Апелляционное определение № 33-628/2026 от 16 февраля 2026 г.

УИД 58RS0005-01-2024-001456-61

Судья Рязанцева Е.А. № 33-628/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 февраля 2026 г. г. Пенза

Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:

председательствующего Бурдюговского О.В.,

судей Богатова О.В., Титовой Н.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Деминой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда по докладу судьи Титовой Н.С. гражданское дело № 2-39/2025 по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Щ., администрации Грабовского сельсовета Бессоновского района Пензенской области о признании незаконным договора передачи жилого помещения в собственность граждан, о признании незаконной постановки на кадастровый учет квартиры, о приведении квартиры в первоначальное состояние

по апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2, ФИО3 на решение Бессоновского районного суда Пензенской области от 8 октября 2025 г., которым постановлено:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Щ., администрации Грабовского сельсовета Бессоновского района Пензенской области о признании незаконным договора передачи жилого помещения в собственность граждан, о признании незаконной постановки на кадастровый учет квартиры, о приведении квартиры в первоначальное состояние отказать.

Проверив материалы дела, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Щ., администрации Грабовского сельсовета Бессоновского района Пензенской области о признании незаконным договора передачи жилого помещения в собственность граждан, о признании незаконной постановки на кадастровый учет квартиры, о приведении квартиры в первоначальное состояние.

Требования мотивировали тем, что им на праве общей долевой собственности (по 1/3 доли каждому) принадлежит квартира с кадастровым №, расположенная по адресу<адрес>. Многоквартирный жилой дом, в котором находит их квартира, имеет общую площадь 155,1 кв.м. В указанном доме также имеются квартира № с кадастровым № и квартира № с кадастровым №, собственником которых является Грабовский сельсовет Бессоновского района Пензенской области; квартира № с кадастровым №, собственниками которой являются ответчики ФИО4, Щ.., ФИО5

26 апреля 1995 г. ответчику ФИО4 и ее брату С. была передана спорная квартира № по договору на передачу квартиры в собственность граждан № 1245, в котором, а также в акте оценки, являющемся приложением к договору, указано, что общая площадь квартиры составляет 22 кв.м, жилая - 12 кв.м.

Согласно техническому паспорту от 6 ноября 2002 г. площадь квартиры ответчиков составляет 27,8 кв.м, из которых: жилая - 12,5 кв.м, площадь кухни - 15,3 кв.м. С этой площадью (27,8 кв.м) ответчики зарегистрировали свое право собственности на квартиру 13 октября 2020 г. на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан, заключенного с администрацией Грабовского сельсовета Бессоновского района Пензенской области.

Разница в площади квартиры ответчиков (5,8 кв.м) образовалась за счет того, что они самовольно заняли площадь ранее существующей кладовки, находящейся между квартирами № № которой пользовались собственники указанных квартир, чем были нарушены их права.

С учетом заявления, поданного в порядке ст. 39 ГПК РФ, истцы просят признать незаконным договор передачи квартиры <адрес> площадью 27,8 кв.м в собственность граждан, заключенный между администрацией Грабовского сельсовета Бессоновского района Пензенской области и ФИО4, Щ.., ФИО5; признать постановку на кадастровый учет указанной квартиры площадью 27,8 кв.м незаконной; обязать ФИО4, ФИО5, Щ.. в лице законного представителя ФИО5 за счет собственных средств привести квартиру <адрес> в первоначальное состояние согласно договору на передачу квартиры в собственность граждан от 26 апреля 1995 г. № 1245 и акту оценки общей стоимости квартиры от 26 апреля 1995 г. площадью 22 кв.м.

Определением Бессоновского районного суда Пензенской области от 18 ноября 2024 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены администрация Грабовского сельсовета Бессоновского района Пензенской области, Управление Росреестра по Пензенской области.

Определением суда от 26 декабря 2024 г., постановленным в протокольной форме, администрация Грабовского сельсовета Бессоновского района Пензенской области привлечена к участию в деле в качестве соответчика.

