Решение № 2-2676/2017 2-2676/2017 ~ М-2180/2017 М-2180/2017 от 14 декабря 2017 г. по делу № 2-2676/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 декабря 2017 года г.Н.Новгород

Московский районный суд г.Н.Новгорода в составе:

председательствующего судьи Айдовой О.В.,

при секретаре Евсеевой А.В.,

с участием прокурора Тульской Е.В.,

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ПАО «Нижегородский машиностроительный завод» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

Истец ФИО3 обратилась в суд с иском к ПАО «НМЗ» о компенсации морального вреда, указывая, что ФИО3 работала газорезчиком в 34 цехе ПАО «НМЗ» с 20 декабря 1966 года по 01 декабря 2006 года. 25 августа 2006 года у истца было диагностировано профессиональное заболевание, согласно заключению ФГУН «ННИИ гигиены и профессиональной патологии» Роспотребнадзора *т от 06.05.2011 года диагноз заболевания: «Хронический профессиональный необструктивный катаральный бронхит. Пневмокониоз, эмфизема легких ДН I (первой) ст.». В связи с профессиональным заболеванием установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно. На основании статей 12, 151, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса РФ истец, как лицо, получившее профессиональное заболевание, имеет право на возмещение морального вреда, которую просит взыскать с ПАО «НМЗ». Факт того, что профессиональное заболевание получено истцом в период работы в ПАО «НМ3», подтверждается актом о случае профессионального заболевания * от 30 августа 2006 года. Комиссия, проводящая расследование, установила, что имеющаяся в цехе вытяжная вентиляция не является эффективной, концентрация пыли в воздухе рабочей зоны составляла до 15,4 - 18,6 мг/м3 при ПДК 6,0 мг/м3. Комиссия определила, что профессиональное заболевание возникло в результате нарушения СП 2.2.2,1327-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту», а лицом, допустившим такие нарушения, является начальник цеха (пункты 20-21 Акта *). В Акте также указано, что вины истца в возникновении профессионального заболевания нет. Профессиональное заболевание причиняет истцу значительные физические и нравственные страдания, полученное профессиональное заболевание является неизлечимым.

Истица просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 70000 рублей, а также расходы по оплате нотариальных услуг в сумме 2150 рублей.

Истица ФИО3 надлежащим образом извещенная о дне судебного заседания, в суд не явилась, письменно просила о рассмотрении дела в её отсутствии.

Представитель истца ФИО1, действующая по доверенности, исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ПАО «НМЗ» ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные исковые требования не признала, указывая, что 04.02.2008г. между ОАО «НМЗ» (15.07.2015 г. было переименовано в ПАО «НМЗ», что подтверждается внесением записи в ЕГРЮЛ за *) и ФИО3 было достигнуто и заключено соглашение о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием «хронический необструктивный бронхит. Пневмосклероз. Эмфизема легких. ДН I (первой) степени» и прекращении взаимных обязательств б/н. Во исполнение Соглашения бывшей работнице ПАО «НМЗ» ФИО3 был возмещен моральный вред в размере 5000 руб., что подтверждается платежной ведомостью * от 29.04.2008г., подписью истицы в получении денежных средств. В соответствии с п.3 Соглашения после получения суммы 5000 руб. ФИО3 отказывается от всех требований к ОАО «НМЗ» по вопросу компенсации морального вреда в связи с имеющимся профзаболеванием.

С согласия представителей сторон, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии истца.

Выслушав представителей сторон, заключение прокурора, полагавшего в удовлетворении иска отказать, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 37 Конституции РФ каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Впервые ответственность за моральный вред, причиненный гражданину неправомерными действиями, установлена в Основах гражданского законодательства Союза ССР и республик, которые введены в действие на территории Российской Федерации с 03 августа 1992 года.

Согласно ст. 131 Основ гражданского законодательства Союза СССР и республик, действовавших на момент возникновения рассматриваемых правоотношений, моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем при наличии его вины. Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемом судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В связи с введением в действие с 01 января 1995 года части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и с 01 марта 1996 года части второй Гражданского кодекса Российской Федерации вопросы компенсации морального вреда регулируются ст. ст. 151, 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, в период получения профессионального заболевания истцом, действовавшее на тот момент законодательство предусматривало право гражданина на компенсацию морального вреда.

