Постановление № 5-7/2020 от 2 февраля 2020 г. по делу № 5-7/2020

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о назначении административного наказания

03 февраля 2020 года город Иваново

Судья Ивановского гарнизонного военного суда, расположенного по адресу: 153006, <...>, ФИО7, при секретаре судебного заседания Лотовой М.Г., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО8, рассмотрев дело об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении военнослужащего, проходящего военную службу по контракту в войсковой части 000,

ФИО8, <данные изъяты>

у с т а н о в и л:

ФИО8, являясь в 3-м часу 31 октября 2019 года водителем автомобиля <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком (далее – г.р.з.) №, около дома <адрес>, в нарушение требований пункта 2.3.2. Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – ПДД РФ), не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования, предъявленное ему в 4-м часу указанных суток.

В судебном заседании ФИО8 свою вину в совершении указанного административного правонарушения не признал и показал, что в 3-м часу 31 октября 2019 года, управляя автомобилем <данные изъяты> с г.р.з. №, находился в трезвом состоянии и спиртные напитки не употреблял. Как пояснил далее ФИО8, во 2-м часу указанных суток, он подъехал вместе со своим знакомым ФИО1. к дому № <адрес>, где в его машину села супруга – ФИО2., после чего они поехали домой, при этом супруга попросила его по пути остановиться у кафе «<данные изъяты> расположенного по адресу: <адрес> Во время остановки у названного кафе, где также был припаркован автомобиль войск национальной гвардии марки <данные изъяты> его супруга купила там, в том числе, бутылку коньяка и вернулась в машину. При этом ни он, ни ФИО1 все это время из машины не выходили. После этого он поехал по переулку вдоль улицы Лежневской в сторону своего дома. Свернув направо, он проехал по улице Отдельной около 200 метров и высадил из автомобиля ФИО1. Далее, свернув направо и двигаясь вдоль дома № он проехал около 60 метров и припарковал машину на стоянке, расположенной у дома <адрес>, после чего в этом же автомобиле они с супругой употребили купленный коньяк. Примерно через 20 минут, после парковки на указанной стоянке автомобиля, водителем которого он являлся, туда прибыл патрульный автомобиль войск национальной гвардии марки Лада с включенными проблесковыми маячками, из которого вышел сотрудник названного ведомства и попросил его предъявить документы на автомобиль, что он сделать отказался. Проверив документы удостоверяющие личность, сотрудник войск национальной гвардии предъявил ему претензии по поводу управления им автомобилем с признаками алкогольного опьянения и вызвал сотрудников ГИБДД. Прибывшие в 04-м часу сотрудники ГИБДД, предложили ему пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от прохождения которого он отказался, поскольку к тому моменту своим автомобилем не управлял уже более часа, а, следовательно, в силу пункта 1.2 ПДД РФ не являлся его водителем. Так как, по мнению ФИО8, непосредственно сотрудниками ГИБДД не был установлен и доказан факт управления им транспортным средством, то на него не могла быть возложена обязанность прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, что свидетельствует о правомерности его отказа от прохождения такового. Кроме того, ФИО8 также заявил о недопустимости в качестве доказательств всех составленных в отношении него сотрудниками ГИБДД протоколов и произведенной видеозаписи, ввиду того, что они получены с нарушениями закона, в том числе, положений Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения, утвержденного приказом МВД России от 23 августа 2017 года № 664 и Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475, а также о том, что все они были составлены в его отсутствие, вручены ему не были, в них ему расписываться никто не предлагал.

Несмотря на непризнание ФИО8 своей вины, она подтверждается следующими доказательствами.

Как следует из протокола серии № об административном правонарушении, ФИО8 31 октября 2019 года в 3 часа 17 минут около дома № <адрес>, управляя ранее – в 3-м часу указанных суток автомобилем <данные изъяты> с г№ с признаками алкогольного опьянения – запах алкоголя из полости рта, не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Таким образом, из записей в этом протоколе следует, что основанием для его составления явился отказ ФИО8 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения в 03 часу 31 октября 2019 года ФИО8 лично подтвердил в судебном заседании 21 января 2020 года.

Сведениями из протокола серии № о направлении на медицинское освидетельствование от 31 октября 2019 года подтверждается, что у ФИО8 имелись признаки алкогольного опьянения, на что указано в протоколе об административном правонарушении. Пройти медицинское освидетельствование ФИО8 отказался, что лично подтвердил в судебном заседании при рассмотрении в отношении него настоящего дела.

