Решение № 2-755/2024 2-755/2024~М-110/2024 М-110/2024 от 24 декабря 2024 г. по делу № 2-755/2024

Дело № 2-755/2024

УИД: 91RS0022-01-2024-000140-52


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

25 декабря 2024 года г. Феодосия

Феодосийский городской суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Чибижековой Н.В.,

с участием секретаря Аблязовой Э.Р.,

представителя истца Астраханцевой О.П.,

представителя ответчиков ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Пеньковской ФИО24 к Пеньковскому ФИО25, Сало ФИО26, ФИО10 ФИО27 (третьи лица – ФИО3 ФИО28, нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО12 ФИО29, нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым Гузий ФИО30, нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО14 ФИО31, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым) о восстановлении срока на принятие наследства и признании принявшей наследство, признании свидетельств о праве на наследство по закону недействительными, признании договоров дарения недействительными и применении последствий недействительности сделок, признании права собственности на доли в наследственном имуществе и взыскании компенсации,-

УСТАНОВИЛ:

В январе 2024 года ФИО4, через своего представителя ФИО5, обратилась в суд с иском к ФИО6 и Сало Т.Н., уточнив который и к ФИО10, в ходе рассмотрения дела неоднократно уточняла исковые требования и в уточненном варианте исковых требований просила восстановить пропущенный срок на принятие наследства и признать ее принявшей наследство после смерти ФИО7, умершей ДД.ММ.ГГГГ; признать недействительными свидетельства о праве на наследство по закону, выданные 07 октября 2005 года Государственным нотариусом Первой Феодосийской государственной нотариальной конторы ФИО11 на имя ФИО6, зарегистрированные в реестре за №№; признать недействительным договор дарения <адрес> от 10 марта 2017 года, заключенный между ФИО6 и Сало Т.Н., удостоверенный нотариусом Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО12, в реестре №, и возвратить стороны в первоначальное положение; признать недействительным договор дарения нежилого здания – гаража площадью 76,2 кв.м., литер А, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> г, от 10 марта 2017 года, заключенный между ФИО6 и Сало Т.Н., удостоверенный нотариусом Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО12, в реестре №, и возвратить стороны в первоначальное положение; применить последствия недействительности оспоримых сделок в виде погашения в Едином государственном реестре недвижимости записей о государственной регистрации права собственности от 23 марта 2017 года № в отношении квартиры с кадастровым номером № и от 23 марта 2017 года № в отношении гаража с кадастровым номером №; признать за ней право собственности на 1/3 долю в наследственном имуществе после смерти ФИО7, которое состоит из: <адрес> и гаража <адрес> г, расположенного в <адрес>, общей площадью 76,2 кв.м.; признать за ней право собственности на 1/9 долю в наследственном имуществе после смерти ФИО7, а именно: <адрес>; взыскать с ФИО6 в ее пользу стоимость 1/9 доли <адрес>.

От каких-либо из заявленных исковых требований в порядке, установленном частью 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец ФИО4 не отказывалась.