Протокольным определением от 29 июля 2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены администрация Бессоновского района Пензенской области, Министерство градостроительства и архитектуры Пензенской области, Министерство ЖКХ и гражданской защиты населения Пензенской области.

Бессоновский районный суд Пензенской области постановил вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3 просят об отмене решения и принятии нового об удовлетворении исковых требований, указывая на то, что суд не принял во внимание, что квартира ответчиков является ранее учтенным объектом недвижимости, а право на нее – ранее возникшим, поэтому право собственности на квартиру признается и без дополнительной регистрации в Росреестре. Ответчики ФИО4, Щ.., ФИО5 должны были зарегистрировать право собственности на квартиру площадью 22 кв.м, исходя из договора на передачу квартиры в собственности граждан от 26 апреля 1995 г. № 1245. Между тем, ответчики зарегистрировали свое право на жилое помещение по согласованию с органом местного самоуправления на основании договора передачи жилого помещения в собственности граждан от 13 октября 2020 г., что является нарушением процедуры приватизации жилья, поскольку имеется первичный договор на передачу спорной квартиры в собственность граждан от 26 апреля 1995 г. Повторная приватизация жилого помещения противоречит Федеральному закону от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним». Кроме того, был нарушен порядок передачи жилого помещения в собственность граждан, что подтверждается выпиской из реестра муниципальной собственности Грабовского сельсовета от 21 июля 2020 г., согласно которой основанием для перехода права собственности на указанную квартиру являлись акт приема-передачи от 8 октября 2009 г. и решение комитета от 8 октября 2009 г. № 58/1-8/5, в которых квартира ответчиков не значится; договор социального найма с ответчиками не заключался, в данном жилом помещении была произведена самовольная перепланировка, что подтверждается экспертным заключением от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленным АНО «<данные изъяты>». Увеличение площади принадлежащего ответчикам жилого помещения произошло за счет присоединения кладовки, ранее располагавшейся между их квартирами, которой пользовались собственники обеих квартир. Полагают, что суд дал неверную оценку показаниям свидетеля М.., а также проекту и схеме газификации жилого дома. Несмотря на то, что в техническом паспорте от 2002 г. место входа в кладовую не обозначено, из проекта и схемы газификации дома видно, что кладовая была, обозначено место входа в нее.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО4 в лице представителя ФИО6, действующего на основании доверенности, просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу истцов – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истцы ФИО1, ФИО2, их представитель ФИО7, допущенная к участию в деле на основании ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, доводы апелляционной жалобы поддержали.

Представитель ответчика ФИО4 ФИО8, действующий на основании доверенности, с доводами жалобы не согласился, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ.

На основании ст. 167 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного разбирательства, не является препятствием к рассмотрению дела в суде апелляционной инстанции.

Изучив материалы гражданского дела, проверив законность решения суда первой инстанции по правилам ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Материалами дела установлено, что жилой дом, расположенный по <адрес>, 1969 г. постройки, является многоквартирным, состоит из четырех квартир. Ранее дом имел нумерацию 28, на основании постановления Грабовской сельской администрации от 7 мая 1997 г. № 88 нумерация дома изменена.

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3 на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан от 8 июня 2020 г. № 1 являются долевыми собственниками (по 1/3 доли каждый) квартиры <адрес> общей площадью 67,8 кв.м с кадастровым №.

Ответчикам ФИО4, С.., ФИО5 на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан от 6 августа 2020 г. в этом же доме принадлежит квартира № (по 1/3 доли каждому) общей площадью 27,8 кв.м с кадастровым №.

Собственником квартиры № общей площадью 31,6 кв.м и квартиры № общей площадью 27,9 кв.м в указанном доме является администрация Грабовского сельсовета Бессоновского района Пензенской области.

Жилой дом по <адрес>, ранее находился на балансе ОАО «<данные изъяты>».

Квартира № была предоставлена истцу ФИО1 как работнику ОАО «<данные изъяты>» на основании ордера от 9 декабря 1987 г. № 998 с указанной в нем жилой площадью 24 кв.м на состав семьи 4 человека.

