Решение № 2-207/2018 2-207/2018 ~ М-86/2018 М-86/2018 от 7 мая 2018 г. по делу № 2-207/2018

Гр. дело № 2-207/2018

Мотивированное
решение

составлено 8 мая 2018 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

3 мая 2018 года

город Апатиты

Апатитский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи

Муравьевой Е.А.

при секретаре

ФИО4

с участием

представителя истца

Москаленко А.Н.

прокурора

ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки и по встречному иску ФИО7 к ФИО6 о признании утратившим право пользования и выселении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратился в суд с иском к ФИО7 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки – договора дарения от 7 сентября 2010 года принадлежащей ему на праве собственности однокомнатной квартиры <адрес>.

В обосновании исковых требований указывает, что приговором Апатитского городского суда Мурманской области от 28 апреля 2011 года по уголовному делу № 1-106/2011 установлена вина ФИО1 в совершении противоправных действий, выразившихся в понуждении истца к оформлению договора дарения на третье лицо - ФИО7 под угрозой физической расправы. Полагает, что при таких обстоятельствах договор дарения является ничтожной сделкой. Также указал, что в спорной жилом помещении он зарегистрирован и фактически проживает до настоящего времени, в свою очередь ФИО7 в данном жилом помещении не зарегистрирована и не проживает, расходов по содержанию жилого помещения не несет, до февраля 2017 года, когда ей было отказано в удовлетворении ходатайства о снятии наложенного постановлением Апатитского городского суда от 9 октября 2010 года в рамках уголовного дела ареста на данную квартиру, никаких действий по реализации своих прав на жилое помещение не предпринимала.

Просит признать сделку дарения квартиры, расположенной <адрес>, от 7 сентября 2010 года ничтожной и применить последствия недействительности ничтожной сделки, возвратив жилое помещение в его собственность.

23 марта 2018 года от истца поступило уточненное исковое заявление, из которого он просит признать недействительным договор дарения квартиры <адрес>, заключенный между ФИО8 и ФИО7 как совершенный под влиянием насилия и угрозы, применить последствия недействительности договора дарения - возвратить ему указанную квартиру и прекратить право собственности ФИО7 Полагает, что его воля на совершение оспариваемой сделки отсутствовала, а сама сделка совершена вследствие оказания на него угрозы совершения насилия и ограничения свободы со стороны ФИО1 Он проживает в спорной квартире, зарегистрирован в ней, спорная квартира является для него единственным жильем. Из фактических обстоятельств совершенной сделки очевидно, что он не преследовал цель остаться без жилья в отсутствие какого-либо возмещения, не рассчитывал на безвозмездное отчуждение спорной квартиры. Проявляя должную степень разумности и осмотрительности, которая предполагается у участников гражданского оборота, ФИО7 не была лишена возможности предпринять действия, связанные с проверкой добросовестности действий дарителя и направленности его воли на отчуждение квартиры. Своими действиями ФИО7 умышленно нарушила права собственника жилого помещения, подписав договор дарения на условиях, исключающих свободное волеизъявление дарителя при совершении сделки. Также просит восстановить срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, исходя из обстоятельств дела и характера спорного правоотношения, поскольку до февраля 2017 года при фактически неисполненной сделке дарения ФИО7 никаких действий по реализации своих прав на спорную квартиру не предпринимала, он считал, что его права как потерпевшего в полной мере восстановлены в связи с осуждением ФИО1 за совершение в отношении него преступления.

Определением от 10 марта 2018 года к производству суда принято встречное исковое заявление ФИО7 к ФИО6 о признании утратившим право пользования и выселении, в обоснование которого указано, что квартира, расположенная по адресу: <адрес>, принадлежит ей на праве собственности, в связи с чем она полагает, что в отсутствие достигнутого между сторонами соглашения о порядке пользования указанным жилым помещением, ответчик утратил право пользования и подлежит выселению. Просит признать ФИО6 утратившим право пользования жилым помещением и выселить его из спорного жилого помещения.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен.