Из рапорта сотрудника войск национальной гвардии ФИО3 от 31 октября 2019 года усматривается, что им при совместном с ФИО4 патрулировании маршрута на служебном автомобиле <данные изъяты> у дома <адрес> был замечен гражданин, координация движений которого была нарушена, и который, сев в автомобиль <данные изъяты> с г.р.з. №, начал движение в сторону дома № <адрес>. Названный автомобиль в 3-м часу названных суток был остановлен для проверки документов, однако, водитель, у которого имелись признаки алкогольного опьянения (резкий запах алкоголя из полости рта и невнятная речь), отказался предъявлять какие-либо документы, в связи с чем, ими были вызваны сотрудники ГИБДД. До прибытия сотрудников ГИБДД указанный гражданин, как им позднее стало известно – ФИО8, находился в их поле зрения и спиртных напитков не употреблял.

Свидетель ФИО4, являющийся сотрудником войск национальной гвардии, в суде, подтвердив достоверность сведений, содержащихся в рапорте ФИО3, подтвердил факт остановки ими в 3-м часу 31 октября 2019 года у дома № <адрес> автомобиля <данные изъяты> с г.р.з. №, за движением которого они наблюдали, отъехав на расстояние около 100 метров от кафе «<данные изъяты> ФИО4 при этом пояснил, что после того, как мимо них проехал указанный автомобиль, они, включив проблесковые маячки и подавая звуковые сигналы, стали его преследовать на своем служебном автомобиле <данные изъяты> до стоянки, расположенной у дома <адрес>, на которой этот автомобиль остановился. После разговора с водителем этого автомобиля, как позднее ему стало известно – ФИО8, его напарник вызвал сотрудников ГИБДД.

Инспектор ГИБДД ФИО5., будучи допрошенным в суде в качестве свидетеля, показал, что в 3-м часу 31 октября 2019 года от дежурного ГИБДД поступило сообщение о том, что на <адрес> сотрудниками полиции остановлен автомобиль <данные изъяты> с г.р.з. №, находившийся под управлением гражданина с признаками алкогольного опьянения. Прибыв в 04-м часу указанных суток по сообщенному адресу совместно с ФИО6., кроме названного автомобиля они увидели там служебный автомобиль с находившимися в нем двумя сотрудниками войск национальной гвардии, которые подтвердили им факт остановки водителя автомобиля <данные изъяты>, в связи с управлением последним транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. Кроме того, сотрудники войск национальной гвардии пояснили, что заметили водителя указанного автомобиля в состоянии алкогольного опьянения у кафе <данные изъяты>», предупредив его о невозможности управления транспортным средством в таком состоянии. Поскольку этот водитель, несмотря на их предупреждение, сел за руль вышеназванного автомобиля и поехал в сторону дома № <адрес>, то они начали его преследование на своем служебном автомобиле, догнав в итоге на стоянке, расположенной у дома <адрес>. Как показал ФИО5, при проверке документов у водителя автомобиля <данные изъяты> с г.р.з. №, он почувствовал исходящий от него резкий запах алкоголя, в связи с чем, при ведении его напарником – ФИО6 видеозаписи происходящего, отстранил его от управления транспортным средством, в связи с наличием у него запаха алкоголя изо рта, после чего предложил пройти медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте. Поскольку ФИО8 на его требование ответил отказом, он предложил ему пройти медицинское освидетельствование в условиях медицинского учреждения, однако вновь получил отказ, в связи с чем, в отношении указанного лица им был составлен протокол об административном правонарушении. Более того, при составлении указанных материалов ФИО8 просил, чтобы его не оформляли, а составляли материалы в отношении его супруги. После составления всех необходимых протоколов от ознакомления с ними, а также от подписи в них ФИО8 отказался, однако получил копии всех протоколов на руки.

