Решение № 2-26/2018 2-479/2017 2-479/2017/2-26/2018 от 18 февраля 2018 г. по делу № 2-26/2018

Дело № 2-479/2017/2-26/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 февраля 2018 г. с. Топчиха

Топчихинский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Хабаровой Т.В.,

при секретаре Мартыновой Н.В.,

с участием представителя ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Алтайскому краю, Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Топчихинский», Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО2, отбывающий наказание по приговору Рубцовского районного суда Алтайского края от 11.08.2016 г. в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Алтайскому краю, обратился в суд с иском о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации 100 000 руб. в счет возмещения морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями его содержания в Калманском ИВС.

В обоснование иска он указал, что примерно с конца апреля 2008 г. по июль 2008 г. содержался в Калманском ИВС в <адрес>, где в камерах, в которых он находился, не было санузла, стояли ведра, нормы приватности отсутствовали полностью, отсутствовала канализация, не было вентиляции, постельное белье, гигиенические наборы, периодическая печать, настольные игры не выдавались даже по просьбе. Условия содержания в ИВС не соблюдались, при этом он находился в замкнутом пространстве. Здание ИВС находилось в аварийном состоянии, в любой момент могло обвалиться, с потолка на голову постоянно сыпалась штукатурка, пол был бетонный, в камерах было много клопов, не было бани, прожарки. За время содержания в ИВС у него появились вши, он заболел чесоткой, из-за тусклого освещения в камере у него стали болеть глаза. Все это унижало его честь и достоинство, причиняло моральный вред.

Определением Топчихинского районного суда от 22 декабря 2017 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство внутренних дел Российской Федерации.

Истец ФИО2 ходатайство о рассмотрении дела с его участием посредством видеоконференц-связи не заявил.

Участвуя в предварительном судебном заседании посредством видеоконференц-связи, ФИО2 настаивал на удовлетворении иска по основаниям, в нем изложенным, ко всем ответчикам, в том числе, и к Министерству внутренних дел Российской Федерации, просил дело рассмотреть в его отсутствие, пояснил, что никаких доказательств его требований у него нет, согласен, что содержался в Калманском ИВС в те периоды, которые нашли свое подтверждение в представленных ответчиком журналах. Он ранее не обращался в суд с иском, так как не знал, что можно взыскать моральный вред за ненадлежащие условия содержания в ИВС. В камерах, где он содержался, всегда было несколько человек, один в камере он никогда не содержался.