В обоснование требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ее мать – ФИО7, которой при жизни принадлежали: квартира, расположенная по адресу: <адрес> доля в квартире, расположенной по адресу: <адрес> гараж <адрес> расположенный в автогаражном кооперативе <адрес>, а также иные вещи и имущество, права на которые не подлежали регистрации. После смерти ФИО7, она, ответчик ФИО6 (ее отец) и ее брат – ФИО13 являются наследниками первой очереди по закону. При жизни ФИО7 ей были подарены драгоценные украшения, которые находились в ее личном пользовании. После смерти ФИО7 драгоценные украшения в виде комплекта, состоящего из золотых кольца и сережек, обручального кольца и браслета из золота перешли в ее пользование. Когда возник вопрос оформления наследства после смерти ФИО7, ответчик ФИО6 заявил, что у матери в собственности находились только ее личные вещи и ювелирные украшения, иного имущества подлежащего регистрации не имелось, поэтому обращаться к нотариусу не имеет смысла. Поскольку личные вещи и ювелирные украшения наследодателя ФИО7 были разделены между наследниками в договорном порядке, наличие спора у наследников и необходимость обращения к нотариусу отсутствовали. Ответчик ФИО6 заявил, что выделять долю ФИО7 из общего имущества – квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, не практично, тем более что кроме нее и ее брата – ФИО13 иных наследников нет. Позже ответчик ФИО6 пообещал ей и ее брату составить завещание или переоформить квартиру на них, в связи с чем, иных вопросов у нее и ее брата в отношении наследственного имущества, после смерти ФИО7, не возникало. Она была уверена, что изложенные обстоятельства соответствуют действительности. Полагает, что наследники первой очереди фактически вступили в наследство, при этом состав наследственного имущества был определен со слов ответчика ФИО8 (мужа наследодателя). Примерно в июле 2023 года ей стало известно, что собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, являлась ее мать ФИО7 Кроме того, в состав наследственной массы входили гараж <адрес>, и 1/3 доля квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Также ей стало известно, что супружескую долю в наследственном имуществе после смерти ФИО7, ее отец – ответчик ФИО6 не выделял, следовательно, она имеет право претендовать на 1/3 долю наследственного имущества. Указывает, что ответчик ФИО6 нарушил ее право на получение наследства после смерти матери, ввел ее в заблуждение, что мать не являлась собственником недвижимого имущества, а в нотариальной конторе, получая свидетельства о праве на наследство по закону, не указал лиц, имеющих право на наследство, что лишило ее законного права на принятие наследства и привело к пропуску срока на подачу заявления о вступлении в наследство. Полагает, что сокрытие ответчиком ФИО6 от нее факта наличия в собственности умершей ФИО7 недвижимого имущества, которое фактически являлось наследством после ее смерти, свидетельствует о незнании ею (истцом) факта наличия указанного имущества, и, как следствие, об уважительности причин пропуска срока для принятия наследства. Также, считает, что договоры дарения <адрес> гаража № <адрес>, заключенные между ответчиками ФИО6 и Сало Т.Н., являются недействительными, как притворные сделки, которые совершены с целью прикрыть незаконно полученные свидетельства о праве на наследство по закону после смерти ФИО7 Кроме того, поскольку ответчик ФИО10 является добросовестным приобретателем квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, полагает, что с ответчика ФИО6 в ее пользу должна быть взыскана компенсация стоимости 1/9 доли указанной квартиры.

Ссылаясь на вышеприведенное, на положения статей 1, 10, 166, 167, 170, 1142, 1152 – 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлениях от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» и от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснения Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлении от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», просила исковые требования удовлетворить.

В возражениях и дополнительных возражениях на исковое заявление ответчик – ФИО6 просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, ссылаясь на их незаконность и необоснованность. При этом указал, что доводы истца о том, что он ввел ее в заблуждение при оформлении наследства, являются несостоятельными, поскольку на момент смерти ФИО7 истец была совершеннолетней, самостоятельно приняла решение не вступать в наследство и не принимать его, и это был ее осознанный выбор. Кроме того, указал, что утверждение истца о том, что после смерти ФИО7 ей в пользование перешли ювелирные украшения, не соответствует действительности, поскольку еще при жизни ФИО7 все свои ценные вещи, в том числе и ювелирные украшения, они разделили между детьми, в частности, истцом.

Определением Феодосийского городского суда Республики Крым в соответствии со статьей 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены – ФИО3 ФИО32, нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО12 ФИО33 и нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым Гузий ФИО34 (протокол судебного заседания от 27 февраля 2024 года).

Определением Феодосийского городского суда Республики Крым в соответствии со статьей 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены – нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО14 ФИО35 и Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым (протокол судебного заседания от 22 апреля 2024 года).

Истец – ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщила, каких-либо ходатайств не заявила, направила для участия в судебном заседании своего представителя – адвоката Астраханцеву О.П., действующую на основании ордера, которая исковые требования поддержала в полном объеме и дала суду пояснения аналогичные, изложенным в исковом заявлении.

Ответчики – ФИО6 и Сало Т.Н. в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, каких-либо ходатайств не заявили, направила для участия в судебном заседании своего представителя – ФИО2, действующую на основании нотариально удостоверенных доверенностей, которая против удовлетворения исковых требований возражала в полном объеме, по основаниям, изложенным в возражениях и дополнительных возражениях на исковое заявление. При этом просила применить срок исковой давности в отношении требований истца и отказать в удовлетворении иска, в связи с пропуском срока исковой давности.

Ответчик – ФИО10 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщила, каких-либо ходатайств не заявила.

Третье лицо – ФИО13 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, каких-либо ходатайств не заявил.

