Определение № 33-987/2017 от 26 марта 2017 г. по делу № 33-987/2017

Судья Макаровская И.Я. Дело № 33-987/2017


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 марта 2017 года г. Калуга

Судебная коллегия по гражданским делам

Калужского областного суда в составе:

председательствующего Романовой В.В.,

судей Ватолиной Ю.А., Морозовой Л.С.,

при секретаре Хабибуллиной Р.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу Морозовой Л.С.

дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Обнинского городского суда Калужской области от 27 декабря 2016 года

по иску ФИО1 к акционерному обществу «Государственный научный центр Российской Федерации Физико-Энергетический институт им. А.И. Лейпунского» о признании незаконными приказа о наложении дисциплинарного взыскания, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

31 октября 2016 года ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Государственный научный центр Российской Федерации Физико-Энергетический институт им. А.И, Лейпунского» (далее АО «ГНЦ РФ ФЭИ»), в котором просил признать незаконным приказ № от 10 августа 2016 года о наложении на него дисциплинарного взыскания в виде выговора и взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование требований истец указал, что приказом генерального директора АО «ГНЦ РФ ФЭИ» № от 10 августа 2016 года он привлечен к дисциплинарной ответственности и ему объявлен выговор. Данный приказ считает незаконным, поскольку с его стороны отсутствовало какое-либо неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на него трудовых обязанностей.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании поддержали исковые требования.

Представитель ответчика - АО «ГНЦ РФ ФЭИ» ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска.

Решением Обнинского городского суда Калужской области от 27 декабря 2016 года постановлено ФИО1 в иске к АО «ГНЦ РФ ФЭИ» о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания, компенсации морального вреда – отказать.

В апелляционной жалобе ФИО1, не согласившись с решением суда, просит его отменить, принять по делу новое решение, которым его исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, выслушав ФИО1 и его представителя ФИО2, поддержавших жалобу, представителя АО «ГНЦ РФ ФЭИ» ФИО3, возражавшего против доводов жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

В силу положений ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

В соответствии со ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Согласно ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения.

Из материалов дела видно, что ФИО1 17 декабря 2012 года на основании приказа и трудового договора был принят на работу в АО «ГНЦ РФ ФЭИ» на должность инженера по надзору за строительством в производственном бюро отдела капитального строительства (ОКС) ГНЦ РФ ФЭИ.

Пунктом 2.5 трудового договора, заключенного 14 декабря 2012 года между сторонами, предусмотрено, что трудовая функция, полный перечень обязанностей, прав и ответственности работника изложены в должностной инструкции.

Согласно должностной инструкции инженера по надзору за строительством в производственном бюро отдела капитального строительства (ОКС) ГНЦ РФ ФЭИ № 224/14-02/1471 от 19 ноября 2012 года, утвержденной заместителем генерального директора-главным инженером 11 ноября 2012 года, прямыми обязанностями инженера по надзору за строительством являются, в том числе осуществление на закрепленных объектах контроля качества и соблюдения технологии выполнения строительно-монтажных работ и соответствия их строительным нормам и правилам (СНиП) и проектно-сметной документации; контролировать ведение строительно-монтажными организациями журналов работ, с которой ФИО1 ознакомлен под роспись.

Из материалов дела следует, что 31 июля 2015 года между АО «ГНЦ РФ ФЭИ» (заказчик) и АО «Федеральный центр науки и высоких технологий «Специальное научно-производственное объединение «Элерон» (далее АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон») (подрядчик) был заключен договор № на выполнение работ по модернизации периметра ПП-1, согласно которому подрядчик обязался в период с 17 августа 2015 года по 23 декабря 2015 года по заданию заказчика выполнить работы по модернизации периметра ПП-1 АО «ГНЦ РФ ФЭИ» в соответствии с техническим заданием и календарным планом (т.1, л.д.144-152).

Указанием начальника отдела капитального строительства (ОКС) № от 14 сентября 2015 года для осуществления строительного контроля на объекте «Модернизация периметра ПП-1» были назначены уполномоченные представители ОКС, в том числе ФИО1 – инженер производственного бюро ОКС – в части следующих разделов проектно-сметной документации: общестроительные работы (АР, АС), конструкции железобетонные (КЖ), конструкции металлические (КМ), генеральный план объекта (ГП). С данным указанием ФИО1 ознакомлен под роспись (т.1, л.д. 141).

18 мая 2016 года Калужской прокуратурой по надзору за исполнением законов на особо режимных объектах была проведена проверка, в том числе связанная с исполнением обязательств по вышеназванному договору.