В судебном заседании представитель истца (ответчика) ФИО6, адвокат Москаленко А.Н., поддержал заявленные им уточненные исковые требования, настаивал на их удовлетворении, возражал против удовлетворения встречного иска. Дополнительно пояснил, что о том, что спорная квартира принадлежит в настоящее время ФИО7, истец не знал, поскольку все счета приходили на его имя. С требованием освободить жилое помещение ФИО7 к истцу не обращалась, своих прав на квартиру не заявляла. ФИО7 истцу незнакома, он видел ее только два раза при оформлении сделки дарения у нотариуса и в Росреестре. Подписанные при сделке дарения документы ему переданы не были, в Росреестр с заявлением о предоставлении выписки по спорной квартире он не обращался. Согласно справке по форме № 9 он является собственником спорной квартиры. В данной квартире проживает с 2009 года, только с 2016 по 2017 годы он проживал в Санкт-Петербурге.

Просит восстановить срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, исходя из обстоятельств дела и характера спорного правоотношения, поскольку истец считал, что его права как потерпевшего в полной мере восстановлены в связи с осуждением ФИО1 за совершение преступления. Он полагал, что в период следствия сделка приостановлена и переход права собственности на квартиру к ФИО7 не произошел, а после вынесения приговора в отношении ФИО1 квартира была возвращена в его собственность без каких-либо действий с его стороны. Он не присутствовал при провозглашении приговора, поэтому о необходимости заявления гражданского иска о признании сделки недействительной он не знал.

В судебном заседании представитель истца (ответчика) просит иск удовлетворить, в удовлетворении встречного иска – отказать.

В судебное заседание ответчик (истец) ФИО7 и ее представитель не явились, извещены, представили заявление, в котором просили рассмотреть дело в их отсутствие. Также указывают, что уточненные исковые требования не признают, настаивают на удовлетворении встречного иска. Полагают, что срок исковой давности истцом пропущен, поскольку он начал течь с 11 мая 2011 года, т.е. даты вступления в законную силу приговора Апатитского городского суда от 28 апреля 2011 года, и на дату обращения ФИО6 с иском в суд - 29 января 2018 года, прошло более 6 лет. Указанные обстоятельства являются основанием для отказа в первоначальном иске в связи с пропуском срока для обращения в суд. Заявленный встречный иск просят удовлетворить.

Определением Апатитского городского суда от 23 марта 2018 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спорта, привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Мурманской области.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Мурманской области в судебное заседание не явился, извещен, представил отзыв, согласно которому не имеет возражений против рассмотрения иска по существу, просит рассмотреть дело в отсутствие представителя отдела.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца (ответчика) ФИО6, ответчика (истца) ФИО7 и ее представителя, а также представителя третьего лица.

Выслушав представителя истца (ответчика) ФИО6, заключение прокурора г. Апатиты полагавшего, что встречные исковые требования ФИО7 удовлетворению не подлежат, суд считает исковые требования ФИО6 подлежащими удовлетворению, а встречные исковые требования ФИО7 - не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно статье 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключённым, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Существенным условием договора дарения является безвозмездность сделки. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признаётся дарением.

Положениями пунктов 2, 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.

На основании пункта 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Судом установлено, что истцу, который ранее носил фамилию Коровкин, отчество – Михайлович, принадлежала на праве собственности квартира <адрес> на основании договора купли-продажи жилого помещения от 14 января 2010 года, зарегистрированного Управлением Федеральной регистрационной службы по Мурманской области 20 января 2010 года, номер регистрации <.....> (л.д. 32, 86-87).

7 сентября 2010 года между Коровкиным А.М. и ФИО7 заключен договор дарения жилого помещения (квартиры), по условиям которого даритель безвозмездно передает (дарит) одаряемой, принадлежащую дарителю на праве собственности однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, общей площадью 16,7 кв., жилой площадью 11,4 кв. Одаряемая принимает в дар указанную квартиру от дарителя. 15 сентября 2010 года произведена государственная регистрация права собственности на квартиру за новым собственником – ФИО7 (л.д. 32, 100-101).

Факт передачи ФИО7 спорной квартиры подтверждается актом приема – передачи от 7 сентября 2010 года (л.д. 101).