Представитель ответчика МО МВД России «Топчихинский» ФИО1 в судебном заседании просила в удовлетворении иска ФИО2 отказать по доводам, изложенным в письменном отзыве о том, что ФИО2 в обоснование своих требований не представил каких-либо доказательств. Согласно сохранившимся в архиве МО МВД России «Топчихинский» книге № 477 учета лиц, содержащихся в ИВС ОВД по Калманскому району за период 16.06.2008 - 24.02.2009 г.г., журнала № 283 регистрации выводов из камер ИВС ОВД Калманского района за период 15.08.2006 - 27.02.2009 г.г., ФИО2 содержался в ИВС ОВД по Калманскому району в следующие периоды: с 23.06.2008 г по 04.08.2008 г., с 28.07.2008 г. по 01.08.2008 г., с 04.08.2008 г. по 06.08.2008 г. Документы об условиях содержания истца в ИВС в указанные периоды не сохранились в связи с истечением срока их хранения. Длительное не обращение истца в установленном законом порядке за защитой своего нарушенного права привело к истечению сроков хранения номенклатурных дел, регистрационных журналов и их уничтожению, что лишило ответчика возможности представить доказательства, опровергающие доводы истца. Согласно статье 17 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлении» подозреваемые и обвиняемые имеют право пользоваться собственными постельными принадлежностями. Как в 2008 г., так и по настоящее время подозреваемые и обвиняемые активно пользуются данным правом; в случае отсутствия постельных принадлежностей у подозреваемых и обвиняемых, администрацией ИВС им всегда выдаются казённые принадлежности. Истец не доказал, что у него отсутствовала возможность воспользоваться таким правом, ввиду не предоставления постельных принадлежностей администрацией ИВС. На сегодняшний день договоры на приобретение постельных и гигиенических принадлежностей подозреваемых и обвиняемых за период 2008 г. уничтожены в связи с истечением пятилетнего срока хранения, акты об уничтожении не составлялись. Освещение в камерах соответствовало установленным нормам, камеры были оборудованы и искусственным и естественным освещением, имелась естественная вентиляция, в оконных блоках были форточки. Полы в камерах были деревянными. Издания периодической печати и настольные игры выдавались по просьбе содержащихся в ИВС (ст.23 Правил). В 2008 г. канализация в камерах отсутствовала, при этом вывод спецконтингента в туалет производился покамерно, при проведении утренних и вечерних санитарно-гигиенических мероприятий. Кроме того, для оправления естественных надобностей в камерах были установлены баки с крышками, которыми подозреваемые и обвиняемые могли пользоваться в течение дня и в ночное время, данные баки были отгорожены от общего пользования помещения камеры плотным тканевым полотном – своеобразным экраном приватности, два раза в день в утреннее и вечернее время баки выносились в выгребную яму, после чего обрабатывались соответствующим дезинфицирующим раствором. В соответствии с правилами внутреннего распорядка ИВС подозреваемых и обвиняемых, которые были утверждены приказом МВД России № 950 от 22.11.2005 г. «Об утверждении Правил внутреннего распорядка ИВС обвиняемых и подозреваемых органов внутренних дел» (далее - Правила) лица, содержащиеся в ИВС обязаны соблюдать требования гигиены и санитарии, проводить уборку камер и других помещений ИВС в порядке очерёдности, дежурный по камере обязан, кроме всего прочего, выносить и мыть бачок для оправления естественных надобностей (при отсутствии камерного санузла). Данные санитарно-гигиенические условия в ИВС не нарушают прав обвиняемых и подозреваемых, так как в соответствии с пунктом 8.1.1 Сан ПиН 2.1.22645-10 в неканализированных местностях допускается устройство неканализированных уборных. Горячая вода выдавалась подозреваемым и обвиняемым с учетом потребностей, так как возможность помывки в душе должна предоставляться подозреваемому, обвиняемому не реже одного раза в неделю, в связи с этим подозреваемым и обвиняемым предоставлялись тазы и горячая вода (ст. 48 Правил). Санитарная обработка камер проводилась регулярно специальной службой из г. Алейска, доводы истца о наличии в камерах клопов и вшей не состоятельны. Пункт 14 Правил внутреннего распорядка ИВС устанавливает необходимость обработки одежды и белья в дезинфекционной камере, однако данная норма не устанавливает, что дезинфекционная камера должна быть установлена непосредственно в ИВС. Прожарка спальных принадлежностей, личного белья подозреваемых и обвиняемых ИВС ОВД по Калманскому району производилась в камерах для прожарки белья в центральной районной больнице с. Калманка. Гигиенические принадлежности имелись в ИВС в достаточном количестве, которые обновлялись и пополнялись по мере необходимости. ФИО2 в обоснование доводов об отсутствии гигиенических принадлежностей не представлено доказательств наличия необходимости в индивидуальных средствах гигиены, а также фактов обращения к администрации ИВС с просьбой их выдать и получения необоснованных отказов. Суждение истца о том, что здание, в котором находился ИВС в с. Калманка в 2008 г. было в аварийном состоянии является субъективным и документально неподтвержденным. В период содержания в ИВС ФИО2 с жалобами на условия содержания не обращался, в установленном законом порядке действия (бездействия) должностных лиц ИВС незаконными не признавались.

Таким образом, в период содержания истца в ИВС существенные нарушения норм по материально-бытовому обеспечению отсутствовали, а обеспеченные в соответствии с требованиями закона условия содержания в ИВС нельзя рассматривать как бесчеловечные или унижающие достоинство.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, по мнению ответчика, не имеется.