Третье лицо – нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО12 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, ранее им было подано суду ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Третье лицо – нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО11 о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщила, подала суду ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие на усмотрение суда.

Третье лицо – нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО14 о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщила, подала суду ходатайство, в котором просила рассмотреть дело без ее участия и принять решение на усмотрение суда.

Третье лицо – Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым о времени и месте судебного заседание извещен надлежащим образом, своего представителя для участия в судебном заседании не направил и о причинах его неявки суду не сообщил, каких-либо ходатайств не заявил.

Информация о дне и времени проведения судебного заседания заблаговременно размещена на официальном сайте Феодосийского городского суда Республики Крым в Интернет-портале.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин. В случае, если лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, суд откладывает разбирательство дела в случае признания причин их неявки уважительными.

Частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

По смыслу данной нормы права, разбирательство гражданского дела происходит в судебном заседании с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, при этом судебное заседание выступает не только в качестве процессуальной формы проведения судебного разбирательства, но и является гарантией соблюдения принципов гражданского процессуального права и процессуальных прав лиц, участвующих в деле, на данной стадии гражданского процесса.

Лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе, поэтому лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

Учитывая задачи судопроизводства, принцип правовой определенности и полномочия суда, распространение общего правила, закрепленного в части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, об отложении судебного разбирательства в случае неявки в судебное заседание кого-либо из лиц, участвующих в деле, при отсутствии заявления об отложении судебного разбирательства по уважительным причинам, отложение судебного разбирательства не соответствовало бы конституционным целям гражданского судопроизводства, что, в свою очередь, не позволит рассматривать судебную процедуру в качестве эффективного средства правовой защиты.

То, что истец – ФИО4, ответчики – ФИО6 и Сало Т.Н., направившие своих представителей, ответчик – ФИО10, третьи лица – ФИО13, нотариусы Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО14, ФИО12 и ФИО11, и представитель третьего лица – Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым не явились в судебное заседание, является их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является препятствием для рассмотрения судом дела по существу.

С учетом вышеприведенного, принимая во внимание, что реализация участниками гражданского оборота своих прав не должна нарушать прав и охраняемых законом интересов других лиц и должна соответствовать принципу добросовестности, того, что истцы, ответчики и третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, не просили об отложении судебного разбирательства, а также, что судом их явка не признана обязательной, учитывая мнения представителя истца ФИО4 – Астраханцевой О.П., представителя ответчиков ФИО6 и Сало Т.Н. – ФИО2, предусмотренные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации процессуальные сроки рассмотрения дел в порядке гражданского судопроизводства, того, что участники процесса имеют право на осуществление судопроизводства в разумные сроки, в силу положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся истца – ФИО4, ответчиков – Сало Т.Н., ФИО6 и ФИО10, третьих лиц – ФИО13, нотариусов Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО14, ФИО12 и ФИО11, и представителя третьего лица – Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым.

Заслушав представителя истца, представителя ответчиков, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, всесторонне и полно выяснив все фактические обстоятельства и оценив представленные доказательства, имеющие значение для рассмотрения дела и разрешения спора по сути, суд полагает, что иск не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, на основании представленных сторонами в порядке статей 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и оцененных судом в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствах.

В силу статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предмет и основания иска определяет истец. При этом к основаниям иска относятся не только нормы права, на которые указывает истец, но и фактические обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих требований.

В соответствии с требованиями статьи 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определение закона, которым следует руководствоваться при разрешении дела и установление правоотношений сторон, относится к компетенции суда.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования и возражения.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей право на обращение в суд, установлено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Положения части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации предусматривают каждому гарантии на судебную защиту его прав и свобод. Право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (статьи 17, 18; части 1, 2 статьи 46, статья 52 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с положениями статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В статье 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено положение о судебной защите нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Положениями статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным решения собрания; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

Выбор способа защиты нарушенного права должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса, а не быть декларативным.

При этом осуществление гражданских прав имеет пределы, в рамках которых субъект гражданских правоотношений вправе действовать свободно, но не нарушать прав и интересов других лиц. Кроме того, эффективная судебная защита может быть осуществлена только тем способом, который отвечает характеру нарушения.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, из права на судебную защиту не следует возможность выбора лицом по своему усмотрению той или иной процедуры судебной защиты, особенности которых применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются исходя из Конституции Российской Федерации федеральным законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 ФИО36 и ФИО7, с ДД.ММ.ГГГГ состояли в зарегистрированном браке.