По результатам данной проверки в адрес ответчика было внесено представление от 25 мая 2016 года № об отдельных нарушениях законодательства Российской Федерации, выявленных при проведении проверки антитеррористической защищенности и физической защиты объекта, а также указано на ненадлежащее исполнение должностными лицами ответчика своих должностных обязанностей, установление этих лиц и привлечение их к дисциплинарной ответственности.

Приказом генерального директора АО «ГНЦ РФ ФЭИ» от 7 июля 2016 года № была назначена служебная проверка с целью установления обстоятельств неисполнения условий в том числе договора от 31 июля 2015 года, и представления предложений по выявленным нарушениям.

По результатам служебной проверки был составлен акт №, утвержденный генеральным директором 26 июля 2016 года (т.1, л.д.123-133).

Как следует из данного акта, комиссией установлено, что согласно сведениям, указанным в общем журнале производства работ №, подрядчик приступил к производству работ на периметре ПП-1 02.09.2015 и в период до 17.09.2015 выполнял работы по демонтажу и вывозу железобетонных плит. Вместе с тем, согласно постовой ведомости караула № в/ч №, подрядчик (два работника АО «ФЦНИВТ «СНПО «Элерон») был допущен к работам в запретной зоне периметра ПП-1 только 7 сентября 2015 года, в то время как уполномоченные представители ОКС по осуществлению строительного контроля на объекте были назначены только 14.09.2015. Таким образом, в период до 14.09.2015 строительный контроль на объекте «Модернизация периметра ПП-1» представителями ОКС не осуществлялся, а сведения, указанные в журнале производства работ за период с 02 по 07 сентября 2015 года являются недостоверными. Первая запись в вышеуказанном журнале производства работ уполномоченного работника ОКС (инженера ОСК ФИО1) датирована 20 ноября 2015 года (фактически через 2,5 месяца после начала производства работ). В ходе проведения служебной проверки было установлено, что допуск непосредственно на объект проведения работ «Модернизация периметра ПП-1» (запретную зону периметра) был оформлен на ФИО1 только в июле 2016 года (через 11 месяцев после начала производства работ).

Комиссия в частности пришла к выводу о том, что при осуществлении строительного контроля, в том числе договора № от 31 июля 2015 года, уполномоченным представителем ОКС – инженером по надзору за строительством ФИО1 не был должным образом организован контроль ведения подрядчиком общего журнала работ, т.е. нарушено требование должностной инструкции № от 19.11.2012, согласно которой его прямой обязанностью является осуществление контроля за ведением строительно-монтажными организациями журналов работ (п.1). За ненадлежащее исполнение служебных обязанностей комиссия предложила в числе других работников ОКС привлечь инженера по надзору за строительством ФИО1 к дисциплинарной ответственности (выговор).

На основании акта служебной проверки № от 26 июля 2016 года приказом АО «ГНЦ РФ ФЭИ» от 10 августа 2016 года № за совершение дисциплинарного проступка, выразившегося в неисполнении или ненадлежащем исполнении работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей наряду с другими работниками ОКС инженеру по надзору за строительством производственного бюро ОКС ФИО1 объявлен выговор. С данным приказом истец 10 августа 2016 года ознакомлен под роспись (т.1, л.д. 143).

Как указывалось выше, ФИО1 в силу своих должностных обязанностей обязан был контролировать ведение подрядчиком журнала строительных работ в соответствии с Порядком ведения общего и (или) специального журнала учета выполнения работ при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капительного строительства РД-11-05-2007, утвержденным Приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору № от 12 сентября 2007 года.

Данные обстоятельства ФИО1 в судебном заседании не оспаривались.

Учитывая требования, изложенные в пунктах 3, 8, 8.1 – 8.6 указанного Порядка, суд, после исследования записей в представленных копиях общих журналов работ № и № (т.2, л.д.2-116), указал, что подрядчиком не заполнены следующие разделы: раздел 1, в который вносят данные обо всех представителях инженерно-технического персонала, занятых при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капительного строительства; раздел 5 и раздел 6, которые должны заполняться уполномоченным представителем лица, осуществляющие строительство. Первая запись уполномоченного представителя заказчика ФИО1 в разделе 4 общего журнала работ № появилась 20 ноября 2015 года, следующая запись – 13 июня 2016 года. Кроме того, из содержания записей, выполненных ФИО1 в разделе 4, неясно, по каким видам работ, указанным в разделе 3, сделаны замечания о ходе работ; работы, указанные подрядчиком в разделе 3 в период, когда ФИО1 выполнял свои должностные обязанности, не соответствуют работам, указанным в актах о приемке выполненных работ КС-2, объем которых проверял, как следует из актов, в том числе ФИО1, что подтверждается его подписью.

