Решение № 2-2090/2019 2-2090/2019~М-1755/2019 М-1755/2019 от 23 июля 2019 г. по делу № 2-2090/2019

Дело № 2-2090/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2019 года город Чебоксары

Калининский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Альгешкиной Г.Н., при секретаре судебного заседания Андреевой О.В., с участием представителя истца ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда РФ в г.Чебоксары Чувашской Республики-Чувашии об установлении факта нахождения на иждивении и обязании назначить страховую пенсию по случаю потери кормильца,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению- Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Чебоксары Чувашской Республики – Чувашии (далее – УПФР в г.Чебоксары Чувашской Республики-Чувашии) об установлении факта нахождения на иждивении и обязании назначить страховую пенсию по случаю потери кормильца.

В обоснование исковых требований указывала, что является дочерью ФИО3 и ФИО4 27 марта 2019 года ФИО4 умер. 18 марта 2019 года она обратилась к ответчику с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца, как лицо, находившееся на иждивении умершего при жизни. Решением УПФР в г.Чебоксары Чувашской Республики-Чувашии от 16 мая 2019 года в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца отказано, так как не подтвержден факт нахождения истца на иждивении умершего ФИО4, что истец полагает незаконным, нарушающим ее право на пенсионное обеспечение.

В судебное заседание истец ФИО2 не явилась, реализовала свое право на участие в судебном разбирательстве через представителя ФИО1, которая в суд исковые требования поддержала, просила их удовлетворить.

Представитель ответчика УПФР в г.Чебоксары Чувашской Республики-Чувашии ФИО5 в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела без его участия, в заявлении просил в удовлетворении исковых требований отказать по основаниям, изложенным в решении от 16 мая 2019 года. Отец истца ФИО4 не работал с ДД.ММ.ГГГГ, являлся получателем пенсии в Мариинско-Посадском районе Чувашской Республики и ежемесячный размер полученных им выплат составлял <данные изъяты> руб., складывавшихся из страховой пенсии по инвалидности в размере <данные изъяты> руб., федеральной социальной доплаты к пенсии в размере <данные изъяты> руб., ежемесячной денежной выплаты инвалидам в размере <данные изъяты> руб. В связи с тем, что материальное обеспечение ФИО4 составляло величину прожиточного минимума пенсионера, установленного в Чувашской Республике, исключает по мнению представителя ответчика возможность установления факта нахождения истца на иждивении умершего.

Выслушав представителя истца, исследовав материалы гражданского и пенсионного дела истца, пенсионного и выплатного дела ФИО4, выслушав свидетелей, суд приходит к следующим выводам.

Условия назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца определены в ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», в соответствии с которыми право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц. совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке) (ч. 1 ст. 10).

В ч. 2 ст. 10 указанного федерального закона определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе названы дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет (п. 1 ч. 2 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

В силу ч.3, 4 ст. 10 ФЗ «О страховых пенсиях» члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. Иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью ФИО3 и ФИО4, умершего 27 марта 2019 года (л.д.5,7). Родители ФИО2 состоят в зарегистрированном браке с 17 ноября 2000 года, брак не расторгнут (л.д.6).

27 марта 2019 года ФИО4 умер.

Согласно справке от 10 апреля 2019 года № на момент смерти отца ФИО2 являлась учащейся МБОУ «<данные изъяты> г.Чебоксары на очной форме обучения, срок окончания обучения 31 августа 2019 года, зарегистрирована по адресу: <адрес>. По сведениям пенсионного органа ФИО2 осуществляла уход за нетрудоспособным гражданином по 31 марта 2019 года.

В силу положений ст. 10 Закона № 400-ФЗ ФИО2 отнесена к нетрудоспособным членам семьи.

18 апреля 2019 года ФИО2 обратилась в УПФР г.Чебоксары с заявлением о назначении ей пенсии по случаю потери кормильца, представив справку об обучении в МБОУ <данные изъяты> г.Чебоксары.

Решением УПФР г.Чебоксары от 16 мая 2019 года № ФИО2 отказано в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со ст.10 ФЗ от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» по мотиву непредставления документов, подтверждающих факт нахождения на иждивении умершего отца, или получении от него помощи, являющейся постоянным и основным источником средств к существованию (л.д.13).

Суд считает указанное решение пенсионного органа законным и обоснованным. Конституция РФ, гарантируя каждому в соответствии с целями социального государства (ст. 7, ч. 1) социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ст. 39, ч. 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, оснований приобретения права на них отдельными категориями граждан и правил исчисления размеров пенсий, к компетенции законодателя (ст. 39, ч. 2), который в целях обеспечения каждому конституционного права на пенсию вправе определять виды пенсий, источники их финансирования, предусматривать условия и порядок приобретения права на отдельные виды пенсий конкретными категориями лиц.