Квартира № была предоставлена ответчику ФИО9 на состав семьи из 2-х человек на основании ордера от 18 декабря 1987 г. № 68 площадью 22 кв.м. По выпискам из похозяйственных книг за 1986-1990 гг. в квартире № числились: С.. (умер 3 ноября 1987 г.), М.. (умерла 6 ноября 1986 г.), Н. Е.

На основании решения Арбитражного суда Пензенской области от 18 октября 2007 г. ОАО «<данные изъяты>» было признано банкротом.

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 4 августа 2009 г. на Комитет местного самоуправления Грабовского сельсовета Бессоновского района возложена обязанность принять в муниципальную собственность объекты жилищного фонда социального использования, находящиеся на балансе ОАО «<данные изъяты>», согласно перечню, в котором, в том числе поименована принадлежащая ответчикам квартира №.

Решением Комитета местного самоуправления Грабовского сельсовета Бессоновского района от 8 октября 2009 г. № 58/1-8/5 в муниципальную собственность принят жилищный фонд социального использования от ОАО «<данные изъяты>» по перечню согласно приложению, в котором поименованы квартиры № (площадью 27,8 кв.м) и 4 (площадью 67,8 кв.м) <адрес>. Составлен акт приема-передачи объектов жилищного фонда социального использования от 8 октября 2009 г.

25 июня 2012 г. на основании технического паспорта от 6 ноября 2002 г. квартиры <адрес> поставлены на кадастровый учет, им присвоены кадастровые № соответственно. Квартира № поставлена на кадастровый учет с площадью 27,8 кв.м, квартира № - с площадью 67,8 кв.м.

18 ноября 2013 г. между администрацией Грабовского сельсовета Бессоновского района и ФИО1 заключен договор социального найма жилого помещения - квартиры <адрес> площадью 24 кв.м.

8 июня 2020 г. между администрацией Грабовского сельсовета Бессоновского района и ФИО1, ФИО3, ФИО2 был заключен договора передачи жилого помещения в собственность граждан № 1, по условиям которого ФИО12 приобрели (по 1/3 доли каждый) в порядке приватизации квартиру, расположенную по адресу<адрес> состоящую из трех комнат, общей площадью 67,8 кв.м, в том числе жилой 24 кв.м, с кадастровым №

6 августа 2020 г. между администрацией Грабовского сельсовета Бессоновского района и ФИО10, ФИО5, Щ... был заключен договор передачи жилого помещения в собственность граждан № 4, в соответствии с которым ответчики в порядке приватизации приобрели (по 1/3 доли каждый) квартиру по <адрес> состоящую из двух комнат, общей площадью 27,8 кв.м с кадастровым №.

Судом первой инстанции для выяснения юридически значимых обстоятельств по делу была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой было поручено АНО «<данные изъяты>».

Согласно заключению эксперта от 16 июня 2025 г. № 36 ответить на вопрос о проведении перепланировок в помещениях (указанных в техническом паспорте от 6 ноября 2002 г. под № 1, 2) квартиры <адрес> в период с даты ввода многоквартирного дома в эксплуатацию до даты составления технического паспорта от 6 ноября 2002 г. экспертным путем не представляется возможным по причине отсутствия технической документации ранее 6 ноября 2022 г.;

в период с 6 ноября 2002 г. по 3 июля 2017 г. в помещениях (указанных в техническом паспорте от 6 ноября 2002 г. под № 1, 2) квартиры <адрес> проводилась перепланировка. В период с 3 июля 2017 г. по 8 апреля 2025 г. (экспертный осмотр) в указанных помещениях перепланировка не проводилась. В результате перепланировки помещение № 1 было разделено перегородкой в результате чего образовано два помещения (№ 1 площадью 9,0 кв.м с размерами в плане 3,0 x 3,0 м и № 3 площадью 6,6 кв.м с размерами в плане 3,0 x2,2 м), в помещении № 1 демонтирована печь, в стене между помещениями № 1 и № 2 заделан один дверной проем, в помещении № 1 в наружной стене заделан оконный проем. В помещении № 2 в указанный период перепланировка не производилась;