Таким образом, оспариваемый договор содержит все существенные условия, характерные для договоров данного вида, договор составлен в надлежащей форме и зарегистрирован в установленном законом порядке; никаких условий, которые могли бы существенно повлиять на восприятие его условий истцом, текст договора не содержит. Договор дарения формально сторонами фактически исполнен, оспореннаясделкаформально отвечает требованиям закона.

Согласно свидетельству о перемене имени Коровкин Андрей Михайлович <дата> переменил фамилию и отчество на ФИО6 (л.д. 7).

В настоящее время ФИО7 является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (л.д. 32).

В квартире <адрес> до настоящего времени зарегистрирован ФИО6, что подтверждается справкой по форме № 9 (л.д. 25).

Из содержания уточненного искового заявления ФИО6 следует, что в качестве основания недействительности сделки дарения от 7 сентября 2017 года истец по первоначальному иску ссылается на отсутствие его волеизъявления на отчуждение спорного имущества в собственность ответчика, а также на пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая, что заключение договора дарения имело место в результате совершения угрозы и насилия в отношении него со стороны ФИО1

Таким образом, определяющим фактором для признания сделки, оспариваемой истцом по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенной под влиянием насилия, угрозы является установление судом обстоятельств, на которые указывает ФИО6 в обоснование своих требований, а именно: подписание 7 сентября 2010 договора дарения под влиянием насилия или угрозы.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как следует из пунктов 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее нормы приведены в редакции на дату заключения договора дарения) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка ) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка ).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пункте 1 настоящей статьи, то потерпевшему возвращается другой стороной все полученное ею по сделке, а при невозможности возвратить полученное в натуре возмещается его стоимость в деньгах. Имущество, полученное по сделке потерпевшим от другой стороны, а также причитавшееся ему в возмещение переданного другой стороне, обращается в доход Российской Федерации. При невозможности передать имущество в доход государства в натуре взыскивается его стоимость в деньгах. Кроме того, потерпевшему возмещается другой стороной причиненный ему реальный ущерб.

Сделки, указанные в данной статье, относятся к сделкам, совершенным с пороком воли, т.е. когда волеизъявление и подлинная воля потерпевшего не совпадают.

По смыслу указанной нормы закона волеизъявление потерпевшей стороны в этом случае не соответствует ее действительной воле, либо она вообще лишена возможности действовать по своей воле и в своих интересах.

Сделка, совершенная под влиянием угрозы или насилия, - это сделка, в которой принуждение к ее совершению заключается в оказании на потерпевшего воздействия, направленного на то, чтобы вынудить его поступить в соответствии с волей принуждающего. Действия виновного могут быть выражены в форме психического воздействия на принуждаемого - угрозе или в форме физического воздействия - насилии. Насилие выражается в неправомерных деяниях, в частности в причинении телесных повреждений, нанесении побоев, ограничении либо лишении свободы передвижения, причинении вреда имуществу и т.д.

Для признания сделки недействительной по данному основанию насилие и угроза должны быть непосредственной причиной совершения сделки, они также должны быть серьезными, осуществимыми и противозаконными. Кроме того, в отношении угрозы необходимы доказательства ее реальности. Необходимо доказать, что сделка совершена потерпевшим именно потому, что угроза данным действием (бездействием) заставила заключить данную сделку. В части угрозы она должна представлять собой предупреждение о возможном, не основанном на законе, посягательстве на права и законные интересы потерпевшего.

Согласно пункту 98 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом закон не устанавливает, что насилие или угроза должны исходить исключительно от другой стороны сделки. Поэтому сделка может быть оспорена потерпевшим и в случае, когда насилие или угроза исходили от третьего лица, а другая сторона сделки знала об этом обстоятельстве.