На основании свидетельства о праве собственности на жилье, выданного 20 августа 1993 года Исполнительным комитетом Первомайского поселкового совета народных депутатов Первомайского района согласно распоряжению (приказу) от 10 августа 1993 года №, квартира, расположенная по адресу: <адрес>, принадлежала на праве частной долевой собственности Пеньковскому ФИО37, ФИО7 и Пеньковскому ФИО38 в равных долях. Право собственности зарегистрировано Джанкойским бюро технической инвентаризации и записано в регистрационную книгу за №, реестр №.

Согласно свидетельству о праве собственности на гараж, выданному 15 сентября 2000 года Исполкомом Феодосийского городского совета на основании решения Феодосийского исполкома от 18 августа 2000 года №, гараж, расположенный по адресу: <адрес> г, на праве частной собственности принадлежал ФИО7. Право собственности зарегистрировано Феодосийским межгородским бюро технической инвентаризации 19 сентября 2000 года и записано в реестровую книгу под №, стр. 281, кн. 2.

На основании договора купли-продажи № от 12 февраля 1998 года, зарегистрированного на Универсальной товарной бирже «КАФА» г. Феодосия, в реестре за №, квартира, расположенная по адресу: <адрес>, принадлежала ФИО7. Право собственности зарегистрировано Феодосийским межгородским бюро технической инвентаризации 10 марта 1998 года и записано в реестровую книгу под №, стр. 111, кн. 73.

Решением Феодосийского местного суда от 26 ноября 2002 года договор купли-продажи № от 12 февраля 1998 года признан действительным; регистрация Феодосийским межгородским бюро технической инвентаризации от 10 марта 1998 года о праве личной собственности ФИО7 на <адрес> законной.

Право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, на основании договора купли-продажи, зарегистрированного на Универсальной товарной бирже «КАФА» 12 февраля 1998 года, реестр за №, и решения Феодосийского местного суда от 26 ноября 2002 года зарегистрировано за ФИО7 Феодосийским межгородским бюро технической инвентаризации 27 ноября 2002 года и записано в реестровую книгу под №, стр. 107, кн. 92.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умерла, о чем в книге регистрации актов о смерти 29 ноября 2004 года сделана запись за № (свидетельство о смерти №, выданное 29 ноября 2004 года Отделом регистрации актов гражданского состояния Феодосийского городского управления юстиции Автономной Республики Крым, Украина).

После смерти ФИО7, умершей ДД.ММ.ГГГГ, Государственным нотариусом Первой Феодосийской государственной нотариальной конторы ФИО11 было заведено наследственное дело №.

Как следует из материалов наследственного дела №, заведенного к имуществу умершей ДД.ММ.ГГГГ ФИО7, в установленный законом срок – 27 мая 2005 года с заявлением о принятии наследства по закону обратился супруг наследодателя – ФИО3 ФИО39 (наследник первой очереди – ответчик по делу).

ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ рождения, – супруга ФИО3 ФИО40 постоянно проживала и была прописана по адресу: <адрес> 21 апреля 1999 года по день смерти ДД.ММ.ГГГГ; с ней на день ее смерти постоянно проживал и был прописан ее супруг – ФИО3 ФИО41 с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, о чем Коммунальным предприятием «Жилищно-эксплуатационная контора №» 03 октября 2005 года выдана справка №.

Иных наследников, постоянно проживавших совместно с наследодателем ФИО7, на время открытия наследства, либо подавших в нотариальную контору заявление о принятии наследства, не установлено.

07 октября 2005 года государственным нотариусом Первой Феодосийской государственной нотариальной конторы ФИО11 ФИО6 выдано свидетельство о праве на наследство по закону, зарегистрированное в реестре за №.

Как следует из указанного свидетельства о праве на наследство по закону от 07 октября 2005 года, зарегистрированного в реестре за №, наследство, на которое оно выдано, состоит из 1/3 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

07 октября 2005 года государственным нотариусом Первой Феодосийской государственной нотариальной конторы ФИО11 ФИО6 выдано свидетельство о праве на наследство по закону, зарегистрированное в реестре за №.