Из объяснений представителя ответчика в судебном заседании усматривается, что работы по договору № от 31 июля 2015 года проводились в запретной зоне периметра ПП-1, в связи с чем требовалось наличие специального разрешения для представителей подрядчика и заказчика. Данное разрешение ФИО1 было получено 26 июля 2016 года, до указанной даты истец доступа в запретную зону не имел и лично объект не осматривал.

Из объяснения ФИО1 от 14 июля 2016 года следует, что на объекте «Модернизация периметра ПП-1» фактически под его контролем производились работы в части обустройства тропы наряда, тропы специалиста, двух внутренних ограждений. 25 октября 2015 года им визировался акт приемки выполненных работ № (отчетный период с 01.10.2015 по 25.10.2015). Пропуск на вход в запретную зону периметра, в которой производились работы, на него в 2015 году не оформлялся. Поэтому технический контроль, а также контроль объемов выполненных работ проводился им визуально без входа в запретную зону, а все замеры проводились представителем подрядчика (при этом представитель подрядчика находился в запретной зоне, а он – за ограждением). Журнал производства работ в 2015 году велся подрядчиком, также в этом журнале присутствуют записи о замечаниях от его имени (т.1, л.д.139-140).

Как видно из объяснений начальника производственного бюро ОКС ФИО9 от 15 июня 2016 года, инженер ОКС ФИО1 был недостаточно требователен к подрядчику в части ведения журналов производства работ. Этим можно объяснить факт того, что некоторые данные, отраженные в журнале (например, за 2, 3, 4 сентября 2015 года) не соответствуют действительности (т.1, л.д.136).

Факт ненадлежащего осуществления работниками ОКС строительного контроля (в части ведения журнала производства работ), а также то обстоятельство, что к нему никто из уполномоченных работников ОКС не обращался по поводу отсутствия допуска в запретную зону периметра, препятствующего проведению строительного контроля, подтверждены начальником ОКС ФИО10 в объяснении от 25 июля 2016 года (т.1, л.д.137-138).

Приказом ответчика от 15 февраля 2013 года № в ГНЦ РФ ФЭИ была введена в действие Инструкция о пропускном режиме на предприятии (т.1, л.д.224-242), согласно которой проход на территории ПП-1 осуществляется по пропускам (п.2.2.1); основанием для выдачи всех видов пропусков на охраняемые территории и в режимные (не режимные) здания, являются заявки с письменным разрешением должностных лиц, имеющих на это право (п.5.2.1).

С данной Инструкцией истец ознакомлен 21 февраля 2013 года лично под роспись.

При этом из представленных в дело доказательств следует, что ФИО1 не обращался к своему непосредственному начальнику о выдаче ему пропуска в запретную зону, пропуск на режимный объект ему был выдан 26 июля 2016 года.

Доказательств обратного истцом суду представлено не было.

При таких обстоятельствах суд сделал верный вывод о неосуществлении истцом надлежащего контроля ведения журналов работ и отсутствии в данном случае обстоятельств, которые препятствовали надлежащему исполнению истцом своих обязанностей.

Порядок наложения дисциплинарного взыскания, установленный ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, ответчиком не нарушен, поскольку факт неисполнении или ненадлежащем исполнении ФИО1 по его вине возложенных на него трудовых обязанностей был выявлен работодателем по окончании служебной проверки (26 июля 2016 года).

При принятии решения суд правильно указал, что нахождение истца неоднократно в отпусках не снимает его ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей.

Доводы ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции о том, что он является членом профсоюза и в связи с этим в составе комиссии, проводившей служебную проверку, должен был участвовать представитель профсоюзного органа, судебная коллегия признает несостоятельными, так как данная служебная проверка проводилась для выяснения обстоятельств допущенных нарушений на объекте строительства, указанного выше, а не в отношении конкретно лица ФИО1

С учетом изложенного судебная коллегия находит решение суда об отказе в удовлетворении заявленных ФИО1 исковых требований обоснованным и оснований для его отмены не усматривает.

Доводы жалобы о нарушении порядка наложения дисциплинарного взыскания в части не истребования у ФИО1 объяснения перед применением дисциплинарного взыскания являются несостоятельными, поскольку, как правильно указал суд, согласно материалам проверки до применения дисциплинарного взыскания ФИО1 были даны объяснения 14 июня 2016 года; в материалах и в самом объяснении не имеется сведений о том, что они были скорректированы вопросами, и истец был лишен права дополнить и представить свою позицию в полном объеме.

Других доводов, которые ставили бы под сомнение законность и обоснованность решения суда, в апелляционной жалобе не содержится, нормы материального и процессуального права при вынесении решения судом не нарушены.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Обнинского городского суда Калужской области от 27 декабря 2016 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи