Решение № 2-1884/2024 2-1884/2024~М-544/2024 М-544/2024 от 3 июня 2024 г. по делу № 2-1884/2024

№2-1884/10-2024

46RS0030-01-2024-001469-64

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

4 июня 2024 года город Курск

Ленинский районный суд города Курска в составе:

председательствующего судьи Митюшкина В.В.,

при секретаре – Малаховой Е.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Центрального административного округа города Курска, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1 и ФИО2 о применении последствий недействительности ничтожной сделки и взыскании денежных средств в бюджет Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор обратился в суд к ответчику ФИО1 с указанным иском. В обоснование заявленных требований указал, что приговором Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным и осужден по ч.1 ст.159, ч.2 ст.159 УК РФ, ему назначено наказание по ч.2 ст.159 УК РФ в виде 1 года исправительных работ с удержанием 15% заработка, по ч.1 ст.159 УК РФ освобожден от назначенного наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности. Приговором установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проходил военную службу по контракту в войсковой части №, дислоцированной в городе Рязани, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год в должности командира роты десантного обеспечения, в воинском звании «капитан». В силу специфики занимаемой ФИО2 должности, связанной с прохождением военной службы в подразделении обеспечения, последний не мог быть направлен в служебную командировку в Сирийскую Арабскую Республику, в связи с чем в январе 2020 года у него возник преступный умысел, направленный на дачу взятки должностному лицу (воинских частей и учреждений Министерства обороны РФ), за совершение в его интересах заведомо незаконных действий по направлению его в служебную командировку в Сирийскую Арабскую Республику. ДД.ММ.ГГГГ обратился к ФИО1, полагая, что тот является должностным лицом, способным на возмездной основе оказать содействие в направлении его в служебную командировку в Сирийскую Арабскую Республику. Между тем, ФИО1 должностным лицом Минобороны России в указанное время не являлся, отношения к военной службе не имел, полномочиями по разрешению вопросов, связанных с прохождением гражданами военной службы, не обладал. Выслушав просьбу ФИО2, у ФИО1 в 21 час 22 минуты ДД.ММ.ГГГГ, рассчитывающего на недостаточную грамотность обратившегося, возник корыстный мотив и преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества путем обмана, а именно, ФИО1 решил воспользоваться сложившейся ситуацией, для чего разубеждать последнего во мнении относительно своей личности и должностного положения не стал, утвердительно сообщив, что имеет возможность и готов оказать соответствующую помощь в урегулировании возникшего у ФИО2 кадрового вопроса за денежное вознаграждение в размере 250 000 рублей, при этом оказать помощь по данному вопросу ФИО1 в действительности не мог. С условиями ФИО1 о передаче ему денежных средств ФИО2 согласился. При этом, давая согласие на передачу незаконного денежного вознаграждения, ФИО2, добросовестно заблуждаясь относительно личности и полномочий ФИО1, был убежден, что им передается взятка должностному лицу, обладающему служебными полномочиями по совершению в его интересах действий, по направлению в служебную командировку в Сирийскую Арабскую Республику, либо имеющему возможность способствовать таким действиям. Примерно в 19 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2, находясь у себя дома по адресу: <адрес>, желая убыть в служебную командировку в Сирийскую Арабскую Республику, не подозревая об истинных преступных намерениях ФИО1, будучи обманутым и введенным в заблуждение относительно личности ФИО1 и его возможностей, по ранее состоявшейся договоренности осуществил перевод денежных средств в сумме 250 000 рублей со своего банковского счета на банковский счет на имя ФИО3, находящийся в пользовании ФИО1. После поступления денежных средств от ФИО2 ФИО1 распорядился похищенным по своему усмотрению. Тем самым, ФИО1 путем обмана ФИО2 в 19 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ похитил его имущество на сумму 250 000 рублей, чем причинил последнему ущерб на указанную сумму. Ссылаясь на обстоятельства, установленные приговором суда, положения ч.4 ст.61 ГПК РФ, ст.ст.167,169 ГК РФ, положения международного законодательства, полагая сделку, заключенную между ФИО1 и ФИО2, недействительной (ничтожной) по признаку антисоциальности, противоречащей основам правопорядка и нравственности, просит применить последствия недействительности ничтожной сделки путем взыскания с ФИО1 переданных ему денежных средств в размере 250 000 рублей в бюджет Российской Федерации.

В судебном заседании прокурор Евсюков А.С. заявленные требования поддержал в полном объеме.

В судебное заседание представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора на стороне истца, ФССП России и УФССП России по Курской области, будучи надлежаще уведомленными, не явились.

В судебное заседание ответчик ФИО1, будучи надлежаще уведомленным, не явился.

В судебное заседание привлеченный в качестве соответчика ФИО2, будучи надлежаще уведомленным, не явился.

Выслушав объяснения участвующих лиц, изучив представленные материалы, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 8 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий (подп. 9).

К числу способов защиты гражданских прав в силу ст. 12 ГК РФ законодатель относит, в том числе признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности.

В соответствии со ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п.1 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Статья 169 ГК РФ предусматривает, что сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ, статья 169 ГК РФ направлена на поддержание основ правопорядка и нравственности и недопущение совершения соответствующих антисоциальных сделок (Определения от 23.10.2014 №2460-О, от 24.11.2016 №2444-О и др.) и позволяет судам в рамках их полномочий на основе фактических обстоятельств дела определять цель совершения сделки (Определения от 25.10.2018 №2572-О, от 20.12.2018 №3301-О).

Согласно п.4 ст.61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, в редакции апелляционного постановления Курского областного суда ФИО1 признан виновным по ч.2 ст.159, по ч.1 ст.159 УК РФ и осужден по ч.2 ст.159 УК РФ к 1 году исправительных работ, с удержанием 15% заработка в доход государства ежемесячно, по ч.1 ст.159 УК РФ от назначенного наказания освобожден в связи с истечением срока давности.

Данным приговором установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проходил военную службу по контракту в войсковой части № дислоцированной в городе Рязани, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год в должности командира роты десантного обеспечения, в воинском звании «капитан». В силу специфики занимаемой ФИО2 должности, связанной с прохождением военной службы в подразделении обеспечения, последний не мог быть направлен в служебную командировку в Сирийскую Арабскую Республику, в связи с чем, в январе 2020 года у него возник преступный умысел, направленный на дачу взятки должностному лицу (воинских частей и учреждений Министерства обороны РФ), за совершение в его интересах заведомо незаконных действий по направлению его в служебную командировку в Сирийскую Арабскую Республику. ДД.ММ.ГГГГ обратился к ФИО1, полагая, что тот является должностным лицом, способным на возмездной основе оказать содействие в направлении его в служебную командировку в Сирийскую Арабскую Республику. Между тем, ФИО1 должностным лицом Минобороны России в указанное время не являлся, отношения к военной службе не имел, полномочиями по разрешению вопросов, связанных с прохождением гражданами военной службы, не обладал. Выслушав просьбу ФИО2, у ФИО1 в 21 час 22 минуты ДД.ММ.ГГГГ, рассчитывающего на недостаточную грамотность обратившегося, возник корыстный мотив и преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества путем обмана, а именно, ФИО1, решил воспользоваться сложившейся ситуацией, для чего разубеждать последнего во мнении относительно своей личности и должностного положения не стал, утвердительно сообщив, что имеет возможность и готов оказать соответствующую помощь в урегулировании возникшего у ФИО2 кадрового вопроса за денежное вознаграждение в размере 250 000 рублей, при этом оказать помощь по данному вопросу ФИО1 в действительности не мог. С условиями ФИО1 о передаче ему денежных средств ФИО2 согласился. При этом, давая согласие на передачу незаконного денежного вознаграждения, ФИО2, добросовестно заблуждаясь относительно личности и полномочий ФИО1, был убежден, что им передается взятка должностному лицу, обладающему служебными полномочиями по совершению в его интересах действий, по направлению в служебную командировку в Сирийскую Арабскую Республику, либо имеющему возможность способствовать таким действиям. Примерно в 19 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2, находясь у себя дома по адресу: <адрес>, желая убыть в служебную командировку в Сирийскую Арабскую Республику, не подозревая об истинных преступных намерениях ФИО1, будучи обманутым и введенным в заблуждение относительно личности ФИО1 и его возможностей, по ранее состоявшейся договоренности осуществил перевод денежных средств в сумме 250 000 рублей со своего банковского счета на банковский счет на имя ФИО3, находящийся в пользовании ФИО1. После поступления денежных средств от ФИО2 ФИО1 распорядился похищенным по своему усмотрению. Тем самым, ФИО1 путем обмана ФИО2 в 19 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ похитил его имущество на сумму 250 000 рублей, чем причинил последнему ущерб на указанную сумму.