Как следует из указанного свидетельства о праве на наследство по закону от 07 октября 2005 года, зарегистрированного в реестре за №, наследство, на которое оно выдано, состоит из целого гаража, расположенного по адресу: <адрес>

07 октября 2005 года государственным нотариусом Первой Феодосийской государственной нотариальной конторы ФИО11 ФИО6 выдано свидетельство о праве на наследство по закону, зарегистрированное в реестре за №.

Как следует из указанного свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного в реестре за №, наследство, на которое оно выдано, состоит из квартиры, расположенной по адресу: <адрес>

На основании договора купли-продажи квартиры от 02 ноября 2005 года, удостоверенного государственным нотариусом Первомайской государственной нотариальной конторы ФИО17, зарегистрированного в реестре за №, право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, было зарегистрировано за ФИО18

17 октября 2022 года между ФИО18, от имени которой по нотариально удостоверенной доверенности действовала ФИО19, как дарителем, и ФИО10, как одаряемой, был заключен договор дарения квартиры, по условиям которого квартира, расположенная по адресу: <адрес>, безвозмездно передана в собственность ФИО10

На основании указанного договора дарения от 17 октября 2022 года, за ФИО9 28 октября 2022 года в Государственном комитете по государственной регистрации и кадастру Республики Крым зарегистрировано право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, номер государственной регистрации права – №

10 марта 2017 года между ФИО6, как дарителем, и Сало Т.Н., как одаряемой, был заключен договор дарения квартиры, по условиям которого даритель подарил своей супруге – одаряемой, а одаряемая приняла в дар квартиру площадью 64,5 кв.м., кадастровый №, расположенную по адресу: <адрес>.

Указанный договор дарения квартиры от 10 марта 2017 года удостоверен нотариусом Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО12 и зарегистрирован в реестре: №.

На основании указанного договора дарения квартиры от 10 марта 2017 года за Сало Т.Н. 23 марта 2017 года в Государственном комитете по государственной регистрации и кадастру Республики Крым зарегистрировано право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> номер государственной регистрации права – №

10 марта 2017 года между ФИО6, как дарителем, и Сало Т.Н., как одаряемой, был заключен договор дарения нежилого здания – гаража, по условиям которого даритель подарил своей супруге – одаряемой, а одаряемая приняла в дар нежилое здание, гараж площадью 76,2 кв.м., литер А, кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес> г.

Указанный договор дарения квартиры от 10 марта 2017 года удостоверен нотариусом Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО12 и зарегистрирован в реестре: №.

На основании указанного договора дарения нежилого здания – гаража от 10 марта 2017 года за Сало Т.Н. 23 марта 2017 года в Государственном комитете по государственной регистрации и кадастру Республики Крым зарегистрировано право собственности на нежилое здание – гараж, расположенный по адресу<адрес> номер государственной регистрации права – №

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

В соответствии с положениями статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом; каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами; право наследования гарантируется (части 1, 2 и 4 статья 35).

Право наследования, гарантированное частью 4 статьи 35 Конституции Российской Федерации, обеспечивает переход имущества наследодателя к другим лицам в порядке, определяемом гражданским законодательством.

В силу статьи 1224 Гражданского кодекса Российской Федерации отношения по наследованию определяются по праву страны, где наследодатель имел последнее место жительства, если иное не предусмотрено настоящей статьей. Наследование недвижимого имущества определяется по праву страны, где находится это имущество, а наследование недвижимого имущества, которое внесено в государственный реестр в Российской Федерации – по российскому праву.

Согласно пункту 1 статьи 1206 Гражданского кодекса Российской Федерации возникновение и прекращение права собственности и иных вещных прав на имущество определяются по праву страны, где это имущество находилось в момент, когда имело место действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для возникновения либо прекращения права собственности и иных вещных прав, если иное не предусмотрено законом.

В соответствии с требованиями статьи 11 Федерального закона от 26 ноября 2001 года № 147-ФЗ (в редакции от 26 июля 2017 года) «О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» положения раздела V «Наследственное право» части третьей Кодекса применяются к отношениям по наследованию на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя, если наследство открылось 18 марта 2014 года и позднее. В случае открытия наследства до 18 марта 2014 года к указанным отношениям применяются положения законодательства, действовавшего на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя до 18 марта 2014 года.

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенные правовые нормы, учитывая, что наследодатель ФИО7 умерла ДД.ММ.ГГГГ, а также, что ФИО4 обратилась с указанным иском в суд только 11 января 2024 года, суд приходит к выводу, что к данным правоотношениям подлежат применению положения гражданского законодательства Украины, а также аналогичные гражданского законодательства Российской Федерации.