Согласно пункту 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение; переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитут, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Приговором Апатитского городского суда Мурманской области от 28 апреля 2011 года, вступившим в законную силу 11 мая 2011 года, установлено, что ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 330 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно в том, что он совершил самоуправство, т.е. самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, с угрозой применения насилия при следующих обстоятельствах: в период времени с 1 по 30 июня 2010 года ФИО1., находясь на территории г. Апатиты Мурманской области заключил с Коровкиным А.М. устный договор о передаче ему потерпевшим денежных средств в размере 30 000 рублей в счет погашения задолженности третьего лица. Согласно условиям указанного договора Коровкин А.М. взял на себя обязательство передать ФИО1 деньги в сумме 30 000 рублей с процентами, размер которых не оговаривался. ФИО1 по условиям договора взял на себя обязательство оказать помощь Коровкину А.М. в оформлении кредита в банке. Однако Коровкин А.М. по своей инициативе обязательство перед ФИО1 не выполнил. После этого, в период времени с 1 июля 2010 года по 7 сентября 2010 года ФИО1 совместно и по предварительному сговору с ФИО2 (постановлением Апатитского городского суда от 21 апреля 2011 года уголовное дело прекращено по статьям 330 ч. 2, 127 ч. 1 Уголовного кодеса Российсчкой Федерации по ст. 25 Уголовно-процессуального кодекса Российсокй Федерации), имея умысел на противоправное изъятие чужого имущества и обращение его в свою пользу, находясь возле магазина «Тройка», расположенного по адресу: <...>, встретились с Коровкиным А.М., где необоснованно, в одностороннем порядке, изменили условия устного договора с последним, увеличив размер задолженности с 30 000 рублей до 100 000 рублей, в силу сложившихся, по их мнению, долговых обязательств и наличия у них права на указанную сумму денег в размере 100 000 рублей с целью возмещения причиненного им материального ущерба. Коровкин А.М. отказался выполнить измененные в одностороннем порядке условия договора с ФИО1 и ФИО2 Затем, в связи с увеличением, по мнению ФИО1 и ФИО2 долга Коровкина А.М. перед ними до 100 000 рублей, а также по их мнению, наличия у них права требовать от Коровкина А.М. указанную сумму денег, незаконно потребовали от Коровкина А.М. передать в собственность третьего лица, принадлежащую на праве собственности потерпевшему однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Коровкин А.М., оспаривая правомерность действий ФИО1 и ФИО2 по увеличению долга до 100 000 рублей отказался выполнить их требования. Продолжая реализовывать преступные действия ФИО1 и ФИО2 с целью сломить волю Коровкина А.М. к сопротивлению, стали угрожать последнему физической расправой. Реально восприняв угрозу со стороны ФИО1 и ФИО2 в свой адрес, Коровкин А.М., опасаясь физической расправы над собой, 7 сентября 2010 года оформил договором дарения третьему лицу ФИО7 принадлежащую ему на праве собственности однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, стоимостью 130 000 рублей. Своими противоправными действиями ФИО1 и ФИО2 причинили потерпевшему Коровкину А.М. существенный материальный ущерб на сумму 130 000 рублей.

Кроме того, ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 127 Уголовного кодекса Российской Федерации, т.е. незаконного лишения человека свободы, не связанном с его похищением при следующих обстоятельствах: 6 июля 2010 года около 17 часов ФИО1., находясь в гараже гаражно-эксплуатационного кооператива (ГЭК) № 112, ряд № 3 А, бокс № 15, расположенного в районе ул. Строителей в г. Апатиты Мурманской области, имея умысел на незаконное лишение свободы Коровкина А.М., не связанное с его похищением, осознавая и желая ограничить личную свободу Коровкина А.М. с целью незаконного понуждения потерпевшего передать принадлежащую ему на праве собственности однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, в собственность третьего лица, а также пресечь возможность последнего сообщить о совершённых в отношении него преступных действиях в правоохранительные органы, решил закрыть Коровкина в вышеуказанном гараже.

Действуя с указанной целью, в указанный период времени, ФИО1 завлек Коровкина А.М. в помещение гаража ГЭК № 112, ряд № 3 А, бокс № 15, расположенного в районе ул. Строителей в г. Апатиты Мурманской области. После чего, закрыл снаружи входную дверь гаража на замок с целью исключить возможность потерпевшего самостоятельно покинуть гараж, ограничив Коровкина А.М. в свободе передвижения вопреки его воле, где удерживал потерпевшего не менее 20 часов.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО6 (Коровкин А.М.) был признан потерпевшим, гражданский иск в уголовном деле не заявлял. ФИО1 с предъявленным обвинением согласился в полном объеме, приговор постановлен в силу главы 40 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в особом порядке.