Кроме того, ответчик обращает внимание суда на то, что ФИО2 содержался в ИВС в связи с тем, что подозревался в совершении преступления, и если он и испытывал нравственные страдания, то нелогично было бы думать, что они были вызваны ни фактом привлечения его к уголовной ответственности и лишением свободы, а тем, что, со слов истца, в камере были ненадлежащие условия содержания. Он содержался в ИВС в 2008 г., при этом с иском обратился в суд только в 2017 году (спустя 9 лет), что вызывает сомнение в причинении ему морального вреда именно ненадлежащими условиями во время содержания в ИВС, к тому же им не представлены доказательства наличия препятствий для своевременной защиты своих нарушенных прав.

Также, по мнению ответчика, суд должен учесть, что ФИО2 в настоящее время осужден и отбывает наказание в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Алтайскому краю.

Кроме того, дополнительно представитель МО МВД России «Топчихинский» пояснила, что на основании приказа ГУ МВД России по Алтайскому краю от 14.07.2011 г. № 329 «О реорганизации ОВД по Топчихинскому району и ОВД по Калманскому району, с 01.09.20911 г. в ходе реорганизации путем присоединения создан Межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел России «Топчихинский». С указанной даты ИВС ОВД по Калманскому району, расположенный по адресу: <...>, ликвидирован, документация уничтожена по истечении пятилетнего срока хранения, о каком-либо аварийном состоянии ИВС ОВД по Калманскому району в 2008 г. сведений нет. Истцом не представлены доказательства того, что в камерах он содержался не один, при одиночном содержании истца наличие либо отсутствие приватности значения не имеет. Не представлено ФИО2 и доказательств того, что в период его содержания в ИВС он получил заболевание глаз.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, представив письменный отзыв, в котором просит в удовлетворении иска ФИО2 отказать, ссылаясь на то, что не является надлежащим ответчиком по настоящему иску. Кроме того, по мнению ответчика, в материалах дела отсутствуют доказательства обоснования заявленных истцом требований; не доказан сам факт причинения морального вреда. Негативные последствия, на которые указывает ФИО2, могли быть вызваны содержанием его в весьма неблагоприятных для нормального человека условиях - в условиях изоляции от общества, в которых он находится и в настоящее время, размер денежной компенсации, заявленный истцом, противоречат требованиям разумности и справедливости.

Представитель ответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации в лице ГУ МВД России по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя МВД России, представив письменный отзыв, в котором просит в удовлетворении иска ФИО2 отказать, ссылаясь на то, что вина сотрудников ИВС в причинении нравственных страданий в периоды содержания истца в ИВС не установлена. В нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец достаточных доказательств нарушения его прав не представил. Книги покамерной рассадки лиц, содержащихся в ИВС, не велись ввиду того, что нормативными актами ведение таких книг не предусмотрено. Достоверно установить, в какой из камер содержался истец, и отвечала ли она установленным нормам, не представляется возможным, поскольку истец обратился в суд через продолжительный период времени после указанных событий, по истечении срока хранения первичной документации, чем лишил себя права ссылаться на допустимые доказательства (журналы, списки, акты и т.д.), которые могли бы подтвердить обоснованность его требований. Более того, исковое заявление не содержит сведений об обращении истца в периоды его содержания в ИВС в уполномоченные органы по поводу нарушения его законных прав и интересов. Доводы истца, указанные в иске, не свидетельствуют о том, что ему причинены физические и нравственные страдания в той степени, которая являлась бы основанием для возмещения государством вреда.

В соответствии со статьёй 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд признал возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся представителей ответчиков.

Выслушав объяснения представителя ответчика МО МВД России «Топчихинский» ФИО1, огласив объяснения истца ФИО2, которые он давал в судебном заседании 31 января 2018 г., изучив материалы дела, суд принимает следующее решение.

Согласно статье 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению и наказанию.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно статье 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд в силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьёй 1069 ГК РФ установлено, что вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

В соответствии с частью 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой (т.е. статьями 1099-1101) и статьёй 151 настоящего Кодекса.

Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как установлено судом, на основании приказа ГУ МВД России по Алтайскому краю от 14.07.2011 г. № 329 «О реорганизации ОВД по Топчихинскому району и ОВД по Калманскому району, с 01.09.20911 г. в ходе реорганизации путем присоединения создан Межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел России «Топчихинский». С указанной даты ИВС ОВД по Калманскому району, расположенный по адресу: <адрес>, ликвидирован.