Как правильно указывает прокурор, действия по даче и получению взятки независимо от дальнейшей квалификации действий получателя незаконного вознаграждения по соответствующим статьям уголовного закона является по своей гражданско-правовой форме сделкой по передаче денежной суммы или иного имущества в качестве встречного предоставления за совершение второй стороной фактических или юридических действий в интересах взяткодателя (ст.153 ГК РФ). Такое коррупционное действие имеет гражданско-правовую составляющую, позволяющую применить правовой механизм, закрепленный ст.169 ГК РФ, в отношении антисоциальных сделок, достижение результата которой не отвечает закону или нормам морали, заведомо противоречит для участников гражданского оборота основам правопорядка и нравственности.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 08.06.2004 № 226-О, на нарушение конституционных прав и свобод статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзацем третьим пункта 11 статьи 7 Закона Российской Федерации «О налоговых органах Российской Федерации», статья 169 ГК РФ особо выделяет опасную для общества группу недействительных сделок - так называемые антисоциальные сделки, противоречащие основам правопорядка и нравственности, признает такие сделки ничтожными и определяет последствия их недействительности: при наличии умысла у обеих сторон такой сделки - в случае ее исполнения обеими сторонами - в доход Российской Федерации взыскивается все полученное по сделке, а в случае исполнения сделки одной стороной с другой стороны взыскивается в доход Российской Федерации все полученное ею и все причитавшееся с нее первой стороне в возмещение полученного; при наличии умысла лишь у одной из сторон такой сделки все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне, а полученное последней либо причитавшееся ей в возмещение исполненного взыскивается в доход Российской Федерации.

Понятия «основы правопорядка» и «нравственность», как и всякие оценочные понятия, наполняются содержанием в зависимости от того, как их трактуют участники гражданского оборота и правоприменительная практика, однако они не являются настолько неопределенными, что не обеспечивают единообразное понимание и применение соответствующих законоположений. Статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит заведомо и очевидно для участников гражданского оборота основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что согласно статье 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна. В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми. Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно. Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 ГК РФ (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Совершенные ответчиками действия имеют гражданско-правовую составляющую, что позволяет применить правовой механизм, закрепленный ст. 169 ГК РФ, поскольку их действия, как по передаче, так и по получению денежных средств мошенническим путем за предоставление незаконных услуг относятся к антисоциальным сделкам, совершенным с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности.

Из содержания приговора суда, постановленного в отношении ФИО1, также следует, что изъятие денежных средств, являвшихся предметом недействительной (ничтожной) сделке, не производилось, вопрос о применении последствий ее недействительности при совершении преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, на основании ст. 169 ГК РФ подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

Определяя последствия недействительности ничтожной сделки в соответствии с положениями ст.169 УК РФ, суд учитывает, что квалификация одних и тех же действий как сделки по нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и как преступления по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации влечет разные правовые последствия: в первом случае - признание сделки недействительной (ничтожной) и применение последствий недействительности сделки судом в порядке гражданского судопроизводства либо посредством рассмотрения гражданского иска в уголовном деле, во втором случае - осуждение виновного и назначение ему судом наказания и иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, либо освобождение от уголовной ответственности и наказания или прекращение дела по нереабилитирующим основаниям в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

При этом признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему справедливого наказания по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации сами по себе не означают, что действиями осужденного и (или) иных лиц не были созданы изменения в гражданских правах и обязанностях участников гражданских правоотношений, а также не означают отсутствия необходимости в исправлении таких последствий.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Таким образом, признание сделки ничтожной на основании статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации влечет общие последствия, предусмотренные статьей 167 этого кодекса, в виде двусторонней реституции, а взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке возможно в случаях, предусмотренных законом.