проведенные работы по перепланировке в помещениях № 1 и № 2 квартиры № соответствуют строительным нормам и правилам, нормам пожарной безопасности;

с технической точки зрения перепланировка, проведенная в помещениях (указанных в техническом паспорте от 6 ноября 2002 г. под № 1, 2) квартиры <адрес> не создают угрозу жизни и здоровью людей, в том числе собственников квартиры <адрес>;

проведенные в помещениях (указанных в техническом паспорте от 6 ноября 2002 г. под № 1, 2) квартиры <адрес> работы по перепланировке не привели к ухудшению технического состояния квартиры № в целом, к ухудшению санитарно-бытовых условий для граждан, проживающих в квартире №, а также не повлияли на безопасность, несущую способность и прочность конструкций многоквартирного дома <адрес> Общее имущество многоквартирного дома при осуществлении перепланировки не затронуто, уменьшение размера дома не произошло.

В результате экспертного осмотра установлены технические характеристики жилого дома <адрес> и его конструктивные особенности. Здание является бескаркасным с продольным расположением несущих стен, на которые опираются стропильные конструкции кровли, перекрытия (нижнее, верхнее) - несущие деревянные балки с деревянным настилом. При данной конструктивной схеме все поперечные стены в доме являются ненесущими. Таким образом, оценивая в совокупности проведенное исследование, эксперт пришел к выводу о том, что стена между помещением № 7 в квартире № и помещением № 1 в квартире <адрес> является ненесущей.

Экспертным осмотром также установлено, что помещение № 1 квартиры №, техническое подполье со стороны помещения № 7 квартиры № и помещение № 1 квартиры № разделяет единственная перегородка (ненесущая стена). Следы расположения в непосредственной близости фундаментов других поперечных стен, а также следы расположения других стен в помещении № 1 квартиры № отсутствуют. Оценивая в совокупности проведенное исследование, эксперт пришел к выводу о том, что согласно схеме на плане строений технического паспорта от 6 ноября 2002 г. ранее фундамент и капитальная стена в помещении № 1 в квартире <адрес> не существовали.

Поперечная стена между помещением № 7 квартиры № и помещением № 1 квартиры № является ненесущей, каких-либо поперечных несущих стен в данном месте в конструкции дома <адрес> не предусмотрено. Отсутствие капитальной стены и фундамента в помещении № 1 в квартире <адрес> не создает угрозу жизни и здоровью граждан, проживающих в квартире <адрес> согласно градостроительным нормам и правилам действующего законодательства. Отсутствие капитальной стены и фундамента не повлияло на санитарно-бытовые условия для граждан, проживающих в квартире <адрес>.

В связи с отсутствием документации технического характера на жилой дом <адрес> в период с даты ввода многоквартирного дома в эксплуатацию до составления технического паспорта от 6 ноября 2002 г., ответить на вопрос о том, что являлась ли ранее площадь 5,8 кв.м частью квартиры <адрес>, либо местом общего пользования в многоквартирном доме экспертным путем не представляется возможным.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что самым ранним документом технической инвентаризации жилого дома, расположенного по <адрес>, является технический паспорт от 6 ноября 2002 г., в котором общая площадь принадлежащей ответчикам квартиры значится 27,8 кв.м, данная квартира на основании решения Комитета местного самоуправления Грабовского сельсовета Бессоновского района от 8 октября 2009 г. и акта приема-передачи была принята в муниципальную собственность с площадью 27,8 кв.м, с этой же площадью квартира была поставлена на кадастровый учет на основании технического паспорта от 6 ноября 2002 г., договор передачи жилого помещения в собственность граждан, на основании которого ФИО10, ФИО5, Щ.. стали собственниками квартиры, был заключен уполномоченным органом местного самоуправления в установленном законом порядке с лицами, занимающими квартиру на основании ордера, бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что ранее в многоквартирном доме <адрес> или в квартире истцов имелось помещение (кладовая) площадью 5,8 кв.м, которое впоследствии была присоединено к квартире ответчиков, не представлено.

С выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм материального права.