Согласно информации врио начальника МО МВД России «Топчихинский» на запрос суда, представить копии паспорта о технической укрепленности и санитарного паспорта ИВС ОВД по Калманскому району за 2008 г., копии договоров, заключаемых для обеспечения деятельности ИВС (дератизация, горячее трехразовое питание, водоснабжение, теплоснабжение), не представляется возможным. Документация уничтожена по истечении пятилетнего срока хранения в соответствии с п.п. 258, 256 Приказа МВД России от 30.06.2012 г. № 655 «Об утверждении перечня документов, образующихся в деятельности ОВД РФ, с указанием сроков хранения» (л.д. 84).

Судом установлено и следует из материалов дела, что приговором Рубцовского городского суда от 07.09.2007 г. ФИО2 был осужден по ст. 158 ч.2 п.п. «а, б» УК РФ, ст. 158 ч. 2 п.п. «а, б, в» УК РФ, ч.2 и ч. 5 ст. 69 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

С 22 октября 2007 г. он отбывал наказание в колонии-поселении № 2 Алтайского края, 6 июня 2008 г. убыл в ИВС с. Калманка (л.д.81).

Приговором мирового судьи судебного участка Калманского района Алтайского края от 30 июня 2008 г. ФИО2 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 314 УК РФ за невозвращение лица, осужденного к лишению свободы, которому разрешен выезд за пределы места лишения свободы, по истечении срока выезда.

Указанным приговором ФИО2 до вступления приговора в законную силу была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Согласно книге № 477 учета лиц, содержащихся в ИВС ОВД по Калманскому району за период 16.06.2008 - 24.02.2009 г.г., журналу № 283 регистрации выводов из камер ИВС ОВД Калманского района за период 15.08.2006 - 27.02.2009 г.г., ФИО2 содержался в ИВС ОВД по Калманскому району в следующие периоды: с 23.06.2008 г. по 04.07.2008 г., с 28.07.2008 г. по 01.08.2008 г., с 04.08.2008 г. по 06.08.2008 г. (л.д.87-98).

В судебном заседании 31 января 2018 г. истец подтвердил, что содержался в ИВС ОВД по Калманскому району именно в эти периоды, при этом пояснил, что никогда не содержался в камере один.

Таким образом, суд считает доказанным факт пребывания ФИО2 в ИВС ОВД по Калманскому району в период с 23.06.2008 г. по 04.07.2008 г., с 28.07.2008 г. по 01.08.2008 г., с 04.08.2008 г. по 06.08.2008 г., т.е. 20 суток.

Доказательств содержания истца в ИВС ОВД по Калманскому району в иные периоды времени материалы дела не содержат.

В период содержания истца в изоляторе временного содержания порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления, регулировались нормами Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утверждённых Приказом МВД РФ от 22.11.2005 № 950.

В силу статьи 4 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со статьёй 7 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ наряду со следственными изоляторами местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются изоляторы временного содержания (ИВС) органов внутренних дел.

Согласно части 3 статьи 9 указанного Федерального закона (в редакции, действовавшей на момент содержания истца под стражей) изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями милиции общественной безопасности (местной милиции) и финансируются за счёт средств федерального бюджета по смете Министерства внутренних дел Российской Федерации.

В соответствии со статьей 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15 Закона).

Согласно Правилам внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденным Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 22 ноября 2005 года № 950 (далее – Правила), действовавшим в период содержания истца в ИВС, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом (пункт 42 Правил).

Камеры ИВС оборудуются санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности (п.45 Правил).

В силу пункта 2 указанных Правил дежурный по камере действительно обязан подметать и мыть пол в камере, производить уборку камерного санузла, а также выносить, мыть и дезинфицировать бачок для оправления естественных надобностей (при отсутствии камерного санузла).