Из показаний ФИО6 (Коровкина А.М.) от 30 марта 2011 года, предупрежденного об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, данных им в качестве потерпевшего по уголовному делу, следует, что в начале июля 2010 года ФИО1 требовал от него, чтобы он продал принадлежащую ему квартиру по адресу: <адрес>, в счет уплаты долга с процентами. Он возражал, поскольку не желал продавать квартиру. Тогда ФИО1 и ФИО2 стали угрожать ему физической расправой, угрозы он воспринял реально, в связи с чем согласился с их требованиями по переоформлению принадлежащей ему квартиры, договорившись оформить все договором дарения. Учитывая, что квартира являлась его единственным жильем, а также то, что из-за продажи квартиры у него могут возникнуть проблемы с родителями, он решил на последующие звонки ФИО1 и ФИО2 не отвечать и с ними не встречаться. 6 июля 2010 года около магазина «Колос» он встретился с ФИО1., который приехал на автомобиле ВАЗ-2106 вместе с ФИО3 ФИО1 усадил его в автомобиль, и его отвезли в гараж. В гараже ФИО1 сказал, что он будет здесь находиться, пока он не решит вопрос с нотариусом по оформлению сделки. После чего его заперли в гараже против его воли. На следующий день примерно около 16 часов в гараж приехали ФИО2 и ФИО1 которые забрали его из гаража, посадили в автомобиль и отвезли к нотариусу, но к нотариусу они не попали. Примерно через 5 дней ФИО1 с ФИО2 заехали за ним домой и опять отвезли к нотариусу, однако нотариус сообщил им, что следует собрать необходимые справки. Примерно в конце августа 2010 года он собрал недостающие справки, но стал избегать встреч с ФИО1 и ФИО2

5 сентября 2010 года примерно в 18 часов он возвращался с магазина домой и увидел автомобиль «Опель Вектра», в котором находились ФИО1 и ФИО2 Он пошел к ним, а они стали сильно его толкать и сказали, чтобы он сел в автомобиль. В автомобиле ФИО1 и ФИО2 стали угрожать ему причинением телесных повреждений. После чего ФИО1 вышел из автомобиля, а ФИО2, сказав, чтобы он натянул на голову куртку, повез его в неизвестном направлении. Через некоторое время ФИО2 завел его в тот же гараж, где он находился ранее. После чего ФИО2 покинул помещение гаража, закрыв его на замок, оставив его гараже против его воли.

6 сентября 2010 года примерно в 11 часов ФИО1 и ФИО2 отвезли его к нотариусу для оформления сделки дарения на имя ФИО7 Ему ничего не оставалось, как согласиться с требованиями ФИО1 и ФИО2 На следующий день, 7 сентября 2010 года, ФИО2 отвез его в департамент для того, чтобы сдать документы для переоформления квартиры в собственность ФИО7 После этого его отпустили домой (л.д. 201-204).

При таких обстоятельствах суд считает, что сделка дарения спорной квартиры была совершена ФИО6 под влиянием угроз и насилия, действительного намерения по отчуждению спорного жилого помещения он не имел, поскольку как следует из приговора на потерпевшего были оказаны различные воздействия (угрозы применения насилия, ограничение свободы передвижения) направленные на понуждение к совершению сделки по отчуждению принадлежащего потерпевшему имущества (квартиры). Эти угрозы применения насилия были реальными, осуществимыми и противозаконными, поэтому ФИО6 не пытался оказать сопротивления и отказаться от сделки и подписал договор дарения.

С учетом изложенного суд считает доказанным, что именно под влиянием угроз и насилия ФИО6 был вынужден заключить данную сделку.

Таким образом, спорная квартира выбыла из владения ФИО6 и поступила в собственность ФИО7 в результате противозаконных действий ФИО1 выразившихся в различных незаконных воздействиях на истца (угрозы применения насилия, ограничение свободы передвижения).

Данные обстоятельства установлены приговором суда, который в силу статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Доказательств обратного в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороной ответчика ФИО7 суду не представлено.