При этом в качестве такого закона, устанавливающего гражданско-правовые последствия недействительности сделок, не могут рассматриваться нормы Уголовного кодекса Российской Федерации, в частности, о конфискации имущества.

Конфискация имущества относится к иным мерам уголовно-правового характера (глава 15.1 Уголовного кодекса Российской Федерации) и согласно части 1 статьи 104.1 названного кодекса состоит в принудительном безвозмездном изъятии и обращении в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества: а) денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных в том числе статьей 290 этого кодекса; б) денег, ценностей и иного имущества, в которые имущество, полученное в результате совершения преступлений, предусмотренных статьями, указанными в пункте "а" данной части, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы.

Таким образом, в силу прямого указания закона конфискация имущества является мерой уголовно-правового характера и применяется на основании обвинительного приговора суда, постановленного по результатам рассмотрения уголовного дела, а не решения суда по гражданскому делу, принятого в порядке гражданского судопроизводства.

Вместе с тем основные принципы противодействия коррупции и борьбы с ней, ликвидации последствий коррупционных правонарушений установлены Федеральным законом от 25 декабря 2008 года №273-ФЗ «О противодействии коррупции».

В соответствии с п.4 ст.3 Закона противодействие коррупции в Российской Федерации основывается, в том числе на принципе неотвратимости ответственности за совершение коррупционных правонарушений.

Граждане Российской Федерации, иностранные граждане и лица без гражданства за совершение коррупционных правонарушений несут уголовную, административную, гражданско-правовую и дисциплинарную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (ч.1 ст.13 Федерального закона №273-ФЗ).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 27 июня 2023 года №1660-О, предусмотренное статьей 169 ГК Российской Федерации правило о том, что в случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом, не является мерой уголовно-правового характера и не равнозначно штрафу как виду уголовного наказания.

Иными словами привлечение лица, допустившего коррупционное поведение, к уголовной ответственности не освобождает его и других участников коррупционной сделки от гражданско-правовой ответственности за соответствующее поведение в виде изъятия полученного в результате такой противоправной деятельности имущества.

С целью системного противодействия коррупции Российской Федерацией федеральным законом от 8 марта 2006 года №40-ФЗ ратифицирована Конвенция ООН против коррупции от 31 октября 2003 года (резолюция 58/4 Генеральной Ассамблеи ООН).

Каждое Государство-участник принимает меры, в соответствии с основополагающими принципами своего внутреннего законодательства, по предупреждению коррупции в частном секторе, усилению стандартов бухгалтерского учета и аудита в частном секторе и, в надлежащих случаях, установлению эффективных, соразмерных и оказывающих сдерживающее воздействие гражданско-правовых, административных или уголовных санкций за несоблюдение таких мер; принимает, в максимальной степени, возможной в рамках его внутренней правовой системы, такие меры, какие могут потребоваться для обеспечения возможности конфискации (ч.1 ст.12 и п. «а» ч.1 ст.31 Конвенции).

Ратифицируя Конвенцию Организации Объединенных Наций против коррупции, Российская Федерация не включила в число своих обязательств (безусловных обязанностей) признание уголовно наказуемым умышленного незаконного обогащения, указанного в статье 20 данной Конвенции (пункт 1 статьи 1 Федерального закона от 8 марта 2006 года N 40-ФЗ), однако это не означает, что она не вправе ввести в правовое регулирование изъятие незаконных доходов или имущества, приобретенного на них, не в качестве уголовно-правовой санкции, а в качестве специальной меры, предусмотренной в рамках антикоррупционного законодательства для случаев незаконного обогащения (п.4.1 Постановления Конституционного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №26-П).

Положениями гражданского законодательства прямо не урегулирована возможность изъятия в доход государства имущества, полученного в результате сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Вместе с тем в силу п.1 ст.6 ГК РФ в случаях, когда предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 2 настоящего Кодекса отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).

Положениями пп.8 п.2 ст.235 ГК РФ предусмотрена возможность обращения по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

В соответствии с п.4.8 Рекомендаций по совершенствованию законодательства государств-участников СНГ в сфере противодействия коррупции, утвержденных постановлением МПА СНГ от ДД.ММ.ГГГГ №, государства-участники обязались с целью устранения последствий коррупционных нарушений применять гражданско-правовые средства защиты лиц, понесших ущерб в результате акта коррупции, в том числе путем признания ничтожными сделок, заключенных вследствие акта коррупции, конфискации незаконно полученных денег, ценностей и иного имущества.