Презумпция нахождения ребенка до достижения возраста 18 лет на иждивении родителей следует из норм семейного права. Согласно Семейному кодексу РФ ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия) (п. 1 ст. 54), родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (п. 1 ст. 80). Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его воспитание и содержание несут родители, что освобождает детей, не достигших 18 лет, от необходимости доказывать факт нахождения на иждивении родителей при назначении пенсии по случаю потери кормильца.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ принятым в действующем законодательстве смыслом понятия «иждивение» является нахождение лица на полном содержании кормильца или получение от него такой помоши, которая является для него постоянным и основным источником средств к существованию (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 3 октября 2006 года № 407-0).

Из материалов пенсионных и выплатного дел следует, что отец истца ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец деревни <адрес> был признан инвалидом третьей группы по общему заболеванию 8 декабря 2015 года, 1 января 2019 года инвалидность установлена бессрочно, не работал с ДД.ММ.ГГГГ, был зарегистрирован по месту рождения по <адрес> с 23 мая 2013 года. Согласно материалам пенсионного дела ФИО4 являлся получателем пенсии, ежемесячная сумма полученных им выплат составляла <данные изъяты> руб., в том числе страховая пенсии по инвалидности в размере <данные изъяты> руб., федеральная социальная доплата к пенсии в размере <данные изъяты> руб., ежемесячная денежная выплата инвалидам в размере <данные изъяты> руб. Ранее ему до момента совершеннолетия дочери ФИО2 выплачивалась надбавка за иждивенца – дочь ФИО2 Сведений об иных источниках дохода материалы дела не содержат и суду не представлено.

Под полным содержанием умершим кормильцем членов семьи понимаются действия умершего кормильца, направленные на обеспечение членов семьи всеми необходимыми жизненными благами (питание, жилье, одежда, обувь и другие предметы жизненной необходимости).

Постоянный характер помощи означает, что она не была случайной, единовременной, а оказывалась систематически, в течение некоторого периода и что умерший взял на себя заботу о содержании данного члена семьи.

Понятие «основной источник средств к существованию» предполагает, что помощь кормильца должна составлять основную часть средств, на которые жили члены семьи. Она должна по своим размерам быть такой, чтобы без нее члены семьи, получившие ее, не смогли бы обеспечить себя необходимыми средствами жизни.

Как указывает сторона истца, отец истца ФИО4, хоть и проживал в деревне <адрес> с престарелыми родителями, но каждую неделю приезжал в Чебоксары к супруге и дочери, привозил продукты питания, овощи, помогал материально, оплачивал дополнительные занятии дочери с репетиторами, давал деньги на приобретение одежды, обуви, книг, оплаты школьных дополнительных услуг, занятий.

Выпиской из похозяйственной книги № от 17 июля 2019 года подтверждается факт проживания ФИО4 с родителями ФИО13., <данные изъяты> года рождения, и ФИО14, <данные изъяты> года рождения, по адресу: <адрес>. Как указывает сторона истца, размер пенсий родителей ФИО4 в общем составляет около <данные изъяты> рублей, частично из которой и осуществлялась ФИО4 материальное обеспечение дочери ФИО2

Допрошенные в качестве свидетелей ФИО15 (мать истца), ФИО16. (тетя истца со стороны матери), ФИО17 (тетя истца со стороны отца) в суде показали, что ФИО4 проживал отдельно от семьи вынуждено, поскольку нужно было помогать своим престарелым родителям, но, несмотря на это, он два раза месяц приезжал к своей семье и давал на содержание дочери по 10 000-11000 рублей. В этом ему помогали его родители.

Между тем, каких-либо письменных доказательств, соответствующих требованиям относимости и допустимости, и бесспорно подтверждающих размер оказываемой ФИО6 ежемесячной материальной помощи ФИО2, из чего безусловно следует, что она находилась на его иждивении, суду не представлено.

Установив указанные обстоятельства, проанализировав представленные доказательства в соответствии с правилами ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку ФИО2 не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что она находилась на иждивении отца и что его помощь являлась достаточной для того, чтобы служить основным источником средств к ее существованию с учетом объема оказываемой им помощи из получаемых им пенсии и выплат.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

отказать в удовлетворении заявления ФИО2 к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда РФ в г.Чебоксары Чувашской Республики-Чувашии об установлении факта нахождения на иждивении и обязании назначить страховую пенсию по случаю потери кормильца.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья: Г.Н.Альгешкина

Мотивированное решение составлено 26 июля 2019 года.