Юридического значения для признания заключенного между сторонами договора дарения квартиры недействительным в порядке пункта 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеет то обстоятельство, что угроза и насилие исходили не от одаряемой, а от третьего лица по отношению к сделке (ФИО1 поскольку сама ФИО7, получая в подарок квартиру от незнакомого ей лица, очевидно должна была предполагать о пороках воли и волеизъявления дарителя.

Судом установлено, что ФИО6 (даритель) и ФИО7 (одаряемая) родственниками по отношению друг к другу не являются, какие-либо дружественные либо иные личные отношения их не связывают, что сторонами (их представителями) не оспаривалось в ходе судебного заседания, а также следует из материалов уголовного дела №1-106/2011.

Так, из показаний ФИО7 от 14 октября 2010 года, предупрежденной об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, данных ею в качестве свидетеля по уголовному делу, следует, что до даты совершения сделки дарения, 7 сентября 2010 года, ФИО6 (Коровкин А.М.) ей был незнаком (л.д. 175-176).

Из показаний ФИО6 (Коровкина А.М.) от 27 сентября 2010 года, 4 октября 2010 года, 30 марта 2011 года, предупрежденного об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, данных им в качестве потерпевшего по уголовному делу, следует, что на дату совершения сделки дарения ФИО7 ему была ранее незнакома, он увидел ее только при оформлении договора (л.д. 179-183, 201-204).

Указанное обстоятельство - безвозмездное отчуждение (дарение) своего единственного жилья незнакомому человеку (ФИО7), в отсутствие видимых мотивов заключения такой сделки дает основание полагать отсутствие в действиях дарителя воли, а, соответственно, и волеизъявления на ее совершение, которые являются элементами самого понятия сделки и необходимыми составляющими принципа свободы договора в юридическом его понимании.

Таки образом, принимая во внимание обстоятельства заключения сделки, отсутствие воли и волеизъявления собственника ФИО6 на безвозмездное отчуждение принадлежащей ему квартиры, указанная сделка дарения от 7 сентября 2010 года должна быть признана недействительной.

При рассмотрении спора ответчиком по первоначальному иску было заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

В соответствии со статьей195Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признаетсясрокдля защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пункт второй статьи199 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. ФИО9 давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 24 декабря 2012 года № 2231-0, в соответствии с формулировкой пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации суд наделен необходимыми дискреционными полномочиями на определение момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.

Пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерацииустановлено, что срокисковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. ФИО10 давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Следовательно, поскольку договор дарения оспаривается по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьей179Гражданского кодекса Российской Федерации, то эта сделка в силу закона является оспоримой и к ней применяетсясрокисковой давности, установленный пунктом 1 статьи181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Факт прекращения насилия со стороны ФИО1 в отношении ФИО6 подтвержден приговором Апатитского городского суда Мурманской области от 28 апреля 2011 года, вступившим в законную силу 11 мая 2011 года.

В этой связи с момента вступления приговора в законную силу, после прекращения фактического применения насилия, начинает течь годичный срок исковой давности, т.е. с 11 мая 2011 года, тогда как иск предъявлен ФИО6 29 января 2018 года, то есть с пропуском годичного срока исковой давности, установленного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истцом по первоначальному иску ФИО6 заявлено ходатайство овосстановлениипропущенногосрокаисковой давности.

В соответствии со статьей 205Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причинупропускасрокаисковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. ФИО11 давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцевсрокадавности, а если этотсрокравен шести месяцам или менее шести месяцев - в течениесрокадавности.

В обоснование доводов об уважительности причин пропуска срока исковой давности истец по первоначальному иску указывает, что он считал, что его права как потерпевшего в полной мере восстановлены в связи с осуждением ФИО1 за совершение в отношении него преступления. Он полагал, что в период следствия сделка приостановлена и переход права собственности на квартиру к ФИО7 не произошел, а после вынесения приговора в отношении ФИО1 квартира должна была остаться в его собственности без каких-либо действий с его стороны. О том, что спорная квартира принадлежит в настоящее время ФИО7, он не знал, все счета приходили на его имя, с требованием освободить жилое помещение к нему никто не обращался, согласно справке по форме № 9 он на январь 2018 года является собственником спорной квартиры. До февраля 2017 года при фактически неисполненной сделке дарения ФИО7 никаких действий по реализации своих прав на спорную квартиру не предпринимала.