В силу приведенных нормативных положений любое имущество, полученное вследствие коррупционного поведения, не может являться легальным объектом гражданского оборота, а также находиться у кого-либо на законных основаниях, в силу чего подлежит безусловному обращению исключительно в доход государства.

Изъятие такого имущества, по существу, призвано выступать в качестве неблагоприятного последствия получения доходов от коррупционной деятельности и указывать на бесперспективность коррупционного поведения.

Иное применение законодательства фактически легализует коррупцию, освобождает виновных лиц от ответственности и поощряет противоправное поведение в силу его безнаказанности.

С учетом установленных по делу обстоятельств, правоотношений сторон, характера действий ответчиков, исходя из того, что сторонами совершены противоправные действия по заключению сделки с целью заведомо противной основам правопорядка, что установлено вступившим в законную силу приговором суда, суд приходит к выводу о наличии совокупности условий признания сделки ничтожной и, с учетом приведенных положений международного и национального законодательства в их совокупности, оснований для удовлетворения исковых требований о применении последствий недействительности ничтожной сделки путем взыскания с ФИО1 денежных средств в бюджет Российской Федерации.

В соответствии с абз 21 п.4 Правил осуществления федеральными органами государственной власти (государственными органами) …, утвержденных постановлением Правительства РФ от 29 декабря 2007 года №995, администрирование доходов, полученных от обращения по решению федерального суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, доходов от конфискованных денежных средств, полученных в результате совершения коррупционных правонарушений, а также доходов от денежных средств от реализации конфискованного имущества, полученного в результате совершения коррупционных правонарушений, осуществляется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц.

Согласно п.1 Положения о Федеральной службе судебных приставов, утвержденного Указом Президента РФ от 13 октября 2004 года №1316, федеральная служба судебных приставов (ФССП России) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по обеспечению установленного порядка деятельности судов, исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц, правоприменительные функции и функции по контролю и надзору в установленной сфере деятельности, а также уполномоченным на ведение государственного реестра юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности (далее - государственный реестр), и на осуществление федерального государственного контроля (надзора) за деятельностью указанных юридических лиц, включенных в государственный реестр.

На основании приказа ФССП России от 24 декабря 2012 года №594 «Об осуществлении территориальными органами Федеральной службы судебных приставов… бюджетных полномочий администраторов доходов федерального бюджета» администрирование поступления от денежных взысканий (штрафов) и иных сумм, взыскиваемых с лиц, виновных в совершении преступлений, и в возмещение ущерба имуществу, зачисляемые в федеральный бюджет, возложено на территориальные органы ФССП России (приложение №2); УФССП России по Курской области является подведомственным ФССП России администратором доходов федерального бюджета (п.48 приложения №1).

В связи с чем соответствующие денежные средства подлежат взысканию в бюджет Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов РФ (управления ФССП РФ по Курской области).

В соответствии со ст.ст.98,103 ГПК РФ с ответчиков солидарно в доход муниципального образования «Город Курск» подлежат взысканию расходы по уплате госпошлины в размере 5700 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-199, 233-237 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Применить последствия недействительности ничтожной сделки, заключенной между ФИО1 и ФИО2, путем взыскания с ФИО1 являющихся предметом недействительной (ничтожной) сделки денежных средств в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей в бюджет Российской Федерации в лице управления Федеральной службы судебных приставов РФ по Курской области.

Взыскать с ФИО1 и ФИО2 в солидарном порядке в доход муниципального образования «Город Курск» судебные расходы по оплате госпошлины в размере 5 700 (пять тысяч семьсот) рублей.

Ответчики вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения им копии этого решения.

Заочное решение суда может быть обжаловано ответчиками в апелляционном порядке в Курский областной суд через Ленинский районный суд города Курска в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд через Ленинский районный суд города Курска в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Полное и мотивированное решение стороны могут получить 10 июня 2024 года в 17 часов.

Судья