Инспектор ГИБДД ФИО6., допрошенный в суде в качестве свидетеля, показал, что в 4-м часу 31 октября 2019 года он совместно с ФИО5 прибыл к дому № <адрес>, у которого, по сообщению дежурного ГИБДД, сотрудниками полиции был остановлен автомобиль <данные изъяты> с г.р.з. №, находившийся под управлением гражданина с признаками алкогольного опьянения. В названном месте со слов сотрудников войск национальной гвардии ему стало известно, что водитель автомобиля <данные изъяты> с г.р.з. №, как позднее ему стало известно – ФИО8, будучи в состоянии алкогольного опьянения, сев 3-м часу указанных суток за руль названного автомобиля, припаркованного у кафе <данные изъяты>», поехал в сторону дома № <адрес>, в связи с чем, они начали его преследование на своем служебном автомобиле, догнав в итоге на стоянке, расположенной у дома <адрес>. После разговора с сотрудниками он зафиксировал с помощью видеозаписи факт отстранения ФИО8 от управления вышеназванным транспортным средством, отказа ФИО8 от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения при помощи специального прибора «Юпитер», порядок использования которого последнему был разъяснен, а также факт отказа ФИО8 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. По поручению инспектора ФИО5 он составил в отношении ФИО8 протоколы об отстранении от управления транспортным средством, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и о задержании транспортного средства, который от ознакомления с ними и от подписи в них отказался, получив копии всех этих протоколов на руки. Как показал ФИО6, при проведении всех вышеуказанных процедур от ФИО8 исходил резкий запах алкоголя изо рта.

Вышеизложенные показания сотрудников ГИБДД в совокупности подтверждаются также сведениями, изложенными в рапорте ФИО5 от 31 октября 2019 года. С учетом того, что при рассмотрении дела какой-либо заинтересованности допрошенных в суде в качестве свидетелей сотрудников ГИБДД, а также сотрудника полиции ФИО4, ранее незнакомых с ФИО8, в исходе дела не установлено, а исполнение ими своих служебных обязанностей, само по себе, к такому выводу не приводит, то суд признает их показания допустимыми доказательствами по делу.

Допрошенные в суде в качестве свидетелей супруга лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО2 и его знакомый ФИО1 подтвердили факт управления ФИО8 в 3-м часу 31 октября 2019 года автомобилем <данные изъяты> с г.р.з. № на улице <адрес>, однако, пояснили, что при этом у него признаков опьянения не было и каких-либо спиртных напитков, он в их присутствии не употреблял. Кроме того, названные свидетели подтвердили и тот факт, что они вместе с ФИО8 на его автомобиле останавливались у кафе «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, где видели сотрудников полиции, которые позднее, как дополнительно указала свидетель ФИО2., на стоянке у дома № <адрес> предъявили ее супругу претензии по поводу управления им автомобилем с признаками алкогольного опьянения, вызвав впоследствии сотрудников ГИБДД. В суде ФИО2 также подтвердила факт употребления ею и супругом около 2-х часов 31 октября 2019 года в автомобиле, находившемся на стоянке, расположенной около дома <адрес>, с заглушенным двигателем, ранее купленного в кафе коньяка.

Наряду с исследованными выше доказательствами факт отказа ФИО8 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения и составления в отношении него в связи с этим протокола об административном правонарушении, а также разъяснения ему при этом прав и обязанностей, предусмотренных статьей 25.1 КоАП РФ и статьей 51 Конституции Российской Федерации, подтверждается исследованной в суде видеозаписью, произведенной сотрудниками ГИБДД, в ходе которой, кроме того, были зафиксированы не только факты отказа последнего от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и его отстранения от управления транспортным средством, но и то обстоятельство, что соответствующие протоколы им подписаны не были.

Таким образом, обстоятельства совершения ФИО8 правонарушения зафиксированы в протоколе об административном правонарушении, который составлен уполномоченным лицом и отвечает требованиям статьи 28.2 КоАП РФ.

Учитывая изложенное, нахожу факт отказа ФИО8 31 октября 2019 года от выполнения законного требования сотрудника ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения установленным, предусмотренную процедуру направления на такое освидетельствование соблюденной, а соответствующий протокол оформленным в соответствии с требованиями нормативно-правовых актов, регламентирующими такую процедуру.

Показания ФИО8 о том, что он автомобилем <данные изъяты> с г.р.з. № в 3-м часу ночи 31 октября 2019 года на момент прибытия сотрудников войск национальной гвардии, а также сотрудников ГИБДД, длительное время не управлял, а, следовательно, его водителем не являлся, какого-либо правового для юридической квалификации действий ФИО8 не имеют, поскольку факт управления им транспортным средством был зафиксирован рапортом сотрудника войск национальной гвардии ФИО3, подтвержден в суде свидетелем ФИО4, который осуществлял в это время совместное патрулирование с последним, а также показаниями сотрудников ГИБДД ФИО5 и ФИО6, которым об этом стало известно со слов сотрудников войск национальной гвардии.