В соответствии с ч. 2 ст. 1 Федерального закона от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» в редакции, действовавшего на момент постановки квартиры ответчиков на кадастровый учет, (далее - Федеральный закон от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ) государственный кадастр недвижимости является систематизированным сводом сведений об учтенном в соответствии с настоящим Федеральным законом недвижимом имуществе, а также сведений о прохождении Государственной границы Российской Федерации, о границах между субъектами Российской Федерации, границах муниципальных образований, границах населенных пунктов, о территориальных зонах и зонах с особыми условиями использования территорий, иных предусмотренных настоящим Федеральным законом сведений. Государственный кадастр недвижимости является федеральным государственным информационным ресурсом.

Государственным кадастровым учетом недвижимого имущества признаются действия уполномоченного органа по внесению в государственный кадастр недвижимости сведений о недвижимом имуществе, которые подтверждают существование такого недвижимого имущества с характеристиками, позволяющими определить такое недвижимое имущество в качестве индивидуально-определенной вещи (далее - уникальные характеристики объекта недвижимости), или подтверждают прекращение существования такого недвижимого имущества, а также иных предусмотренных настоящим Федеральным законом сведений о недвижимом имуществе (ч. 3 ст. 1 Федерального закона от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ).

Согласно ч. 1 ст. 3 Федерального закона от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ кадастровый учет и ведение государственного кадастра недвижимости осуществляются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в порядке, установленном Конституцией РФ и Федеральным конституционным законом от 17 декабря 1997 г. № 2-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации», в области государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, кадастрового учета и ведения государственного кадастра недвижимости.

В силу ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ в государственный кадастр недвижимости вносятся сведения об уникальных характеристиках объекта недвижимости, в том числе: вид объекта недвижимости (земельный участок, здание, сооружение, помещение, объект незавершенного строительства); кадастровый номер и дата внесения данного кадастрового номера в государственный кадастр недвижимости; площадь, определенная с учетом установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом требований, если объектом недвижимости является земельный участок, здание или помещение.

Согласно ст. 16 этого же Федерального закона кадастровый учет осуществляется в связи с образованием или созданием объекта недвижимости, прекращением его существования либо изменением уникальных характеристик объекта недвижимости или любых указанных в п. п. 7, 10 - 21 ч. 2 ст. 7 настоящего Федерального закона сведений об объекте недвижимости (ч. 1).

Постановка на учет и снятие с учета объекта недвижимости, а также кадастровый учет в связи с изменением уникальных характеристик объекта недвижимости или любых указанных в п. п. 13 - 20 ч. 2 ст. 7 настоящего Федерального закона сведений, кадастровый учет в связи с изменением сведений, указанных в п. п. 9 и 10 ч. 2 ст. 7 настоящего Федерального закона, или сведений, указанных в п. п. 21 ч. 2 ст. 7 настоящего Федерального закона, осуществляются, если иное не установлено настоящим Федеральным законом, на основании заявления о кадастровом учете и необходимых в соответствии с настоящим Федеральным законом для осуществления такого учета документов, представленных заявителем или представленных в порядке межведомственного информационного взаимодействия. Форма указанного заявления устанавливается органом нормативно-правового регулирования в сфере кадастровых отношений (ч. 2).

Согласно постановлению Правительства РФ от 4 декабря 2000 г. № 921 «О государственном техническом учете и технической инвентаризации в Российской Федерации объектов капитального строительства», действующего до 8 июля 2013 г., БТИ осуществляет технический учет, техническую инвентаризацию и паспортизацию объектов капитального строительства, выдает соответствующую техническую документацию БТИ.

Как следует из абз. 3, 4 п. 7 Положения «Об организации в Российской Федерации государственного технического учета и технической инвентаризации объектов капитального строительства», утвержденного постановлением Правительства РФ от 4 декабря 2000 г. № 921, по результатам технической инвентаризации на каждый объект капитального строительства оформляется технический паспорт, форма которого и состав включаемых в него сведений устанавливаются Министерством экономического развития РФ. Технический паспорт является документальной основой для ведения Единого государственного реестра объектов капитального строительства.