Как указано в статье 1216 Гражданского кодекса Украины (действовавшего на момент открытия наследства после смерти ФИО7) наследованием является переход прав и обязанностей (наследства) от физического лица, которое умерло (наследодателя), к другим лицам (наследникам).

Наследование осуществляется по завещанию или по закону (статья 1217 Гражданского кодекса Украины).

В силу статьи 1218 Гражданского кодекса Украины в состав наследства входят все права и обязанности, принадлежавшие наследодателю на момент открытия наследства и не прекратившиеся вследствие его смерти.

Статья 1220 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что наследство открывается вследствие смерти лиц; временем открытия наследства является день смерти лица.

Статьей 1268 Гражданского кодекса Украины предусмотрено, что наследник по завещанию или по закону имеет право принять наследство или не принять его; не допускается принятие наследства под условием или с оговорками; наследник, постоянно проживавший совместно с наследодателем на время открытия наследства, считается принявшим наследство, если в течение срока, установленного статьей 1270 Гражданского кодекса Украины, он не заявил об отказе от него; независимо от времени принятия наследства оно принадлежит наследнику со времени открытия наследства.

Как следует из положений статьи 1269 Гражданского кодекса Украины наследник, который желает принять наследство, но на время открытия наследства не проживал постоянно с наследодателем, должен подать в нотариальную контору заявление о принятии наследства.

Для принятия наследства устанавливается срок в шесть месяцев, который начинается со времени открытия наследства (часть 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Украины).

Согласно статье 1272 Гражданского кодекса Украины, регламентирующей последствия пропуска срока для принятия наследства, если наследник на протяжении срока, установленного статьей 1270 этого Кодекса, не подал заявление о принятии наследства, он считается не принявшим наследство (часть 1). По письменному согласию наследников, которые приняли наследство, наследник, который пропустил срок для принятия наследства, может подать заявление о принятии наследства в нотариальную контору по месту открытия наследства (часть 2). По иску наследника, который попустил срок для принятия наследства по уважительной причине, суд может определить ему дополнительный срок, достаточный для подачи им заявления о принятии наследства (часть 3).

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что наследование осуществляется по завещанию и по закону.

Согласно пункту 1 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Как следует из положений статей 1113, 1114 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина; временем открытия наследства является момент смерти гражданина.

Для приобретения наследства наследник должен его принять (пункт 1 стать 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей способы принятия наследства, принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство. Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Пунктом 1 статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 40 постановления № 9 от 29 мая 2012 года «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснил, что споры, связанные с восстановлением срока для принятия наследства и признанием наследника принявшим наследство, рассматриваются в порядке искового производства с привлечением в качестве ответчиков наследников, приобретших наследство (при наследовании выморочного имущества – Российской Федерации либо муниципального образования, субъекта Российской Федерации), независимо от получения ими свидетельства о праве на наследство.

Требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 Гражданского кодекса Российской Федерации), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

По смыслу приведенных положений обязательным условием для восстановления пропущенного срока принятия наследства является то обстоятельство, что наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам, к которым, в частности, следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, такие как несовершеннолетний возраст наследника и отсутствие активных действий его законных представителей (опекунов или попечителей) по принятию наследства, недееспособность или ограниченная дееспособность наследника, а также отсутствие активных действий его опекунов или попечителей по принятию наследственного имущества, ошибки нотариусов при принятии заявлений от наследников о принятии наследства, недостаточно точные консультации юристов об установленном законом сроке для принятия наследства.

Таким образом, из вышеуказанных норм права и разъяснений по их применению следует, что основаниями для восстановления наследнику срока принятия наследства, являются не только установление судом факта пропуска наследником срока по уважительным причинам, то есть исключительные обстоятельства, лишившие наследника возможности принять наследственное имущество, но и представление наследником надлежащих относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о наличии указанных обстоятельств, а также при условии соблюдения таким наследником срока на обращение в суд с соответствующим заявлением.

При отсутствии хотя бы одного из указанных в пункте 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации условий срок на принятие наследства, пропущенный наследником, восстановлению судом не подлежит.

Обращаясь в суд с указанным иском о восстановлении срока для принятия наследства и признании принявшим наследство, истец ФИО4 ссылалась на то, что установленный законом шестимесячный срок для принятия наследства ею пропущен по уважительным причинам, а именно: она не знала о наличии у ее матери в собственности недвижимого имущества.