Статьей 22 Трудового кодекса РФ предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК РФ).

Из положений статьи 237 Трудового кодекса РФ следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

В силу ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» вред, причиненный жизни или здоровью физического лица при исполнении им обязательств по гражданско-правовому договору, предметом которого являются выполнение работ и (или) оказание услуг, договору авторского заказа, в соответствии с которыми не предусмотрена обязанность заказчика по уплате страховых взносов страховщику, возмещается причинителем вреда в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 26.01.2010 года "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Судом установлено, что в период с 20 декабря 1966 года по 01 декабря 2006 года ФИО3, работала газорезчиком в 34 цехе ПАО «НМЗ».

25 августа 2006 года у ФИО3 было диагностировано профессиональное заболевание, согласно заключению ФГУН «ННИИ гигиены и профессиональной патологии» Роспотребнадзора *т от 06.05.2011 года диагноз заболевания: «Хронический профессиональный необструктивный катаральный бронхит. Пневмокониоз, эмфизема легких ДН I (первой) ст.». В связи с профессиональным заболеванием установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно.

Факт того, что профессиональное заболевание получено ФИО3 в период работы в ПАО «НМ3», подтверждается Актом о случае профессионального заболевания * от 30 августа 2006 года.

Комиссия, проводящая расследование, установила, что имеющаяся в цехе вытяжная вентиляция не является эффективной, концентрация пыли в воздухе рабочей зоны составляла до 15,4 - 18,6 мг/м3 при ПДК 6,0 мг/м3. Профессиональное заболевание возникло в результате нарушения СП 2.2.2,1327-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту», а лицом, допустившим такие нарушения, является начальник цеха (пункты 20-21 Акта *). Вины истца в возникновении профессионального заболевания нет.

Из пояснений представителя истца следует, что профессиональное заболевание причиняет истцу значительные физические и нравственные страдания, является неизлечимым.

Рассматривая требования истца о взыскании в её пользу в счет компенсации морального вреда 70 000 рублей, суд приходит к следующему.

Бесспорным является тот факт, что истец претерпевает физические и нравственные страдания в связи с полученным ею профессиональным заболеванием. Данные обстоятельства, а также факт получения профзаболевания истцом в период работы на предприятии ответчика последним не оспариваются.

Вместе с тем, 04.02.2008г. между ОАО «НМЗ» и ФИО3 было достигнуто и заключено соглашение б/н о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием «хронический необструктивный бронхит. Пневмосклероз. Эмфизема легких. ДН I (первой) степени» и прекращении взаимных обязательств.

Во исполнение Соглашения бывшей работнице ПАО «НМЗ» ФИО3 был возмещен моральный вред в размере 5000 руб., что подтверждается платежной ведомостью * от 29.04.2008г., подписью истицы в получении денежных средств.

В соответствии с п.3 Соглашения после получения суммы 5000 руб. ФИО3 отказывается от всех требований к ОАО «НМЗ» по вопросу компенсации морального вреда в связи с имеющимся профзаболеванием.

15.07.2015 г. ОАО «НМЗ» было переименовано в ПАО «НМЗ», что подтверждается внесением записи в ЕГРЮЛ за *.

Учитывая, что в соответствии с требованиями ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный ФИО3 неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещен работнику в денежной форме в размерах, определенных соглашением сторон трудового договора, в размере 5000 рублей, суд считает, что оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда в размере 70 000 руб. не имеется, в связи с чем отказывает в удовлетворении иска.

С доводами представителя истца о том, что истец указанную компенсацию морального вреда не получала, суд не соглашается, поскольку получение денежных средств подтверждается платежной ведомостью * от 29.04.2008г., подписью истца. Представителем истца доказательств обратного, в нарушении требований ст. 56 ГПК РФ, не представлено.

Поскольку ФИО3 судом отказано в удовлетворении заявленных исковых требований, не подлежат взысканию с ответчика судебные расходы.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ПАО «Нижегородский машиностроительный завод» о компенсации морального вреда, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд, через районный суд, в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья О.В. Айдова