В соответствии с п. 2 ст. 35 Конституции РФ каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Согласно ст. 1 Закона РФ от 4 июля 1991 г. № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» в редакции, действующей на дату заключения оспариваемого договора от 6 августа 2020 г., (далее – Закон РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации») приватизация жилых помещений - бесплатная передача в собственность граждан Российской Федерации на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде, а для граждан Российской Федерации, забронировавших занимаемые жилые помещения, - по месту бронирования жилых помещений.

Каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования один раз (ст. 11 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»).

В соответствии со ст. 2 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

В силу ст. 6 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» передача жилых помещений в собственность граждан осуществляется уполномоченными собственниками указанных жилых помещений органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также государственными или муниципальными унитарными предприятиями, за которыми закреплен жилищный фонд на праве хозяйственного ведения, государственными или муниципальными учреждениями, казенными предприятиями, в оперативное управление которых передан жилищный фонд

Передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. При этом нотариального удостоверения договора передачи не требуется и государственная пошлина не взимается (ст. 7 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»).

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 августа 1993 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», гражданам не может быть отказано в приватизации занимаемых ими жилых помещений на предусмотренных этим Законом условиях, если они обратились с таким требованием.

В соответствии с п. 6 этого же постановления Пленума Верховного Суда РФ в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе и в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

П. 2 ст. 168 ГК РФ установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки

Установив, что постановка квартиры по <адрес> на кадастровый учет была произведена на основании технического паспорта на жилой дом от 6 ноября 2002 г., в котором площадь данной квартиры указана 27,8 кв.м, квартира ответчиков с этой же площадью, находившаяся ранее на балансе ОАО «Пензаспиртпром» была передана в муниципальную собственность и предоставлена ФИО9 по ордеру на состав семьи, ФИО4, ФИО5 и Щ.. были вселены в нее на законном основании, в указанном жилом помещении ответчики были зарегистрированы по месту жительства и на момент приватизации спорного жилого помещения являлись лицами, имевшими право владения и пользования спорным жилым помещением по договору социального найма и, соответственно, имевшими право на приватизацию этого помещения, суд пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для признания незаконными постановки квартиры ответчиков на кадастровый учет и передаче ее в собственность ФИО4, ФИО5 и Щ. на основании договора от 6 августа 2020 г., указав, что отсутствие заключенного между органом местного самоуправления и ответчиками договора социального найма не могло препятствовать в осуществлении ответчиками своими правами на приватизацию используемого ими на законных основаниях жилого помещения.

Доводы апелляционной жалобы истцов о наличии договора на передачу квартиры в собственность граждан от 26 апреля 1995 г. № 1245, заключенного между администрацией Бессоновского района и ФИО4, ФИО11, который, по мнению истцов, препятствовал повторному заключению ответчиками в 2020 г. договора приватизации на квартиру с большей площадью, являлись предметом исследования суда первой инстанции, им была дана правовая оценка, с которой судебная коллегия соглашается.

В соответствии с положениями ст. 7 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» в редакции, действующей по состоянию на 26 апреля 1995 г., передача жилья в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым местной администрацией, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном соответствующим Советом народных депутатов.

Порядок регистрации жилищного фонда в 1995 г. регламентировался Инструкцией «О порядке проведения регистрации жилищного фонда с типовыми формами учетной документации», утвержденной приказом Центрального статистического управления СССР от 15 июля 1985 г. № 380, изданным во исполнение постановления Совета Министров СССР от 10 февраля 1985 г. № 136, которая утратила силу на основании приказа Минземстроя РФ от 4 августа 1998 г. № 37.

П. 5.1 названной Инструкции было предусмотрено, что данные о праве собственности на жилые дома (помещения) вносятся бюро технической инвентаризации в реестровые книги данного населенного пункта, а также в инвентаризационные карточки в соответствии с теми пунктами и графами, которые в них предусмотрены.

Таким образом, до ведения Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», вступившего в силу с 31 января 1998 г., учет жилых помещений и регистрация договоров в отношении них осуществлялся органами БТИ, которые проставляли на правоустанавливающем документе штамп о государственной регистрации.