По смыслу вышеприведенных правовых норм и руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, учитывая, что истец знала и должна была знать об открытии наследства – смерти наследодателя – матери ФИО7, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ, а незнание истца о наличии у матери недвижимого имущества, само по себе не может свидетельствовать об уважительности причин пропуска срока для принятия наследства, и, кроме того, истец, пропустившая срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении обратилась в суд, через организацию почтовой связи, только 11 января 2024 года, то есть более чем через 19 лет после смерти матери, вместе с тем указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с требованием о его восстановлении после отпадения причин пропуска этого срока, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

При этом суд учитывает, что нежелание лица, претендующего на восстановление срока для принятия наследства, после смерти матери обратиться к нотариусу с заявлением о принятии наследства, отсутствие в течение более чем 19 лет после смерти матери интереса к наследственному имуществу, ни нормами законами, ни руководящими разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, не отнесено к уважительным причинам пропуска срока для принятия наследства. Данное обстоятельство носит субъективный характер и могло быть преодолено при наличии соответствующего волеизъявления истца.

Частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Частью 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях неоднократно указывал, что из взаимосвязанных положений статей 46 (часть 1), 52, 53 и 120 Конституции Российской Федерации вытекает предназначение судебного контроля как способа разрешения правовых споров на основе независимости и беспристрастности суда (Определения от 17 июля 2007 года № 566-О-О, от 18 декабря 2007 года № 888-О-О, от 15 июля 2008 года № 465-О-О и др.). При этом предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Из приведенных положений закона следует, что суд оценивает не только относимость, допустимость доказательств, но и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обуславливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделение равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности. То есть, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Оценив в совокупности все представленные доказательства, суд приходит к выводу, что в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцом по делу, которому достоверно было известно об открытии наследства – смерти наследодателя – матери ФИО7, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ, не представлено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих, что после открытия наследства, срок на принятие наследства пропущен ею по уважительным причинам, либо наличие обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению ее намерений, принять наследство в течение шести месяцев после смерти матери ФИО7, таких доказательств не добыто и судом при рассмотрении дела, и, кроме того, истец, пропустившая срок для принятия наследства, с требованием о его восстановлении обратилась в суд спустя более чем через 19 лет после смерти матери, вместе с тем указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с требованием о его восстановлении после отпадения причин пропуска этого срока, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Доводы истца о том, что она постоянно проживала с наследодателем на момент открытия наследства, а также, что ею совершены действия, направленные на фактическое принятие наследства, суд не принимает во внимание, как несостоятельные, и не имеющие правового значения для рассмотрения данного спора, поскольку закон не связывает установление факта постоянного проживания наследника совместно с наследодателем на время открытия наследства, и совершение наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства с обстоятельствами, подлежащими установлению, при рассмотрении гражданских дел о восстановлении срока для принятия наследства и признании наследника принявшим наследство.

При этом суд учитывает, что истец просит восстановить пропущенный срок на принятие наследства и признать ее принявшей наследство после смерти ФИО7, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснил, что выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами.

Процессуальный закон не предоставляет суду полномочий по изменению по своему усмотрению основания и предмета иска с целью использования более эффективного способа защиты, а также выбора иного способа защиты нарушенного права истца.

В рассматриваемом случае федеральными законами суду не предоставлено право выйти за пределы заявленных истцом требований.

Также суд не принимает во внимание доводы истца о том, что ответчик ФИО6, подавая в нотариальную контору заявление о принятии наследства и получая свидетельства о праве на наследство по закону, не указал лиц, имеющих право на наследство, что лишило ее законного права на принятие наследства и привело к пропуску срока на подачу заявления о вступлении в наследство, поскольку ни законодательство Украины, действовавшее на момент открытия наследства после смерти ФИО7, ни действующие законодательство не возлагает на наследника обязанность сообщать нотариусу сведения о других наследниках наследодателя, при том, что несообщение ответчиком ФИО6 нотариусу информации об истце как наследнике первой очереди по закону не является основанием для восстановления истцу срока для принятия наследства.

Указанная правовая позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года.