Из справки врио начальника МО МВД России «Топчихинский» на запрос суда следует, что в 2008 г. в ИВС ОВД по Калманскому району ввиду отсутствия центральной канализационной системы вывод спецконтингента в туалет производился покамерно, при проведении утренних и вечерних санитарно-гигиенических мероприятий. Кроме того, в течение дня орготходы собирались в биотуалеты и выбрасывались в выгребную яму, после чего баки обрабатывались 3 % раствором хлорной извести, данные баки были отгорожены от общего пользования помещения камеры плотным тканевым полотном – своеобразным экраном приватности. В соответствии с п.8.1.1 СанПин 2.1.22645-10 в неканализированных местностях устройство неканализированных уборных допускается. Согласно статье 17 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлении» подозреваемые и обвиняемые имеют право пользоваться собственными постельными принадлежностями. Как в 2008 г., так и по настоящее время подозреваемые и обвиняемые активно пользуются данным правом; в случае отсутствия постельных принадлежностей у подозреваемых и обвиняемых, администрацией ИВС им всегда выдаются казённые принадлежности. В 2008 г. освещение в камерах соответствовало установленным нормам, камеры были оборудованы и искусственным и естественным освещением, имелась естественная вентиляция, в оконных блоках были форточки. Полы в камерах были деревянными. Издания периодической печати и настольные игры выдавались по просьбе содержащихся в ИВС (ст.23 Правил). Горячая вода выдавалась подозреваемым и обвиняемым с учетом потребностей, так как возможность помывки в душе должна предоставляться подозреваемому, обвиняемому не реже одного раза в неделю, в связи с этим подозреваемым и обвиняемым предоставлялись тазы и горячая вода (ст. 48 Правил). Санитарная обработка камер проводилась регулярно специальной службой из г. Алейска, доводы истца о наличии в камерах клопов и вшей не состоятельны. Пункт 14 Правил внутреннего распорядка ИВС устанавливает необходимость обработки одежды и белья в дезинфекционной камере, однако данная норма не устанавливает, что дезинфекционная камера должна быть установлена непосредственно в ИВС. Прожарка спальных принадлежностей, личного белья подозреваемых и обвиняемых ИВС ОВД по Калманскому району производилась в камерах для прожарки белья в центральной районной больнице с. Калманка. Гигиенические принадлежности имелись в ИВС в достаточном количестве, которые обновлялись и пополнялись по мере необходимости. ФИО2 в обоснование доводов об отсутствии гигиенических принадлежностей не представлено доказательств наличия необходимости в индивидуальных средствах гигиены, а также фактов обращения к администрации ИВС с просьбой их выдать и получения необоснованных отказов. Суждение истца о том, что здание, в котором находился ИВС в с. Калманка в 2008 г. было в аварийном состоянии является субъективным и документально неподтвержденным. В период содержания в ИВС ФИО2 с жалобами на условия содержания не обращался, в установленном законом порядке действия (бездействия) должностных лиц ИВС незаконными не признавались.

Таким образом, обстоятельства содержания истца в ненадлежащих условиях в обозначенные периоды в ИВС ОВД по Калманскому району, отсутствие в камерах ИВС в 2008 г. санузла и канализации, ответчиками не опровергнуты, доказательств соблюдения требований о приватности не представлено.

Доводы представителя МО МВД России «Топчихинский» ФИО1 о том, что истцом не представлены доказательства того, что в камерах он содержался не один, при одиночном содержании истца наличие либо отсутствие приватности значения не имеет, судом во внимание не принимаются, поскольку достоверных доказательств того, что условия содержания в ИВС ОВД по Калманскому району в 2008 году в полной мере соответствовали нормам и требованиям Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Правилам внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22.11.2005 № 950, суду ответчиками не представлено, между тем, в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации такая обязанность лежит именно на них.

Обстоятельства содержания истца в ненадлежащих условиях в вышеуказанные периоды в ИВС подтверждаются не только доводами истца, изложенными в исковом заявлении и в судебном заседании, но и частично пояснениями представителя ответчика МО МВД России «Топчихинский», которым не отрицалось отсутствие санузла в камерах ИВС ОВД по Калманскому району в 2008 году.

Таким образом, судом установлено, что в период содержания истца в ИВС ОВД по Калманскому району там отсутствовали унитазы (отходы собирались в баки, находящиеся в каждой камере), что не соответствовало конституционным требованиям и общепризнанным принципам и нормам международного права. Нахождение бака для органических отходов в камере, косвенно подтверждает присутствие в камерах постоянного запаха нечистот.