Исходя из положений ст. 6 Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», права на недвижимое имущество, возникшие до вступления в силу данного Закона, признаются юридически действительными, если сделка, заключенная до 31 января 1998 г., была учтена в порядке, установленном ранее действовавшим законодательством.

Оценив имеющийся в материалах дела договор на передачу квартиры в собственность граждан от 26 апреля 1995 г. № 1245, заключенный между Бессоновской районной администрацией и ФИО4, ФИО11, по условиям которого последним в собственность передана квартира общей площадью 22 кв.м, жилой 12 кв.м, расположенная по <адрес>, а также приложенный к нему акт оценки общей стоимости квартиры от 26 апреля 1995 г., в котором указана эта же площадь, суд первой инстанции с учетом того, что договор подписан сторонами, но в нем отсутствует отметка о его регистрации в бюро технической инвентаризации, пришел к правильному выводу о том, что на основании указанного договора на передачу квартиры в собственность граждан процесс приватизации завершен не был, государственная регистрация права собственности ФИО4 и ФИО11 на квартиру по этому договору произведена так и не была.

При этом, поскольку технический паспорт на квартиру по состоянию на 26 апреля 1995 г. не изготавливался, техническая инвентаризация всего жилого дома, в том числе квартир сторон, с даты ввода дома в эксплуатацию до 6 ноября 2002 г. не проводилась, а акт оценки общей стоимости квартиры, при составлении которого сотрудники БТИ не участвовали, не является документом технической инвентаризации, судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что указанную в договоре на передачу квартиры в собственность граждан от 26 апреля 1995 г. № 1245 площадь квартиры ответчиков нельзя считать достоверной.

Отклоняя доводы истцов о незаконном присоединении ответчиками к своей квартире кладового помещения, суд первой инстанции также принял во внимание выводы заключения эксперта АНО «Научно-исследовательская лаборатория судебных экспертиз» от 3 августа 2023 г. № 98/16, подготовленного в рамках рассматриваемого гражданского дела № 2-158/2023 по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Щ. о признании реконструированного многоквартирного жилого дома самовольной постройкой, о приведении в первоначальное состояние, из которого следует, что определить в состав какой из квартир изначально входила площадь 5,8 кв.м (помещение № 1 согласно технического паспорта по состоянию на 2002 г.), в настоящее время являющаяся частью квартиры <адрес> и какие признаки на это указывают, не представляется возможным, поскольку в техническом паспорте, составленном по состоянию на 6 ноября 2002 г., помещение № 1 с площадью 5,8 кв.м отсутствует, а в смежном месте между помещением № 7 квартиры № и помещением № 1 квартиры № имеется помещение № 1 площадью 15,3 кв.м, в котором местоположение помещения № 1 площадью 5,8 кв.м не указано, сведения о помещении № 1 площадью 5,8 кв.м в других технических паспортах на исследуемый жилой дом, имеющихся в материалах дела, также отсутствуют.

Допрошенные районным судом эксперты Ф. и А. в ходе рассмотрения гражданского дела № 2-158/2023 поясняли, что спорная стена (перегородка) никуда не сдвигалась, определить, стояла ли она как-то иначе до 2002 г., невозможно ввиду отсутствия технического паспорта и отсутствия внешних признаков, подтверждающих ее иное месторасположение. Если бы перегородка была смещена вглубь квартиры №, то в этой квартире не могло бы быть проема, через который обеспечивался вход с улицы, что косвенно доказывает, что помещения площадью 5,8 кв.м не было. Дом построен хозспособом, своими силами, спорная перегородка не является несущей.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все собранные по делу доказательства, в том числе, показания свидетеля М. а также проект газификации жилого дома, и дал им обоснованную правовую оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, не согласиться с которой у судебной коллегии оснований, вопреки доводам жалобы, не имеется.