Не установив в ходе рассмотрения дела, что истцом ФИО1, которой достоверно было известно об открытии наследства – смерти наследодателя – матери ФИО7, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ, срок для принятия наследства пропущен по уважительным причинам, либо наличие обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению ее намерений, принять наследство в течение шести месяцев после матери ФИО7, при том, что истец, пропустившая срок для принятия наследства, с требованием о его восстановлении обратилась в суд более чем через 19 лет после смерти матери, вместе с тем указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с требованием о его восстановлении после отпадения причин пропуска этого срока, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований и для удовлетворения исковых требований о признании свидетельств о праве на наследство по закону недействительными, признании договоров дарения недействительными и применении последствий недействительности сделок, признании права собственности на доли в наследственном имуществе и взыскании компенсации, поскольку они являются производными от требований о восстановлении срока для принятия наследства и признании принявшей наследство.

Иные доводы истца суд также не принимает во внимание, как несостоятельные, поскольку они не имеют правового значения для рассмотрения данного дела и основаны на ошибочном понимании и толковании норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Кроме того, стороной ответчика заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Аналогичные положения содержались в статьях 256, 257, части 1 статьи 261 и частях 3 и 4 статьи 267 Гражданского кодекса Украины, действовавшего на момент открытия наследства после смерти ФИО7

При рассмотрении дела судом установлено, что об открытии наследства после смерти ФИО7, истцу ФИО4 стало известно с момента смерти ФИО7 – ДД.ММ.ГГГГ, а в суд с настоящим иском ФИО4, через своего представителя ФИО5, через организацию почтовой связи, обратилась только 11 января 2024 года, то есть по истечении установленного законом трехгодичного срока исковой давности.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 15 постановления от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснил, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии с положениями статьи 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев – в течение срока давности.

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. В соответствии со статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца – физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

Однако истцом ФИО4 ходатайство о признании уважительной причины пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с ней, как с личностью, не заявлено, и каких-либо относимых и допустимых доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, не позволивших своевременно обратиться в суд с указанным иском, в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено, и, как следствие, основания для восстановления пропущенного срока исковой давности в понимании статьи 205 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Проанализировав вышеизложенное, приняв во внимание вышеприведенные правовые нормы и их системное толкование, правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации и изложенные в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года, руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлениях от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» и от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», дав надлежащую юридическую оценку правоотношениям по настоящему гражданскому делу, исследовав имеющиеся в деле доказательства, оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации их относимость, допустимость, достоверность, а также достаточность и взаимосвязь в их совокупности, установив фактические обстоятельства дела, а именно, что истцом ФИО4, которой достоверно было известно об открытии наследства – смерти наследодателя – матери ФИО7, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ, в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каких-либо надлежащих относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что срок для принятия наследства пропущен ею по уважительным причинам, либо наличие обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению ее намерений принять наследство в течение шести месяцев после смерти матери ФИО7, не представлено и в ходе судебного разбирательства таких доказательств по делу не добыто, при том, что истец, пропустившая срок для принятия наследства, с требованием о его восстановлении обратилась в суд более чем через 19 лет после смерти матери, вместе с тем указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с требованием о его восстановлении после отпадения причин пропуска этого срока, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства, а также, что истцом пропущен срок исковой давности, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для восстановления истцу срока для принятия наследства и признания истца принявшей наследство, и, как следствие, об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о признании свидетельств о праве на наследство по закону недействительными, признании договоров дарения недействительными и применении последствий недействительности сделок, признании права собственности на доли в наследственном имуществе и взыскании компенсации, поскольку они являются производными от требований о восстановлении срока для принятия наследства и признании принявшей наследство.

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО4 в полном объеме.

Мотивированное решение составлено 15 января 2025 года.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд –

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска Пеньковской ФИО42 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №) к Пеньковскому ФИО43 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №), Сало ФИО44 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №), ФИО10 ФИО45 (паспорт гражданина Российской Федерации серии № (третьи лица – ФИО3 ФИО46, нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО12 ФИО47, нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым Гузий ФИО48, нотариус Феодосийского городского нотариального округа Республики Крым ФИО14 ФИО49, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым) о восстановлении срока на принятие наследства и признании принявшей наследство, признании свидетельств о праве на наследство по закону недействительными, признании договоров дарения недействительными и применении последствий недействительности сделок, признании права собственности на доли в наследственном имуществе и взыскании компенсации – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Феодосийский городской суд Республики Крым в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья: подпись Чибижекова Н.В.