Доводы ФИО6 об уважительности причин срока исковой давности подтверждаются материалами дела, вступившим в законную силу приговором Апатитского городского суда от 28 апреля 2011 года, которым ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 330 (в ред. ФЗ от 07.03.2011 года № 26-ФЗ), ч. 1 ст. 127 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Так, из показаний ФИО6 (Коровкина А.М.) от 4 октября 2010 года, предупрежденного об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, данных им в качестве потерпевшего по уголовному делу, следует, что в настоящее время сделка дарения приостановлена, так как 22 сентября 2010 года он и ФИО7 должны были прийти за документами в департамент недвижимости. Однако не сделали этого, так как он сообщил о совершении в отношении него преступления (л.д. 180).

Согласно справке по форме № 9, выданной МКУ «МФЦ», 20 января 2018 года, собственником квартиры <адрес> является ФИО6 (л.д. 25).

Из представленных квитанций по оплате жилья и коммунальных услуг усматривается, что в качестве собственника (нанимателя) спорного жилого помещения указан ФИО6, финансово-лицевой счет и карточка расчетов также оформлены на его имя (л.д. 123-127).

Уведомление ФИО6 о необходимости снятия с регистрационного учета и освобождении спорной квартиры направлено ФИО7 в адрес истца по первоначальному иску 19 февраля 2018 года (л.д. 38).

Таким образом, учитывая, что ФИО6 в течение восьми лет постоянно проживал в спорной квартире, на которую у него был оформлен лицевой счет, где имеются только его вещи, его право пользования указанной квартирой не оспаривалось, соглашение о порядке пользования с ним не заключалось, требование об освобождении жилого помещения и выселении заявлено ФИО7 в 2018 году, а также, принимая во внимание юридическую неграмотность истца в части необходимости предъявления иска о признании сделки, совершенной под влиянием насилия недействительной, в течение года со дня прекращения насилия, т.е. по вступлении приговора в законную силу, суд приходит к выводу, что истец до настоящего времени не знал о нарушении своих прав и не мог в установленные законом сроки обратиться в суд за защитой нарушенного права.

Суд считает, что по настоящему делу имеются предусмотренные статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации основания для восстановления срока исковой давности, поскольку находит установленную судом совокупность обстоятельств уважительной причиной пропуска ФИО6 срока.

Исходя из общих начал гражданского права, в целях возможности реализации права ФИО6 на судебную защиту, суд полагает возможным восстановить ему пропущенный процессуальный срок для признания оспоримой сделки (дарения) недействительной.

На основании пункта 2 статьи179 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с удовлетворением требования о признании недействительным договора дарения квартиры <адрес> подлежит возврату в собственность истца по первоначальному иску с прекращением права собственности ФИО7 на спорное жилое помещение, исключением из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записей о регистрации права собственности за ФИО7

Поскольку в соответствии со статьями 166-167, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделкадарения от 7 сентября 2010 годамежду Коровкиным А.М. и ФИО7 признана недействительной и применены последствия недействительности сделки, право пользования спорным жилым помещением ФИО6 не прекращено, не подлежат удовлетворению встречные исковые требования ФИО7 о признании его утратившим право пользования и выселении.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО6 к ФИО7 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать договор дарения квартиры <адрес>, заключенный 7 сентября 2010 года между ФИО6 (Коровкиным Андреем Михайловичем) и ФИО7 недействительным.

Признать недействительной государственную регистрацию перехода права собственности ФИО6 (Коровкина Андрея Михайловича) на жилое помещение (квартиру), расположенное по адресу: <адрес>, на основании договора дарения жилого помещения (квартиры) от 7 сентября 2010 года к ФИО7.

Решение суда является основанием для аннулирования записи о регистрации перехода права собственности ФИО7 на квартиру <адрес>, общей площадью 16,7 кв.м, и одновременно является основанием для регистрации за ФИО6 права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, общей площадью 16,7 кв.м, в органе, осуществляющем государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В удовлетворении встречного иска ФИО7 к ФИО6 о признании утратившим право пользования и выселении отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Апатитский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Е.А. Муравьева