Давая оценку экспертному заключению, суд первой инстанции обоснованно указал, что оно подготовлено экспертом, имеющим соответствующую квалификацию и стаж работы, который был предупрежден об уголовной ответственности в соответствии с требованиями законодательства за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертом сделаны на основе полного и всестороннего исследования всех собранных по делу доказательств, заключение содержит ответы на все поставленные вопросы, выводы эксперта научно обоснованы и подтверждены показаниями в судебном заседании. Каких-либо оснований сомневаться в объективности анализа и оценки результатов исследования, достоверности и правильности выводов эксперта не имеется.

В связи с изложенным, суд пришел к правильно выводу о том, что заключение судебной строительно-технической экспертизы соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, а также требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», является допустимым и достоверным доказательством по делу.

Несогласие стороны истца с результатом проведенной судебной экспертизы само по себе не свидетельствует о его недостоверности и не влечет необходимости назначения по делу повторной судебной экспертизы.

Судебная коллегия также не усмотрела необходимости в назначении по делу по ходатайству истцов дополнительной строительно-технической экспертизы, поскольку наличие в стене между квартирами сторон заложенного дверного проема само по себе не подтверждает доводы истцов о существовании ранее за этим проемом помещения площадью 5,8 кв. С учетом того, что в техническом паспорте на жилой дом <адрес> от 6 ноября 2002 г. помещение с площадью 5,8 кв.м между квартирами сторон не значится, а иная техническая документация, которая отражала бы техническое состояние квартир после ввода многоквартирного дома в эксплуатацию и до составления технического паспорта от 6 ноября 2002 г. отсутствует, необходимости дополнительного экспертного исследования по данному вопросу не требуется.

Вопреки доводам жалобы, порядок передачи жилого помещения по <адрес>, в собственность ответчиков, урегулированный Законом РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», нарушен не был. Данное жилое помещение на основании решения Комитета местного самоуправления Грабовского сельсовета Бессоновского района от 8 октября 2009 г. было принято в муниципальную собственность Грабовского сельсовета жилищного фонда социального использования среди прочих объектов, находящихся на балансе ОАО «Пензаспиртпром», согласно перечню, в котором значится принадлежащая ответчикам квартира № площадью 27,8 кв.м, о чем составлен акт приема-передачи объектов жилищного фонда социального использования от 8 октября 2009 г., в связи с чем могло быть приобретено гражданами в собственность в порядке приватизации. Само по себе отсутствие договора социального найма жилого помещения, как правильно установил суд первой инстанции, при том, что ответчики занимали данное жилое помещение на условиях договора социального найма, не могло являться препятствием к приватизации занимаемого ими жилого помещения с учетом положений ст. 35 Конституции РФ и ст. 2 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации».

Учитывая, что нарушение прав истцов действиями ответчиков, выразившимися в самовольном присоединении к своей квартире кладовой площадью 5,8 кв.м за счет уменьшения площади квартиры истцов либо мест общего пользования многоквартирного дома, а также нарушение требований закона при постановке квартиры ответчиков на кадастровый учет с площадью 27,8 кв.м и при заключении между администрацией Грабовского сельсовета и ответчиками договора передачи квартиры в собственность от 6 августа 2020 г. установлено не было, судом в удовлетворении исковых требований о признании незаконной постановки квартиры ответчиков на кадастровый учет и о признании договора передачи жилого помещения в собственность граждан незаконным отказано обоснованно.

Отсутствие правовых оснований для удовлетворения исковых требований о признании незаконной постановки на кадастровый учет квартиры и признании незаконным договора передачи жилого помещения в собственность явилось основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о приведении квартиры в первоначальное состояние.

Доводы апелляционной жалобы фактически повторяют правовую позицию истцов, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с обжалуемым решением, и направлены на переоценку доказательств, однако оснований к переоценке установленных судом обстоятельств у судебной коллегии не имеется.

При разрешении заявленных требований суд правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, установил их в ходе судебного разбирательства полно и объективно, дал им надлежащую правовую оценку и постановил решение, отвечающее нормам материального права, регулирующим правоотношения сторон при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.

Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену или изменение решения, судом допущено не было.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Бессоновского районного суда Пензенской области от 8 октября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3 - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 3 марта 2026 г.

Председательствующий -

Судьи -