При таких обстоятельствах суд считает установленным, что во время нахождения ФИО2 в ИВС ОВД по Калманскому району в период с 23.06.2008 г. по 04.07.2008 г., с 28.07.2008 г. по 01.08.2008 г., с 04.08.2008 г. по 06.08.2008 г. он содержался в камерах ИВС, которые не в полной мере соответствовали надлежащим условиям содержания под стражей.

Вместе с тем, при рассмотрении дела иных нарушений судом не установлено, сведения об обращении истца в период его содержания в ИВС на ненадлежащие условия содержания отсутствуют.

Доводы истца о том, что не было вентиляции, постельное белье, гигиенические наборы, периодическая печать, настольные игры не выдавались, здание ИВС находилось в аварийном состоянии, сыпалась штукатурка, пол был бетонный, в камерах было много клопов, он не располагал возможностью помыться, не было прожарки, в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения.

Также не нашел подтверждения в судебном заседании факт того, что за время содержания в ИВС у истца появились вши, он заболел чесоткой, у него стали болеть глаза.

Однако сам факт содержания истца в закрытом помещении при отсутствии санитарного узла с соблюдением норм приватности, в условиях, частично не соответствующих установленным требованиям закона, является нарушением его гарантированных прав и предполагает наличие нравственных страданий, душевных переживаний, в связи с чем, требование ФИО2 о взыскании денежной компенсации причиненного ему морального вреда подлежит удовлетворению. Сами по себе данные обстоятельства предполагают причинение истцу нравственных страданий. Вина государства заключается в необеспечении надлежащих условий содержания. Представление иных доказательств в подтверждение установленного факта не требуется.

В связи с этим, доводы ответчиков об отсутствии доказательств причинения истцу нравственных и физических страданий, является ошибочными.

При определении размера компенсации суд учитывает не продолжительный срок нахождения истца в ИВС ОВД по Калманскому району, степень причинённых страданий, вызванных нарушением правил содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, дискомфортом истца в течение срока содержания, отсутствие негативных последствий в результате содержания в ИВС ОВД по Калманскому району, характеристику личности и отражённые в материалах дела индивидуальные особенности ФИО2, а именно то, что до содержания под стражей в вышеуказанных условиях ФИО2 был судим, отбывал наказание в виде лишения свободы, как личность характеризовался отрицательно, был помещен в ИВС, как осужденный за совершение умышленного преступления, в настоящее время вновь отбывает наказание в виде лишения свободы и содержится в исправительном учреждении.

Суд полагает, что длительное не обращение самого истца, в порядке, установленном законом, за защитой своего нарушенного права, привело к истечению сроков хранения имеющихся номенклатурных дел, регистрационных журналов за 2008 г., их уничтожению, что лишило суд возможности проверить обоснованность доводов истца о его нахождении в ИВС ОВД по Калманскому району в ненадлежащих условиях содержания.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что в пользу истца должна быть взыскана 1 000 рублей, поскольку именно этот размер отвечает принципу разумности и справедливости, соответствует степени и характеру нравственных страданий истца с учётом его индивидуальных особенностей.

В соответствии с положениями статей 1069, 1071 ГК РФ причиненный истцу моральный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени которой выступает соответствующий финансовый орган, если в соответствии с частью 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

На основании пункта 1 части 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – БК РФ) главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

В силу пункта 12.1 части 1 статьи 158 БК РФ главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Согласно подпункту 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 № 699, МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Следовательно, по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов власти, предъявляемым к Российской Федерации, от ее имени в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств – Министерство внутренних дел Российской Федерации.

Таким образом, надлежащим ответчиком по настоящему делу является Министерство внутренних дел Российской Федерации. Компенсация морального вреда ФИО3 должна быть взыскана с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации, в связи, с чем, в удовлетворении требований к Министерству финансов Российской Федерации и МО МВД России «Топчихинский» следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 1 000 (одну тысячу) рублей – компенсацию морального вреда, причинённого ненадлежащими условиями содержания под стражей.

В удовлетворении иска в остальной части ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Алтайского краевого суда через Топчихинский районный суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 22 февраля 2018 г.

Судья