Доводы ФИО8 о том, что копии протокола об административном правонарушении, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, ему вручены не были, в них ему расписываться никто не предлагал, следует признать не соответствующими действительности и данными с целью избежать последним административной ответственности, поскольку они опровергаются исследованными в суде письменными доказательствами, видеозаписью, а также показаниями сотрудников ГИБДД и сотрудника войск национальной гвардии ФИО4, которые подтвердили обратное, и оснований не доверять которым у суда не имеется. Более того, в судебном заседании ФИО8 сам подтвердил факт направления его на медицинское освидетельствование и отказ от его прохождения.

Что касается доводов ФИО8 о допущенных, по его мнению, сотрудниками ГИБДД нарушениях при применении видеозаписи для фиксации таких процессуальных действий, как направление его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и составление в отношении него протокола об административном правонарушении, то они являются несостоятельными, поскольку ссылка на применение таковой и процессуальное основание для этого имеется в протоколе о направлении ФИО8 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, который приложен к составленному позднее протоколу об административном правонарушении.

Довод ФИО8 о том, что он непосредственно не присутствовал при составлении с применением видеозаписи сотрудниками ГИБДД протоколов об административном правонарушении и о направлении на медицинское освидетельствование, то он отклоняется, поскольку применение видеозаписи в данном случае в силу требований КоАП РФ было обусловлено необходимостью фиксации лишь совершения процессуального действия как такового, а не процесса его технического оформления на бумажном носителе.

Что касается показаний свидетелей ФИО2 и ФИО1 о том, что во время управления автомобилем <данные изъяты> с г.р.з. № в 3-м часу ночи 31 октября 2019 года ФИО8 никаких спиртных напитков не употреблял и у него отсутствовали признаки алкогольного опьянения, то в указанной части эти показания противоречат совокупности других исследованных доказательств, а, потому, с учетом наличия у ФИО8 семейных отношений – с ФИО2 и дружеских – с ФИО1., что свидетельствует о заинтересованности названных свидетелей в благоприятном для ФИО8 исходе дела, отклоняются.

Таким образом, оценив приведенные фактические данные в совокупности, прихожу к выводу о том, что ФИО8 в 4-м часу 31 октября 2019 года около дома <адрес> умышленно не выполнил требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, тем самым совершив административное правонарушение, квалифицируемое по части 1 статьи 12.26 КоАП РФ.

Что касается довода ФИО8 о нарушениях, допущенных сотрудниками ГИБДД при составлении в отношении него протоколов об отстранении от управления транспортным средством и задержании транспортного средства, то они отклоняются, поскольку, названные доказательства какого-либо значения для правильного разрешения дела не имеют и не влияют на данную судом юридическую квалификацию действий ФИО8.

В качестве обстоятельства, смягчающего административную ответственность ФИО8, признаю наличие у него на иждивении двух несовершеннолетних детей.

При назначении административного наказания ФИО8 учитываю характер совершенного им административного правонарушения, а также положительные характеризующие данные на него по военной службе.

В качестве обстоятельства, отягчающего административную ответственность ФИО8, с учетом разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», признаю повторное совершение им однородного административного правонарушения в течение одного года со дня оплаты административного штрафа, назначенного за совершение другого однородного административного правонарушения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 29.9 и 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

п о с т а н о в и л:

ФИО8 признать виновным в невыполнении законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, то есть в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ, на основании которой наложить на него административный штраф в размере 30 000 (тридцати тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на 1 (один) год и 7 (семь) месяцев.

Сумму штрафа перечислить по реквизитам: получатель УФК по Ивановской области (УМВД России по Ивановской области), банк получателя: Отделение Иваново г. Иваново, р/с <***>, КБК 18811630020016000140, ИНН <***>, ОКТМО 24701000, БИК 042406001, КПП 370201001, УИН: 18810437190160013790.

Постановление может быть обжаловано во 2-й Западный окружной военный суд через судью, его вынесшего, в течение десяти суток со дня вручения или получения его копии.

«Подпись»