокола операции).

Таким образом, несмотря на тот факт, что сторона ответчика (РКБ) не отрицает факт установления трахеостомии, доказательств необходимости этого вмешательства, подтверждения качественного оказания этого вмешательства ответчик представить не смог, так как им не велись протоколы, не описывался ход оперативного вмешательства.

Учитывая изложенные выше нормы права, предусматривающие презумпцию виновности причинителя вреда, доказательства отсутствия вины сотрудников РКБ при оказании медицинской помощи в виде оперативного вмешательства – трахеостомии должны были быть представлены самим ответчиком, но вопреки ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлены.

Вместе с тем, суд полагает не подлежащим взысканию с ответчика указанной в иске суммы 3 000 000 рублей.

Поскольку степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Судом установлено, что истец был доставлен в РКБ в тяжелом состоянии, хирургические вмешательства проводились ему в критическом состоянии, в срочном порядке по жизненным показаниям. Можно фактически сказать, что в целом оказанная ему после ДТП медицинская помощь в указанном учреждении спасла ему жизнь.

Суд полагает невозможным отделить его страдания, вызванные в общем его состоянием после ДТП, проводимым лечением и последствиями некачественного лечения, в связи с чем оценивает вред в размере 100 000 рублей.

Также суд полагает возможным признав факт некачественного оказания медицинской помощи ответчиком «2 Военный клинический госпиталь войск Национальной гвардии Российской Федерации» также взыскать с него в пользу истца компенсацию морального вреда.

Согласно заключению экспертизы на КТ шеи от ДД.ММ.ГГГГ были выявлены изменения, которые были интерпретированы как «полость шаровидной формы с неоднородным содержимым, с пузырьками воздуха, размером 26*26*25мм. Стенки утолщены». Подобная картина спустя 8 дней после вскрытия гнойника свидетельствовала о неэффективности его лечения. В подобных случаях необходимо расширенная ревизия полости в ходе которой и могло быть выявлено инородное тело.

Вместе с тем, довод истца о том, что ответчиком нарушены его права ввиду того, что 2ВКГ ВНГ России не направлено на гистологическое исследование инородное тело не нашли своего подтверждения. Эксперты согласились с доводом ответчика о том, что такое исследование проводится только фрагментов тканей, органов и последов.

При таких обстоятельствах, суд полагает подлежащими удовлетворению требования о взыскании компенсации морального вреда с ответчика по причине оказания некачественного лечения истца в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ввиду чего инородное тело не было обнаружено и состояние истца доведено до острой дыхательной недостаточности, установив размер компенсации морального вреда с данного ответчика в размере 100 000 рублей.

Требования истца о взыскании с РКБ и 2ВКГ ВНГ России штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя не может быть удовлетворено.

Добровольное удовлетворение требований о компенсации потребителю морального вреда не может иметь оснований, поскольку размер морального вреда устанавливает суд, причем только после установления вины причинителя вреда. Эта позиция суда согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в Определение от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ19-7.

В п. 9 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № разъясняется, что законодательство о защите прав потребителей применяется к отношениям по предоставлению гражданам медуслуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках ОМС и в рамках ДМС. Исходя из изложенного, положения закона о защите прав потребителей, устанавливающие в том числе ответственность исполнителя услуг в виде "потребительского" 50%-го штрафа, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг. При этом основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в законе о защите прав потребителей требования потребителя этих услуг.

Судом установлено, что ответчики по настоящему делу оказывали истцу помощь бесплатно, в соответствии с программой госгарантий бесплатного оказания гражданам медпомощи.

При обращении с досудебной претензией к РКБ у истца не было каких-либо доказательств, подтверждающих, что больница оказала медпомощь некачественно, следовательно, у больницы вообще отсутствовали основания добровольно удовлетворить требования ФИО2 ФИО28

Свои требования о компенсации морального вреда истец мотивировал положениями ст. 15 Закона «О защите прав потребителей» согласно которой моральный вред, причинённый потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины в размере, определенном судом. То есть сначала необходимо было установить вину причинителя, а сумму компенсации может установить только суд.

Однако размер компенсации морального вреда был определён судом только после исследования и установления юридически значимых обстоятельств, после назначений судебно-медицинской экспертизы.

Следовательно, требования ФИО2 ФИО29. не подлежали добровольному возмещению уже в момент обращении пациента с претензией к больнице.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 ФИО30 удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Республиканская клиническая больница» Министерства здравоохранения Кабардино-Балкарской Республики в пользу ФИО2 ФИО31 компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

Взыскать с Федерального государственного казенного учреждения здравоохранения «2 Военный клинический госпиталь войск Национальной гвардии Российской Федерации» в пользу ФИО2 ФИО32 компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

В удовлетворении требований о компенсации морального вреда в большем размере и во взыскании штрафа отказать.

Взыскать с Федерального государственного казенного учреждения здравоохранения «2 Военный клинический госпиталь войск Национальной гвардии Российской Федерации» в пользу ООО «Межрегиональный центр экспертизы и оценки» расходы по выполненной судебно-медицинской экспертизе в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд КБР через Нальчикский городской суд в течение месяца со дня окончательного изготовления путем подачи апелляционной жалобы.

Мотивированное решение изготовлено 30 декабря 2019 г.

Председательствующий Б.М.Тхазаплижева

Копия верна:

Судья Нальчикского городского суда Б.М.Тхазаплижева